Она больше не твоя

– Юль, ты поплачь, легче будет, – услышала я глуховатый голос Жанны.

– Ох-хо-хо! – вздохнула Светка. – Тимур, никак, снова за своё взялся? – задала она странный вопрос.

– Почему "снова"? – уронила я руки на стол, вглядываясь в неё сквозь слёзы. – Что ты имеешь в виду?

– А ты? – отвела в сторону взгляд Светка, явно что-то скрывая.

– Что я? – в раздумье переспросила я, оттягивая время.

Официант принёс приборы и воду. Я налила в стакан, и выпив залпом, продолжила.

– Зашла сегодня к нему на работу и посмотрела, как он за демографию в стране радеет… Со своей медсестричкой. Вот как так? Ни за что бы не подумала… Сколько приходила к нему, та невинными глазками на меня смотрела: "Юлия Львовна", "Тимур Аркадьевич"... – передразнила я её детский голосок. – Ёшкин королёк! Вот как после этого понимать, кто есть кто? Ведь ни за что бы не подумала на неё. Ладно бы красотка какая наглючая, стервозная… А эта? – Алёнушка из сказки Морозко. Ну как так? – прорвало меня.

– Юль, – тихонько позвала Жанна. – Может, ты ошиблась? Знаешь, сколько случаев таких бывает? Сколько фильмов про это показывают? Семья рушится, люди расходятся… Друг другу не верят. А там, на самом деле, ничего и не было…

– Жанна, спасибо. Я вижу, что ты стараешься его оправдать… Не надо. Я не ошиблась. Понимаешь? Я стояла и смотрела как он "осматривает" её в кресле. Вернее, он говорил: "Потерпите, больная, мне надо сделать массаж через…" Тьфу! Вспоминать тошно… А эта лежит, млеет…

– Юль, ты зашла, а он ей массаж делает?! Ну и что? – Включила логику Светка. – Он же врач — гинеколог. Ты что, к каждой пациентке его ревновать будешь?

– Света! Да какой к чёрту массаж? – всхлипнула снова. – Я что на идиотку похожа? Я в туалете была там, а он не видел меня и закрылся с ней. Вышла, а там… Одного не понимаю, как он мог?– промокнула салфеткой я, стекающую по щекам, солёную влагу.

– И чего удивляться? – фыркнула Светка. – Да Тимур всегда таким был. Не знаю, как ты повелась на это.

– Не поняла, Света. На что – это? Что ты о нём не договариваешь? – вспылила я.

Глава 6. Цена пари

– На его деньги, – сказала Светка будничным тоном, как само собой разумеющееся.

– Ну, знаешь!... – задохнулась я от негодования. – Вот, значит, какого ты обо мне мнения?... – мне не дал договорить подошедший с заказанными блюдами официант. А жаль! Меня буквально распирало от обиды и гнева. Пока он нас обслуживал, я успела мысленно прокрутить несколько сценариев продолжения, но это не привело к удовлетворению. Наоборот.

– Знаешь, Света, для меня их деньги никогда не стояли на первом месте… – начала я, едва официант отошёл.

– А что же тогда, Юля? – усмехнулась Светка. – Не любовь же…

– А почему о любви ты говоришь с насмешкой? – взвилась я. – Да! Любовь!...

– Какая, на фиг, любовь, Юля? Не надо хоть теперь лапшу на уши нам подвешивать, – скривилась она. Жанна несколько раз пыталась Светку остановить, но ту несло, и на выпученные глаза Жанны она не обращала внимания.

Меня тоже распирало от гнева, но я каким-то задним умом отрешённо наблюдала за всеми, словно сама в этой перепалке не участвовала. Отмечала странности, которые просто мелькали как мысли, но до осознания не доходили. Всё должно было разложиться по нужным полочкам через время. Тогда и вспомнились бы мельчайшие детали, типа кто и что говорил, и как кто смотрел при этом…

– Такая любовь, Света. Земная, – у меня пропал аппетит. Терпуг с овощами был красиво выложен на широкой тарелке, но мне показалось, что запах он источает тошнотворный.

