рассказы
Если то, что тебя спасает, вдруг перестает работать.
Если то, что тебя спасает, вдруг перестает работать.
«Кажется, у Немировича-Данченко есть такая картинка: приводят пленного японца. Пока то да сё, попросил он у солдата умыться. Ополоснул голову из котелка и стал ее намыливать. Долго намыливал, фырчал, растирая лицо, смыл мыло, зачерпнул еще котелок во…
«Кажется, у Немировича-Данченко есть такая картинка: приводят пленного японца. Пока то да сё, попросил он у солдата умыться. Ополоснул голову из котелка и стал ее намыливать. Долго намыливал, фырчал, растирая лицо, смыл мыло, зачерпнул еще котелок во…
«…Это обряд, который можно видеть только в одной Москве, и притом не иначе как при особом счастии и протекции.
Я видел чертогон с начала до конца благодаря одному счастливому стечению обстоятельств и хочу это записать для настоящих знатоков и любител…
«…Это обряд, который можно видеть только в одной Москве, и притом не иначе как при особом счастии и протекции.
Я видел чертогон с начала до конца благодаря одному счастливому стечению обстоятельств и хочу это записать для настоящих знатоков и любител…
«Следующий рассказ не есть плод досужего вымысла. Все описанное мною действительно произошло в Киеве лет около тридцати тому назад и до сих пор свято, до мельчайших подробностей, сохраняется в преданиях того семейства, о котором пойдет речь. Я, с сво…
«Следующий рассказ не есть плод досужего вымысла. Все описанное мною действительно произошло в Киеве лет около тридцати тому назад и до сих пор свято, до мельчайших подробностей, сохраняется в преданиях того семейства, о котором пойдет речь. Я, с сво…
«Этот брянский мужик мальчишкой был привезен в Москву из деревни, состоял на побегушках при купеческом амбаре на Ильинке, стрелой летал в трактиры за кипятком: схватит медный чайник и мчится в галереях Старых Рядов, темной водяной струей выписывая по…
«Этот брянский мужик мальчишкой был привезен в Москву из деревни, состоял на побегушках при купеческом амбаре на Ильинке, стрелой летал в трактиры за кипятком: схватит медный чайник и мчится в галереях Старых Рядов, темной водяной струей выписывая по…
Лауреат Нобелевской премии Джон Голсуорси хорошо известен в нашей стране как автор знаменитой «Саги о Форсайтах». Однако его перу принадлежат не менее замечательные новеллы, рассказы и маленькие повести, проникнутые юмором, мягкой лиричностью и роман…
Лауреат Нобелевской премии Джон Голсуорси хорошо известен в нашей стране как автор знаменитой «Саги о Форсайтах». Однако его перу принадлежат не менее замечательные новеллы, рассказы и маленькие повести, проникнутые юмором, мягкой лиричностью и роман…
«У костра на отдыхе после большого перехода заспорили красноармейцы.
– Помирать никому неохота, – сказал Сережка Чубатов. – Об этом еще в древности философы открытие сделали. Да и так, сам по себе на опыте знаю. Но, конечно, тоже – смерть смерти розн…
«У костра на отдыхе после большого перехода заспорили красноармейцы.
– Помирать никому неохота, – сказал Сережка Чубатов. – Об этом еще в древности философы открытие сделали. Да и так, сам по себе на опыте знаю. Но, конечно, тоже – смерть смерти розн…
Небольшой рассказ с неожиданной развязкой.
Молодые парень и девушка, волею судьбы, оказываются в одном из старинных полуразрушенных фортов Кёнигсберга. Чем для них обернется посещение мрачной крепости? Выйдут ли они из нее прежними?
Небольшой рассказ с неожиданной развязкой.
Молодые парень и девушка, волею судьбы, оказываются в одном из старинных полуразрушенных фортов Кёнигсберга. Чем для них обернется посещение мрачной крепости? Выйдут ли они из нее прежними?
«Мы приехали в Женеву под дождем, ночью, но к рассвету от дождя осталась только свежесть в воздухе. Отворив дверь на балкон, мы почувствовали упоительную прохладу раннего осеннего утра. В улицах таял молочный туман с озера, солнце тускло, но уже бодр…
«Мы приехали в Женеву под дождем, ночью, но к рассвету от дождя осталась только свежесть в воздухе. Отворив дверь на балкон, мы почувствовали упоительную прохладу раннего осеннего утра. В улицах таял молочный туман с озера, солнце тускло, но уже бодр…
Маска, передаваемая от поколения к поколению, попала к маленькой девочке, что переворачивает ее жизнь с ног на голову.
Маска, передаваемая от поколения к поколению, попала к маленькой девочке, что переворачивает ее жизнь с ног на голову.
«Вырваться из жалкого состояния легко, наверно, даже нарочитым усилием…»
«Вырваться из жалкого состояния легко, наверно, даже нарочитым усилием…»
Они ведут тихое существование среди нас. Быть может, ваш сосед или бывший одноклассник относятся к ним. Да и кто знает, может, и вы носите в своем сердце, мозгу или же в прочих органах черты их характера. Они - чудаки. И они делают наши жизни светлее…
Они ведут тихое существование среди нас. Быть может, ваш сосед или бывший одноклассник относятся к ним. Да и кто знает, может, и вы носите в своем сердце, мозгу или же в прочих органах черты их характера. Они - чудаки. И они делают наши жизни светлее…
У Вас есть возможность увидеть и прочувствовать богатый, добрый, ранимый мир женщины. Насладиться красотой слова. В каждом стихотворении в какой-то мере приоткрывается тайна вечной женственности. Любовь – это пожелание другому человеку счастья. Страс…
У Вас есть возможность увидеть и прочувствовать богатый, добрый, ранимый мир женщины. Насладиться красотой слова. В каждом стихотворении в какой-то мере приоткрывается тайна вечной женственности. Любовь – это пожелание другому человеку счастья. Страс…
«Император Павел дремал у открытого окна. В послеобеденный час, когда пища медленно борется с телом, были запрещены какие-либо беспокойства. Он дремал, сидя на высоком кресле, заставленный сзади и с боков стеклянною ширмою. Павлу Петровичу снился обы…
«Император Павел дремал у открытого окна. В послеобеденный час, когда пища медленно борется с телом, были запрещены какие-либо беспокойства. Он дремал, сидя на высоком кресле, заставленный сзади и с боков стеклянною ширмою. Павлу Петровичу снился обы…
«Быть бы индейцем, готов хоть сейчас…»
«Быть бы индейцем, готов хоть сейчас…»
«– На перекрестки! – задыхаясь, крикнул командир отряда. – Всю линию от Жандармской до Покровки… Сдыхайте, но продержитесь три часа.
И вот…»
«– На перекрестки! – задыхаясь, крикнул командир отряда. – Всю линию от Жандармской до Покровки… Сдыхайте, но продержитесь три часа.
И вот…»
«До сих пор я думал, что ведьмы, колдуны и черти окончательно лишены права союзного гражданства и существуют только кое-где в воображении наиболее темных и отсталых обитателей глухих углов нашей обширной страны…»
«До сих пор я думал, что ведьмы, колдуны и черти окончательно лишены права союзного гражданства и существуют только кое-где в воображении наиболее темных и отсталых обитателей глухих углов нашей обширной страны…»





















