литература 20 века
«Солнце мертвых» И. С. Шмелева – одна из самых трагичных и в то же время поэтичных книг в мировой литературе XX века. Писатель с библейской простотой описывает захват Крыма красными и «новый порядок» жизни. Но за внешними переменами взгляд художника …
«Солнце мертвых» И. С. Шмелева – одна из самых трагичных и в то же время поэтичных книг в мировой литературе XX века. Писатель с библейской простотой описывает захват Крыма красными и «новый порядок» жизни. Но за внешними переменами взгляд художника …
«„Если тиф передается насекомыми, – рассуждал я с отвращением к этому слову, – ибо обидно было зависеть от какой-то организованной протоплазмы, хотя сам я чесался уже во всех местах тела самым методическим образом, – если так, – продолжал я, взглядыв…
«„Если тиф передается насекомыми, – рассуждал я с отвращением к этому слову, – ибо обидно было зависеть от какой-то организованной протоплазмы, хотя сам я чесался уже во всех местах тела самым методическим образом, – если так, – продолжал я, взглядыв…
В книгу замечательного русского писателя Василия Ивановича Белова вошли повесть «Каникулы» и «Рассказы о всякой живности».
В книгу замечательного русского писателя Василия Ивановича Белова вошли повесть «Каникулы» и «Рассказы о всякой живности».
Творчество выдающегося русского писателя, замечательного мастера слова представлено в сборнике избранными повестями и рассказами.
Для старшего школьного возраста.
Творчество выдающегося русского писателя, замечательного мастера слова представлено в сборнике избранными повестями и рассказами.
Для старшего школьного возраста.
полная версия
«Небо было серебристо-звездно, поле за садом и гумном темнело ровно, на чистом горизонте четко чернела мельница с двумя рогами крыльев. Но звезды искрились, трепетали, часто прорезывали небо зеленоватыми полосками, сад шумел порывисто и уже по-осенне…
«Небо было серебристо-звездно, поле за садом и гумном темнело ровно, на чистом горизонте четко чернела мельница с двумя рогами крыльев. Но звезды искрились, трепетали, часто прорезывали небо зеленоватыми полосками, сад шумел порывисто и уже по-осенне…
"Он любил смотреть на людей и внимательно приглядывался ко всему тому, что происходило за окном. И ему было очень досадно, когда на ночь ставнями закрывали окно и он не мог видеть, что делается на улице.
Но как-то раз…"
"Он любил смотреть на людей и внимательно приглядывался ко всему тому, что происходило за окном. И ему было очень досадно, когда на ночь ставнями закрывали окно и он не мог видеть, что делается на улице.
Но как-то раз…"
В книгу вошли широко известные повести о Великой Отечественной войне: «Батальоны просят огня» – о героизме и мужестве бойцов и командиров, первыми переправившихся на правый берег Днепра и ведущих там с фашистами трудный, неравный бой, и «Последние за…
В книгу вошли широко известные повести о Великой Отечественной войне: «Батальоны просят огня» – о героизме и мужестве бойцов и командиров, первыми переправившихся на правый берег Днепра и ведущих там с фашистами трудный, неравный бой, и «Последние за…
Фрэнсис Скотт Фицджеральд, возвестивший миру о начале нового века – «века джаза», стоит особняком в современной американской классике. Плоть от плоти той легендарной эпохи, он отразил ее ярче и беспристрастнее всех. Эрнест Хемингуэй писал о нем: «Его…
Фрэнсис Скотт Фицджеральд, возвестивший миру о начале нового века – «века джаза», стоит особняком в современной американской классике. Плоть от плоти той легендарной эпохи, он отразил ее ярче и беспристрастнее всех. Эрнест Хемингуэй писал о нем: «Его…
«Торговая площадь с домом градоначальника в центре города. Утро. Некрасивые и мрачные фасады довольно высоких домов с плотно закрытыми дверьми. Окон на улицу почти нет, видно только несколько окон в верхних этажах. К стенам прислонены лавочки, крытые…
«Торговая площадь с домом градоначальника в центре города. Утро. Некрасивые и мрачные фасады довольно высоких домов с плотно закрытыми дверьми. Окон на улицу почти нет, видно только несколько окон в верхних этажах. К стенам прислонены лавочки, крытые…
В книгу вошли блистательная феерия «Алые паруса» и известные романы «Бегущая по волнам» и «Золотая цепь». Герои этих произведений охотятся за «таинственным чудным оленем» – Несбывшимся: они вглядываются в мир, жадно вслушиваются и по первому зову под…
В книгу вошли блистательная феерия «Алые паруса» и известные романы «Бегущая по волнам» и «Золотая цепь». Герои этих произведений охотятся за «таинственным чудным оленем» – Несбывшимся: они вглядываются в мир, жадно вслушиваются и по первому зову под…
В книгу великого русского писателя XX века М. Горького вошли его ранние романтические рассказы «Макар Чудра», «Старуха Изергиль», «Челкаш», «Сказки об Италии» и другие.