– Да, он поспорил с Королёвым, что переспит с тобой!... Потому и проходу тебе не давал… – выпалила в сердцах Светка, но, встретив отчаянный взгляд Жанны, осеклась и сникла.

У меня отхлынула от лица кровь, в ушах зазвенело и я, зажав рот ладонью, бросилась в дамскую комнату.

Из-за того, что я ничего не успела поесть, вышла только вода, но некоторое время ещё пришлось повисеть над фаянсовым "другом", содрогаясь от мучительных позывов.

Покинув кабинку, наткнулась на испуганных подруг. Они с траурными лицами подпирали мраморную столешницу возле раковин.

– Юль, ну, что? – вглядывалась в меня Жанна. – Ты, часом, не беременна?

– Нет, слава богу, как раз наоборот, – я открыла воду, и с удовольствием промыв зарёванные неоднократно глаза, ощутила себя настолько опустошённой, что если бы сейчас узнала, что через минуту мы все погибнем, у меня и тогда, скорее всего, не дрогнула бы ни одна жилка.

– Ну и? – бесстрастным тоном обратилась я к Светке. – Какие ставки были?

– Юль, да какая теперь разница… Прости, не знаю, что на меня нашло сегодня, – начала юлить Светка.

– Нет, дорогая! Сказала А, нечего теперь Б зажимать. Рассказывай! – я продолжала пристально сверлить её взглядом.

– Юля, правда… На фиг тебе сейчас в прошлом копаться? – приглушённо проговорила Жанна. –Тебе сейчас покушать надо и отдохнуть…

– Не надо за меня решать, что для меня сейчас лучше, – спокойно отсекла я сочувствие подруги. – Ну?! – повернулась я к Светке. – Кто с кем спорил, и зачем? И, главное, почему ты раньше молчала? – мой голос обрёл металлические нотки.

– Сразу предупреждаю, что я тогда ничего не знала. Глеб после вашей свадьбы по пьяни мне рассказал… – насупилась она.

– Давай, не томи уже, – махнула я рукой на её запоздалые оправдашки.

Светка, прищурившись, смотрела в зеркало, но явно не видела своё отражение, а будто смотрела вдаль.

– Мой Королёв тогда с Тимуром всюду вместе таскались, помнишь? – зачем-то переспросила она.

– И что? – дала ей понять, что прекрасно помню. Не век назад это происходило.

– Ну, мы тогда мой день рождения как раз в кафе отмечали, и ты пришла тоже… Тимурчик тогда и запал на тебя. А Глеб сказал, что ты не по зубам ему. Ну, ты помнишь, Королёв вечно с Тимуром спорил. Меня часто бесило, что у него спор ради спора был… – эмоционально галдя, вошли несколько девушек и, прервав Светино повествование, принялись кружить вокруг нас, заглядывая в зеркало.

– Слушайте, – приложила Жанна руку к груди, – я всё понимаю, но давайте вернёмся к столу. А то официант подумает, что мы ушли не заплатив… Да и удобнее там…

– Пойдём! – согласилась я, и мы друг за другом направились к выходу.

– Короче, – продолжила Светка, когда мы уселись за стол, – Тим начал гнуть пальцы, как обычно, что всегда берёт всё, что захочет. Глеб ему вещал, что ты – батан. Что у тебя миссия и что ты – НЕТАКАЯ. Я думаю, Глеб с ним специально спорил. Поддразнивал. Он сказал Тиму, что тот без своих родителей – ноль без палочки. Тогда, тот взвился и сказал, что своих слов на ветер не бросает, и та фиалка, то есть ты, – она демонстративно показала на меня пальцем, – отдастся ему, как миленькая.

– Так у у нас же ничего с ним не было до свадьбы, – проговорила растерянно я. Уж больно услышанное звучало чудовищно.

