Цикл романов о Королеве змей. Пятитомник

И ее надежды оправдались. В один прекрасный вечер, когда юноша вернулся с долгой верховой прогулки по поместью, его отец объявил о своем согласии на их свадьбу. Обрадованный Серхио не мог вымолвить ни слова, так была велика его радость. Но старый плантатор попросил юношу немного обождать с венчанием и поручил ему весьма ответственное дело в Мехико. Оно не терпело отлагательств. Молодой человек с самого утра должен был отбыть в столицу для улаживания неприятностей по делам имеющегося у них серебряного рудника. Это был основной источник состояния семьи, и Айяла не кривил душой: дело требовало вмешательства, и немедленного. На кону оказалось все накопленное богатство, и молодому человеку пришлось сделать нелегкий выбор.

Не имея возможности попрощаться с невестой, Серхио оставил залитое слезами послание для любимой. Он просил самого верного слугу доставить надушенный конверт в особняк Санчеса Горадо как можно быстрее и вручить в нежнейшие пальчики самой доньи Каталины. Передавал словесно свои многочисленные поклоны и обещание в самом скором времени вернуться, чтобы воссоединиться с возлюбленной уже навсегда. Пылкий юноша и не думал обманывать Каталину, ибо единственным велением его сердца было обладание прекрасной юной госпожой. Госпожой радуги и божественной луной в его мечтах представлялась та, которую пришлось оставить ради долга. Он утешал себя, что резвые ноги молодого вороного жеребца быстро донесут его до столицы, где он оперативно сделает все необходимое и вернется домой не позднее следующего вечера. Он погонит скакуна во весь опор и на крыльях счастья долетит до своей несравненной Каталины. В своих более смелых мечтах он представлял, что в ночь бракосочетания будет обладать юным телом страстной южанки, срывая первые плоды невинности и даря любимой неописуемое наслаждение.

Айяла-отец обдумал свой план в совершенстве. Он рассчитывал задержать юношу в столице как можно дольше, поручив ему многочисленные рутинные дела семьи, на решение которых потребуется немало времени. Кроме того, он намерен был подвергнуть сына соблазнам большого города, в связи с чем дал ему в сопровождение отлично знающего дело опытного слугу Рикардо. Слуга оказался всем телом и душой преданным богатому плантатору, ведь в свое время тот спас его от голодной смерти, и сейчас готов был отплатить за милость господина равноценной монетой. На рассвете двое всадников, бросив напоследок взгляд на родной дом и тонущие в утреннем тумане кипарисовые рощицы, поспешно поскакали вдаль по узенькой тропе, теряющейся в глубинах тропической растительности.

Глава 15

— Неужели это донья Исабель собственной персоной? — немигающий взгляд наглеца Серхио без смущения оглядывал шикарные прелести его обольстительной подруги, надолго задержавшись на глубоком вырезе серебристого платья, услужливо оставленного горничной в комнате Исабель для ее преображения к вечернему приему.

— Конечно, это я, Серхио. Вижу, ты не сильно рад нашей встрече. Однако меня тут прекрасно приняли. Дядюшка Луис галантно позволил остаться в особняке этой ночью, и я воспользовалась его милым предложением, — язвительно улыбаясь, произнесла Исабель.

— Зачем ты здесь? — не унимался мексиканец.

— Как я и говорила, я мечтала встретиться с дядей. Наконец-то рядом со мной будет близкий человек, одной со мной крови, если так можно выразиться, — пояснила ему любовница. — Ты даже не представляешь, что ты несешь, — багровея от злости, прошипел Серхио. — Нельзя считать дона Луиса твоим потерянным дядей. Это совершенно… А впрочем, вскоре ты и сама в этом убедишься. В конце концов, кто-то же должен вразумить такую настырную особу, как ты, Исабель!

— Лучше ты мне скажи, на кой черт отправил к праотцам старуху Росарио, что она тебе сделала? — напала с обвинениями Исабель.

