ЛитРес: чтец
«… Поползухин потащил чемодан на руках и, усталый, расстроенный, к вечеру добрел до усадьбы Кривые Углы.
Неизвестная девка выглянула из окна флигеля, увидала его, выпала оттуда на землю и с криком ужаса понеслась в барский дом.
Поджарая старуха выско…
«… Поползухин потащил чемодан на руках и, усталый, расстроенный, к вечеру добрел до усадьбы Кривые Углы.
Неизвестная девка выглянула из окна флигеля, увидала его, выпала оттуда на землю и с криком ужаса понеслась в барский дом.
Поджарая старуха выско…
«Я ушел далеко за город. В широкой котловине тускло светились огни го рода, оттуда доносился смутный шум, грохот дрожек и обрывки музыки; был праздник, над окутанным пылью городом взвивались ракеты и римские свечи. А кругом была тишина. По краям доро…
«Я ушел далеко за город. В широкой котловине тускло светились огни го рода, оттуда доносился смутный шум, грохот дрожек и обрывки музыки; был праздник, над окутанным пылью городом взвивались ракеты и римские свечи. А кругом была тишина. По краям доро…
Он – влиятельный мужчина и мое наваждение из прошлого, я – обычная серая мышка, влюбленная в него с детства. Из-за моей сестры он навсегда покинул Лондон, сжег мосты, обещая никогда не возвращаться, но судьба столкнула нас снова.
Он – влиятельный мужчина и мое наваждение из прошлого, я – обычная серая мышка, влюбленная в него с детства. Из-за моей сестры он навсегда покинул Лондон, сжег мосты, обещая никогда не возвращаться, но судьба столкнула нас снова.
– Я невеста твоего сына! Отпусти меня!
– Пока ещё не невеста, – прижимает меня к стене.
– Я хочу уйти.
– Не уйдёшь, – Амир наклоняется ещё сильнее. – Я ещё не насладился твоей компанией. Как три года назад. У тебя кто-то был после меня?
Я молчу. Мужч…
– Я невеста твоего сына! Отпусти меня!
– Пока ещё не невеста, – прижимает меня к стене.
– Я хочу уйти.
– Не уйдёшь, – Амир наклоняется ещё сильнее. – Я ещё не насладился твоей компанией. Как три года назад. У тебя кто-то был после меня?
Я молчу. Мужч…
В метро, где всегда холодно, темно и шумно, обитают таинственные Сущности, о которых не подозревают люди. Но есть группа Замечающих, куда входят юноши и девушки – те, кто видит Реальность, как она есть. Фло совсем недавно присоединилась к ним и её лю…
В метро, где всегда холодно, темно и шумно, обитают таинственные Сущности, о которых не подозревают люди. Но есть группа Замечающих, куда входят юноши и девушки – те, кто видит Реальность, как она есть. Фло совсем недавно присоединилась к ним и её лю…
Когда я перевелась в новый университет, не думала, что на меня поспорят два местных красавчика с завышенным ЧСВ. Только они не знали, что я услышала их спор на великую меня и начну мстить. Вроде бы все шло по плану, ни в чьей постели я не просыпалась…
Когда я перевелась в новый университет, не думала, что на меня поспорят два местных красавчика с завышенным ЧСВ. Только они не знали, что я услышала их спор на великую меня и начну мстить. Вроде бы все шло по плану, ни в чьей постели я не просыпалась…
На главной станции Владивостока все готовились к карнавальному шествию. Паровозики Лучик и Яша отправились за украшениями для праздника. И вдруг, в лесу, они увидели дракона!.. Во втором рассказе внедорожник Алекс первый раз принимал участие в авто р…
На главной станции Владивостока все готовились к карнавальному шествию. Паровозики Лучик и Яша отправились за украшениями для праздника. И вдруг, в лесу, они увидели дракона!.. Во втором рассказе внедорожник Алекс первый раз принимал участие в авто р…
Перед вами третья часть книги «Начала» о школе йоги в изложении бесед Учителя Георгия Богословского. В этих беседах обсуждается важность морального фактора для человека, идущего по пути йоги – духовному пути. Три фундаментальных закона: мысль материа…
Перед вами третья часть книги «Начала» о школе йоги в изложении бесед Учителя Георгия Богословского. В этих беседах обсуждается важность морального фактора для человека, идущего по пути йоги – духовному пути. Три фундаментальных закона: мысль материа…
«– Эти ваши человеческие отношения, – сказал мне Аносов, – так сложны, мучительны и загадочны, что иногда является мысль: не одиночество ли – настоящее, пока доступное счастье.
Перед этим мы говорили о нашумевшем в то время деле Макарова, застреливше…
«– Эти ваши человеческие отношения, – сказал мне Аносов, – так сложны, мучительны и загадочны, что иногда является мысль: не одиночество ли – настоящее, пока доступное счастье.
