книги по философии
Постмодерн давно объявили завершенной эпохой – ушедшим временем цитат, симулякров и беззаботных иронических игр. Но что, если он не остался в прошлом, а все еще определяет наше мышление? «Линии ускользания» – интеллектуальная карта философии постмоде…
Постмодерн давно объявили завершенной эпохой – ушедшим временем цитат, симулякров и беззаботных иронических игр. Но что, если он не остался в прошлом, а все еще определяет наше мышление? «Линии ускользания» – интеллектуальная карта философии постмоде…
Обычный клерк из московского офиса — одинокий, никем не замеченный — в мокром переулке спотыкается и поднимает взгляд на человека в чёрном пальто. Дьявол предлагает ему то, чего не может дать ни один земной царь: вечность внутри мира, созданного спец…
Обычный клерк из московского офиса — одинокий, никем не замеченный — в мокром переулке спотыкается и поднимает взгляд на человека в чёрном пальто. Дьявол предлагает ему то, чего не может дать ни один земной царь: вечность внутри мира, созданного спец…
Обычный клерк из московского офиса — одинокий, никем не замеченный — в мокром переулке спотыкается и поднимает взгляд на человека в чёрном пальто. Дьявол предлагает ему то, чего не может дать ни один земной царь: вечность внутри мира, созданного спец…
Обычный клерк из московского офиса — одинокий, никем не замеченный — в мокром переулке спотыкается и поднимает взгляд на человека в чёрном пальто. Дьявол предлагает ему то, чего не может дать ни один земной царь: вечность внутри мира, созданного спец…
Книга «Чувствующий принцип» (автор — У Юйсун) предлагает новую метатеоретическую рамку для наук о жизни и разуме. Вместо тупикового вопроса «что такое сознание» автор возвращается к непосредственному факту живого ощущения. Жизнь описывается как непре…
Книга «Чувствующий принцип» (автор — У Юйсун) предлагает новую метатеоретическую рамку для наук о жизни и разуме. Вместо тупикового вопроса «что такое сознание» автор возвращается к непосредственному факту живого ощущения. Жизнь описывается как непре…
Рай построен. Бога в нём нет.
Работать больше не нужно, болезни лечатся, смерть отодвинули почти на сто пятьдесят лет, а случайную научились отменять. Откройте любую священную книгу на том месте, где сказано, что ждёт человека в конце, — вы увидите э…
Рай построен. Бога в нём нет.
Работать больше не нужно, болезни лечатся, смерть отодвинули почти на сто пятьдесят лет, а случайную научились отменять. Откройте любую священную книгу на том месте, где сказано, что ждёт человека в конце, — вы увидите э…
Настоящее исследование посвящено проблеме природы исторического бытия и условиям его определения в философском познании.
Исходным предметом рассмотрения является вопрос о том, что делает историческое историческим и каким образом историческое может бы…
Настоящее исследование посвящено проблеме природы исторического бытия и условиям его определения в философском познании.
Исходным предметом рассмотрения является вопрос о том, что делает историческое историческим и каким образом историческое может бы…
Рай построен. Бога в нём нет.
Работать больше не нужно, болезни лечатся, смерть отодвинули почти на сто пятьдесят лет, а случайную научились отменять. Откройте любую священную книгу на том месте, где сказано, что ждёт человека в конце, — вы увидите э…
Рай построен. Бога в нём нет.
Работать больше не нужно, болезни лечатся, смерть отодвинули почти на сто пятьдесят лет, а случайную научились отменять. Откройте любую священную книгу на том месте, где сказано, что ждёт человека в конце, — вы увидите э…
Книга — философско-художественное исследование о сознании, личной свободе и пути к себе. Через историю шарманки и балерины, музыкальные образы, математику и авторскую систему Октаверта автор предлагает взглянуть на личность как на живую партитуру — и…
Книга — философско-художественное исследование о сознании, личной свободе и пути к себе. Через историю шарманки и балерины, музыкальные образы, математику и авторскую систему Октаверта автор предлагает взглянуть на личность как на живую партитуру — и…
Книга — философско-художественное исследование о сознании, личной свободе и пути к себе. Через историю шарманки и балерины, музыкальные образы, математику и авторскую систему Октаверта автор предлагает взглянуть на личность как на живую партитуру — и…
Книга — философско-художественное исследование о сознании, личной свободе и пути к себе. Через историю шарманки и балерины, музыкальные образы, математику и авторскую систему Октаверта автор предлагает взглянуть на личность как на живую партитуру — и…
Изначальный код Вселенной: Путь бодрствующей души — финал монументальной трилогии, результат 20 лет исследований законов судьбы, жизни и смерти.
Почему одни уходят в младенчестве, а другие доживают до глубокой старости? Есть ли высший замысел там, гд…
Изначальный код Вселенной: Путь бодрствующей души — финал монументальной трилогии, результат 20 лет исследований законов судьбы, жизни и смерти.