— О, ты и об этом наслышана? Безумная старуха слишком много знала и не умела держать язык за зубами. Я вышел из себя. В любой момент наша небольшая авантюра могла сорваться по ее воле. Этого нельзя было допустить. Я был так близок к своей цели. Татьяна оказалась в моих руках и всецело мне доверяла.

— Ты чудовище, Серхио! Отвратительное чудовище! — громко выкрикнула мексиканка, гневно сжимая кулаки. — Ты зарезал ее прямо в лачуге. Росарио истекала кровью, когда я ее нашла. Она погибла на моих руках. Если бы я догадалась, для каких целей ты требуешь русскую, то никогда бы тебе не содействовала и не помогала в этом. Бедная девушка сейчас без чувств лежит в комнате, а ты не потрудился прийти, чтобы ее освободить.

— Не старайся показаться лучше, чем ты есть. Твое рыльце тоже в пушку, Исабель. Мы с тобой из одного теста. А девушка? — равнодушно пожал плечами Серхио. — Она предназначена богине. Я лишен возможности что-либо изменить.

— Повторяю, ты подлец! — гневно выкрикнула Исабель и бросилась на красавца. Ее маленькие кулачки замолотили в широкую грудь любовника. Но он только смеялся, выражая таким образом все свое презрение. Минуту спустя мексиканец спокойно выскользнул из комнаты, оставив рассвирепевшую Исабель кипеть от гнева.

— Какая очаровательная сцена, моя маленькая племянница, браво! Рукоплещу от удовольствия. Абсолютно прав Серхио, замечая, что женщины рода Суарес горячи и страстны, как пантеры. Ох, нет! Пожалуй, ты больше походишь на самку ягуара, увлеченно загоняющую свою добычу. Просто прелестно!

В удобном кресле залы сидела очаровательная и прекрасная своей хищной красотой молодая сеньора. Густые белокурые волосы госпожи были завиты в крупные локоны и украшены бриллиантовым бандо[14][13]. Шикарное платье цвета южной ночи и с совершенным декольте прекрасно гармонировало с точеной фигурой женщины, напоминающей статуэтку греческой богини. Томные глаза были обильно подведены темной подводкой. Немного помады и бледные румяна довершали великолепный образ для вечера.

— Кто вы? — спросила Исабель, как некоторое время назад вопрошала дона Луиса.

— Мое имя Каталина Суарес, и я супруга нашего дорогого Серхио. Должна признать, его вкусы со временем сильно изменились. И если Татьяна, я допускаю, могла бы напоминать меня в расцвете юности, то внешность вашего сиятельства, — издевательски добавила Каталина, — совершенно иная. Ты скорее напоминаешь свою бабку Анхелику. Вечного ей покоя в царстве мертвых.

— Вы тоже моя родственница? — не поверила Исабель.

— Да, в каком-то поколении. Я не помню, в какой степени, ведь столько лет прошло. Надеюсь, ты простишь мне такую бестактность? Однако должна заметить, что все признаки вырождения на лицо, и доминанта темной крови взяла свое. От крови Санчеса Горадо не осталось ничего. Эта ужасная смуглая кожа простой служанки…

— Эй, поосторожнее. Не знаю, что было модно в вашем веке, сеньорита, а в нашем смелый загар считается лучшим украшением девушки и под зонтиком барышни давно не прячутся, — угрожающе заявила Исабель, сцепляя руки за спиной.

— Ты обязательно мне об этом расскажешь, но в другой раз. Нам пора на прием, не хотелось бы опаздывать, — мягко ответила Каталина, указывая Исабель путь в парадную залу.

* * *

Часами ранее припекаемые теплым солнышком тропиков голубоглазый Сашка Вихров и его смешливая рыжая спутница оккупировали свободный столик кафешки на пляже Парадиз-Бич.

— Работники кафе утверждают, что определенно видели эту девушку. Исабель тоже была с ней однажды. Говорят, с тех пор девушка больше не заходила к ним, — перевела речь ховена Светка.