Перед этим мы говорили о нашумевшем в то время деле Макарова, застреливше…
«Когда мне случается проезжать через большее село Займище, я всегда завертываю в старый бороздинский дом, к старушке Миропее Михайловне: такая милая и почтенная старушка, что совестно проехать мимо. Сам бороздинский дом представлял собою нечто совсем…
«Когда мне случается проезжать через большее село Займище, я всегда завертываю в старый бороздинский дом, к старушке Миропее Михайловне: такая милая и почтенная старушка, что совестно проехать мимо. Сам бороздинский дом представлял собою нечто совсем…
«Мессер Фабрицио был мал, хил и слаб, так как тело его было истощено непрерывными и чрезмерными занятиями, но лицо имел важное и строгое, взор глубокомысленный, брови густые и нахмуренные, походку величественную и медленную, и никто не умел с бóльшим…
«Мессер Фабрицио был мал, хил и слаб, так как тело его было истощено непрерывными и чрезмерными занятиями, но лицо имел важное и строгое, взор глубокомысленный, брови густые и нахмуренные, походку величественную и медленную, и никто не умел с бóльшим…
«Хмурый осенний день неприветливо глядел на землю. Было еще не поздно, но мутные волны сумерек уже затопляли мало-помалу всю окрестность, выцветшую и полинявшую от ненастья. В воздухе пахло сыростью; дул ветер; обнаженные вершины сада гудели по-зимне…
«Хмурый осенний день неприветливо глядел на землю. Было еще не поздно, но мутные волны сумерек уже затопляли мало-помалу всю окрестность, выцветшую и полинявшую от ненастья. В воздухе пахло сыростью; дул ветер; обнаженные вершины сада гудели по-зимне…
«Море – смеялось.
Под легким дуновением знойного ветра оно вздрагивало и, покрываясь мелкой рябью, ослепительно ярко отражавшей солнце, улыбалось голубому небу тысячами серебряных улыбок. В глубоком пространстве между морем и небом носился веселый пл…
«Море – смеялось.
Под легким дуновением знойного ветра оно вздрагивало и, покрываясь мелкой рябью, ослепительно ярко отражавшей солнце, улыбалось голубому небу тысячами серебряных улыбок. В глубоком пространстве между морем и небом носился веселый пл…
«…А еще была такая деревня Иваниха, все мужики Иваны, а только прозвища разные: Самоглот Иван (во сне себе ухо сжевал), Оголтень Иван, Носопыр Иван, Соленые Уши Иван, Белены Объелся Иван, Переплюй Иван, – и не перечесть, а только Переплюй – самый гла…
«…А еще была такая деревня Иваниха, все мужики Иваны, а только прозвища разные: Самоглот Иван (во сне себе ухо сжевал), Оголтень Иван, Носопыр Иван, Соленые Уши Иван, Белены Объелся Иван, Переплюй Иван, – и не перечесть, а только Переплюй – самый гла…
«В неведомых землях, на горах, на водах, не в наших городах, на море, на Океане, на острове Буяне, стоит дуб зеленый, под дубом бык печеный, в боку у него нож точеный, на блюде чеснок толченый; с одного бока режь, с другого макай да ешь. И это еще не…
«В неведомых землях, на горах, на водах, не в наших городах, на море, на Океане, на острове Буяне, стоит дуб зеленый, под дубом бык печеный, в боку у него нож точеный, на блюде чеснок толченый; с одного бока режь, с другого макай да ешь. И это еще не…
Снегопад постепенно усиливался. Уже на расстоянии в пятьсот футов с трудом можно было что-то разглядеть. Такого снега их город уже давно не видел. Снежинки – огромные, слипшиеся в ледяные мохнатые комки – летели с неба, не прекращая наращивать интенс…
Снегопад постепенно усиливался. Уже на расстоянии в пятьсот футов с трудом можно было что-то разглядеть. Такого снега их город уже давно не видел. Снежинки – огромные, слипшиеся в ледяные мохнатые комки – летели с неба, не прекращая наращивать интенс…
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 50, 5 марта под названием «В Черноморье», с подзаголовком «Песня», в серии «Теневые картинки». Рассказ старого Рагима имел подзаголовок: «О соколе и уже». В первое издание (Дороватовского и Чарушни…
Впервые напечатано в «Самарской газете», 1895, номер 50, 5 марта под названием «В Черноморье», с подзаголовком «Песня», в серии «Теневые картинки». Рассказ старого Рагима имел подзаголовок: «О соколе и уже». В первое издание (Дороватовского и Чарушни…
«Как-то странно сказать: мои воспоминания, потому что давно ли все это было? Вчера, третьего дня – так живо проходят пред глазами разные сцены, разговоры, лица… А между тем несомненно, что все это уже отошло в область прошлого, далекого прошлого, о ч…
«Как-то странно сказать: мои воспоминания, потому что давно ли все это было? Вчера, третьего дня – так живо проходят пред глазами разные сцены, разговоры, лица… А между тем несомненно, что все это уже отошло в область прошлого, далекого прошлого, о ч…
«День 23 июня – накануне Ивана Купалы – народный праздник. С самого утра в деревне Линтуле все так весело и нарядно… Молодежь готовится к гулянью: сегодня ночью в лесу будут жечь смолу в бочке, солому, сосновые ветки, прыгать через костры („кокко“), …
«День 23 июня – накануне Ивана Купалы – народный праздник. С самого утра в деревне Линтуле все так весело и нарядно… Молодежь готовится к гулянью: сегодня ночью в лесу будут жечь смолу в бочке, солому, сосновые ветки, прыгать через костры („кокко“), …
Кирилл Синицын успешен и богат. Он привык жить один. Свободно. Без обязательств. И так бы и было дальше, если бы ему на голову не свалилась юная, бойкая дочь его старого друга Лена Солодова. И теперь ему придется не только выручать ее из мелких непри…
Кирилл Синицын успешен и богат. Он привык жить один. Свободно. Без обязательств. И так бы и было дальше, если бы ему на голову не свалилась юная, бойкая дочь его старого друга Лена Солодова. И теперь ему придется не только выручать ее из мелких непри…