сказки
Разлом закрывается. Но не так, как хотел Автор — а так, как решили шестеро. Вместо красивой концовки — страшная, честная, живая. Разлом не уничтожается, а сворачивается внутрь, поглощая собственную логику. Города, леса, лавки, зеркала, Бездна — всё с…
Разлом закрывается. Но не так, как хотел Автор — а так, как решили шестеро. Вместо красивой концовки — страшная, честная, живая. Разлом не уничтожается, а сворачивается внутрь, поглощая собственную логику. Города, леса, лавки, зеркала, Бездна — всё с…
Тишина. Белая комната. Шесть коек. Реанимация. Врач говорит медсестре: «Невероятно. Все шестеро вернулись». Кома — общая, одновременная, шесть дней. Анализы — чистые. Только у всех — следы на теле, которых не было до комы: у Фаргуса — ожог на спине, …
Тишина. Белая комната. Шесть коек. Реанимация. Врач говорит медсестре: «Невероятно. Все шестеро вернулись». Кома — общая, одновременная, шесть дней. Анализы — чистые. Только у всех — следы на теле, которых не было до комы: у Фаргуса — ожог на спине, …
В деревне, где родился Мужик Оптима, дети исчезали по одной простоянной причине: мать пела им колыбельную, которую услышала во ржи. Когда замолкала — ребёнок уже лежал в кроватке с открытыми глазами и не дышал, но улыбался. Оптима вырос единственным,…
В деревне, где родился Мужик Оптима, дети исчезали по одной простоянной причине: мать пела им колыбельную, которую услышала во ржи. Когда замолкала — ребёнок уже лежал в кроватке с открытыми глазами и не дышал, но улыбался. Оптима вырос единственным,…
Новое прочтение старой, доброй сказки. История Теремка, история о дружбе и понимании. И не важно волк ты или заяц, в Теремке всем хватит места.
Новое прочтение старой, доброй сказки. История Теремка, история о дружбе и понимании. И не важно волк ты или заяц, в Теремке всем хватит места.
Прощание с Лесом
Семь книг. Семь дорог. Семь раз мы открывали дверь Старого Дуба — и каждый раз кто-то ждал внутри.
А теперь Лес уходит. На два шага. Потом ещё на два. Он ищет того, кто посадил его много лет назад и не вернулся. Он ищет своё имя. И е…
Прощание с Лесом
Семь книг. Семь дорог. Семь раз мы открывали дверь Старого Дуба — и каждый раз кто-то ждал внутри.
А теперь Лес уходит. На два шага. Потом ещё на два. Он ищет того, кто посадил его много лет назад и не вернулся. Он ищет своё имя. И е…
Даффи Толстяк пёк хлеб в заброшенной пекарне на окраине, где никто не снимает дома и никто не спрашивает, откуда мука. Мука была тёмная, мелкая, пахла не зерном — землёй. Хлеб получался невкусный, но сытный: съевший кусок забывал всё дурное. Даффи ду…
Даффи Толстяк пёк хлеб в заброшенной пекарне на окраине, где никто не снимает дома и никто не спрашивает, откуда мука. Мука была тёмная, мелкая, пахла не зерном — землёй. Хлеб получался невкусный, но сытный: съевший кусок забывал всё дурное. Даффи ду…
Теремок не просто сказка, а реальная история, которая всегда повторяется. Это было давно, продолжается сейчас и произойдет в будущем.
Теремок не просто сказка, а реальная история, которая всегда повторяется. Это было давно, продолжается сейчас и произойдет в будущем.
Сказка для детей 4-7 лет о том, что даже самый маленький свет в душе может оказаться для кого-то путеводным маяком. Книга выполнена в формате иллюстрированной брошюры.
Сказка для детей 4-7 лет о том, что даже самый маленький свет в душе может оказаться для кого-то путеводным маяком. Книга выполнена в формате иллюстрированной брошюры.
Они хотели просто сфоткать динозавров. Настоящих. Без компьютерной графики. Одним глазком! На полчасика!.. Но Лёха уронил будильник. Прямо в кучу. Огромную. Доисторическую. А динозавры оказались не в настроении позировать. Хорошо, что есть Кот-Морехо…
Они хотели просто сфоткать динозавров. Настоящих. Без компьютерной графики. Одним глазком! На полчасика!.. Но Лёха уронил будильник. Прямо в кучу. Огромную. Доисторическую. А динозавры оказались не в настроении позировать. Хорошо, что есть Кот-Морехо…
Парень Фаргус работал звонарём при храме, которого давно нет на картах. Колокола звенели сами — всегда в три часа ночи, всегда по одному и тому же ритму. Он думал, это ветер. Пока не разобрал слова. Каждый удар складывался в имя — и каждый названный …
Парень Фаргус работал звонарём при храме, которого давно нет на картах. Колокола звенели сами — всегда в три часа ночи, всегда по одному и тому же ритму. Он думал, это ветер. Пока не разобрал слова. Каждый удар складывался в имя — и каждый названный …
«Счастье» – философская притча о смысле жизни.
Царь созвал мудрецов и поэтов, чтобы узнать, в чем заключается счастье. Ему начали льстить и говорить откровенные глупости. Большинство этих людей были казнены, потому что царь не увидел в их словах пра…
«Счастье» – философская притча о смысле жизни.
