мистика
Костоброд — город, который стоит на костях, гниёт и пахнет так, что святая вода шипит. Здесь бесы живут в печах, борделях и подвалах, а Клим Хрящ зарабатывает тем, что ловит их и продаёт. Он не герой, не святой и давно не экзорцист. Просто падальщик …
Костоброд — город, который стоит на костях, гниёт и пахнет так, что святая вода шипит. Здесь бесы живут в печах, борделях и подвалах, а Клим Хрящ зарабатывает тем, что ловит их и продаёт. Он не герой, не святой и давно не экзорцист. Просто падальщик …
Двадцать четыре человека приходят в себя привязанными к металлическим креслам на глубине чудовищного колодца. У них нет имен - только порядковые номера, статус «экономически нерентабельных» и миллиарды невидимых глаз, следящих за каждым их шагом в пр…
Двадцать четыре человека приходят в себя привязанными к металлическим креслам на глубине чудовищного колодца. У них нет имен - только порядковые номера, статус «экономически нерентабельных» и миллиарды невидимых глаз, следящих за каждым их шагом в пр…
Виктор Снегирёв нашёл кулон в девяносто восьмом — на помойке, среди битого кирпича. Через год умер его отец. Виктор не плакал: камень не дал. Через двадцать лет он передал кулон сыну — и промолчал, как молчали до него.
Артём надел камень в четверг. К…
Виктор Снегирёв нашёл кулон в девяносто восьмом — на помойке, среди битого кирпича. Через год умер его отец. Виктор не плакал: камень не дал. Через двадцать лет он передал кулон сыну — и промолчал, как молчали до него.
Артём надел камень в четверг. К…
Пять веков назад один из самых чутких Хранителей, Ангел Рафаэль, не сумел сберечь младенца в заснеженном русском поместье. Сокрушительное горе матери и гнев Творца низвергли его на Землю, а милосердное беспамятство стерло из его разума сияющий небесн…
Пять веков назад один из самых чутких Хранителей, Ангел Рафаэль, не сумел сберечь младенца в заснеженном русском поместье. Сокрушительное горе матери и гнев Творца низвергли его на Землю, а милосердное беспамятство стерло из его разума сияющий небесн…
В Тихогорске встал троллейбус. Не сломался. Не застрял. Не попал в аварию. Он просто встал — и не захотел ехать. Двери не открывает. Стоит. Водитель двадцать лет за рулём, а понять не может. Говорит: «Я в него не верю». А троллейбус отвечает: «Правил…
В Тихогорске встал троллейбус. Не сломался. Не застрял. Не попал в аварию. Он просто встал — и не захотел ехать. Двери не открывает. Стоит. Водитель двадцать лет за рулём, а понять не может. Говорит: «Я в него не верю». А троллейбус отвечает: «Правил…
В Тихогорске появился вампир. Об этом сообщили сверху.
Вампира нашли быстро. Он сидел в очереди в пункте переливания крови. На третьем месте. Ждал.
Вампир работал в этом центре санитаром. Тридцать лет. Носил пробирки. Не кусал. Не пил лишнего. Сдавал…
В Тихогорске появился вампир. Об этом сообщили сверху.
Вампира нашли быстро. Он сидел в очереди в пункте переливания крови. На третьем месте. Ждал.
Вампир работал в этом центре санитаром. Тридцать лет. Носил пробирки. Не кусал. Не пил лишнего. Сдавал…
«Франкенштейн, или Современный Прометей» — блистательный шедевр Мэри Шелли, ставший абсолютным мировым манифестом о безграничных возможностях человеческого разума, неукротимой воле к созиданию и цене великих открытий.
В центре этого пронзительного и …
«Франкенштейн, или Современный Прометей» — блистательный шедевр Мэри Шелли, ставший абсолютным мировым манифестом о безграничных возможностях человеческого разума, неукротимой воле к созиданию и цене великих открытий.
В центре этого пронзительного и …
В 02:13 на пульт экстренной службы поступает звонок с номера, которого не существует. Женщина просит не отправлять полицию: человек за дверью знает, что она разговаривает с оператором.
Но самое страшное начинается позже. В записи разговора Марина слы…
В 02:13 на пульт экстренной службы поступает звонок с номера, которого не существует. Женщина просит не отправлять полицию: человек за дверью знает, что она разговаривает с оператором.
