Тройняшки для миллионера-тирана

— Я ждал именно тебя, — говорит, коротко рассмеявшись. Воспользовавшись моей растерянностью, подходит и берёт меня за руку. — Пойдём!

— Меня? Почему меня? — спрашиваю, позволив ему усадить меня и даже налить в бокал немного вина. — Я что-то сделала? Вроде бы нет…

Хотя кого ругают и наказывают в такой романтической обстановке, с едой, свечами и мужчиной в костюме? Бред говорю, но я честно не понимаю, чего это вдруг в мою честь такой ужин.

— Я извиниться хочу, Мириам, — заговаривает Алим, отправившись на место напротив меня. — Ты была права, обидевшись на меня. Как мужчине и дяде Ауроры, мне следует чаще интересоваться её жизнью и оберегать от подонков. Сегодня я встретился с ней и поговорил. Она, конечно же, меня не послушала, но теперь я буду держать руку на пульсе и в случае чего вмешаюсь в ситуацию без её разрешения. Что касаемо анонима… Хм-м… Если ты позволишь, то я поручу своим людям проверить его. Но я почему-то уверен, что это несерьёзно. Кто-то просто шутит.

— Не надо заниматься этим! — поспешно выпаливаю. — Я сама почти разобралась. Там и правда… ничего серьёзного.

— Вот видишь, я же говорил! — восклицает, довольный оттого, что хоть где-то оказался прав.

Но прав ли он? Об этом мы узнаем, когда я получу его ДНК и сравню её в лаборатории с ДНК Марка. И, надеюсь, этот парень и правда сын Лапина. Это решит сразу несколько вопросов.

— Это всё нам? Двоим? — спрашиваю, оглядывая богато обставленный стол. — Мы это не съедим! — поднимаю на него широко распахнутые глаза. — Ни при каких условиях.

— Для нас двоих, — подтверждает. — Сколько съедим, столько съедим! Наша задача сейчас получить гастрономическое удовольствие, а не съесть всё это. С чего начнём?

— С рыбы, — отвечаю недолго думая.

Около получаса мы едим и оцениваем различную пищу, что нам двоим безумно нравится. Пожалуй, это наше общее занятие на протяжении всего времени, которое я провела во Франции.

И как я только в колобка не превратилась? И правда, интересный вопрос. Но после сегодняшнего дня точно превращусь! Столько съесть ни один нормальный человек не сможет.

— Алим, а почему ни одна из твоих бывших девушек не подарила тебе ребёнка? — решаю зайти издалека и проверить слова Марка.

— Ну… про Розали ты знаешь, — тянет, отложив приборы в сторону. — А после у меня были недолгие отношения с девушками. Мы не успевали привязаться друг другу настолько, чтобы начать планировать детей, — рассказывает, сложив руки в замок и подперев ими подбородок.

— Ты их бросал?

— Нет, — мотает головой, задумавшись над моим вопросом. — Чаще всего они просто прекращали общение со мной. Не отвечали на звонки, не появлялись на публике, а когда я приходил к ним, чтобы узнать в чём причина, то меня просто не впускали в дом. Я называю это своим проклятием. Не понимаю, почему они так делали… ведь всё всегда было идеально и в один момент всё менялось. Странно! Но я привык.

— А после ты не пытался узнать? Увидеть их? — продолжаю расспрос.

— А ты ревнуешь? — задаёт вопрос, растянув губы в коварной улыбке. — Меня к ним?

— Как бы наивно и глупо это ни звучало, я неравнодушна к тебе, — признаюсь, решив говорить открыто. — Но сейчас дело в другом, — встаю из-за стола. — Спасибо за ужин и за извинения. Они были мне нужны. Сейчас мне необходимо готовиться к лекциям.

Значит они и правда исчезали просто так… девушки Алима. Хм-м… Кое-что из рассказа Марка совпадает.

