ЛитРес: чтец
«Пешая этапная партия подымалась по трактовой дороге на „возгорок“.
По обе стороны дороги кучки елей и лиственниц взбегали кверху оживленной кудрявой зеленью. На гребне холма они сдвинулись гуще, стали стеной тайги, но на склоне меж дерев и ветвей ви…
«Пешая этапная партия подымалась по трактовой дороге на „возгорок“.
По обе стороны дороги кучки елей и лиственниц взбегали кверху оживленной кудрявой зеленью. На гребне холма они сдвинулись гуще, стали стеной тайги, но на склоне меж дерев и ветвей ви…
Художественная манера Михаила Алексеевича Кузмина (1872–1936) своеобразна, артистична, а творчество пронизано искренним поэтическим чувством, глубоко гуманистично: искусство, по мнению художника, «должно создаваться во имя любви, человечности и частн…
Художественная манера Михаила Алексеевича Кузмина (1872–1936) своеобразна, артистична, а творчество пронизано искренним поэтическим чувством, глубоко гуманистично: искусство, по мнению художника, «должно создаваться во имя любви, человечности и частн…
Ванда Вуд – современная английская писательница, талантливый кулинар и ведунья-травница в пятом поколении. Прочитав эту книгу, вы легко научитесь использовать кулинарную магию в повседневной жизни во благо себе и своим близким. А готовя по рецептам В…
Ванда Вуд – современная английская писательница, талантливый кулинар и ведунья-травница в пятом поколении. Прочитав эту книгу, вы легко научитесь использовать кулинарную магию в повседневной жизни во благо себе и своим близким. А готовя по рецептам В…
Не знаю, сколько я просидел в клетке. День? Два? Больше? Вернее не просидел, а пролежал – кучей окровавленного тряпья. После того, как я убил императора и его сыновей – надо мной основательно поработали, превращая мое тело в нечто среднее между отбив…
Не знаю, сколько я просидел в клетке. День? Два? Больше? Вернее не просидел, а пролежал – кучей окровавленного тряпья. После того, как я убил императора и его сыновей – надо мной основательно поработали, превращая мое тело в нечто среднее между отбив…
«В третьем году, увязавшись за французскими друзьями, попал я в маленький, уютный, подземный кабачок, носивший заманчивое и великолепное название „Fleur latine“. Впрочем, я теперь не знаю твердо, было ли здесь единственное или множественное число. Цв…
«В третьем году, увязавшись за французскими друзьями, попал я в маленький, уютный, подземный кабачок, носивший заманчивое и великолепное название „Fleur latine“. Впрочем, я теперь не знаю твердо, было ли здесь единственное или множественное число. Цв…
Это была странная женская вечеринка: хозяйка детективного агентства Юлия Земцова, вдова убитого бизнесмена Наташа Британ и жена предполагаемого убийцы Лида Погодина. Женщины были явно благодарны Земцовой за то, что хотя бы на время вырвались из того …
Это была странная женская вечеринка: хозяйка детективного агентства Юлия Земцова, вдова убитого бизнесмена Наташа Британ и жена предполагаемого убийцы Лида Погодина. Женщины были явно благодарны Земцовой за то, что хотя бы на время вырвались из того …
«Утром рано полусонные, всею компаниею послезали мы с сеновала и как только уселись в тарантас, так начали опять дремать или, как выражался Гвоздиков, „начали удить“. Ямщик позевывал и пожимался в своей свитенке; у него тоже „клевала“. Бубенчики мело…
«Утром рано полусонные, всею компаниею послезали мы с сеновала и как только уселись в тарантас, так начали опять дремать или, как выражался Гвоздиков, „начали удить“. Ямщик позевывал и пожимался в своей свитенке; у него тоже „клевала“. Бубенчики мело…
Жизнь политических ссыльных на дальнем Севере.
Жизнь политических ссыльных на дальнем Севере.
«Москва слезам не верит» – вот главное правило, которое нужно знать наизусть, если решила приехать в шумный мегаполис. А ещё не следует доверять бандиту, который одним щелчком пальцев может превратить твою жизнь в ад.
Содержит нецензурную брань.
«Москва слезам не верит» – вот главное правило, которое нужно знать наизусть, если решила приехать в шумный мегаполис. А ещё не следует доверять бандиту, который одним щелчком пальцев может превратить твою жизнь в ад.
Содержит нецензурную брань.
