историческое фэнтези
Эта книга — хроника невозможного.
Мари-Антуан Карем закладывал фундамент кулинарии в XIX веке. Современный кондитер Агата возвращает к жизни его чертежи, переводя старинные смыслы на язык эстетики. Но сильнее времени оказалось одиночество. Они одинак…
Эта книга — хроника невозможного.
Мари-Антуан Карем закладывал фундамент кулинарии в XIX веке. Современный кондитер Агата возвращает к жизни его чертежи, переводя старинные смыслы на язык эстетики. Но сильнее времени оказалось одиночество. Они одинак…
Крис — купец, привыкший доверять цифрам, выгодным сделкам и собственному умению просчитывать людей. Его жизнь была простой: купить дешевле, продать дороже и однажды стать владельцем лучших торговых рядов столицы. Всё меняется после встречи с Марой — …
Крис — купец, привыкший доверять цифрам, выгодным сделкам и собственному умению просчитывать людей. Его жизнь была простой: купить дешевле, продать дороже и однажды стать владельцем лучших торговых рядов столицы. Всё меняется после встречи с Марой — …
Древний курган радимичей хранит тайну веков: В нем спрятан клад, который смогут найти лишь те, чьи сердца чисты. Так слушайте люди сказание о любви, дерзнувшей бросить вызов древним духам.
Тени прошлого шепчут на ухо соблазны. Призраки вождей испыт…
Древний курган радимичей хранит тайну веков: В нем спрятан клад, который смогут найти лишь те, чьи сердца чисты. Так слушайте люди сказание о любви, дерзнувшей бросить вызов древним духам.
Тени прошлого шепчут на ухо соблазны. Призраки вождей испыт…
Москва, 1703 год. Эпоха великих реформ и великой боли.
Петр I рубит не только бороды — его топор прорубил дыру в самой ткани мироздания. Запретив древние обряды и насадив европейский порядок, царь разорвал Завесу между Явью и Навью. Теперь по улицам …
Москва, 1703 год. Эпоха великих реформ и великой боли.
Петр I рубит не только бороды — его топор прорубил дыру в самой ткани мироздания. Запретив древние обряды и насадив европейский порядок, царь разорвал Завесу между Явью и Навью. Теперь по улицам …
Эта книга — хроника невозможного.
Мари-Антуан Карем закладывал фундамент кулинарии в XIX веке. Современный кондитер Агата возвращает к жизни его чертежи, переводя старинные смыслы на язык эстетики. Но сильнее времени оказалось одиночество. Они одинак…
Эта книга — хроника невозможного.
Мари-Антуан Карем закладывал фундамент кулинарии в XIX веке. Современный кондитер Агата возвращает к жизни его чертежи, переводя старинные смыслы на язык эстетики. Но сильнее времени оказалось одиночество. Они одинак…
Несколько веков назад подданные убили королеву-ведьму. Она не простила своей смерти и сделает всё, чтобы вернуться к жизни, даже если это уничтожит мир.
Столетия спустя разделённый на несколько королевств континент погряз в войне, дворцовых интригах …
Несколько веков назад подданные убили королеву-ведьму. Она не простила своей смерти и сделает всё, чтобы вернуться к жизни, даже если это уничтожит мир.
Столетия спустя разделённый на несколько королевств континент погряз в войне, дворцовых интригах …
Он — принц демонов, который давно разучился чувствовать. Предательство матери уничтожило в Лэн Цзюе способность испытывать боль, любовь и сострадание, превратив его в холодное и беспощадное чудовище.
Она — душа из другого времени. Арина погибает от р…
Он — принц демонов, который давно разучился чувствовать. Предательство матери уничтожило в Лэн Цзюе способность испытывать боль, любовь и сострадание, превратив его в холодное и беспощадное чудовище.
Она — душа из другого времени. Арина погибает от р…
Рассказы от имени неодушевлённых предметов. Зеркало, часы, амулет, кукла, метеорит, драгоценный камень, свечи превращаются в настоящих героев от лица которых и идёт повествование.
Рассказы от имени неодушевлённых предметов. Зеркало, часы, амулет, кукла, метеорит, драгоценный камень, свечи превращаются в настоящих героев от лица которых и идёт повествование.
Английский свет готов простить женщине скандал, но он никогда не простит ей силу. Сделка с графом Хавершемом, обернувшаяся самой неожиданной и циничной помолвкой сезона, дает мне надежную защиту и землю под новые фабрики.
Однако вест-индское лобби и …
Английский свет готов простить женщине скандал, но он никогда не простит ей силу. Сделка с графом Хавершемом, обернувшаяся самой неожиданной и циничной помолвкой сезона, дает мне надежную защиту и землю под новые фабрики.
Однако вест-индское лобби и …
Я – современная девушка в теле юной барышни XIX века. Все рады, что Софья очнулась после падения с лошади, а я боюсь выдать себя.
Но главная опасность – он. Мрачный сосед из усадьбы за озером. Говорят, он скрывает тёмное прошлое. Говорят, к нему лучш…
Я – современная девушка в теле юной барышни XIX века. Все рады, что Софья очнулась после падения с лошади, а я боюсь выдать себя.
