ЛитРес: чтец
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Ради своей любимой жены Стас покупает домик в деревне – в …
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Ради своей любимой жены Стас покупает домик в деревне – в …
После несчастного случая Ульяна обнаруживает, что связана с загадочным миром, непредсказуемым и пугающим. Он не оставляет ее в покое, то утягивая к себе, то вторгаясь в ее привычную жизнь. Просить о помощи бесполезно: Ульяне всего 16, она – инвалид д…
После несчастного случая Ульяна обнаруживает, что связана с загадочным миром, непредсказуемым и пугающим. Он не оставляет ее в покое, то утягивая к себе, то вторгаясь в ее привычную жизнь. Просить о помощи бесполезно: Ульяне всего 16, она – инвалид д…
«Отец оставил мне лучшее наследство – свой весёлый нрав. А кто был мой отец? Ну, это к делу не относится! Довольно сказать, что он был живой весельчак, кругл и толст; словом – и душа и тело его были в разладе с его должностью. Да какую же он занимал …
«Отец оставил мне лучшее наследство – свой весёлый нрав. А кто был мой отец? Ну, это к делу не относится! Довольно сказать, что он был живой весельчак, кругл и толст; словом – и душа и тело его были в разладе с его должностью. Да какую же он занимал …
«Пронесется ветер над травой, и по ней пробежит зыбь, как по воде; пронесется над нивою, и она взволнуется, как море. Так танцует ветер. А послушай его рассказы! Он поет их, и голос его звучит по-разному: в лесу – так, в слуховых окнах, щелях и трещи…
«Пронесется ветер над травой, и по ней пробежит зыбь, как по воде; пронесется над нивою, и она взволнуется, как море. Так танцует ветер. А послушай его рассказы! Он поет их, и голос его звучит по-разному: в лесу – так, в слуховых окнах, щелях и трещи…
«Каждый раз, подъезжая к лесной деревушке Грязнухе, засевшей в глухом лесном углу, я испытывал особенное чувство, которое трудно назвать: это был край света, совершенно особый мир, страничка из русской истории XVII столетия. Где-то там далеко творили…
«Каждый раз, подъезжая к лесной деревушке Грязнухе, засевшей в глухом лесном углу, я испытывал особенное чувство, которое трудно назвать: это был край света, совершенно особый мир, страничка из русской истории XVII столетия. Где-то там далеко творили…
Я никогда его не видел. Но мои чувства решили все за меня.
Я никогда его не видел. Но мои чувства решили все за меня.
Я убивал и умирал!.. Я был купцом, слугой, тираном!.. Но кто я – я и сам не знал… И узнавать себя мне странно… Даже в страшном сне не мог представить себе частный детектив Алексей Верещагин, что следствие начнётся у самого порога его родного дома. Но…
Я убивал и умирал!.. Я был купцом, слугой, тираном!.. Но кто я – я и сам не знал… И узнавать себя мне странно… Даже в страшном сне не мог представить себе частный детектив Алексей Верещагин, что следствие начнётся у самого порога его родного дома. Но…
«Расскажу я тебе историю, которую сам слышал в детстве. Всякий раз, как она мне вспоминалась потом, она казалась мне всё лучше и лучше: и с историями, ведь, бывает то же, что с многими людьми, и они становятся с годами всё лучше и лучше, а это куда к…
«Расскажу я тебе историю, которую сам слышал в детстве. Всякий раз, как она мне вспоминалась потом, она казалась мне всё лучше и лучше: и с историями, ведь, бывает то же, что с многими людьми, и они становятся с годами всё лучше и лучше, а это куда к…
Когда-то отец-барон попросил у феи подарок для нерождённой еще дочери: пусть-де она выйдет замуж за короля! Неслыханно. Нахально. И фея пообещала! Но всё пошло не так, как было задумано, и подарки фея вручила не одной, а двум дочерям барона! Одной – …
Когда-то отец-барон попросил у феи подарок для нерождённой еще дочери: пусть-де она выйдет замуж за короля! Неслыханно. Нахально. И фея пообещала! Но всё пошло не так, как было задумано, и подарки фея вручила не одной, а двум дочерям барона! Одной – …
«Пешая этапная партия подымалась по трактовой дороге на „возгорок“.
По обе стороны дороги кучки елей и лиственниц взбегали кверху оживленной кудрявой зеленью. На гребне холма они сдвинулись гуще, стали стеной тайги, но на склоне меж дерев и ветвей ви…
«Пешая этапная партия подымалась по трактовой дороге на „возгорок“.
