Гвихоль. Красные чернила смерти. Том 2
Гвихоль. Красные чернила смерти. Том 2

Полная версия

Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
На страницу:
3 из 8

Я не сразу ответила, ведь, по правде говоря, понятно мне было далеко не все. Но кивнула, осознавая, что по-другому никак. Все же у меня нет никакого опыта, а у Ли Иджэ нет времени и возможности меня обучать.

Прошло долгое мгновение, за которое мое сердце, казалось, успело сделать с десяток ударов, и Ли Иджэ забил в барабан, медленно и гулко, постепенно наращивая темп.

Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, я закрыла глаза и постаралась найти баланс между спокойствием и желанием успешно завершить ритуал, между безмятежностью и решительностью. Полностью избавиться от разъедающих мою уверенность мыслей и сбивающих настрой чувств казалось чем-то нереальным. И все же я постаралась отодвинуть их так далеко, как только могла, вслушиваясь в бой сого.

И начала зачитывать заклинание.

Я представила, что слова идут не из головы, а из сердца, разгоняются по телу вместе с кровью, напитываются текущей в ней силой. Силой, о которой я узнала так недавно и в которую, казалось бы, до этого верила лишь с оговорками.

– О Чангунсин, я смиренно и с почтением прошу тебя о помощи! Явись на мой зов, срази своим мечом силы зла, вторгшиеся на эти земли! Даруй нам свою защиту! Да будет твой свет гибелью для зла и спасением для живых!

Я почувствовала, как заложило уши. Сознание тянуло куда-то далеко, казалось, я вот-вот усну. Но заснуть мне не давали странные ощущения, пришедшие взамен тех, от которых я попыталась отстраниться.

Нечто будто начало тлеть внутри меня, распространяя тепло. Я ощутила чье-то невидимое присутствие, далекий взгляд, мимолетный шепот… Они походили на дуновение ветра, на свет далекого солнца, на шорох листвы где-то глубоко в лесу…

Мои руки начали двигаться сами по себе, словно что-то разделило со мной тело и взяло контроль над всем, кроме моего голоса. Сидя на коленях, я водила руками, будто в плавном танце, наклонялась вперед, назад, из стороны в сторону в такт заклинанию…

– Очищение приходит с каждым моим словом, и с ним же уходит проклятие! Именем Чангунсина, его силой и властью да будет зло заключено в этот сосуд, и не сможет оно уйти, не сможет блуждать, не сможет вернуться! Путь обратно ныне отсечен мечом воина!

Слова звучали протяжно и монотонно, такими же были движения – мои и чужие одновременно. Голос стал непривычно сильным и властным, зазвучал даже громче ритмичных ударов барабана.

– Пусть все живущие здесь будут в безопасности, пусть гнев темных сил утихнет, и да восстановится мир! Да исчезнет нечистый огонь, сменится ярким светом! Да будет сломлено проклятие, исчезнет пламя, и да очистится земля!

Последние слова сорвались с языка, и я замерла. Медленно, точно в полудреме, но при этом с сознанием более ясным, чем обычно, открыла глаза и увидела тот самый замысловатый красный круг, шкатулку в центре него, а также фото, окутанное уже куда более слабым черным туманом.

– Теперь тебе нужно… – начал было Ли Иджэ, но вдруг закашлялся.

Его кашель становился все громче и надрывнее, и, повернув голову, я заметила, что из его горла брызнула кровь. Его кожа, и так мертвенно-бледная, посерела, а на лице и руках местами проступили напоминающие трещины угольно-черные линии вен.

– Господин Ли… – испуганно начала я, но он, все так же кашляя и прикрываясь ладонью, на которой я заметила еще больше крови, отмахнулся:

– Не… отвлекайся. Не… теряй…

Не договорив, Ли Иджэ вдруг упал без чувств.

