публицистика
Речь была прочитана Тургеневым на открытом заседании Международного литературного конгресса, созванного по инициативе Общества французских литераторов – «Societe des gens de lettres» – для обсуждения вопросов, связанных с международной охраной прав л…
Речь была прочитана Тургеневым на открытом заседании Международного литературного конгресса, созванного по инициативе Общества французских литераторов – «Societe des gens de lettres» – для обсуждения вопросов, связанных с международной охраной прав л…
В книге за период 2024-2025 года в режиме on-line даются профессиональные и, иногда, эмоциональные суждения о денежно-кредитной политике руководства Центробанка. Основным объектом рассмотрения в книге является линия Центробанка на рост его ключевой с…
В книге за период 2024-2025 года в режиме on-line даются профессиональные и, иногда, эмоциональные суждения о денежно-кредитной политике руководства Центробанка. Основным объектом рассмотрения в книге является линия Центробанка на рост его ключевой с…
Ты ведь уже чувствовал(а): что-то в жизни идёт не так. Всё вроде бы правильно, но как будто не по-настоящему. Ты живёшь — а ощущение, что играешь роль, давно написанную не тобой. А теперь представь: ты просыпаешься и чувствуешь себя в своей жизни не …
Ты ведь уже чувствовал(а): что-то в жизни идёт не так. Всё вроде бы правильно, но как будто не по-настоящему. Ты живёшь — а ощущение, что играешь роль, давно написанную не тобой. А теперь представь: ты просыпаешься и чувствуешь себя в своей жизни не …
Голоса внутри — вторая книга серии автофикшн, из жизни «До» и «После», честная история женщины, выбравшей не молчать.
«До — это страх. Боль. Глухота к себе. Такое полузамёрзшее состояние, когда чувствуешь, что что-то важное потеряно, но не знаешь — ч…
Голоса внутри — вторая книга серии автофикшн, из жизни «До» и «После», честная история женщины, выбравшей не молчать.
«До — это страх. Боль. Глухота к себе. Такое полузамёрзшее состояние, когда чувствуешь, что что-то важное потеряно, но не знаешь — ч…
В жизни россиян и людей всего мира наступает долгожданный переломный момент — лето и осень 2025 года, когда, старый дьявольский капиталистический мир будет разрушен и на его месте, в соответствии с божественным планом Всевышнего Бога, будет построено…
В жизни россиян и людей всего мира наступает долгожданный переломный момент — лето и осень 2025 года, когда, старый дьявольский капиталистический мир будет разрушен и на его месте, в соответствии с божественным планом Всевышнего Бога, будет построено…
Я собрал в этой книге главное, что сам хотел бы услышать в 13. Или в 30. В том возрасте мне этого очень не хватало. Сейчас, с опытом за плечами, я хочу поделиться этим с тобой. Когда вместо ответов — прыщи, гормоны, тревожные взгляды родителей и фраз…
Я собрал в этой книге главное, что сам хотел бы услышать в 13. Или в 30. В том возрасте мне этого очень не хватало. Сейчас, с опытом за плечами, я хочу поделиться этим с тобой. Когда вместо ответов — прыщи, гормоны, тревожные взгляды родителей и фраз…
Добрый день, уважаемые читатели. Меня зовут Журавлев Михаил, и я автор. Сочиняя для вас новую книгу, решил обратить внимание на историю такого распространенного обихода нашей жизни как подносов. Считаю, что это крайне интересный предмет, а потому нуж…
Добрый день, уважаемые читатели. Меня зовут Журавлев Михаил, и я автор. Сочиняя для вас новую книгу, решил обратить внимание на историю такого распространенного обихода нашей жизни как подносов. Считаю, что это крайне интересный предмет, а потому нуж…
В этом сборнике собраны эссе и статьи, в которых Сакутаро говорит о многом: о вине и пьянстве как способе бегства от собственного сознания, о японской поэзии и её столкновении с западными влияниями, о друзьях-писателях — Акутагаве Рюноскэ (1892—1927)…
В этом сборнике собраны эссе и статьи, в которых Сакутаро говорит о многом: о вине и пьянстве как способе бегства от собственного сознания, о японской поэзии и её столкновении с западными влияниями, о друзьях-писателях — Акутагаве Рюноскэ (1892—1927)…
В данной работе я выразил свои мысли о роли религии и греха в нашей жизни. Как два героя с противоположными взглядами относятся к позиции друг друга.
В данной работе я выразил свои мысли о роли религии и греха в нашей жизни. Как два героя с противоположными взглядами относятся к позиции друг друга.
В данной работе я выразил свои мысли о роли религии и греха в нашей жизни. Как два героя с противоположными взглядами относятся к позиции друг друга.