Но главная опасность – он. Мрачный сосед из усадьбы за озером. Говорят, он скрывает тёмное прошлое. Говорят, к нему лучш…
Московский историк Вероника Волкова изучала геноцид индейцев XVIII века, пока старинный медальон не перенес ее в тело Виолетты Харрингтон — дочери британского полковника, чьи солдаты только что вырезали целую деревню делаваров. Захваченная в плен выж…
Московский историк Вероника Волкова изучала геноцид индейцев XVIII века, пока старинный медальон не перенес ее в тело Виолетты Харрингтон — дочери британского полковника, чьи солдаты только что вырезали целую деревню делаваров. Захваченная в плен выж…
В империи, где красный шёлк ценится выше человеческой жизни, Лин потеряла одного мужа в пожаре. Теперь второй вручил ей брачный дар — вышитый шнур, который должен был затянуть вдовий узел.
Дом регента Цзиня должен был стать её могилой. За его высоким…
В империи, где красный шёлк ценится выше человеческой жизни, Лин потеряла одного мужа в пожаре. Теперь второй вручил ей брачный дар — вышитый шнур, который должен был затянуть вдовий узел.
Дом регента Цзиня должен был стать её могилой. За его высоким…
Крис привык считать, что у каждой поездки есть разумная причина. Но после встречи с загадочной Марой его привычная жизнь рушится: металлический ящик, найденный на старом складе, оказывается связан с человеком в маске, таинственной тенью над городом и…
Крис привык считать, что у каждой поездки есть разумная причина. Но после встречи с загадочной Марой его привычная жизнь рушится: металлический ящик, найденный на старом складе, оказывается связан с человеком в маске, таинственной тенью над городом и…
Что, если мифы Древней Греции рассказывали лишь малую часть правды?
За знакомыми именами богов и легендарных существ скрывается иной Эгейский мир — древний, огромный и живущий по собственным правилам.
Здесь море важнее границ. Богатейшие полисы борют…
Что, если мифы Древней Греции рассказывали лишь малую часть правды?
За знакомыми именами богов и легендарных существ скрывается иной Эгейский мир — древний, огромный и живущий по собственным правилам.
Здесь море важнее границ. Богатейшие полисы борют…
Очнулась в теле униженной княжны из проклятого рода с магией и ярлыком нечисти. Чтобы выжить и отвоевать своё право на счастье, я должна раскрыть серию преступлений и спасти репутацию рода. Вернуть княжеский титул и заставить все пять кланов уважать …
Очнулась в теле униженной княжны из проклятого рода с магией и ярлыком нечисти. Чтобы выжить и отвоевать своё право на счастье, я должна раскрыть серию преступлений и спасти репутацию рода. Вернуть княжеский титул и заставить все пять кланов уважать …
«Чёрный самурай не ищет мести. Он – печать на ране мира».
После позорной казни за ложное предательство самурай Кагэцу возвращается из Бездны между мирами – не призраком, не богом, а живой Печатью Мёртвых: его кожа покрыта трещинами, из которых сочитс…
«Чёрный самурай не ищет мести. Он – печать на ране мира».
После позорной казни за ложное предательство самурай Кагэцу возвращается из Бездны между мирами – не призраком, не богом, а живой Печатью Мёртвых: его кожа покрыта трещинами, из которых сочитс…
Муж считал её вещью, купленной в пансионе, его дети – прислугой, ровно до той поры, как выяснилось, что они все живут за её счёт, им бы так и сошло с рук беззаконие. Но теперь в теле безропотной Веры – я, женщина старой закалки, и у меня есть собстве…
Муж считал её вещью, купленной в пансионе, его дети – прислугой, ровно до той поры, как выяснилось, что они все живут за её счёт, им бы так и сошло с рук беззаконие. Но теперь в теле безропотной Веры – я, женщина старой закалки, и у меня есть собстве…
Путешественница во времени Маша Основа попадает в ранние библейские времена и застревает в них, словно актриса взрослых фильмов в стиральной машине. Два брата, встреченные ей, оказываются Каином и Авелем. Между ними и Машей образуется любовный треуго…
Путешественница во времени Маша Основа попадает в ранние библейские времена и застревает в них, словно актриса взрослых фильмов в стиральной машине. Два брата, встреченные ей, оказываются Каином и Авелем. Между ними и Машей образуется любовный треуго…
Ювелиры в Лаврилии не делают простых украшений, они заточают саму магию в металл. Кольца, созданные ими, подчиняют стихии, рушат и возводят империи, превосходят саму смерть. Эта сила – гарантия процветания всего королевства, что, впрочем, рискует …
Ювелиры в Лаврилии не делают простых украшений, они заточают саму магию в металл. Кольца, созданные ими, подчиняют стихии, рушат и возводят империи, превосходят саму смерть. Эта сила – гарантия процветания всего королевства, что, впрочем, рискует …
«В тени государевой» – роман Марии Самтенко, вторая книга цикла «Первая», жанр бояръ-аниме, боевое фэнтези, историческое фэнтези, детективное фэнтези, альтернативная история.
Попала в тело наследницы дворянского рода, получила магический дар, собрала…
«В тени государевой» – роман Марии Самтенко, вторая книга цикла «Первая», жанр бояръ-аниме, боевое фэнтези, историческое фэнтези, детективное фэнтези, альтернативная история.
Попала в тело наследницы дворянского рода, получила магический дар, собрала…





