– Вот поэтому он и женился… – прокомментировала Светка. А на следующий день похвастался Глебу, показав селфи. Ты спала у него на плече, а он заснял, чтобы отчитаться, что выиграл пари. Королёв злился тогда. Проигрывать тоже не любил… Кстати. С ними был и Андрей Лопатин… Типа свидетельствовал.

Меня снова начало подташнивать от омерзения.

Андрей пытался ухаживать за мной. Но был слишком застенчивый, и всё время не дотягивал до того, чтобы захотелось с ним встречаться. Мне стало не по себе. Оказывается, он тоже был в курсе чудовищного пари.

– Но Андрей тогда отказался участвовать в их споре, – пояснила Светка, увидев мою реакцию на её слова.

– Отказался, но и не попытался предотвратить, – высказалась я. – Хотя нет! Я помню, как перед нашей свадьбой он стал отговаривать меня. Но посчитала, что он специально наговаривает на Тима, от обиды, что ему взаимностью не ответила… Но он ничего не сказал про спор.

– Ещё бы он сказал, – фыркнула Светка. Он же иногородний… А после учёбы хотел в Москве остаться. Ему с Тимуром ссориться нельзя было. Тот родителям его как специалиста порекомендовал.

"Вот она, цена подлости", – удручённо подумала я.

– И что Тим выиграл у Глеба? – безучастно спросила я.

– Да хрень какую-то, – отмахнулась Светка. – Подвеску в машину.

Я вспомнила эту подвеску. Она появилась в машине на зеркале заднего вида, как раз после нашей свадьбы: куколка шибари, выполненная в виде обнажённой девушки, связанной красной ниткой, словно верёвками.

У меня было чувство, что по мне сегодня прошлась колонна гусеничной техники…

Глава 7. Непростое решение

Я не знала, верить мне Светке или нет, настолько то, что услышала было немыслимо.

– Не понимаю, – у меня сел голос, и я сама себя еле слышала. Прокашлялась. – Не понимаю… – Я потёрла виски, внезапно разболелась голова. – Но я ни разу не замечала его дурного ко мне отношения… Раньше не замечала, – уточнила я. – Не может быть, чтобы человек столько времени прикидывался. Если я ему безразлична, то он давно бы проявил своё отношение ко мне, – вслух рассуждала я.

– Вот потому я и не стала тебе ничего говорить. Мало ли что было до, главное, что потом у вас уже были вполне нормальные отношения, – оживилась Светка. – Сама понимаешь, ну, сказала бы я тебе, и что? Вы бы поссорились, потом ночью помирились, а я крайняя бы осталась. Ещё и от Королёва бы наслушалась про длинный язык…

– Ладно, – прервала я её. – А теперь поясни своё "снова за своё взялся".

– Ну, то и имела в виду, что он до тебя девочек выгуливал только до постели, а потом менял, – ответила Светка. – Когда женился, думала, что за ум взялся, остепенился. Но таких, видно, только не стояк остановить сможет. Так что можешь собой гордиться…

– Чем гордиться-то? – вздохнула я.

– Как чем? Вон он, как долго с тобой не гулял…

– Или я об этом ничего не знала, – уточнила я.

– И что же теперь делать будешь? – вклинилась в наш разговор Жанна.

– Подам на развод, – твёрдо ответила я.

Хотя до сих пор не была в этом уверена. Мне очень хотелось, чтобы муж смог убедить меня, что такого больше не повторится. Хотя умом понимала, что если он себе такое позволяет, то ничего не изменится. В лучшем случае просто будет более осторожен и я наверняка ничего знать не буду.

Просто буду догадываться.

А это страшнее. Каждый раз, когда муж задержится, будешь накручивать себя, кого он на этот раз массирует.

– Юля, может, не стоит пороть горячку? – прервала поток моих мыслей Светка. – Тебе не восемнадцать уже, чтобы о бабочках в животе мечтать. С ним, вернее, с поддержкой его родителей ты быстро продвинешься в карьере. А без них будешь с хлеба на квас перебиваться. У тебя же, кроме машины, ничего своего нет. Ты же из общаги сразу замуж впорхнула. Ты в курсе, сколько стоит съём жилья в Москве? И что в карьере без знакомств не продвинуться? Ты уверена, что его родители станут тебе помогать, если вы разведётесь? – напирала она своей практичностью.