Глава 2

Ты мне нужен…

Хван Йерим

– Господин Ли! – вскрикнула я и хотела было подскочить, чтобы помочь ему, но кто-то остановил меня, мягко и в то же время настойчиво опустив ладони на плечи.

– Господин Ли сказал, тебе нельзя отвлекаться! – напомнил Сончхоль.

Я помедлила. Разум и чувства вступили в поединок и были равны по силам, а потому их борьба долго не прекращалась. Я никак не могла принять решение.

– Я помогу ему, – заметив исказившую мое лицо тревогу, подал голос Ханыль. – Вернее, попробую. Ты тут одна справишься?

– Как?! Я же не знаю, что делать дальше!

– Я подскажу, – решительно пообещал Сончхоль, сев рядом со мной по другую сторону, и посмотрел на Ханыля. – Смотри, своей помощью не сделай господину Ли хуже.

– А ты только попробуй своей помощью сделать хуже Хван Йерим, – закинув руку Ли Иджэ себе на плечо, пригрозил Ханыль. Поймав мой взгляд, он усмехнулся и с нотой издевки добавил: – Ты еще не завершила свою часть уговора, зомби.

Он развернулся, намереваясь оттащить Ли Иджэ подальше от источника проклятия, но я взволнованно его окликнула:

– Эй, псих, подожди! Лестница еще в огне, пожарные его не потушили. У господина Ли же был мел, поищи в сумке!

– И зачем мне это? – с пренебрежением, явно напускным, спросил Ханыль и поправил сползшие на нос очки.

– Вдвоем с потерявшим сознание господином Ли ты не выберешься! Как будешь ему помогать? Не прыгнешь же с ним вместе из окна…

– Мы вообще-то духи мертвых, – напомнил Ханыль.

– Ну тогда ладно, – съязвила я. – В любом случае к окнам уже, может, и не получится подобраться из-за огня. Про́клятого, а потому опасного даже для духов. Пожарные не справятся, пока не справлюсь я… Спрячьтесь подальше от нас в кругу, а после ритуала вместе придумаем, как быть. Пока господин Ли просто должен оказаться хоть немного дальше от фото. Наверняка ему стало плохо из-за его темной энергии.

– Знаешь…

– Иди уже! – зло бросил Сончхоль.

Ханыль явно хотел что-то ему ответить, но, глянув на меня, промолчал и потащил Ли Иджэ прочь. Тот был высоким, но Ханыль отличался прекрасной физической формой… отличался, пока не умер. Вот только продвигаться в таких условиях даже одному было сложно: места оставалось все меньше, а вот огня становилось только больше.

– Нуна, сконцентрируйся. Нужно завершить ритуал, – напряженно, но при этом собранно заговорил Сончхоль.

– И как ты собираешься мне помогать? – нервно спросила я, медленно дыша в попытках восстановить почти утраченный контроль над эмоциями, и закашлялась от едкого дыма. – Ты тоже ничего не знаешь!

– Ты же видела, что я много времени посвятил чтению того дневника. – Сончхоль явно пытался говорить успокаивающе, вот только рваные вдохи и выдохи мешали ему звучать убедительно. – Там было кое-что про подобный ритуал запечатывания. Начало, которое ты провела вместе с господином Ли, очень схоже с описанием из дневника, как и этот рисунок. Хоть я и не запомнил его во всех деталях.

– «Кое-что»? «Подобный ритуал»?.. – с досадой пробормотала я, но, качнув головой, приказала себе успокоиться.

Выбора нет. Придется положиться на Сончхоля и… пожалуй, на духа, который, по словам Ли Иджэ, когда-то вселился в меня и даровал мне свою силу.

– Что я должна делать дальше? – спокойно спросила я, не обращая внимания на слезящиеся от дыма глаза.

– Ты уже призвала на помощь Чангунсина. Возьми фото, – тихо, словно боясь нарушить атмосферу ритуала, сказал Сончхоль. – А теперь аккуратно, но при этом уверенно порви его на две одинаковые части. Затем произнеси: «Как восходит солнце, так и свет возвращается после тьмы. Как закроется этот сосуд, так и ты, злой дух, будешь запечатан».