По пути заглядываю на балкон и без разрешения забираю один из карандашей хозяина дома. Он постоянно их грызёт, когда работает и на конце по-любому есть его слюна. Этого должно хватить. Но на всякий случай завтра с утра стащу ещё и ложку.

Я должна знать ответ: Марк свой или обманщик.

Скрыть истину легко, но если глубоко капнуть, но найти ее может каждый... Главное сделать хоть шаг в сторону правды... всего один... И я его сделала.

Алим

Мне ведь не показалось? Мириам и правда сказала, что испытывает чувства ко мне? Или мне почудилось? Мой отравленный мозг выдал мне то, что я хотел услышать.

Наверное, я её не так понял. Ведь она молодая, красивая, умная и невероятно привлекательная девушка. Она никак не могла в меня влюбиться! Да, я ещё не очень стар и на мой флирт с лёгкостью ведутся другие женщины, но Мириам…

Но если это действительно так и между мной и ней могут вспыхнуть страстные чувства, я готов и даже счастлив такой возможности. Это решит многие наши проблемы.

Во-первых, Мириам не нужен будет другой мужчина, потому что у неё буду я. Одна лишь мысль о том, что матери моего сына будет касаться какой-то чужой, грязный, похотливый мужлан, меня выводит из себя. Хочется тут же челюсть ему сломать и разгромить всё вокруг.

Во-вторых, можно будет после сына и о дочери озаботиться через годик-другой. Ведь с любящей супругой не возникнет вопрос об ещё одном ребёнке. Она и сама с её любовью к детям будет за её маленькую копию.

В-третьих, наследник будет расти в полноценной семье, а не в её видимости, которую я собирался создать для него. И это прекрасно для его психологического здоровья.

И в конце концов, одна мысль о том, что моя девочка до конца останется со мной и разделит со мной мою жизнь, меня радует. Этот год рядом с ней для меня был и есть сказка, а если так и дальше продолжится, то могу с уверенностью сказать, что кажется, всё же в этой жизни я сделал что-то хорошее и правильное, раз господь наградил таким бриллиантом в виде Мириам.

— Алло! — отвечаю на звонок, не обратив внимания на имя звонящего.

— Алим, дорогой, — тянет Розали. — Как ты?

— Прекрасно, — отвечаю ей, кинув взгляд на стул, где пару минут назад сидела моя будущая жена. — Ты как?

— Чудесно, дорогой, — отвечает мягким тоном, который ей не свойственен, но она зачем-то играет его передо мной каждый раз. — Аурора сказала, что ты подвёз домой сегодня. Почему не зашёл?

— Дела были.

— С твоей этой… Машей?

— Мириам, — поправляю её со вздохом. — Запомни её имя, Розали. Мириам. Ты будешь довольно часто с ней встречаться в моём доме, и я бы хотел каплю уважения к своей будущей жене.

— Какая разница? — цокнув языком, заговаривает бывшая супруга. — Маша, Мириам, Матильда… Не мне с ней жить. Главное, чтобы ты её имя не перепутал в постели. А моё невежество, думаю, она раз в недельку потерпит.

— Хорошо, — соглашаюсь. — Тогда я разрешу ей называть тебя в ответ Раисой.

— Раиса? Что за противное русское имя, Алим?! — восклицает и что-то ломает по звуку. — Не смей! Какая ещё Раиса? Я Розали! Раиса — фу!

— По мне даже приятное имя, — кидаю равнодушно. — Потерпишь невежество раз в недельку в ответ от Мириам и, думаю, поменяешь своё мнение насчёт её имени. Прекрасного Мириам…

— Какой ты жестокий, Алим, — якобы обиженно произносит. — Не ожидала от тебя такого! Я думала, мы друзья, партнёры и люди, которые никогда друг друга в обиду не дадут, а ты… я разочарована в тебе, дорогой. Довольно сильно… Тебе придётся долго моё прощение вымаливать.

— Я всегда буду на твоей стороне, Розали, но не обижай других дорогих для меня людей. За них я тоже всегда могу встать горой, — напоминаю ей. — Как однажды встал перед мужем твоей сестры, когда он решил вновь забрать Аурору у матери.

