современная русская литература
Она с другим, он с другой.
Это не любовный роман в привычном смысле. Книга о том, как любовь выживает после того, как люди сделали всё, чтобы её убить. О том, что прощение - это не «забыть и сделать вид, что ничего не было».
Ритка - огонь. Живучая,…
Она с другим, он с другой.
Это не любовный роман в привычном смысле. Книга о том, как любовь выживает после того, как люди сделали всё, чтобы её убить. О том, что прощение - это не «забыть и сделать вид, что ничего не было».
Ритка - огонь. Живучая,…
«Василиск — порождение змеиное, ростом превосходит льва. Холка кожистая, цветом напоминает пурпурные мантии. Зубов три ряда, глаза желты, как сера в горе. Аполлодор пишет: живого василиска — а именно самку, с рыжей холкой — встретил в пустыне близ Да…
«Василиск — порождение змеиное, ростом превосходит льва. Холка кожистая, цветом напоминает пурпурные мантии. Зубов три ряда, глаза желты, как сера в горе. Аполлодор пишет: живого василиска — а именно самку, с рыжей холкой — встретил в пустыне близ Да…
Эмма уходит в лес от людей. Ей кажется, что одиночество спасёт от бесконечных чужих проблем, от страха отказать, от привычки терять себя в заботе о других.
Но в лесу она обнаруживает: побег не лечит.
Вместе с лесными персонажами Эмма учится выбирать,…
Эмма уходит в лес от людей. Ей кажется, что одиночество спасёт от бесконечных чужих проблем, от страха отказать, от привычки терять себя в заботе о других.
Но в лесу она обнаруживает: побег не лечит.
Вместе с лесными персонажами Эмма учится выбирать,…
Старый дуб - это книга, состоящая из собранных под одной обложкой рассказов, герои которых — постояльцы и сотрудники небольшого дома престарелых в Англии.
Автор не только литератор, но и сотрудник такого дома. Свои наблюдения, впечатления от общения …
Старый дуб - это книга, состоящая из собранных под одной обложкой рассказов, герои которых — постояльцы и сотрудники небольшого дома престарелых в Англии.
Автор не только литератор, но и сотрудник такого дома. Свои наблюдения, впечатления от общения …
Мои персонажи — это осколки моего «Я». Вот этот, с его вечной тоской по несбывшемуся, — это я в прошлый вторник, когда за окном лил дождь, а в кружке остыл чай. А вот эта, дерзкая и язвительная, готовая сжечь мир одним словом, — это я, когда стою в о…
Мои персонажи — это осколки моего «Я». Вот этот, с его вечной тоской по несбывшемуся, — это я в прошлый вторник, когда за окном лил дождь, а в кружке остыл чай. А вот эта, дерзкая и язвительная, готовая сжечь мир одним словом, — это я, когда стою в о…
Halloween в Conyers, Pennsylvania. Восьмилетняя Lily Holt в костюме белой совы исчезает между Oak Lane и Route 30 — за двадцать минут, пока мать отвлеклась на телефон. Плотник David Holt и учительница Grace Holt входят в самую длинную ночь пригорода …
Halloween в Conyers, Pennsylvania. Восьмилетняя Lily Holt в костюме белой совы исчезает между Oak Lane и Route 30 — за двадцать минут, пока мать отвлеклась на телефон. Плотник David Holt и учительница Grace Holt входят в самую длинную ночь пригорода …
Медленная, тягучая, как петербургский дождь, проза о возвращении к себе через иронию, шахматные задачи и одно незапертое письмо...
Медленная, тягучая, как петербургский дождь, проза о возвращении к себе через иронию, шахматные задачи и одно незапертое письмо...
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Мы делаем ремонт, наклеиваем обои с цветами и наивно верим…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Мы делаем ремонт, наклеиваем обои с цветами и наивно верим…
Госпожа Синь не искала приключений. Она просто шла в налоговую. Но когда на обочине остановился джип, а из него вышел седой альфа-дед 1955 года рождения с предложением «подружиться» — она поняла: этот день запомнится.
Он дарил цветы, присылал фото со…
Госпожа Синь не искала приключений. Она просто шла в налоговую. Но когда на обочине остановился джип, а из него вышел седой альфа-дед 1955 года рождения с предложением «подружиться» — она поняла: этот день запомнится.
Он дарил цветы, присылал фото со…
Обычная банковская сделка становится отправной точкой для непредсказуемой истории. Неожиданные повороты судьбы и невероятное стечение обстоятельств заставляют героев пересмотреть свои жизненные ценности и приоритеты.
Обычная банковская сделка становится отправной точкой для непредсказуемой истории. Неожиданные повороты судьбы и невероятное стечение обстоятельств заставляют героев пересмотреть свои жизненные ценности и приоритеты.
