рассказы
«Ласточкины были семьей музыкальной. Петр Алексеевич играл на тромбоне в симфоническом оркестре. Там же когда-то служила второй скрипкой Маргарита Яновна – прелестная миниатюрная блондинка с гибким станом и тонкими руками. Каким же удовольствием было…
«Ласточкины были семьей музыкальной. Петр Алексеевич играл на тромбоне в симфоническом оркестре. Там же когда-то служила второй скрипкой Маргарита Яновна – прелестная миниатюрная блондинка с гибким станом и тонкими руками. Каким же удовольствием было…
«Не особо люблю слоняться по кухне, но иногда невидимое течение реки под названием „Мой Прекрасный Рабочий День“ приносит туда, где призывно шипят сковороды, настойчиво стучат по доскам ножи и микроскопические частицы всевозможных специй плывут от пл…
«Не особо люблю слоняться по кухне, но иногда невидимое течение реки под названием „Мой Прекрасный Рабочий День“ приносит туда, где призывно шипят сковороды, настойчиво стучат по доскам ножи и микроскопические частицы всевозможных специй плывут от пл…
Давайте отправимся с героями в путешествие под названием «Жизнь». В их багаже – стремление к высшим идеалам и желание изменить мир к лучшему, а над ними – невидимый купол каверзной и непредсказуемой судьбы.
Атаки следуют одна за другой. Несправ…
Давайте отправимся с героями в путешествие под названием «Жизнь». В их багаже – стремление к высшим идеалам и желание изменить мир к лучшему, а над ними – невидимый купол каверзной и непредсказуемой судьбы.
Атаки следуют одна за другой. Несправ…
«Главврач провела смущённую Аню по кабинетам и палатам. Представила везде, как очень важную персону:
– Практикантка, будущий врач – а пока наша новая санитарочка! Прошу любить и жаловать!..»
«Главврач провела смущённую Аню по кабинетам и палатам. Представила везде, как очень важную персону:
– Практикантка, будущий врач – а пока наша новая санитарочка! Прошу любить и жаловать!..»
Сборник Екатерины Цибер «Валеты изо льда и магия страсти» – это любовное ассорти из фэнтези и реализма.
Повести, рассказы, миниатюры и даже чуточку – стихи. Сложные и простые сюжеты, в которых есть и быт, и магия.
Герои цветного мира, полно…
Сборник Екатерины Цибер «Валеты изо льда и магия страсти» – это любовное ассорти из фэнтези и реализма.
Повести, рассказы, миниатюры и даже чуточку – стихи. Сложные и простые сюжеты, в которых есть и быт, и магия.
Герои цветного мира, полно…
Настоящая книга включает в себя далеко не полный перечень избранных произведений, написанных автором за тридцать лет творчества – стихи, поэмы, рассказы, лирические и драматические миниатюры.
Несколько лет назад профессор В. П. Марин, размышляя о тво…
Настоящая книга включает в себя далеко не полный перечень избранных произведений, написанных автором за тридцать лет творчества – стихи, поэмы, рассказы, лирические и драматические миниатюры.
Несколько лет назад профессор В. П. Марин, размышляя о тво…
Виртуальная реальность – зона бесконечной свободы. В самом деле, какие могут быть запреты, если даже гибель чревата лишь потерей опыта и вылетом в главное меню? Убийство ближнего давно престало быть преступлением и превратилось в развлечение. Но пере…
Виртуальная реальность – зона бесконечной свободы. В самом деле, какие могут быть запреты, если даже гибель чревата лишь потерей опыта и вылетом в главное меню? Убийство ближнего давно престало быть преступлением и превратилось в развлечение. Но пере…
«Пехотный Инсарский полк выступает в ночной поход после дневки в большой деревне Погребищах. В темноте ненастного осеннего вечера идет странная, кипучая и осторожная сутолока. Слышно, как вдоль всей широкой и грязной деревенской улицы сотни ног тяжел…
«Пехотный Инсарский полк выступает в ночной поход после дневки в большой деревне Погребищах. В темноте ненастного осеннего вечера идет странная, кипучая и осторожная сутолока. Слышно, как вдоль всей широкой и грязной деревенской улицы сотни ног тяжел…
«Был июль, пять часов пополудни и страшная жара. Весь каменный огромный город дышал зноем, точно раскаленная печь. Белые стены домов сияли нестерпимо для глаз. Асфальтовые тротуары размягчились и жгли подошвы. Тени от акаций простерлись по плитяной м…
«Был июль, пять часов пополудни и страшная жара. Весь каменный огромный город дышал зноем, точно раскаленная печь. Белые стены домов сияли нестерпимо для глаз. Асфальтовые тротуары размягчились и жгли подошвы. Тени от акаций простерлись по плитяной м…
«Я был пьян от радости, я благодарил судьбу: мне, голодному студенту, уже выгнанному из университета за невзнос платы, на последние сорок копеек сделавшему объявление о занятиях, вдруг попался богатейший урок. Это было в конце октября, в темное петер…
«Я был пьян от радости, я благодарил судьбу: мне, голодному студенту, уже выгнанному из университета за невзнос платы, на последние сорок копеек сделавшему объявление о занятиях, вдруг попался богатейший урок. Это было в конце октября, в темное петер…