– Я, Света, о бабочках в животе забыла давно… Будут ли помогать родители его, не знаю. До сих пор с ними были хорошие отношения, а что будет потом, понятия не имею. Но жить с ним, после всего, что узнала сегодня, не смогу, – в носу снова предательски засвербело от обиды. – Не смогу! Понимаешь?!

– У тебя хоть деньги-то есть свои? Ты же только устроилась на работу… – зашла с другой стороны Света. – Куда ты сейчас пойдёшь? Ну, не хочешь с ним жить, не надо. Прикинься, что обижаешься, потом помирись для вида… Денег подкопи, осмотрись… – советовала она.

– Света, отстань! Это ты с Королёвым живёшь и на свидания бегаешь… Не хочу я так. Хоть он и подло поступил со мной, но сама уподобляться ему не хочу, – в сердцах выпалила я и тут же пожалела, понимая, что наступила на больной мозоль подруги. – Извини, Свет, если обидела. Я не осуждаю тебя, это твоя жизнь. Но сама так не хочу.

– Хорошо. Ты у нас честная и чистая, как слеза, блин! – вспыхнула Светка. – Но, помяни моё слово, уйдёшь – назад не примут… Не пожалей потом. Как говорила известная Скарлетт? "Об этом подумаю завтра!" Не пори горячку – мой тебе дружеский совет.

– Жанна, приютишь меня на одну ночь? – выжидающе посмотрела я на замершую подругу.

– Да хоть на две, – откликнулась та. – Сестра в Питер уехала с подругой на несколько дней, так что, без проблем…

– Спасибо! – благодарно посмотрела я на неё. – Я завтра поищу что-нибудь… Хотя Света права, у меня действительно нет столько денег, чтобы заплатить за аренду вперёд, – задумалась я. – Но ничего, вот как раз об этом я и подумаю утром я.

Неожиданно из сумочки донеслись аккорды мелодии, установленной в телефоне на вызов.

На дисплее высветилось: "Любимый".

Глава 8. У каждой своё

Я помедлила. Разговаривать с мужем после всего, что случилось сегодня, не хотелось. Поэтому сбросила вызов. Но через несколько секунд мелодия прорвалась вновь.

– Да ответь ты… – посоветовала Светка, вытирая салфеткой рот и отодвигая от себя пустую тарелку. – Они же упёртые. Не ответишь, будет звонить до посинения.

– Не сейчас, – ответила я, отключая телефон. – Девочки, вы не против, если уже по домам разойдёмся, что-то мне хочется в душ и в постельку.

Обе уставились на меня.

–Так ты что, домой всё же решила поехать? – переспросила Жанна.

– К тебе домой, – исправилась я.

– Ааа… Сейчас поедем, – она запихнула в рот остатки холодной пасты и развернулась в поисках официанта. Но Света уже поймала его взгляд и жестом позвала. – Раз ты на машине, тогда вместе поедем? – уточнила она.

– Жанна, ну, конечно, вместе, – улыбнулась я на её странный вопрос. – Свет, а ты так и не поговорила с Глебом? – вспомнила я, что встретиться мы хотели, чтобы выслушать её, а не меня. Стало неловко.

– Нет. Не знаю я, как сказать ему об этом. Может лучше прервать беременность? – Светка уже не выглядела такой уверенной, как когда раздавала мне советы. – Но вдруг потом не получится? Мы вон, почти четыре года с ним живём и ни одного залёта.

– А, может, не говорить ничего? Может это его ребёнок? – предположила Жанна.

– Не может, – отрезала Светка. – Жанна, мы же врачи… И друг у него гинеколог… Сумеет понять по срокам. Я же тогда месяц на море зависала, а когда приехала, Глеб уехал. Вряд ли прокатит, что малыш недоношенный родился. Потом, не просто ж так у нас с Королёвым ничего не получалось. Я же поэтому и не предохранялась, думала, что у меня проблемы. И было-то с Гариком пару раз всего… В самом начале отпуска. И нате! – покачала она головой, указывая на крайнее недоумение. – Потом он уехал…

Официант принёс счёт, и мы прервали разговор, дружно открывая сумочки.