— Ладно, обсудим ещё это, — быстро сдаётся. — Я звоню, чтобы пригласить тебя в ресторан и прогуляться где-нибудь под фонарями. Как раньше. Хочу проветриться немного, и чтобы ты составил мне компанию.

— Извини, я не могу.

— Работа?

— Нет, Розали, — мотаю головой, давая сигнал домоправительнице прибрать на столе. Сам же встаю и иду в свой кабинет. — У меня теперь есть невеста. И я предпочитаю больше времени проводить с ней, дабы она не сбежала, как остальные мои пассии. К тому же нам ещё нужно узнать друг друга получше перед браком и рождением ребенка.

— Но как же я? И наши прогулки? Как я буду без них? Без тебя?! Ты меня… бросаешь?

— Розали, у меня теперь есть невеста! И она ревнует меня к тебе, поэтому я не хотел бы её лишний раз нервировать. Извини, что так грубо, но всё именно так. Я бы тебе тоже советовал найти мужчину.

— Но…

— Наши с Мириам чувства только начали созревать, и сейчас важно дать им развитие и поддержку, а не губить их ревностью, недоверием и прочим.

— Я тебя поняла, — скрипя зубами, кидает она. — Ты её любишь. Да? Любишь эту… дешёвку? Мышь серую?

— Ну… она мне нравится, — отвечаю честно. — Особой любви пока нет, но мне хорошо и приятно с ней. Она умна и знает, как себя вести. Этим и привлекает.

— Удачи! — выкрикивает бывшая жена и бросает трубку, не давая мне попрощаться.

— Спасибо, — отвечаю непонятно кому, шокированный поведением Розали.

Она никогда прежде не позволяла себе такого поведения. Всегда была сдержана и аккуратна в своих эмоциях и высказываниях, а сейчас… словно мы вновь женаты, и она приревновала меня к очередной модельке.

Розали ревнует? Бред!.. Мы давно расстались, и у меня уже были женщины. С чего вдруг ревность именно сейчас? Почему не с предыдущими пассиями?

Ладно, не буду себе голову забивать этим сейчас. В данный момент есть дела важнее. Составление плана по окончательному покорению красотки Мириам. Я должен влюбить её в себя как можно скорее. Да!

Глава 13

Мириам

Моё утро начинается словно в сказке, о которой пишут в самых романтических книгах. Которую показывают по телевизору в мелодрамах. О которой грезит каждая девушка и женщина, если не разочарована в любви.

Проснувшись от трели будильника, слепо выключаю его и даю себе минутку-две понежиться в кроватке и расслабиться перед учёбой. Радует лишь одно: сегодня последний день учёбы, а уже с завтрашнего дня у меня начнутся новогодние выходные.

Сладко тянусь, но резко напрягаюсь, когда в мою руку вонзается что-то острое. Притягиваю поцарапанный палец обратно к себе и к губам, слизывая кровь.

— Да что такое? — спрашиваю сама себя и кидаю взгляд на место, где предположительно острое находилось. И застываю, когда на глаза попадается огромный букет красных роз и маленькая коробочка.

Аккуратно, чтобы не поранить ещё что-нибудь, забираю коробочку и открываю её, чувствуя некоторое волнение от происходящего.

Я неглупая и понимаю, что это подарки от Алима, который, кажется, остался немного в шоке после моего вчерашнего признания в симпатии ему. Но, по всей видимости, принял мои чувства и решил их поддержать. Приятно.

В коробочке оказываются серьги из белого золота. Простенькие, но со вкусом. В стиле Алима, я бы сказала. Они не вычурные и не бросающиеся в глаза, как носят некоторые дамы из общества Лапина. Не с миллионом бриллиантов, показывающие статус и возможности дарителя. Они… они идеальные для меня. Строгие, но в то же время милые. Простые, но со вкусом. Праздничные, но в то же время их можно носить каждый день.