– Порвать?.. – Я осеклась. Не стоит болтать попусту. От целостности ритуала и моего настроя зависит его успех.

Крепко взявшись за верхний край фото, я сделала маленький надрыв ровно посередине, а после, выдохнув, резким движением порвала фото.

– Как восходит солнце, так и свет возвращается после тьмы. Как закроется этот сосуд, так и ты, злой дух, будешь запечатан!

Мне в голову ударила кровь, лицо загорелось, и я, несмотря на то что голова закружилась почти до тошноты, удивилась тому, что теперь мне наконец не холодно.

Но облегчение было мимолетным: внутренний жар оказался почти болезненным и заставил меня позабыть, как долго меня мучил холод. Дыхание потяжелело, а по лицу покатились, становясь все чаще, капли пота. Перед глазами потемнело, но я стиснула зубы и приказала себе оставаться в сознании.

– Теперь положи обе половины в шкатулку, плотно ее закрой и скажи: «Ты не выйдешь, не найдешь пути обратно в мир живых. Ты, кто поднял огонь, усни в заточении. Священной печатью дверь закрыта, узел завязан. Мечом Великого Генерала я отрезаю тебе путь обратно». После этого обмотай шкатулку веревкой так крепко, как только сможешь. И, завязывая узлы, продолжай повторять заклинание.

Я кивнула, положила половины порванного фото в шкатулку и подрагивающими пальцами закрыла ее крышку.

– Ты не выйдешь, не найдешь пути обратно в мир живых. Ты, кто поднял огонь, усни в заточении. Священной печатью дверь закрыта, узел завязан. Мечом Великого генерала я отрезаю тебе путь обратно…

Тяжело дыша и чувствуя, как жар в теле становится почти невыносимым, плавя мысли и волю, гарью покрывая еще совсем недавно чистое сознание, я взяла оставленную Ли Иджэ веревку и начала обматывать ее вокруг шкатулки.

– Ты не выйдешь, не найдешь пути обратно в мир живых… Мечом Великого Генерала я отрезаю тебе путь обратно…

Дрожащие пальцы меня подвели – руки дернулись, и веревка, ослабнув, спала.

– Не торопись, нуна. Ты молодец, ты почти закончила. – То ли сквозь гул пожара, то ли сквозь шум крови в ушах я с трудом разобрала ободряющие слова Сончхоля. Казалось, только его присутствие и помогает мне держаться.

До боли в пальцах одной рукой я прижала край веревки к шкатулке, а другой – вцепилась в нее саму и начала заново обвязывать веревку вокруг будущей ловушки для проклятия.

Вдруг все внутренности скрутило, к горлу подступила тошнота, глаза затянуло чернотой. Мысли расплылись и слились, а затем…

Я потеряла сознание.

Будто окунулась в кипящую реку, стремительно понесшую меня в кромешной тьме. Меня качало, тело отказывалось слушаться, а мысли – приходить в порядок. Я пыталась бороться, но с каждой моей попыткой очистить сознание и вернуться к свету тьма с еще бо́льшим рвением утягивала меня на дно.

И вдруг меня, пронзив до костей, охватил холод – настолько сильный, что застучали зубы. Но этот холод помог остудить голову и прояснить мысли.

Распахнув глаза, я надрывно закашлялась. И пусть до сих пор ничего не видела, стала хотя бы что-то понимать.

Вспомнив, где находилась и что делала до того, как сознание подло меня покинуло, я едва не подскочила. Только не отпустившая тело слабость остановила меня.

Вернее, слабость и чьи-то сильные руки.

– Осторожнее!..

Спустя пару секунд я узнала голос Сончхоля. А еще через несколько мгновений ко мне наконец вернулась четкость зрения. Хотя тому продолжал мешать дым… Его становилось все больше. Как и черного огня.

