литература 20 века
Два родных брата – Роджер и Антони Пуль. Так похожие внешне и все же такие разные. Роджер – баловень судьбы, увенчанный лаврами и славой. Антони – бледная тень своего брата, неудачник притягивающий к себе только горе и несчастье. Но вот в их жизни по…
Два родных брата – Роджер и Антони Пуль. Так похожие внешне и все же такие разные. Роджер – баловень судьбы, увенчанный лаврами и славой. Антони – бледная тень своего брата, неудачник притягивающий к себе только горе и несчастье. Но вот в их жизни по…
Студия «МедиаКнига» представляет аудиокнигу Евгений Иванович Замятина – великого русского писателя, публициста и литературного критика, киносценариста, инженера – «Островитяне».
"Первое время, случалось, миссис Дьюли сходила с рельс и пыталась в неп…
Студия «МедиаКнига» представляет аудиокнигу Евгений Иванович Замятина – великого русского писателя, публициста и литературного критика, киносценариста, инженера – «Островитяне».
"Первое время, случалось, миссис Дьюли сходила с рельс и пыталась в неп…
Студия «МедиаКнига» представляет аудиокнигу Евгений Иванович Замятина – великого русского писателя, публициста и литературного критика, киносценариста, инженера – «Север».
"Происходит так: солнце летит все медленнее, медленнее, повисло неподвижно. И…
Студия «МедиаКнига» представляет аудиокнигу Евгений Иванович Замятина – великого русского писателя, публициста и литературного критика, киносценариста, инженера – «Север».
"Происходит так: солнце летит все медленнее, медленнее, повисло неподвижно. И…
Студия «МедиаКнига» представляет аудиокнигу Евгений Иванович Замятина – великого русского писателя, публициста и литературного критика, киносценариста, инженера – «Уездное».
"Отец бесперечь пилит: «Учись да учись, а то будешь, как я, сапоги тачать».…
Студия «МедиаКнига» представляет аудиокнигу Евгений Иванович Замятина – великого русского писателя, публициста и литературного критика, киносценариста, инженера – «Уездное».
"Отец бесперечь пилит: «Учись да учись, а то будешь, как я, сапоги тачать».…
В этот сборник вошли произведения Булгакова, носящие автобиографический характер, – остроумная, ироничная повесть «Записки на манжетах», посвященная скитаниям по послереволюционному Кавказу, сложным отношениям с «красной» властью и собратьями по перу…
В этот сборник вошли произведения Булгакова, носящие автобиографический характер, – остроумная, ироничная повесть «Записки на манжетах», посвященная скитаниям по послереволюционному Кавказу, сложным отношениям с «красной» властью и собратьями по перу…
В эту книгу вошли классические произведения Альбера Камю из сборников «Изнанка и лицо», «Брачный пир» и «Лето».
Эссе – жанр, занимавший в творчестве Камю особенное место. Жанр, к которому он обращался снова и снова на протяжении всей своей жизни и в …
В эту книгу вошли классические произведения Альбера Камю из сборников «Изнанка и лицо», «Брачный пир» и «Лето».
Эссе – жанр, занимавший в творчестве Камю особенное место. Жанр, к которому он обращался снова и снова на протяжении всей своей жизни и в …
Роман «1984» об опасности тоталитаризма стал одной из самых известных антиутопий XX века, которая стоит в одном ряду с «Мы» Замятина, «О дивный новый мир» Хаксли и «451° по Фаренгейту» Брэдбери.
Что будет, если в правящих кругах распространятся идеи …
Роман «1984» об опасности тоталитаризма стал одной из самых известных антиутопий XX века, которая стоит в одном ряду с «Мы» Замятина, «О дивный новый мир» Хаксли и «451° по Фаренгейту» Брэдбери.
Что будет, если в правящих кругах распространятся идеи …
«Итак – я еду учиться в Казанский университет, не менее этого.
Мысль об университете внушил мне гимназист Н. Евреинов, милый юноша, красавец с ласковыми глазами женщины. Он жил на чердаке в одном доме со мною, он часто видел меня с книгой в руке, это…
«Итак – я еду учиться в Казанский университет, не менее этого.
Мысль об университете внушил мне гимназист Н. Евреинов, милый юноша, красавец с ласковыми глазами женщины. Он жил на чердаке в одном доме со мною, он часто видел меня с книгой в руке, это…
«…Поезд подходил к станции Бологое.
В третьем классе, по обыкновению, было душно, тесно и накурено. Пассажиры, успевшие перезнакомиться между собой, вели нескончаемую беседу.
Около самого выхода из вагона в дружной оживленной кучке сидели: белокровна…
«…Поезд подходил к станции Бологое.
В третьем классе, по обыкновению, было душно, тесно и накурено. Пассажиры, успевшие перезнакомиться между собой, вели нескончаемую беседу.