Для старшего школьного возраста.
В книгу великого русского писателя XX века М. Горького вошли его ранние романтические рассказы «Макар Чудра», «Старуха Изергиль», «Челкаш», «Сказки об Италии» и другие.
Для старшего школьного возраста.
Повесть «Белеет парус одинокий» переносит читателя в Одессу начала ХХ века, в самую бурю событий первой русской революции.
Герои повести Петя и Гаврик – обыкновенные одесские мальчишки, с которыми на страницах книги происходит немало разных, необычны…
Повесть «Белеет парус одинокий» переносит читателя в Одессу начала ХХ века, в самую бурю событий первой русской революции.
Герои повести Петя и Гаврик – обыкновенные одесские мальчишки, с которыми на страницах книги происходит немало разных, необычны…
«Эту печальную и смешную историю – более печальную, чем смешную, – рассказывал мне как-то один приятель, человек, проведший самую пеструю жизнь, бывавший, что называется, и на коне и под конем, но вовсе не утративший под хлыстом судьбы ни сердечной д…
«Эту печальную и смешную историю – более печальную, чем смешную, – рассказывал мне как-то один приятель, человек, проведший самую пеструю жизнь, бывавший, что называется, и на коне и под конем, но вовсе не утративший под хлыстом судьбы ни сердечной д…
Книга о новых приключениях знаменитого авантюриста Остапа Бендера, известного читателям по роману «Двенадцать стульев». На этот раз Бендер решил осуществить «хрустальную мечту своего детства» – поездку в Рио-де-Жанейро. Для ее выполнения нужны деньги…
Книга о новых приключениях знаменитого авантюриста Остапа Бендера, известного читателям по роману «Двенадцать стульев». На этот раз Бендер решил осуществить «хрустальную мечту своего детства» – поездку в Рио-де-Жанейро. Для ее выполнения нужны деньги…
«Нельгин, Амиров и Юрьев – соседи по кроватям в спальной казенного сиротского пансиона. Каждому из них между десятью и одиннадцатью годами…»
«Нельгин, Амиров и Юрьев – соседи по кроватям в спальной казенного сиротского пансиона. Каждому из них между десятью и одиннадцатью годами…»
«Второй день в пустынном Черном море.
Начало апреля, с утра свежо и облачно. Воздух прозрачен, краски несколько дики.
Стая краснолапых чаек долго провожала нас вчера, долго плыла на тугих острых крыльях, косясь на длинный малахитовый след за кормою. …
«Второй день в пустынном Черном море.
Начало апреля, с утра свежо и облачно. Воздух прозрачен, краски несколько дики.
Стая краснолапых чаек долго провожала нас вчера, долго плыла на тугих острых крыльях, косясь на длинный малахитовый след за кормою. …
«„Если тиф передается насекомыми, – рассуждал я с отвращением к этому слову, – ибо обидно было зависеть от какой-то организованной протоплазмы, хотя сам я чесался уже во всех местах тела самым методическим образом, – если так, – продолжал я, взглядыв…
«„Если тиф передается насекомыми, – рассуждал я с отвращением к этому слову, – ибо обидно было зависеть от какой-то организованной протоплазмы, хотя сам я чесался уже во всех местах тела самым методическим образом, – если так, – продолжал я, взглядыв…
«Это было давно – когда я только что узнал о его существовании, впервые увидал в „Русском богатстве“ его имя, которое все тогда произносили с ударением на первом слоге, и этим ударением, как я видел это впоследствии, почему-то так оскорбляли его, что…
«Это было давно – когда я только что узнал о его существовании, впервые увидал в „Русском богатстве“ его имя, которое все тогда произносили с ударением на первом слоге, и этим ударением, как я видел это впоследствии, почему-то так оскорбляли его, что…
«Ингер лежал в постели, кашляя более, чем следовало. Его правая рука, бессильно свешенная с кровати, изнуренно шевелила бледными пальцами, в полузакрытых глазах сверкал лихорадочный жар, а под мышкой, достаточно нагретый лампой, торчал максимальный т…
«Ингер лежал в постели, кашляя более, чем следовало. Его правая рука, бессильно свешенная с кровати, изнуренно шевелила бледными пальцами, в полузакрытых глазах сверкал лихорадочный жар, а под мышкой, достаточно нагретый лампой, торчал максимальный т…