Сончхоль, закинув мою руку себе на плечо и обхватив за талию, попытался приподнять меня, но остановился, заметив, что я пришла в себя.

Чуть отстранившись, я огляделась и испуганно посмотрела в потемневшие глаза Сончхоля.

– Что случилось? Нам нужно провести ритуал! – Я вновь закашлялась.

– Ты уже! – поспешно ответил Сончхоль и приподнял руку, в которой крепко держал обвязанную веревкой шкатулку. – Ты завершила ритуал, я просто помог с веревкой. Нужно убираться!

Я ошеломленно посмотрела на шкатулку, затем вновь на Сончхоля… и пришла в себя:

– Да! Быстрее! То есть нет! Сначала нужно закончить…

Отстранившись, я на подрагивающих ногах шагнула ближе к алтарю и, опустившись на колени, поклонилась:

– Благодарю за помощь!..

Не зная, что и как еще сказать, я вновь поклонилась и, помня, что подношения необходимо съесть, быстро покидала все, что было, в рюкзак Ли Иджэ. Сончхоль тут же забрал его и потащил меня за собой.

– Хван Йерим!

Сквозь завесу дыма я увидела Ханыля и Ли Иджэ, которые прятались в границах нарисованного мелом круга у самой лестницы.

Кажется, Ли Иджэ еще не до конца пришел в себя: он сидел на полу с закрытыми глазами, прижав руку к голове, а его кожа приобрела землисто-серый оттенок. Но он все же был в сознании.

– Хан Ханыль! Господин Ли!

Ханыль помог тому подняться. Я поймала взгляд Ли Иджэ и кивнула, давая понять, что мы справились. Скорее всего, я не убедила его, хотя, вполне вероятно, ему сейчас было не до того – выглядел он так, словно оставался в сознании из последних сил.

Лестница была охвачена пламенем, поэтому Сончхоль позвал меня за собой в следующую комнату, наверняка надеясь, что в той будет меньше огня. Судя по всему, нам действительно придется прыгать в окно… Я уже почти зашла в детскую, как вдруг заметила какое-то движение в комнате напротив.

Ужас обрушился на меня, подобно ведру ледяной воды, когда я вспомнила горящие алым глаза на сотканном из черного огня лице, но, приглядевшись, поняла… что это человек.

Безликий. А значит, живой.

И почему мы не наткнулись на него раньше?..

Я развернулась и на ослабевших ногах поспешила в сторону живого… пока еще живого человека.

– Хван Йерим!

Я не обратила внимания на оклик Ханыля, и тогда он в останавливающем жесте сжал мое плечо.

– Мы должны спасти его! – воскликнула я, дернув рукой, чтобы сбросить его ладонь.

– Ты не сможешь! Вдруг сама погибнешь! Ему помогут пожарные!

– А если они не успеют? Они все еще ничего не потушили! – почти в отчаянии крикнула я и, вырвавшись, поспешила к замеченной мной комнате.

Для чего она предназначалась, во всем этом огне уже было не понять, но я и не пыталась: мое внимание сосредоточилось на мужчине у порога.

Он лежал на животе, вытянув руку в сторону двери, как если бы пытался выбраться, до последнего надеялся… но не успел. Пальцы его руки были перепачканы в крови.

Я в ужасе округлила глаза и все же заметила, что мужчина пусть и совсем слабо, но дышит.

Живой… Вот только надолго ли?..

Со стороны мира духов он походил на почти обесцвеченную версию себя, но я без труда разглядела алеющие раны ожогов, сквозь которые на его ноге, наиболее близкой к огню, даже виднелась кость… А рука мужчины почему-то была покрыта глубокими порезами, окрасившими ладонь и пальцы в алый… Порезы?

Меня замутило.

Я наклонилась к безликому и прикоснулась к его руке, но мои пальцы прошли насквозь. Я застыла, поняв, что, даже если мне хватит сил, я попросту не могу вытащить этого мужчину из дома. И все же я попробовала еще раз. И еще.