– Знаешь, Света, мне кажется, что надо самой определиться, любишь ты Глеба или нет. Если да, то надо как-то поговорить с ним. А нет, тогда уходи. Вы ещё молоды, зачем друг другу жизнь ломать? Я сегодня на собственной шкуре испытала, как это больно, когда тебе изменяет любимый человек. Если Глеб любит тебя, то примет и ребёнка, а нет, то и нет…

Тогда расстанетесь.

– Да? И что, останусь одна с ребёнком? – с вызовом посмотрела она на меня.

– Ты уж выбирай, что тебе дороже, малыш или устроенная жизнь с мужем, – развела я руками. – Подумай. Время ещё есть же?

– Да почти и не осталось,– сникла она.

– Ой, девчонки, как посмотрю на вас, так и замуж неохота, – неожиданно вклинилась в разговор Жанна, и мы со Светкой дружно прыснули.

– Ой, подруга, ты до пенсии у нас в девственницах ходить собираешься? – похлопала её по плечу Света, поднимаясь из-за стола.

– Лучше одной, чем как вы, – пухлые губы Жанны обиженно подрагивали.

– Жанна, да не слушай ты её, когда влюбишься, сама замуж захочешь, вот увидишь… – попыталась я сгладить резкость подруги. – А ты, Света, подумай хорошенько, тебе такое счастье бог дал – ребёночка, а ты раздумаешь… Кстати, а Гарик этот твой, в курсе, что ты ждёшь от него малыша? – перевела я взгляд на ожидающую нас Свету.

– Нет. Юля, у нас был мимолётный роман. Он, поди, уже и забыл, как меня зовут… Да и я не знаю о нём ничего. Так что, увы, – развела она руками. – Меня вот совестишь, а сама-то, не торопишься пелёнки стирать, – поддела она меня.

– Так, у нас Тимур "процессом" управляет. Вернее, управлял, – поправилась я. – Говорил, что рано ещё. Надо, чтобы в карьере я преуспела сначала… Заботливый! – последнее я произнесла с сарказмом.

Мы вышли на улицу, вдыхая амбре весны. Уже смеркалось. За день прогретый асфальт отдавал тепло, поэтому в воздухе витали его специфические ароматы, смешанные с запахом молодых листочков.

– Свет, пока. Позвони завтра, что там надумаешь, – махнула я подруге, сворачивая в тупиковый переулок, где оставила машину. Жанна шла за мной.

– Пока! – попрощалась с нами Светка, направляясь к своей Toyota Camry, припаркованной возле кафе.

– Юля, постой! – услышала я требовательный окрик и остолбенела от неожиданности, увидев Тимура.

Глава 9. Методика примирения

– Ехал мимо, смотрю, машина твоя стоит… – проговорил он, подойдя ближе. – Жанна, здравствуй! – кивнул он, выглядывающей из-за меня, подруге.

– Это как так мимо? Там же тупик, – прищурилась, размышляя, как он вообще узнал где я.

"Неужели Светка решила добро причинить и сообщила ему, пока мы в кафе сидели?" – мелькнуло в голове. Жанну подозревать у меня даже в голову не пришло.

– В "Новую поликлинику" заезжал… – пояснил он, мотнув головой в проулок. – А ты что здесь забыла?

– Я здесь с подругами встречалась, – поджала губы я, понимая, что он удачно выкрутился, соврав про поликлинику.

– Пойдём, мне надо поговорить с тобой, – он выразительно посмотрел на меня.