«Жил-был на свете поэт. А что он был поэт, все узнавали издали, когда видели его черную шляпу с большими полями, длинные волосы до плеч, бархатную коричневую куртку, галстук белой бабочкой и толстый бумажный сверток под мышкой. В свертке были все сти…
«Жил-был на свете поэт. А что он был поэт, все узнавали издали, когда видели его черную шляпу с большими полями, длинные волосы до плеч, бархатную коричневую куртку, галстук белой бабочкой и толстый бумажный сверток под мышкой. В свертке были все сти…
«Жил сапожник с женой и детьми у мужика на квартире. Ни дома своего, ни земли у него не было, и кормился он с семьею сапожной работой. Хлеб был дорогой, а работа дешевая, и что заработает, то и проест. Была у сапожника одна шуба с женой, да и та изно…
«Жил сапожник с женой и детьми у мужика на квартире. Ни дома своего, ни земли у него не было, и кормился он с семьею сапожной работой. Хлеб был дорогой, а работа дешевая, и что заработает, то и проест. Была у сапожника одна шуба с женой, да и та изно…
«В последнее время дух-хранитель Академии Проклятий частенько материализовывался на лекциях, стремительно исчезая при одном намеке на появление лорда-директора и подсвечиваясь зеленоватым сиянием для пущего притяжения взгляда леди Орис. Наша любимая …
«В последнее время дух-хранитель Академии Проклятий частенько материализовывался на лекциях, стремительно исчезая при одном намеке на появление лорда-директора и подсвечиваясь зеленоватым сиянием для пущего притяжения взгляда леди Орис. Наша любимая …
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
«– Значит, учебу бросать ты не надумала?
– Не-а, – хрустя …
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
«– Значит, учебу бросать ты не надумала?
– Не-а, – хрустя …
«Исправляющий должность судебного следователя и уездный врач ехали на вскрытие в село Сырню. По дороге их захватила метель, они долго кружили и приехали к месту не в полдень, как хотели, а только к вечеру, когда уже было темно. Остановились на ночлег…
«Исправляющий должность судебного следователя и уездный врач ехали на вскрытие в село Сырню. По дороге их захватила метель, они долго кружили и приехали к месту не в полдень, как хотели, а только к вечеру, когда уже было темно. Остановились на ночлег…
И началась война между Австрией и Сербией, а одновременно с нею – и блокада австрийцами беззащитного Белграда. Здесь же, в столице России, на улицах Петрограда пошли непрерывные манифестации в честь братьев-славян. Потом началась и мобилизация, так к…
И началась война между Австрией и Сербией, а одновременно с нею – и блокада австрийцами беззащитного Белграда. Здесь же, в столице России, на улицах Петрограда пошли непрерывные манифестации в честь братьев-славян. Потом началась и мобилизация, так к…
«Лиза Травина приподнялась на локте, утопая в мягкости огромного серого дивана, и повертела головой. Ее помощница, вторая рука, Глафира Кифер, вместо того чтобы внимать ее словам, сладко посапывала в таком же мягчайшем кресле неподалеку от окна. На с…
«Лиза Травина приподнялась на локте, утопая в мягкости огромного серого дивана, и повертела головой. Ее помощница, вторая рука, Глафира Кифер, вместо того чтобы внимать ее словам, сладко посапывала в таком же мягчайшем кресле неподалеку от окна. На с…
«Чем дальше я углубляюсь памятью в прошлое и дохожу, наконец, до событий, сопровождавших мое детство, тем сбивчивее и недостовернее становятся мои воспоминания. Многое, вероятно, было мне рассказано впоследствии, в более сознательное время, теми, кто…
«Чем дальше я углубляюсь памятью в прошлое и дохожу, наконец, до событий, сопровождавших мое детство, тем сбивчивее и недостовернее становятся мои воспоминания. Многое, вероятно, было мне рассказано впоследствии, в более сознательное время, теми, кто…
«Живая книга, или 10 волшебных историй о любви» — это сборник философских сказок. Это особенные сказки, когда их читаешь, все оживает вокруг. Деревья, камни, облака, травы... Сама книга оживает. И если дочитать волшебные истории до конца, вдруг замеч…
«Живая книга, или 10 волшебных историй о любви» — это сборник философских сказок. Это особенные сказки, когда их читаешь, все оживает вокруг. Деревья, камни, облака, травы... Сама книга оживает. И если дочитать волшебные истории до конца, вдруг замеч…
Начальника полустанка под № 10 Кирилла Федоровича Груздева перевели сюда лет пятнадцать тому назад с большой узловой станции за пьянство. И вот уже пятнадцать лет жил он здесь, вдовец, с дочерью и рябой прислугой Агафьей, продолжая келейно напиваться…
Начальника полустанка под № 10 Кирилла Федоровича Груздева перевели сюда лет пятнадцать тому назад с большой узловой станции за пьянство. И вот уже пятнадцать лет жил он здесь, вдовец, с дочерью и рябой прислугой Агафьей, продолжая келейно напиваться…