И еще…

Все без толку.

Я едва не зарычала от злости и тогда почувствовала, как кто-то, вцепившись в плечи, оттаскивает меня назад.

– Нуна, мы не сможем его спасти! – перекрикивая пожар, поторопил Сончхоль. – Нужно уходить, если не хочешь, чтобы мы тоже здесь сгорели!

– Я…

Прямо перед нами вдруг упал полыхающий шкаф, у которого подломились ножки. Сончхоль резко развернулся, закрывая меня собой, и огонь едва не опалил его спину. Не опалил, но все же задел: Сончхоль, сцепив зубы, тихо зашипел от боли.

Это привело меня в чувство.

Мы действительно не сумеем помочь этому человеку. Зато очень даже можем погибнуть сами. Вынуждены оставить этого мужчину умирать. Бросить его гореть заживо или же задыхаться от дыма…

К глазам подступили слезы, но я сдержала их и, хоть двигаться все еще было сложно, сама потянула Сончхоля прочь. Ему я еще могла помочь. И уж точно не должна была позволить погибнуть, спасая меня.

– Путь по лестнице отрезан, как будем выбираться? – спросила я, с трудом сдерживая панику.

– Я скажу… тебе слова нового… заклинания, – поморщившись, хрипло произнес Ли Иджэ. – Это очищающее… может, так нам удастся… хоть немного…

План звучал крайне ненадежно, но иного не оставалось. Я готова была выпрыгнуть из окна второго этажа – что такое возможный перелом в сравнении со смертью в пожаре? – но даже путь к окнам нам теперь перекрыло пламя.

Ли Иджэ, хрипло вздохнув, хотел начать или же попытаться начать зачитывать заклинание… как вдруг до нас донеслись новые звуки: кажется, чьи-то шаги, стук и шипение.

Я замерла, и мы с Сончхолем переглянулись. Прислушавшись, я уловила голоса…

Почти в то же мгновение на второй этаж поднялись двое пожарных. Значит ли это, что мы действительно справились с проклятием?! Меня охватило облегчение, совсем слабое и все же дарящее хотя бы секундную передышку от ужаса. Может, того мужчину еще удастся спасти?

Хотя с такими ранами…

Я не стала развивать эту мысль, попыталась отогнать жуткую картину и вслед за Ханылем, поддерживающим Ли Иджэ, бок о бок с Сончхолем поспешила к обугленной лестнице, пламя на которой уже потушили.

На первом этаже огонь продолжал гореть, но его стало уже в разы меньше. Я заметила еще двух пожарных, но не рискнула тратить время на то, чтобы рассматривать их.

Мы наконец покинули ловушку охваченного пожаром дома.

Жуткий мороз проклятого пламени сменился холодом мира духов, и пусть согреться я не могла, все равно стало чуть легче.

Из последних сил отойдя от порога на десяток метров, едва не столкнувшись с одним из безликих, я в изнеможении рухнула на колени, даже не почувствовав боли, а затем легла на спину, пытаясь отдышаться, избавиться от заполнившего рот и горло дыма.

Открыв глаза, я посмотрела на Сончхоля, который замер рядом со мной. Он выглядел даже бледнее обычного, его слегка шатало. Меня тут же охватил новый приступ тревоги, и я собиралась было задать вопрос… Как вдруг из носа Сончхоля потекла кровь. Поморщившись, он прикоснулся к голове, провел пальцами по губам, размазывая кровь… а после, покачнувшись, с высоты своего роста свалился на землю.

– Сончхоль-а!

Тут же забыв об усталости, я бросилась к нему. Смертельно бледный, Сончхоль лежал с закрытыми глазами, и его грудь едва поднималась, настолько редким стало дыхание.

– Сончхоль-а! – Я потрясла его за плечо, а затем осторожно похлопала по щекам, пытаясь привести в чувство. – Эй, что с тобой?!