— Ясно. Была, отметилась, пропала. Снова тупик! Куда нам двигаться дальше? — заводился Вихров.

— Если бы я могла знать… Саш, не расстраивайся. Еще не все потеряно. По статистике, в первые сутки поиска находятся девяноста процентов пропавших, — приводила данные «ЛизаАллерт»[15][14] Светка.

— Это у нас дома, в России. А здесь ее никто не ищет, даже полиция. Сама же видела. Отельерам тоже статистику не хочется портить. Мне друг рассказывал: девушку акула утащила в открытое море, и с концами. Так эти придурки факт скрыли, чтоб туристов не потерять и выручку свою тоже.

— Но это ж в Египте было, там такое возможно…

— Не помню, где это произошло. Неважно, такое положение дел по всему миру, поверь. А сколько таких случаев здесь? Кто о них знает, регистрирует и расследует?

— Все, не нагоняй жути, Вихров. Танька не в море пропала. Есть еще надежда ее найти живой и здоровой, — не согласилась с ним Света.

— Что мы имеем на данный момент? — вернулся к теме Вихров.

— Почти ничего, никаких зацепок… — задумчиво протянула Светка. — Слушай, мне пришла шальная мысль. А что, если попробовать отыскать этого Серхио? Наверняка он тут известен. И тачка у него отличимая. Вот по ней и попробовать найти можно. Скорее всего, такая в городе одна и хозяина ее должны хорошо знать. Будем спрашивать у всех, кого встречаем.

— Согласен, других вариантов все равно нет.

Молодые люди обошли все придорожные кафешки и заглянули в сервисные центры по ремонту автомобилей, продолжая собирать информацию о пропавшей подруге и незнакомце Серхио. Местные пожимали плечами, но ничем не могли помочь. Они сообщали обеспокоенным друзьям Тани, что в последнее время на острове участились случаи пропажи молодых людей. Пару раз даже удавалось найти сильно обескровленные тела. Их привозили из глухих джунглей. Удивительно, что такие следы вообще сохранились. Дикий зверь обошел стороной трупы замученных пытками людей. Все это не вселяло энтузиазма в Алекса и Свету. Они понимали, что поиск в людных местах ничего не дает. Придется искать как-то по-другому. Но как? Да уж, мало они смотрели всяких там детективов. Как вообще ведут поиск пропавших людей? Должно быть, этим занимаются специальные организации и поисковые отряды волонтеров, многочисленные отряды, между прочим. Со всем необходимым снаряжением, коптерами, внедорожниками и всем остальным. А у них что есть из этого, кроме светлых голов и голого энтузиазма? Да ничего, и сами они на краю земли в незнакомых местах. Но Таньку искать все же надо. Ничто не поколеблет этого их решения. Справятся, как-нибудь справятся! Своими силами, а по-другому нельзя, никак нельзя. Не должна погибнуть Татьяна.

Глава 16

— Слушай, Стасов, а давно она в таком состоянии? — вопрошала медсестричка Валя из наркодиспансера Невского района.

— Не знаю, я не знаю…

Растерянный Иван Александрович Стасов метался по гостиной питерской квартиры Вихровых и не мог прийти в себя от негодования. Его великовозрастная дочь Маша сидела на кровати в позе лотоса и тупо пялилась в экран телефона, совершенно не понимая, что происходит. Нечесаная, в давно не сменяемой, несвежей одежде, она странно дергалась, словно ее поминутно била судорога. Взгляд в одну точку и расширенные, с неестественным блеском зрачки девушки говорили о том, что она под воздействием какого-то вещества, явно запрещенного.

Обнаружив дочь в таком состоянии и понимая, что привести ее в чувство самостоятельно не получится, Стасов немедленно позвонил знакомой медсестре Вале и попросил ее приехать. Валя добралась быстро. К тому времени Стасов, всегда внешне спокойный и обстоятельный, уже сам находился на грани. Его идеальный, существующий только в его воображении мир рассыпался на глазах.