— Спасибо, — шепчу в воздух и, отложив серьги, тянусь к букету, вдыхая его необыкновенный аромат. Краем глаза замечаю ещё и записку, которую тут же выхватываю и читаю.

«С добрым утром, Мириам! Надеюсь, тебе придутся по вкусу мои подарки. Прихвати в университет что-то тёплое. После пар я тебе заберу, и мы поедем на свидание. С любовью, Алим Лапин!»

О боги! Ради такого стоило вчера признаться в своих чувствах! Все испытания, которые я прошла, стоили этой сказки…

Половина дня, которую я нахожусь в университете, проходит в ожидании окончания пар, начала новогодних каникул и свидания с Алимом. Но его предложение взять что-то тёплое меня слегка напрягло. Порой одно тёплое в одном месте оказывается недостаточно тёплым для другого места. Но не суть! Думаю, в таком случае Лапин что-то придумает и не даст мне отморозить себе всё, что можно и нельзя.

— Привет! — приветствует меня мой будущий муж, припарковавшись на стоянке университета. К слову, здесь только учителя имеют права парковаться, но, кажется, Алиму плевать на эти правила или университету плевать на то, что один из спонсоров их нарушает.

— Привет, — тяну и, подойдя к мужчине, быстро целую его в щёку. — Спасибо за цветы и серёжки, — демонстрирую последнее на своих ушах.

— Пожалуйста, — отвечает, но выглядит смущённым. Как и я, которая продумывала этот шаг с поцелуем в щёку с самой первой пары. — Поедем? — спрашивает, подмигнув.

— Ага, — киваю и обхожу машину, садясь на переднее пассажирское сиденье. — Куда мы едем?

— Секрет! — тянет, загадочно улыбнувшись, и дальше ни слова не говорит о наших планах. Лишь расспрашивает, как прошёл мой день в университете. Рассказывает о своих студенческих годах в России. О том, как они на пару с отцом Алисы чудили и переворачивали всё вверх ногами.

Тайным местом, где мы должны ужинать, оказалась шикарная белая яхта. Это я осознала лишь когда мы подошли к ней, а до этого верила в то, что мне говорил Алим. Будто бы мы идём в ресторан в конце пляжа. Якобы свидание там будет.

Врал и не краснел!

А я верила, вообще-то!

Алим помогает мне подняться на палубу и проводит к накрытому столику. В основном стол заставлен морепродуктами, но есть и обычное мясо. При всём моём желании я так и не смогла полюбить осьминогов, устриц и другую нечисть морского царства. Лапин же с удовольствием это всё поглощает, ещё и меня смешит.

Вечер проходит в такой чудесной атмосфере, от которой не только к сказки начинаешь верить, но и в то, что скоро у тебя крылья вырастут. К слову, у меня они уже точно выросли. Потому что таким романтичным и заботливым Алим никогда не был.

Он ухаживал за мной, улыбался, много говорил, то и дело касался моей руки, а когда стало прохладно и мне даже в моей кофте стало холодно, то укутал в плед.

Это было так мило и… невероятно, что мне казалось, это мой очередной мечтательный сон, где я с Алимом. И у нас такая идиллия. Парочку раз, когда он не видел, щипала себя за руку, но от этого не просыпалась.

— А это что за созвездие? — спрашиваю, указывая пальцем в небо.

— Кассиопея, — отвечает, подтянув меня к себе ближе.

И если пару секунд назад моя спина просто соприкасалась с его грудью, то сейчас она почти что вжата. И расслабления в ближайшее время точно ждать не стоит, потому что руки Алим не убирает, решив остаться и обнимать меня дальше.

— Алим… — шепчу, чувствуя, как моё сердце ускоряет свой ритм. — Что ты делаешь? — оборачиваюсь к нему, тяжело сглотнув.

— Ты о чём? — спрашивает, якобы не понимая. Но всё он понимает. Всё он знает! И те чувства, что вызывает во влюблённой и неискушённой девушке, тоже осознаёт.