– Не мешай.

Ли Иджэ, опустившись рядом, жестом велел мне подвинуться, и я не стала спорить. Сняв черные очки, он внимательно всмотрелся в пребывавшего в беспамятстве Сончхоля и поднял было руку, но вдруг недовольно поморщился. Мне показалось, Ли Иджэ забыл, что не сумеет ничего почувствовать.

– Раз все мы в порядке, не думаю, что У Сончхоль проклят, – заговорил он и снова надел свои черные очки. – Скорее всего, он, как и я ранее, подвергся воздействию темной энергии и ослаб. Концентрация зла была здесь особенно велика.

– Сончхоль говорил, что после ритуала для вызова видений стал куда более восприимчив… – пробормотала я, пока чувство вины сжимало горло.

Я так хотела выбраться, что подвергла Сончхоля серьезной опасности. Разумеется, он тоже хотел вернуться к жизни, может, даже сильнее, чем я, ведь оказался в этом промерзшем мертвом мире куда раньше. И все же… я ведь пообещала защищать его. Но сегодня именно Сончхоль помог мне и даже пострадал от огня!

Если бы не он, я бы не завершила ритуал. Более того, если бы не он, я бы так и осталась в том доме посреди пожара. Тогда даже успешно проведенный ритуал мне бы уже не помог.

А сейчас… вдруг он на самом деле умрет?

– Господин Ли, насколько это опасно? – скороговоркой спросила я. – Сончхоль может… погибнуть?

Ли Иджэ несколько секунд молчал.

– Не могу исключать такую возможность, – ответил он наконец. – Ритуалы способны очень и очень плохо сказываться как на шаманах, так и на медиумах. У Сончхоль непосредственного участия в ритуале не принимал, и все же… в этом доме тяжело стало даже мне. Что на самом деле странно… – задумчиво добавил он.

Я с еще бо́льшим страхом посмотрела на Сончхоля и, приподняв его голову, положила себе на колени, чтобы он не лежал вот так на земле.

Вокруг продолжалась суматоха из-за пожара, туда-сюда ходили безликие люди – совсем близко, пару раз даже задев меня, но мне не было до этого дела. Только сейчас я заметила, что Нахи уже тоже стоит рядом. Она молчала, смотря на Сончхоля совершенно безразлично, и, если бы не куда более важные проблемы, это могло бы меня задеть.

Ханыль не подавал голоса – просто замер в паре шагов от меня и Ли Иджэ и переводил взгляд с одного на другого и иногда – на Сончхоля.

– Что можно сделать, чтобы ему помочь? – подняв взгляд на Ли Иджэ, хрипло спросила я.

– Отсюда – мало что. Молитвы богам и покой – вот все, чем мы можем помочь.

– Как скоро он придет в себя?

– Не обязательно, что вообще придет.

Я зажмурилась, поняв, что эти слова… напугали меня куда сильнее, чем я могла бы предположить. И не потому, что в случае потери Сончхоля я потеряю и шанс выбраться отсюда.

Просто… просто потому, что я не могла позволить другу умереть.

– Надо уходить отсюда, – более или менее взяв себя в руки, твердо произнесла я. – Источник темной энергии все еще слишком близко.

Я оглянулась на дом и поняла, что пожар уже почти полностью потушили. Я собиралась отвернуться, но мой взгляд зацепился за жуткую деталь…

За две каталки, на которых везли людей… с головой укрытых белыми простынями.

Две жертвы…

Я не сомневалась, что одним из них был тот самый мужчина. Мужчина, которому, несмотря на то что стояла совсем рядом, я не смогла помочь.

Резко отвернувшись, я постаралась выкинуть эти мысли из головы, хотя картина с двумя телами под белой тканью застыла перед глазами. Тех людей уже не спасти, а вот для Сончхоля еще не все потеряно.