Царь созвал мудрецов и поэтов, чтобы узнать, в чем заключается счастье. Ему начали льстить и говорить откровенные глупости. Большинство этих людей были казнены, потому что царь не увидел в их словах пра…
Жираф Саша никак не может уснуть. В голове у него кружатся тревожные мысли, а ночь кажется слишком долгой. Но благодаря любви и заботе мамы Саша узнаёт простые способы успокоиться, почувствовать себя в безопасности и мягко погрузиться в сон.
Эта добр…
Жираф Саша никак не может уснуть. В голове у него кружатся тревожные мысли, а ночь кажется слишком долгой. Но благодаря любви и заботе мамы Саша узнаёт простые способы успокоиться, почувствовать себя в безопасности и мягко погрузиться в сон.
Эта добр…
Одинокий ворчун господин Ждан больше всего на свете не жалует гостей. Но у судьбы свои планы. Однажды прямо в его каминную трубу падает загадочное Нечто. С этого нелепого происшествия в доме 27 на Восточной улице всё переворачивается вверх дном, а в …
Одинокий ворчун господин Ждан больше всего на свете не жалует гостей. Но у судьбы свои планы. Однажды прямо в его каминную трубу падает загадочное Нечто. С этого нелепого происшествия в доме 27 на Восточной улице всё переворачивается вверх дном, а в …
Окси родилась без тени — так говорила бабка и крестила её два раза. К двадцати годам Окси научилась жить без неё: не стоять при свете, не смотреть на землю в полдень, не отвечать на вопрос «где твоя тень». Но в лесу за речкой нашли чужую тень — больш…
Окси родилась без тени — так говорила бабка и крестила её два раза. К двадцати годам Окси научилась жить без неё: не стоять при свете, не смотреть на землю в полдень, не отвечать на вопрос «где твоя тень». Но в лесу за речкой нашли чужую тень — больш…
Сиринити работала на ферме, где поили скот из пруда, который не пересыхал даже в засуху. Воду пили, ею поливали, ею крестили. Пока Сиринити не заметила: каждый, кто пил из пруда, начинал считать. Считали шаги, вдохи, моргания — и не могли остановитьс…
Сиринити работала на ферме, где поили скот из пруда, который не пересыхал даже в засуху. Воду пили, ею поливали, ею крестили. Пока Сиринити не заметила: каждый, кто пил из пруда, начинал считать. Считали шаги, вдохи, моргания — и не могли остановитьс…
Русская народная сказка в «бабушкином» голосе — отличный вариант для детей 3–5 лет. Тёплый голос успокаивает и создаёт уют — так ребёнку проще расслабиться и уснуть. Интонации помогают лучше понять сказку: малыш слышит, где герой радуется, а где грус…
Русская народная сказка в «бабушкином» голосе — отличный вариант для детей 3–5 лет. Тёплый голос успокаивает и создаёт уют — так ребёнку проще расслабиться и уснуть. Интонации помогают лучше понять сказку: малыш слышит, где герой радуется, а где грус…
Очередная гениальная идея Алисы: ночная экскурсия на Мосфильм. Легально не пускают — пойдём нелегально. С будильником. Ночью. Тихо. Одним глазком.
Но, как обычно, всё пошло не по плану.
Оказывается, в ту ночь на Мосфильм прилетели не только они. Зелё…
Очередная гениальная идея Алисы: ночная экскурсия на Мосфильм. Легально не пускают — пойдём нелегально. С будильником. Ночью. Тихо. Одним глазком.
Но, как обычно, всё пошло не по плану.
Оказывается, в ту ночь на Мосфильм прилетели не только они. Зелё…
Прима нашла у заброшенной мельницы венок из можжевельника — тёмный, сухой, пахнущий ладаном и кровью. Надела на голову — и увидела. Лес открылся: мёртвые деревья зашептали имена, туман выстроился в коридоры, подземные корни загудели, как артерии земл…
Прима нашла у заброшенной мельницы венок из можжевельника — тёмный, сухой, пахнущий ладаном и кровью. Надела на голову — и увидела. Лес открылся: мёртвые деревья зашептали имена, туман выстроился в коридоры, подземные корни загудели, как артерии земл…
Дракончик Изи
В волшебном лесу, где деревья шепчутся на ветру, а звёзды спускаются поиграть со светлячками, живёт маленький дракончик Изи — с тёмно-фиолетовой чешуёй, золотистыми глазами и неугомонным любопытством.
Однажды утром он находит удивительн…
Дракончик Изи
В волшебном лесу, где деревья шепчутся на ветру, а звёзды спускаются поиграть со светлячками, живёт маленький дракончик Изи — с тёмно-фиолетовой чешуёй, золотистыми глазами и неугомонным любопытством.
Однажды утром он находит удивительн…
Эта история о том, что даже самые невероятные мечты сбываются, если верить и идти к своей цели. Преодолевая страх и собственную слабость, человек на этом пути вдохновляется,
крепнет и может в корне изменить свою жизнь.
Эта история о том, что даже самые невероятные мечты сбываются, если верить и идти к своей цели. Преодолевая страх и собственную слабость, человек на этом пути вдохновляется,
крепнет и может в корне изменить свою жизнь.





