По обе стороны дороги кучки елей и лиственниц взбегали кверху оживленной кудрявой зеленью. На гребне холма они сдвинулись гуще, стали стеной тайги, но на склоне меж дерев и ветвей ви…
Художественная манера Михаила Алексеевича Кузмина (1872–1936) своеобразна, артистична, а творчество пронизано искренним поэтическим чувством, глубоко гуманистично: искусство, по мнению художника, «должно создаваться во имя любви, человечности и частн…
Художественная манера Михаила Алексеевича Кузмина (1872–1936) своеобразна, артистична, а творчество пронизано искренним поэтическим чувством, глубоко гуманистично: искусство, по мнению художника, «должно создаваться во имя любви, человечности и частн…
«Утром рано полусонные, всею компаниею послезали мы с сеновала и как только уселись в тарантас, так начали опять дремать или, как выражался Гвоздиков, „начали удить“. Ямщик позевывал и пожимался в своей свитенке; у него тоже „клевала“. Бубенчики мело…
«Утром рано полусонные, всею компаниею послезали мы с сеновала и как только уселись в тарантас, так начали опять дремать или, как выражался Гвоздиков, „начали удить“. Ямщик позевывал и пожимался в своей свитенке; у него тоже „клевала“. Бубенчики мело…
Жизнь политических ссыльных на дальнем Севере.
Жизнь политических ссыльных на дальнем Севере.
«Ты знаешь домового, а хозяйку знаешь? Жену садовника? Она была начитана, знала наизусть много стихов и даже бойко сочиняла их сама. Вот только рифмы, „спайки“ – как она их называла – давались ей не без труда. Да, у неё был и писательский талант и ор…
«Ты знаешь домового, а хозяйку знаешь? Жену садовника? Она была начитана, знала наизусть много стихов и даже бойко сочиняла их сама. Вот только рифмы, „спайки“ – как она их называла – давались ей не без труда. Да, у неё был и писательский талант и ор…
«– Хочу добиться чего-нибудь! – сказал самый старший из пяти братьев. – Хочу приносить пользу! Пусть моё положение в свете будет самое скромное, – раз я делаю что-нибудь полезное, я уже не даром копчу небо. Займусь выделкою кирпичей. Они нужны всем, …
«– Хочу добиться чего-нибудь! – сказал самый старший из пяти братьев. – Хочу приносить пользу! Пусть моё положение в свете будет самое скромное, – раз я делаю что-нибудь полезное, я уже не даром копчу небо. Займусь выделкою кирпичей. Они нужны всем, …
«При прежнем губернаторе у нас не позволялось курить в канцелярии. Старшие чиновники обыкновенно куривали в маленькой комнатке, за правительским кабинетом, а младшие – в сторожке. В этом курении у нас уходила большая половина служебного времени. Я и …
«При прежнем губернаторе у нас не позволялось курить в канцелярии. Старшие чиновники обыкновенно куривали в маленькой комнатке, за правительским кабинетом, а младшие – в сторожке. В этом курении у нас уходила большая половина служебного времени. Я и …
«Несколько лет назад, – и может быть, некоторые из читателей моих вспомнят об этом, – на выставке Академии художеств обратили на себя всеобщее внимание две картины: одна изображала Ревекку у колодца, другая какую-то девушку в белом платье, очень заду…
«Несколько лет назад, – и может быть, некоторые из читателей моих вспомнят об этом, – на выставке Академии художеств обратили на себя всеобщее внимание две картины: одна изображала Ревекку у колодца, другая какую-то девушку в белом платье, очень заду…
Книга повествует об удивительной судьбе славянской девушки, украденной в XVI веке и проданной на стамбульском невольничьем рынке в рабство. Обладая блестящим умом, необыкновенной силой воли и привлекательной внешностью, она из бесправной рабыни стала…
Книга повествует об удивительной судьбе славянской девушки, украденной в XVI веке и проданной на стамбульском невольничьем рынке в рабство. Обладая блестящим умом, необыкновенной силой воли и привлекательной внешностью, она из бесправной рабыни стала…
Не знаю, сколько я просидел в клетке. День? Два? Больше? Вернее не просидел, а пролежал – кучей окровавленного тряпья. После того, как я убил императора и его сыновей – надо мной основательно поработали, превращая мое тело в нечто среднее между отбив…
Не знаю, сколько я просидел в клетке. День? Два? Больше? Вернее не просидел, а пролежал – кучей окровавленного тряпья. После того, как я убил императора и его сыновей – надо мной основательно поработали, превращая мое тело в нечто среднее между отбив…
Из мраморного дворца – в грязный трактир, из тела изнеженной аристократки – в тело невольницы. Теперь она собственность грубого варвара, и ее единственное предназначение – утолять его похоть. Вот только гордый дух не так-то просто сломить. Пусть боги…
Из мраморного дворца – в грязный трактир, из тела изнеженной аристократки – в тело невольницы. Теперь она собственность грубого варвара, и ее единственное предназначение – утолять его похоть. Вот только гордый дух не так-то просто сломить. Пусть боги…