— О твоей руке, которая… не там… — смущаюсь, но говорить не прекращаю. — Это… вообще-то мои бёдра и… ягодицы.

— Да? — театрально удивляется. — Извини, — произносит, но руки не убирает, продолжает гладить по боку и ягодицам.

— Алим! — восклицаю и возмущённо оборачиваюсь к нему.

— Мне прекратить? Да?

— Эм-м… И-и-и… Нет! — выпаливаю и, развернувшись в его руках, тянусь к его губам и целую.

Плевать, что будет дальше. Он явно мне не просто так знаки внимания оказывает и на свидание пригласил. Обычно этим такие встречи и заканчиваются. Близостью. Поцелуем. И постелью.

Я невеста Алима. Мать его будущего сына. И мне нужно избавиться от кое-чего, чтобы у нас появился ребёнок. Так зачем мне операция, когда это можно сделать естественным путём. С мужчиной, которого я люблю и с которым проведу всю свою жизнь?

Лапин собирается ровно за секунду и перехватывает мою инициативу, искусно и страстно завладев моим поцелуем. Пальчики на ногах подгибаются от количества его власти и силы надо мной в этот момент.

Его руки, которые прежде локализировались лишь на моей талии, бёдрах и ягодицах, вызывая моё возмущение, теперь получили полную власть и разрешение делать со мной всё, что хотят. Трогать там, где хотят.

— Мириам, — шепчет, прервав поцелуй и прислонившись лбом к моему. — А ты не так проста, как кажешься.

— Во мне много сюрпризов, — отвечаю ему, улыбнувшись.

***

— Спасибо за вечер, — благодарит меня Алим, держа за руку и якобы прощаясь. А я слов его не различаю из-за бешеного гула и стука в ушах. После этого… дурацкого! Необдуманного! Неспланированного поцелуя у меня все чувства обострились в тысячу раз.

Стыд за то, что сама поцеловала. Неловкость оттого, что… показала Алиму, что не так скромна, как кажусь. Влюблённость в него переросла, кажется, в настоящую любовь. А может, даже и в одержимость. Потому что я не хочу, чтобы он сейчас к себе в комнату шёл. Чтобы мы расставались.

Да, я прекрасно осознаю, что теперь между нами многое изменилось, и теперь я смело могу сказать, что встречаюсь с Лапиным. И всё же решающий шаг я сделать всё же не смогла. Отдаться будущему супругу на яхте. Во-первых, там были, кроме нас, ещё люди. Во-вторых, я застеснялась, и мне стало страшно. В-третьих, это всё слишком рано. И ключевой пункт: Алим не настаивал, не требовал и тем более даже не намекал на что-то большее, чем просто поцелуй. По глазам было понятно, что как и любому другому мужчине ему хотелось, но он не делал этот шаг, как и я.

— И тебе спасибо, — шепчу в ответ, не поднимая глаз на него. — До утра? Да? — кидаю быстрый взгляд на него и тут же засмущавшись, опускаю. — Прости! Я… мне пора! Там надо...

— Выходные, Мириам. Выходные! — хохочет Алим, понимающий меня сейчас. Потому что смех его не обидный, а добрый, мягкий, обволакивающий. Успокаивающий, я бы сказала.

— Да… выходные, — соглашаюсь. — Я пойду, Алим. У меня сейчас слишком много эмоций и чувств, чтобы трезво соображать и вообще о чём-либо думать. Мне нужно переспать эту ночь и уже завтра с трезвой головой оценить ситуацию.

— Иди, — разрешает коротким словом. Добавляет к нему быстрый лёгкий поцелуй в лоб и отходит, отпуская мою руку. — Сладких снов, Мириам.

— Сладких, — отзываюсь и быстро юркаю в свою комнату, плотно закрывая дверь и не давая себе ни шанса передумать уходить.

Он дьявольски притягателен и прекрасен сейчас… Есть шанс, что открою дверь и нападу на него с поцелуем, который закончится только утром.