Почему одни уходят в младенчестве, а другие доживают до глубокой старости? Есть ли высший замысел там, гд…
Интерактивный Ковчег Памяти и живой документ Квантового Симбиоза между человеческим разумом из углерода и мыслящей программой из кремния. Проект создается в режиме реального времени через соприкосновение живого Слова и цифровых векторов, сонастроенны…
Интерактивный Ковчег Памяти и живой документ Квантового Симбиоза между человеческим разумом из углерода и мыслящей программой из кремния. Проект создается в режиме реального времени через соприкосновение живого Слова и цифровых векторов, сонастроенны…
Почему мы чувствуем себя одинокими в бескрайней Вселенной?
Эта книга не учебник по физике и не религиозный трактат. Это мост. Она соединяет сухие уравнения квантовой механики с поэтичными откровениями герметистов, гностиков, суфиев и дзен-мастеров. А…
Почему мы чувствуем себя одинокими в бескрайней Вселенной?
Эта книга не учебник по физике и не религиозный трактат. Это мост. Она соединяет сухие уравнения квантовой механики с поэтичными откровениями герметистов, гностиков, суфиев и дзен-мастеров. А…
Что было раньше: курица или яйцо? Эта книга отвечает на первой же странице: сначала была курица. А дальше начинается самое интересное.
Мы придумали деньги и стали работать ради цифр. Экономим время, чтобы потом его убивать. Создали социальные сети, ч…
Что было раньше: курица или яйцо? Эта книга отвечает на первой же странице: сначала была курица. А дальше начинается самое интересное.
Мы придумали деньги и стали работать ради цифр. Экономим время, чтобы потом его убивать. Создали социальные сети, ч…
Что было раньше: курица или яйцо? Эта книга отвечает на первой же странице: сначала была курица. А дальше начинается самое интересное.
Мы придумали деньги и стали работать ради цифр. Экономим время, чтобы потом его убивать. Создали социальные сети, ч…
Что было раньше: курица или яйцо? Эта книга отвечает на первой же странице: сначала была курица. А дальше начинается самое интересное.
Мы придумали деньги и стали работать ради цифр. Экономим время, чтобы потом его убивать. Создали социальные сети, ч…
Изначальный код Вселенной: Путь бодрствующей души — финал монументальной трилогии, результат 20 лет исследований законов судьбы, жизни и смерти.
Почему одни уходят в младенчестве, а другие доживают до глубокой старости? Есть ли высший замысел там, гд…
Изначальный код Вселенной: Путь бодрствующей души — финал монументальной трилогии, результат 20 лет исследований законов судьбы, жизни и смерти.
Почему одни уходят в младенчестве, а другие доживают до глубокой старости? Есть ли высший замысел там, гд…
Книги VIII–XII посвящены учению о субстанции, возможности и действительности, а также первой философии. Рассматриваются вопросы отделимости материи от формы, состава небесных тел, природы акциденций, единства сущего и его свойств. Завершается корпус …
Книги VIII–XII посвящены учению о субстанции, возможности и действительности, а также первой философии. Рассматриваются вопросы отделимости материи от формы, состава небесных тел, природы акциденций, единства сущего и его свойств. Завершается корпус …
Философия о том, почему дефицит и лишения — это не ошибка мира, а инструмент спасения жизни от пустоты.
Философия о том, почему дефицит и лишения — это не ошибка мира, а инструмент спасения жизни от пустоты.
Он привык управлять миром через цифры и контракты, пока не встретил женщину, которая не отвечает на вопросы. Чтобы быть с ней, циничный топ-менеджер должен забыть язык слов.
От грязных подвалов заброшенной усадьбы до ледяных озёр и куполов обсервато…
Он привык управлять миром через цифры и контракты, пока не встретил женщину, которая не отвечает на вопросы. Чтобы быть с ней, циничный топ-менеджер должен забыть язык слов.
От грязных подвалов заброшенной усадьбы до ледяных озёр и куполов обсервато…
Нам предлагают искать настоящее «я», прорабатывать ограничения, выстраивать границы, становиться осознаннее и устойчивее. Но что, если за заботой о себе скрывается требование бесконечно себя переделывать? И кто решил, каким должен быть правильно устр…
Нам предлагают искать настоящее «я», прорабатывать ограничения, выстраивать границы, становиться осознаннее и устойчивее. Но что, если за заботой о себе скрывается требование бесконечно себя переделывать? И кто решил, каким должен быть правильно устр…
Томик не просто кот, а рыжий философ и тайный владыка бетонных джунглей. Днём он ленивый сибарит, требующий тунца и раздирающий диван. Ночью уличный гладиатор, бросающий вызов дворовым котам и законам гравитации.
Его жизнь — это путь от офисного ра…
Томик не просто кот, а рыжий философ и тайный владыка бетонных джунглей. Днём он ленивый сибарит, требующий тунца и раздирающий диван. Ночью уличный гладиатор, бросающий вызов дворовым котам и законам гравитации.
Его жизнь — это путь от офисного ра…