В данной работе я выразил свои мысли о роли религии и греха в нашей жизни. Как два героя с противоположными взглядами относятся к позиции друг друга.
Книга «Между Берёзой и Кремлём» – искренний разговор о любви к России. Это не парадный гимн, а глубокое чувство, рожденное знанием её необъятных просторов, сложной истории, богатейшей культуры и сильного, противоречивого народа. Автор исследует любов…
Книга «Между Берёзой и Кремлём» – искренний разговор о любви к России. Это не парадный гимн, а глубокое чувство, рожденное знанием её необъятных просторов, сложной истории, богатейшей культуры и сильного, противоречивого народа. Автор исследует любов…
«Прямо против моих окон в той вилле, где я живу на водах, через полотно железной дороги вижу я сдавленный между двумя пансионами домик в швейцарском вкусе. Под крышей, из полинялых красноватых букв, выходит: „Pavilion Monrepos“…»
«Прямо против моих окон в той вилле, где я живу на водах, через полотно железной дороги вижу я сдавленный между двумя пансионами домик в швейцарском вкусе. Под крышей, из полинялых красноватых букв, выходит: „Pavilion Monrepos“…»
Каждый прозревает в одиночку, если слегка перефразировать название известного романа Ганса Фаллады. Да, может быть коллективный гипноз, массовое ослепление, но массового прозрения не бывает. Тут потребны самостоятельные усилия души и собственный неле…
Каждый прозревает в одиночку, если слегка перефразировать название известного романа Ганса Фаллады. Да, может быть коллективный гипноз, массовое ослепление, но массового прозрения не бывает. Тут потребны самостоятельные усилия души и собственный неле…
«Политическая критика здравого смысла» — это философская и этическая попытка взглянуть на власть не как на инструмент, а как на вызов. Эта книга не о политике в привычном смысле — не о партиях, выборах или рейтингах. Она — о человеке, оказавшемся пер…
«Политическая критика здравого смысла» — это философская и этическая попытка взглянуть на власть не как на инструмент, а как на вызов. Эта книга не о политике в привычном смысле — не о партиях, выборах или рейтингах. Она — о человеке, оказавшемся пер…
Три мэра, три эпохи, одна Москва — от романтики 90-х до технократичного блеска XXI века, с реформами, скандалами и историями, которые город не забудет.
Три мэра, три эпохи, одна Москва — от романтики 90-х до технократичного блеска XXI века, с реформами, скандалами и историями, которые город не забудет.
Рассуждения жителя Урала на тему любви к своему краю, природе, родной земле.
Рассуждения жителя Урала на тему любви к своему краю, природе, родной земле.
«…То, что вы, рабочие, вынуждены проводить всю жизнь в нужде и тяжелой, ненужной вам работе, тогда как другие люди, ничего не работающие, пользуются всем тем, что вы делаете, что вы рабы этих людей, и что этого не должно быть, это видит всякий, у ког…
«…То, что вы, рабочие, вынуждены проводить всю жизнь в нужде и тяжелой, ненужной вам работе, тогда как другие люди, ничего не работающие, пользуются всем тем, что вы делаете, что вы рабы этих людей, и что этого не должно быть, это видит всякий, у ког…
«Где-то, конечно, в пустыне, как полагается в хорошей легенде, жил суровый и благочестивый старец. Сухой, черный, с седой бородой до колен, с глазами, устремленными ввысь.
Путем долгой борьбы со страстями ему удалось победить греховные помысли, и в ж…
«Где-то, конечно, в пустыне, как полагается в хорошей легенде, жил суровый и благочестивый старец. Сухой, черный, с седой бородой до колен, с глазами, устремленными ввысь.
Путем долгой борьбы со страстями ему удалось победить греховные помысли, и в ж…
«Однажды на Афоне я разговаривал с отцом Иеронимом о тех неожиданных внутренних переменах, которые я в себе ощущал по мере того, как вникал все больше и больше в учение Православной церкви. Эти перемены и новые ощущения удивляли и радовали меня. Разг…
«Однажды на Афоне я разговаривал с отцом Иеронимом о тех неожиданных внутренних переменах, которые я в себе ощущал по мере того, как вникал все больше и больше в учение Православной церкви. Эти перемены и новые ощущения удивляли и радовали меня. Разг…
«Они встречаются все чаще.
Лица у них молодые. А глаза старые-старые, странные, – пустые.
Эти люди молчаливы. Но могут вдруг разговориться, и тогда говорят все о том же, – и почти одно и то же…»
«Они встречаются все чаще.
Лица у них молодые. А глаза старые-старые, странные, – пустые.
Эти люди молчаливы. Но могут вдруг разговориться, и тогда говорят все о том же, – и почти одно и то же…»