Около самого выхода из вагона в дружной оживленной кучке сидели: белокровна…
«Собралась у меня наша привычная преферансная публика: отец Евдоким, настоятель кладбищенской церкви, сосед мой, отставной хриплый полковник, инженер-электрик, маленький, толстенький, похожий на степенного попугайчика в белом фуляровом галстуке, и я.…
«Собралась у меня наша привычная преферансная публика: отец Евдоким, настоятель кладбищенской церкви, сосед мой, отставной хриплый полковник, инженер-электрик, маленький, толстенький, похожий на степенного попугайчика в белом фуляровом галстуке, и я.…
Внимание! Аудиозапись содержит нецензурную брань
Ее звали Холли Голайтли. Ей было девятнадцать. Она носила темные очки, играла на гитаре, любила читать бульварные газеты и туристические проспекты, курить сигареты «Пикиюн» и есть сыр с поджаренными хл…
Внимание! Аудиозапись содержит нецензурную брань
Ее звали Холли Голайтли. Ей было девятнадцать. Она носила темные очки, играла на гитаре, любила читать бульварные газеты и туристические проспекты, курить сигареты «Пикиюн» и есть сыр с поджаренными хл…
События второй книги трилогии К. Симонова «Живые и мертвые» разворачиваются зимой 1943 года – в период подготовки и проведения Сталинградской битвы, ставшей переломным моментом в истории не только Великой Отечественной, но и всей второй мировой войны…
События второй книги трилогии К. Симонова «Живые и мертвые» разворачиваются зимой 1943 года – в период подготовки и проведения Сталинградской битвы, ставшей переломным моментом в истории не только Великой Отечественной, но и всей второй мировой войны…
«Приехав на разработку Пульта, Фицрой застал некоторых лиц в трауре. Молоденькая жена Добба Конхита, ее мать и „местный житель“, как он рекомендовал себя сам, бродячий Диоген этих мест, охотник Энох Твиль, изменились, как бывает после болезни. Они ра…
«Приехав на разработку Пульта, Фицрой застал некоторых лиц в трауре. Молоденькая жена Добба Конхита, ее мать и „местный житель“, как он рекомендовал себя сам, бродячий Диоген этих мест, охотник Энох Твиль, изменились, как бывает после болезни. Они ра…
«Штиль, зной, утро. Кинули якорь на рейде перед Яффой.
На палубе гам, давка. Босые лодочники в полосатых фуфайках и шароварах юбкой, с буро-сизыми, облитыми потом лицами, с выкаченными кровавыми белками, в фесках на затылок орут и мечут в барки все, …
«Штиль, зной, утро. Кинули якорь на рейде перед Яффой.
На палубе гам, давка. Босые лодочники в полосатых фуфайках и шароварах юбкой, с буро-сизыми, облитыми потом лицами, с выкаченными кровавыми белками, в фесках на затылок орут и мечут в барки все, …
Эмигрант в Париже, рисует образ тех, кого он видит: падших дворян, философов-алкоголиков, сумасшедших и куртизанок
В двадцать шесть лет, когда воспоминания о суровых годах Гражданской войны еще были ярки в памяти, а жизнь эмигранта во Франции неустро…
Эмигрант в Париже, рисует образ тех, кого он видит: падших дворян, философов-алкоголиков, сумасшедших и куртизанок
В двадцать шесть лет, когда воспоминания о суровых годах Гражданской войны еще были ярки в памяти, а жизнь эмигранта во Франции неустро…
Франция незадолго до Первой мировой войны. Еще сильны старые буржуазные предрассудки в провинциальном высшем свете, еще царят там снобизм и двойная мораль. Однако в воздухе уже витает дух перемен, который беспощадно уничтожит предрассудки.
На этом фо…
Франция незадолго до Первой мировой войны. Еще сильны старые буржуазные предрассудки в провинциальном высшем свете, еще царят там снобизм и двойная мораль. Однако в воздухе уже витает дух перемен, который беспощадно уничтожит предрассудки.
На этом фо…
«Я из огненной деревни» – документальный сборник воспоминаний про уничтожение фашистами белорусских деревень и о партизанах во время Великой Отечественной войны, собранный и составленный белорусскими писателями Алесем Адамовичем, Владимиром Колеснико…
«Я из огненной деревни» – документальный сборник воспоминаний про уничтожение фашистами белорусских деревень и о партизанах во время Великой Отечественной войны, собранный и составленный белорусскими писателями Алесем Адамовичем, Владимиром Колеснико…
Чудаковатый лорд Эмсворт души не чает в своей любимице – свинье по имени Императрица. Императрица уже дважды завоевывала первенство в классе толстых свиней. Она имеет все шансы стать победительницей и в третий раз, но козни сэра Парслоу, владельца ее…
Чудаковатый лорд Эмсворт души не чает в своей любимице – свинье по имени Императрица. Императрица уже дважды завоевывала первенство в классе толстых свиней. Она имеет все шансы стать победительницей и в третий раз, но козни сэра Парслоу, владельца ее…
В эту книгу вошли три авторских сборника Джека Лондона – «Рассказы рыбачьего патруля», носящие автобиографический характер, «Рассказы Южных морей», посвященные еще относительно слабо затронутым западной цивилизацией в начале ХХ века Гавайям, и «Сын С…
В эту книгу вошли три авторских сборника Джека Лондона – «Рассказы рыбачьего патруля», носящие автобиографический характер, «Рассказы Южных морей», посвященные еще относительно слабо затронутым западной цивилизацией в начале ХХ века Гавайям, и «Сын С…
«Джемс Лэйт завтракал у большого открытого окна. В саду китаец – садовник поливал из шланга лимонные, апельсинные деревья и кусты роз. Несмотря на ранний час, было уже жарко. Вошел загорелый мальчик в коротенькой курточке с блестящими маленькими пуго…
«Джемс Лэйт завтракал у большого открытого окна. В саду китаец – садовник поливал из шланга лимонные, апельсинные деревья и кусты роз. Несмотря на ранний час, было уже жарко. Вошел загорелый мальчик в коротенькой курточке с блестящими маленькими пуго…