Глухой Бор встречает её запахом прелой листвы и тишиной. Анна сбежала сюда от городской суеты и разбитого сердца, но лес принял её не просто как гостью — как свою. В старом доме прабабки Глафиры всё пропитано магией: печь-каменка хранит тепло веков, …
Глухой Бор встречает её запахом прелой листвы и тишиной. Анна сбежала сюда от городской суеты и разбитого сердца, но лес принял её не просто как гостью — как свою. В старом доме прабабки Глафиры всё пропитано магией: печь-каменка хранит тепло веков, …
Восемнадцать лет я была женой Кирилла Воронцова — человека, который привык отвечать за целый город и незаметно разучился спрашивать меня. Последней границей стал предвыборный фильм: мой дом, мой голос, наша дочь — после того, как я письменно запретил…
Восемнадцать лет я была женой Кирилла Воронцова — человека, который привык отвечать за целый город и незаметно разучился спрашивать меня. Последней границей стал предвыборный фильм: мой дом, мой голос, наша дочь — после того, как я письменно запретил…
После двадцати лет брака Вера осталась одна в большой московской квартире. Единственное решение — сделать ремонт и продать её. Но, сдирая старые обои, она находит шкатулку с письмами военных лет. История любви Нины и Алексея, замурованная в стене, пе…
После двадцати лет брака Вера осталась одна в большой московской квартире. Единственное решение — сделать ремонт и продать её. Но, сдирая старые обои, она находит шкатулку с письмами военных лет. История любви Нины и Алексея, замурованная в стене, пе…
После двадцати лет брака Вера осталась одна в большой московской квартире. Единственное решение — сделать ремонт и продать её. Но, сдирая старые обои, она находит шкатулку с письмами военных лет. История любви Нины и Алексея, замурованная в стене, пе…
После двадцати лет брака Вера осталась одна в большой московской квартире. Единственное решение — сделать ремонт и продать её. Но, сдирая старые обои, она находит шкатулку с письмами военных лет. История любви Нины и Алексея, замурованная в стене, пе…
Конечно, уже не один человек совершил в своей жизни важный шаг. Вот и я со своей любимой кошкой Мурочкой решилась изменить свою жизнь и переехать в г. Санкт-Петербург.
Переезд в другой незнакомый и чужой город может быть и испугал бы меня, но в этом …
Конечно, уже не один человек совершил в своей жизни важный шаг. Вот и я со своей любимой кошкой Мурочкой решилась изменить свою жизнь и переехать в г. Санкт-Петербург.
Переезд в другой незнакомый и чужой город может быть и испугал бы меня, но в этом …
5 марта 1953. В маленькой деревне Кузнецово на берегу Ангары пахнет весной, звенит капель и дети радуются отмене уроков. И никто из них ещё не понимает, что вместе с вождём умерла целая эпоха.
5 марта 1953. В маленькой деревне Кузнецово на берегу Ангары пахнет весной, звенит капель и дети радуются отмене уроков. И никто из них ещё не понимает, что вместе с вождём умерла целая эпоха.
На примере озорных яблок, которые верили в успех до последнего, девочка увидела, какими и нам нужно быть в жизни.
На примере озорных яблок, которые верили в успех до последнего, девочка увидела, какими и нам нужно быть в жизни.
Последняя миссия Олега Александровича под позывным девятка.
Прошло 45 лет, Олег Александрович потерял много друзей. И он уже устал от всего и хочет нормально уйти на пенсию, но к его даче на Байкале приходит ФСБ с приказом о возвращении на службу под…
Последняя миссия Олега Александровича под позывным девятка.
Прошло 45 лет, Олег Александрович потерял много друзей. И он уже устал от всего и хочет нормально уйти на пенсию, но к его даче на Байкале приходит ФСБ с приказом о возвращении на службу под…
Старого каперанга Степана Коваля и его списанный ЭМ «Бесстрашный» отправили на дно Балтики ради чужих грязных секретов. Штаб сделал из экипажа кровавую заглушку для контрабандного канала. Но вместо небытия Коваль проваливается в «Слепую зону» — раско…
Старого каперанга Степана Коваля и его списанный ЭМ «Бесстрашный» отправили на дно Балтики ради чужих грязных секретов. Штаб сделал из экипажа кровавую заглушку для контрабандного канала. Но вместо небытия Коваль проваливается в «Слепую зону» — раско…
Новое Евангелие. Апокатастасис! Не апокалипсис. Не дьявол, а дьяволица... Бог и конец истории.
Новое Евангелие. Апокатастасис! Не апокалипсис. Не дьявол, а дьяволица... Бог и конец истории.