Но самое страшное начинается позже. В записи разговора Марина слы…
Группа «Стикс-12» оказывается отрезана на дне колоссальной подземной выработки – технологического горизонта «Сухой карьер». В кольце циклопических скальных уступов, среди застывших шагающих экскаваторов и ржавых железнодорожных путей, уцелевшие пытаю…
Группа «Стикс-12» оказывается отрезана на дне колоссальной подземной выработки – технологического горизонта «Сухой карьер». В кольце циклопических скальных уступов, среди застывших шагающих экскаваторов и ржавых железнодорожных путей, уцелевшие пытаю…
Служебная группа «Омега-19» спускается на предельные глубины комплекса – в зону консервации сверхглубокой выработки, известной как Черный шурф. За многотонными шлюзовыми створами и переплетением кабельных коллекторов инженерам предстоит ликвидировать…
Служебная группа «Омега-19» спускается на предельные глубины комплекса – в зону консервации сверхглубокой выработки, известной как Черный шурф. За многотонными шлюзовыми створами и переплетением кабельных коллекторов инженерам предстоит ликвидировать…
Аварийная группа «Цербер-8» направлена на нижние технологические горизонты для ликвидации сбоя в контуре глубокой терморегуляции. Единственный путь к заблокированным переборкам лежит через вертикальную шахту охлаждения – циклопический колодец из пром…
Аварийная группа «Цербер-8» направлена на нижние технологические горизонты для ликвидации сбоя в контуре глубокой терморегуляции. Единственный путь к заблокированным переборкам лежит через вертикальную шахту охлаждения – циклопический колодец из пром…
Ноябрь 1734 года. Огюстен Мерсье вычисляет положение пятой станции: она лежит в Ливийской пустыне, и увидеть её можно только в полдень летнего солнцестояния, когда исчезают тени. До этого дня остаётся семь месяцев, и пройти нужно полторы тысячи миль …
Ноябрь 1734 года. Огюстен Мерсье вычисляет положение пятой станции: она лежит в Ливийской пустыне, и увидеть её можно только в полдень летнего солнцестояния, когда исчезают тени. До этого дня остаётся семь месяцев, и пройти нужно полторы тысячи миль …
Реставратор Аня случайно стирает инициалы со старинного стеклянного негатива 1883 года. На следующий день пластина исчезает из хранилища, а привычная кофейня на углу превращается в цветочный магазин. Аня узнает страшную правду: старые фотографии — эт…
Реставратор Аня случайно стирает инициалы со старинного стеклянного негатива 1883 года. На следующий день пластина исчезает из хранилища, а привычная кофейня на углу превращается в цветочный магазин. Аня узнает страшную правду: старые фотографии — эт…
Речной порт Тихогорска закрывают. Тихо, по-хозяйски, без скандала — так, будто он не работал здесь сто лет, а так, мимо проходил. На его месте хотят построить логистический хаб: склады, терминалы, бетон, кран, фура. Тендер выиграла фирма «Тихогорск-Л…
Речной порт Тихогорска закрывают. Тихо, по-хозяйски, без скандала — так, будто он не работал здесь сто лет, а так, мимо проходил. На его месте хотят построить логистический хаб: склады, терминалы, бетон, кран, фура. Тендер выиграла фирма «Тихогорск-Л…
Они жили рядом. За печкой, в бане, в омуте, в поле, в лесу. В них верили не как в сказку — как в соседей. Их задабривали, боялись, звали по имени и никогда не поминали вслух без нужды. Это не персонажи из книг. Это те, с кем русская деревня делила до…
Они жили рядом. За печкой, в бане, в омуте, в поле, в лесу. В них верили не как в сказку — как в соседей. Их задабривали, боялись, звали по имени и никогда не поминали вслух без нужды. Это не персонажи из книг. Это те, с кем русская деревня делила до…
Париж, 1702 год. Под блеском версальских балов и пудрой аристократических спален — темнота, которую король приказал забыть: чёрные мессы, оргии знати, яды, проданные души и кровь, льющаяся у алтарей. Знать Франции служит той, что старше неба и земли.…
Париж, 1702 год. Под блеском версальских балов и пудрой аристократических спален — темнота, которую король приказал забыть: чёрные мессы, оргии знати, яды, проданные души и кровь, льющаяся у алтарей. Знать Франции служит той, что старше неба и земли.…
«Старик вдруг снова оказался рядом со мной. Признаюсь, я рефлекторно вскочил и нервно засмеялся, когда он протянул мне картридж Nintendo-64. Он был стандартного серого цвета, но кто-то написал на нем черным перманентным маркером „Majora“. У меня запо…
«Старик вдруг снова оказался рядом со мной. Признаюсь, я рефлекторно вскочил и нервно засмеялся, когда он протянул мне картридж Nintendo-64. Он был стандартного серого цвета, но кто-то написал на нем черным перманентным маркером „Majora“. У меня запо…
Человек, совершивший преступление, обязан отвечать за него перед законом. Ни деньги, ни влиятельные родственники, ни знакомства с должностными лицами не должны превращаться в возможность избежать ответственности. Когда этого не происходит, наказания …
Человек, совершивший преступление, обязан отвечать за него перед законом. Ни деньги, ни влиятельные родственники, ни знакомства с должностными лицами не должны превращаться в возможность избежать ответственности. Когда этого не происходит, наказания …
Ноябрь 2026 года.
В городе начинают происходить странные вещи. Люди слышат шаги там, где никого нет, видят силуэт человека в темноте и сталкиваются с собственными воспоминаниями, от которых пытались избавиться.
Говорят, вернулся мёртвый.
При жизни он…
Ноябрь 2026 года.
В городе начинают происходить странные вещи. Люди слышат шаги там, где никого нет, видят силуэт человека в темноте и сталкиваются с собственными воспоминаниями, от которых пытались избавиться.
Говорят, вернулся мёртвый.
При жизни он…
Технолог | Юрист | Метафизик — это не три разных человека, а один рабочий метод. Автор: Айдын Марат.
Я строю результат так же, как строят прочную конструкцию: технолог держит прочность (никаких «примерно», только точные шаги), юрист держит формулиров…
Технолог | Юрист | Метафизик — это не три разных человека, а один рабочий метод. Автор: Айдын Марат.
Я строю результат так же, как строят прочную конструкцию: технолог держит прочность (никаких «примерно», только точные шаги), юрист держит формулиров…





