– О чём? Мне кажется, мы уже поговорили сегодня. Не преследуй меня, Тимур, я домой вернусь только за вещами, но не сейчас, – начала я обходить его, направляясь к машине. Но он, схватив меня за руку, резко рванул на себя:

– Не слишком ли ты самостоятельной стала, жена моя? – угрожающе выдохнул он мне в лицо, делая акцент на последних словах. – Я с тобой пока нормально разговариваю… Но если ты не ценишь такого к себе отношения, то могу и по-другому… – его лицо стало жёстким, а синие глаза покрылись ледяной серой дымкой.

– Ты ещё смеешь угрожать мне?! – задохнулась я от возмущения. – Кажется, не я, а ты сегодня сделал всё, чтобы разрушить наш брак…

– И чем я тебя обидел? А? – смотрел он на меня в упор не мигая. – Пригласил поужинать вечером, так ты предпочитаешь по подругам скакать…

– Не передёргивай! – я почувствовала, что щёки пылают огнём. – Ты изменяешь мне! И это, явно, не первый раз. А я все годы живу в розовых очках, думая, что у нас всё хорошо. Хватит! Я ухожу от тебя. И отпусти мою руку, – гневно прошипела я ему. – Иначе…

– Ох, ты! У моей мышки зубки прорезались? Ну-ну, – усмехнулся он. – Ты едешь со мной. И никакого "иначе" не будет! Жанна, – перевёл он взгляд на замершую подругу, не обращай внимания, милые бранятся, жарче любятся… Доедешь сама? – Жанна нерешительно перевела взгляд на меня.

– Нет! Я никуда с тобой не поеду. Жанна, не уходи, я с тобой, – дёрнула руку, пытаясь высвободиться. – Отпусти! Я закричу!...

– Так, мне надоело! – рыкнул он, заламывая мне руку за спину и, взяв под локоть вторую, подтолкнул в проулок. – Не беси меня, – зловеще прошептал он в ухо, – иначе узнаешь, каким я бываю в гневе…

Я выгнулась от боли, лихорадочно соображая, что делать. Краем глаза увидела испуганные округлившиеся глаза Жанны и пожалела, что Светка уехала. Уж та бы придумала, как мне помочь. Я хорошо помнила, как в студенчестве пьяная компания девиц зажала меня в туалете на дискотеке, отжимая сумочку, а Светка тогда метнулась за охраной…

Он вёл меня, словно полицейский воришку, надавливая на предплечье. И едва я замедляла шаг, тут же чувствовала в суставе резкую боль.

Впереди, возле частной поликлиники сверкал припаркованный его новенький Subaru Forester. Я поняла, что если он меня сейчас затолкает в машину, то сбежать уже не получится.

Здравым умом я понимала, что он тащит домой с целью помириться, но мне почему-то было страшно.

"Может закричать?" – мелькнуло в голове, но посмотрела, что впереди медленно шла пожилая пара, а навстречу – женщина с коляской. Позади я не видела, был ли кто-нибудь, кто мог вмешаться.

"Так, Юля, успокойся! – скомандовала я себе. – Что может произойти страшного, если ты приедешь с ним домой? Только то, что он начнёт приставать, думая, что если у нас случится близость, то я тут же растаю и прощу его. Но! Он не знает про женские дни. И, если что, это может сыграть мне на руку. Вряд ли у него хватит ума пачкаться".

Между тем Subaru, мигнув фарами, замерла в ожидании передо мной. Я затрепыхалась:

– Пусти! Я на своей поеду. Мне на работе рано надо быть завтра, – постаралась я придать дрожащему голосу убедительность.

– На такси доедешь, – буркнул он, открывая дверцу и пытаясь впихнуть меня. Но я ногой упёрлась в сиденье, выгибаясь назад. – Не пачкай салон! – рявкнул он, надавливая на заведённую за спину руку.

– Ай! Больно! Пусти, сейчас же! – взвыла я, упиралась из последних сил, но чувствовала, что он сейчас попросту опрокинет меня на сиденье.

– Тимур Аркадьевич, вам помочь? – услышала я позади отвратительно знакомый голос.