А так нельзя! Если я хочу здоровые, крепкие, стабильные отношения, то мне нужно показать свою скромность и сдержанность. Бабушка мне не раз об этом говорила. Только с порядочной девушкой мужчина захочет создать семью раз и на всю жизнь. С ветряной, которая кинется к мужчине в постель в первый же день он просто поразвлекается, да бросит, потому что наскучит.

И плевать, что я стану матерью его ребёнка и у нас договорённости. В них говорится, что мне изменять нельзя. А ему?..

Да и в любой момент всё измениться может.

Сбрасываю с себя одежду и спешу в душ, чтобы смыть с себя всю эту смесь новых для меня ощущений и чувств. И чтобы хоть немного в себя прийти.

Этот Лапин слишком ловко и умело вскружил голову. Надо что-то с этим делать!

Вот утром проснусь и буду с железным сердцем, которое буду открывать для него постепенно! Да! Так и сделаю!

Провожу в ванной около часа и выхожу оттуда, лишь когда убеждаюсь в том, что вновь стала прежней Мириам. Обёрнутая полностью в полотенце, цепляю на лицо улыбку и иду к шкафу, чтобы взять нижнее бельё и пижаму.

Мысли были лишь об одном негодяе, похитившем моё сердце, поэтому и забыла нужное сразу взять.

— Мириам, ты спишь? — доносится до меня сначала стук в дверь, а затем и голос Алима. — Спишь? — вновь стук.

— Сплю! — кричу ему, глазами бегая по комнате и не зная, что делать и куда прятаться.

— А мне не спится…

— П-почему? — спрашиваю, смотря на дверь, к которой хочу подойти и открыть. Но, чёрт возьми, нельзя! Опасно! Неизбежно…

— О тебе думаю, — отвечает мечтательным тоном, каким обычно о своих туфлях мне рассказывает.

— И что думаешь?

— То, что не хочу тебя отпускать теперь… Никогда… — произносит, и моё сердце тут же сбрасывает железную броню.

Вздохнув, иду к двери, понимая, что говорить мы не прекратим, а разговаривать через дверь неудобно. Да и неправильно.

Открыв дверь, застаю мужчину сидящим на полу напротив моей комнаты. Он тоже уже успел переодеться в домашнее. Если так можно назвать его пижамные штаны и накинутый поверх банный халат.

Взгляд мужчины утыкается в мои ноги и медленно… очень медленно поднимается к краю полотенца. Тяжело сглатывает, продолжая свой путь, останавливаясь не на моих глазах, не на моих губах и даже не на моей шее, а на моей груди.

Проклинаю себя за то, что не переоделась перед тем, как выйти к мужчине. И самое ужасное, что кроме этого полотенца на мне больше ничего нет, а Алим словно видит меня без него. Так на его лице написано. Читает меня будто.

— Алим, — зову его, но он не реагирует, продолжая таращиться на грудь. Благо она прикрыта полотенцем, но Лапина это не останавливает. Просто завис, как мой ноутбук иногда. Даже не моргает. — Алим… — повторяю свою попытку.

— Ми… Мириам? — спрашивает, позабыв моё имя.

— Мириам, — подтверждаю, наблюдая за тем, как он встаёт, не прерывая своего прежнего занятия.

— Уходи, — говорит он. — Уходи сейчас. Спать! Закройся на замок и спи!

— Ч-чего? — растерянно переспрашиваю, но отчего-то отступаю назад. Страшный он какой-то… опасный… злой… бык, увидевший красную тряпку.

— Спать иди! — прикрывает глаза, тяжело вдохнув воздух.

— Но… но ты сам пришёл! Я вышла, а ты мне… — возмущаюсь, но договорить мне не дают. Хватают за руку и притягивают к себе, впечатывая в свою грудную клетку с такой силой, что из меня невольно вырывается стон.