«Ты знаешь домового, а хозяйку знаешь? Жену садовника? Она была начитана, знала наизусть много стихов и даже бойко сочиняла их сама. Вот только рифмы, „спайки“ – как она их называла – давались ей не без труда. Да, у неё был и писательский талант и ор…
«Ты знаешь домового, а хозяйку знаешь? Жену садовника? Она была начитана, знала наизусть много стихов и даже бойко сочиняла их сама. Вот только рифмы, „спайки“ – как она их называла – давались ей не без труда. Да, у неё был и писательский талант и ор…
Сергей Иванович всегда был мне близок, он заменил мне отца, и когда он предложил помочь ему снять напряжение, я еще не знала, что мне нужно будет делать. Я согласилась ради матери, ради мира в семье. Он мог уйти к другой женщине и разбить моей матери…
Сергей Иванович всегда был мне близок, он заменил мне отца, и когда он предложил помочь ему снять напряжение, я еще не знала, что мне нужно будет делать. Я согласилась ради матери, ради мира в семье. Он мог уйти к другой женщине и разбить моей матери…
В прозе Леонида Андреева причудливо переплелись трепетная эмоциональность, дотошный интерес к повседневности русской жизни и подчас иррациональный страх перед кошмарами «железного века». Любовь и смерть, жестокосердие и духовная стойкость человека – …
В прозе Леонида Андреева причудливо переплелись трепетная эмоциональность, дотошный интерес к повседневности русской жизни и подчас иррациональный страх перед кошмарами «железного века». Любовь и смерть, жестокосердие и духовная стойкость человека – …
Никогда не знаешь, какие превратности судьбы тебя ожидают в будущем. Еще несколько дней назад я принадлежала к знатному роду и готовилась к первому выходу в свет. Моей самой большой проблемой был вопрос выбора платья к столь знаменательному событию. …
Никогда не знаешь, какие превратности судьбы тебя ожидают в будущем. Еще несколько дней назад я принадлежала к знатному роду и готовилась к первому выходу в свет. Моей самой большой проблемой был вопрос выбора платья к столь знаменательному событию. …
Мажор… Для меня это скорее унизительное прозвище, чем красивый статус. Я всегда таких богатеньких сыночков влиятельных родителей презирала, ведь самой мне пришлось пробиваться в жизни. Взять хотя бы поступление в университет по стипендии. А вот ему, …
Мажор… Для меня это скорее унизительное прозвище, чем красивый статус. Я всегда таких богатеньких сыночков влиятельных родителей презирала, ведь самой мне пришлось пробиваться в жизни. Взять хотя бы поступление в университет по стипендии. А вот ему, …
В шестой книге серии Катерина неожиданно находит дальнюю родню, и избавляется от незваных гостей, её уносит медный орёл из забытой сказки, а по возвращении ей приходится разорвать сговор с Ратко. Кир чуть не становится обедом для молодой ягишны, а Ст…
В шестой книге серии Катерина неожиданно находит дальнюю родню, и избавляется от незваных гостей, её уносит медный орёл из забытой сказки, а по возвращении ей приходится разорвать сговор с Ратко. Кир чуть не становится обедом для молодой ягишны, а Ст…
Игры богов очень жестоки, они не знают пощады. И та, что еще вчера была первой красавицей империи, сегодня стала рабыней. А ее место заняла самозванка – девушка из бедных кварталов, рожденная, чтобы служить другим. Из грязного трактира – под мраморны…
Игры богов очень жестоки, они не знают пощады. И та, что еще вчера была первой красавицей империи, сегодня стала рабыней. А ее место заняла самозванка – девушка из бедных кварталов, рожденная, чтобы служить другим. Из грязного трактира – под мраморны…
Небогатой девушке сложно строить карьеру с нуля без поддержки. Особенно если стараешься быть независимой от чужого мнения, от друзей, от мужчин. Но невозможно быть независимой от Его Величества Случая. И он сыграл со мной злую шутку – я едва не приши…
Небогатой девушке сложно строить карьеру с нуля без поддержки. Особенно если стараешься быть независимой от чужого мнения, от друзей, от мужчин. Но невозможно быть независимой от Его Величества Случая. И он сыграл со мной злую шутку – я едва не приши…
Я счастливая жена и мать… Но так только лишь для всех остальных. В душе же я глубоко несчастна. Я живу с мужчиной, которого не люблю. И несу я этот крест ради детей. Мне казалось, что так будет всегда. Во всяком случае до тех пор, пока дети не станут…
Я счастливая жена и мать… Но так только лишь для всех остальных. В душе же я глубоко несчастна. Я живу с мужчиной, которого не люблю. И несу я этот крест ради детей. Мне казалось, что так будет всегда. Во всяком случае до тех пор, пока дети не станут…
Главный герой, контрразведчик Вадим Петров, заканчивает работать над делом, которое кажется бесперспективным. На загородном пикнике Вадим попадает в обстоятельства, обязывающие его, как честного человека и офицера, разобраться в случившемся. Личная и…
Главный герой, контрразведчик Вадим Петров, заканчивает работать над делом, которое кажется бесперспективным. На загородном пикнике Вадим попадает в обстоятельства, обязывающие его, как честного человека и офицера, разобраться в случившемся. Личная и…
«Жена барабанщика была в церкви и смотрела на новый алтарь, уставленный образами и украшенный резными херувимчиками. Какие они были хорошенькие! И те, с золотым сиянием вокруг головок, что были нарисованы на холсте, и те, что были вырезаны из дерева,…
«Жена барабанщика была в церкви и смотрела на новый алтарь, уставленный образами и украшенный резными херувимчиками. Какие они были хорошенькие! И те, с золотым сиянием вокруг головок, что были нарисованы на холсте, и те, что были вырезаны из дерева,…





