– Уходим, – повторила я и, встав, постаралась приподнять Сончхоля, чтобы закинуть его руку себе на плечо.

Ханыль подошел ко мне и поддержал его с другой стороны. Я удивилась, но, сдержав вздох облегчения, благодарно кивнула. Тот же, закатив глаза, отвернулся.

– Ты собираешься тащить У Сончхоля до самого Сочходона?[19] – скептически спросила Нахи.

– Нет, – пряча раздражение, а еще глубже – страх, ответила я. – Поищем поблизости место, где можно временно укрыться. Например… отель. Здесь их должно быть немало.

До этого идти в отель мне не хотелось, во-первых, из-за большого скопления безликих, во-вторых, из-за того, что выбранный нами пустой номер в любой момент мог оказаться выделенным для нового гостя. Да и риск для множества живых людей, которым соседство с духами не сулит ничего хорошего, тоже не был аргументом за. Но сейчас… выбор невелик. Я на самом деле не собиралась тащить Сончхоля до убежища Ханыля, особенно когда он в таком состоянии, а найти квартиру, где не во всех комнатах будут ходить, спать и есть безликие, точно еще сложнее, чем отыскать свободный номер в отеле.

– Идем, я знаю неплохой отель неподалеку, – недовольно произнес Ханыль.

– Да нам любой подойдет… – вздохнула я и опомнилась. – Возьмите шкатулку!

Но Ли Иджэ и так уже поднял ее с земли и теперь, опустив черные очки на кончик носа, рассматривал ее. Внимательно, едва ли не с подозрением.

– Что-то не так? – забеспокоилась я.

Он промолчал, продолжая взглядом изучать шкатулку, а после провел пальцами по плотно обмотанной вокруг стенок и крышки веревке.

– Кажется… нет, – ответил он. К этому моменту мои нервы, казалось, уже начали трещать от натяжения. – Я не вижу вокруг шкатулки ничего странного.

– Это хорошо, – заметила я, но так неуверенно, что прозвучало почти как вопрос.

Ли Иджэ неопределенно качнул головой и не стал больше ничего добавлять.

Еще пару секунд я стояла, не сводя с него глаз и пытаясь сформулировать вопрос, но все же промолчала. Он тоже не стал продолжать эту тему.

– Нужно или закопать ее, или бросить глубоко в воду, – вместо этого добавил он.

– Разберемся с этим позже. Пока нужно отсюда убираться! – мрачно повторила я, и Ханыль согласно кивнул.

Больше не говоря ни слова и быстро найдя с Ханылем общий темп, мы направились прочь от злополучного дома. Я не оборачивалась, понимая, что с каждым новым взглядом, брошенным на место пожара, болезненные чувства будут, подобно острому ножу, все глубже вонзаться в мое сердце.

Нахи пошла следом, как и Ли Иджэ, – и это меня удивило, ведь сначала я думала, что до следующего ритуала он вновь оставит нас. Это не только удивило, но и обрадовало. Все же рядом с таким человеком… духом, как Ли Иджэ, мне становилось спокойнее. Он знает и умеет куда больше всех нас, вместе взятых.

Хоть Сончхоль и отличался внушительным ростом, был довольно худым, так что вдвоем с Ханылем тащить его, закинув его руки на плечи, оказалось не слишком сложно. И пусть сейчас Сончхолю угрожала совсем другая опасность, я все же испугалась: что за болезнь у него была и не станет ли она препятствием в его жизни, если… когда мы вернемся в наш мир?

Да уж, сейчас явно лучше думать и заботиться о другом.

– Туда! – Как только мы покинули пределы этого небольшого, застроенного дорогими частными домами квартала, Ханыль махнул рукой в нужном направлении.

Минут через пятнадцать мы наконец добрели до высокого отеля, нижняя часть которого почти полностью состояла из окон, а потому отсюда казалась лишенной стен, из-за чего первые два этажа словно располагались в огромной клетке.

На страницу:
3 из 8