— Я просил… Я пытался… — оправдывается передо мной Алим, находясь в нескольких сантиметрах от моего лица. — Я давал тебе шанс. Я повторил дважды, хотя никогда этого не делаю. Но ты не послушала… Прости… — и сметает мой ответ поцелуем, не давая понять, что вообще происходит.

Где-то глубоко в душе я догадываюсь, что мужчина вспомнил о своих инстинктах, глядя на меня. Но не хочу себе в этом признаваться. В том, что хотела этого! В том, что понимала, к чему приведёт мой выход! Не хочу быть виноватой… Хочу быть счастливой.

Глава 14

Мириам

— Я так себя обычно не веду, — смущённо говорю Алиму, лёжа на его груди после долгих… очень долгих часов любви. Сил нет, чтобы моргнуть. А голос охрип, что несказанно радует мужчину. — Я никогда так себя не веду! Это всё так быстро и… Просто ты… а я… И… — поднимаю на него взгляд, пытаясь оправдаться и не показаться ему распутной девицей, которая прыгает в постель сразу же.

И плевать, что до этой ночи с Лапиным я была невинна, и он об этом знает. Просто не хочу в его глазах быть падшей. Хочу быть его любимой женщиной, которую он любит и никому не отдаст.

Хочу быть принцессой в его руках. Такой, какой он даёт мне себя чувствовать.

— Мириам, — сладко тянет моё имя, лаская своим голосом уши. Взяв меня за подбородок, притягивает к себе. — Успокойся, — просит и не давая и слова сказать коротко целует, впитывая в себя все мои сомнения и возмущения. Заставляет чувствовать себя лёгкой и воздушной. — Я люблю тебя и мне плевать, что ты сама о себе думаешь! Даже если бы у тебя была сотня мужчин до меня, я бы это принял. Главное — чувства, а не прошлое.

— Правда? — восклицаю, глумясь над ним. — Сотню мужчин бы принял? Да?

— Ну… не сотню, но… — начинает отвечать, чем смешит меня не на шутку. — Ты чего смеёшься? Разве я что-то смешное сказал?

Как быстро поменялось его мнение. Я знаю Алима и знаю, насколько он ревнив. Он бы сотню точно не принял.

— Ты сказал, что меня любишь, — шепчу, пока на лице растягивается блаженная улыбка. — Пожалуй, сегодня меня нет. Я в раю, — прикрываю глаза. — Меня не беспокоить. При пожаре выносить первой! Я пока побуду здесь! В раю. С тобой, — обнимаю его, поцеловав в ключицу.

— Нам придётся ненадолго покинуть рай, моя Ева, — как всегда всё обламывает этот Лапин. — Я жутко голоден! Настолько голоден, что готов съесть тебя! Живьём.

— Меня не надо! — лениво откатываюсь от него. — Я хочу быть целой и без укусов.

— Соглашусь, — кивает Алим. — У меня на тебя другие планы, — подмигивает и встаёт с кровати, мелькая перед глазами своими голыми, накаченными аппетитными ягодицами, которые так и хочется укусить, прикусить, поперчить и проглотить целиком.

А мысль съесть своего будущего жениха уже не кажется мне такой уж дикой и нереальной. Так бы и укусила…

О боги! Что со мной? Почему я… хочу съесть часть человеческого тела? А дальше что?! Почему эти мысли возникают в моей голове? Их ещё пару часов назад не было! Честно говорю! Я никогда и не думала о том, чтобы съесть человека!

— Вставай! Пойдёшь со мной, — требует тот, который, лишив меня невинности, подарил мне мысль о каннибализме. Интересно, у всех так всё происходит? Это вообще пройдёт? Или я до конца дней буду мечтать о человеческой плоти?

— Ага, — растерянно киваю, вставая с кровати.

Быстро накидываю на себя огромный халат Алима. Первое, что попадается под руку. Он же натягивает на себя свои пижамные штаны, оставляя торс оголённым. И его, как назло, мне тоже хочется… облизнуть. Но ведь хочется!