– Нет, спасибо, Илья Александрович, – муж разжал пальцы, и я сообразила, что свободна. Резко отскочив в сторону, рванула к своей "ласточке", припаркованной неподалёку. На бегу отыскивая в сумочке ключ, прислушивалась, нет ли шагов погони, но не оборачивалась. Только влетев в салон и провернув ключ в замке зажигания, посмотрела на автомобиль мужа впереди. Воронцов с Тимуром мило беседовали. Но муж продолжал сверлить меня взглядом. Я облегчённо выдохнула, срываясь с места.

"Вот козлины! Причём оба!" – с ненавистью посмотрела я на них, проносясь мимо.

"Это ж надо! – негодовала я, вспоминая унизительность своего положения, – вместо того, чтобы тряхнуть негодяя, этот жлоб предложил ему помощь" .

Лишь выехав на проспект, смогла перевести дух и, притормозив на светофоре, набрала номер Жанны.

Глава 10. Вишенка на торте

– Юлечка, прости, моя хорошая, – плюхнулась на переднее сиденье Жанна. – Я так растерялась, что не знала, как лучше поступить… Не мешать вам мириться, или что. Твой так зыркнул на меня, когда я только пошла за вами, что я не посмела, – лепетала подруга с придыханием.

– Жанна, да не переживай ты так, – я видела, что на ней лица нет. – Понимаю тебя прекрасно. Сама бы на твоём месте тоже не знала, как поступить… – я с трудом вырулила из-за вплотную припарковавшегося ко мне внедорожника и вклинилась в поток машин.

– Правда? – обрадовалась она. – Фух… А то я уже ноготь сгрызла в страхе, что ты теперь со мной разговаривать не станешь… Ну, сама посуди, что я должна была делать? Ведь он твой муж. И не факт, что вы не помиритесь…

– Не помиримся, – сказала я, сама не веря в то, что говорю и понимая, что слишком отходчивая, чтобы долго злиться.

По идее, если бы муж не наседал на меня резкостью, а наоборот, ходил виноватым, я, скорее всего, долго не продержалась бы в позиции "не влезай, убьёт". Но он вёл себя настолько нагло и агрессивно, что мне легко было удерживаться на волне ненависти к нему.

А для того чтобы не расслабляться, я старательно удерживала в голове картинку, как он сегодня, без тени раскаяния, застёгивал ширинку брюк.

Приняв душ и выслушав за чаем порцию сомнений подруги по поводу соглашаться ли на дополнительную нагрузку, которую ей впаривала заведующая узкими специалистами в поликлинике, или поссориться с ней. Но тогда та будет исподтишка вредничать, и даже, возможно, оставит без медсестры. А одной на приёме сидеть сложно… Я с облегчением слилась в комнатку её сестры и, выключив свет, улеглась в чужую постель, с непривычной подушкой и слишком мягким матрацем.

Почувствовав себя самой несчастной, я снова, который раз за день, пролилась слезами. Мне было горько сознавать, что моё семейное счастье оказалось не чем иным, как миражом.

Весь вечер муж сбрасывал мне sms. Я, щурясь, сквозь слёзы, читала их и недоумевала, почему он не может понять, что сейчас для него же лучше было бы помолчать и дать мне успокоиться.

Первые sms гласили: "Иди домой, я всё прощу…"

Потом: "Не придёшь сегодня, пеняй на себя. Обратно не приму."

Затем:

"Я долго уговаривать не собираюсь. Не явишься до одиннадцати – приеду к твоей Жанне и пеняй тогда на себя".

После одиннадцати:

"Юля, с огнём играешь… Если ты хочешь меня подразнить – остановись. Со мной так нельзя".

Под пиканье sms, с щемящим от сомнений сердцем, я, уткнувшись в чужую подушку, всё-таки уснула… Проснулась под утро в холодном поту и с бешено колотящимся сердцем. Приснилось, что я зашла в нашу с Тимом спальню, а там, в кровати кишат змеи. Я отступала, а они медленно выползали, преследуя меня. Неожиданно позади услышала шум, оглянулась, а это чёрный ворон. Я заметалась, не зная, куда спрятаться, и… Проснулась.