— Маша, приди в себя, прошу тебя, дочь. Что происходит? Где твой муж? — пытался обратиться к ней Иван Александрович. Маша не реагировала.

Дочь, на которую Стасов возлагал столько надежд, его единственная любимая дочь и продолжательница дела, сейчас представляла собой зрелище весьма жалкое. Только что ее вывернуло прямо на супружескую постель. Его аккуратистка, отличница доченька! Этого не может быть. Когда она успела стать наркоманкой? И как он мог такое не заметить? На сгибах рук дочери виднелись явные следы от уколов, и, судя по их количеству, на игле дочь давно и надежно. «Боже, как ей удавалось скрывать от него, он же ничего не замечал. Да где, к чертовой матери, его зять? Он что, совсем за женой не следил? А если знал, то какого хрена молчал?» — негодовал Стасов. «Я-то думал, что у них все хорошо. Оставил фирму на молодежь, решил: ну пора и им за дело взяться. А оно вон как вышло», — размышлял Иван Александрович. Валя вернула его в реальность.

— Стасов, ее нужно везти к нам, и незамедлительно. Нельзя терять время, я за последствия не отвечаю, если она останется здесь.

Она схватила вещи девушки и помогла отцу приподнять дочь, чтобы вывести из квартиры. Маша глупо улыбалась и не хотела переставлять ноги. Не обнаружив в квартире Вихрова, Стасов попытался связаться с ним по телефону. Тот молчал. По пути в больницу Стасов выяснил у секретарши агентства «Ветер перемен», что Сашка вылетел в Мексику пару дней назад, и не один, а с некой Светой Луневой. «Черт, неужели он Машку бросил и удрал на край света с любовницей? А она, вместо того чтобы действовать, ударилась в наркотики?» — Стасов понимал, что его идея попасть на нелегальный рынок наркоты из Мексики вышла ему боком. Это направление несколько месяцев назад он сам доверил дочери Маше, естественно, с сохранением информации в секрете, в том числе от мужа Саши. Маша обещала все сделать как надо. Глядя сейчас на дочь, Иван Александрович понимал: дочь не справилась. Сама стала легкой жертвой доступных наркотиков.

В мае с ним связался мексиканец Аросио де Силва, раздобывший контактный номер Стасова, и предложил без обиняков первую партию коки на реализацию. Партнеры рекомендовали де Силву как человека надежного, и Стасов решил рискнуть. Он предупредил дочь Машу, что концепция их фирмы меняется и вскоре направления ее деятельности приобретут другие формы и масштабы. Де Силва был влиятельным производителем «продукта» на теневом рынке. Стасов должен был предугадать, что все может пойти по такому сценарию, но не хотел этому верить. Мать Маши, наркоманка со стажем, покинула этот мир, так и не встретившись с повзрослевшей дочерью. По причине съехавшей кукухи она провела последние годы жизни в психбольнице. И вот, как в страшном сне, сценарий повторяется. Только на этот раз с его любимой, с его дорогой доченькой Машей. Он не мог себе этого простить. Стасов набрал де Силву и после нескольких гудков попросил его:

— Партнер, мне нужна твоя помощь.

Аросио де Силва без лишних сантиментов согласился выслушать Стасова и помочь. Он сочувствовал отцу, дочь которого угодила в ловушку, тщательно подготовленную ими для других. В семье де Силвы не было наркоманов, а семейный бизнес приносил стабильную прибыль. Компаньон выслушал Стасова и пообещал помочь отыскать пропавшего Сашку Вихрова с его загадочной спутницей Светой. Он принял ориентировку на молодых людей и отключился. «Так, Силва найдет Сашку, а мне надо Машеньку спасать», — думал Иван Александрович. Он быстро через «Телеграм» направил мексиканцу фото зятя. Снимок Луневой нашелся в соцсетях и был выслан следом.

Сашка Вихров и Света, даже не подозревая, что их ищут, прогуливались вблизи маяка в Пунта-Сур. Демонстрируя фото Тани, они расспрашивали редких прохожих, знают ли они эту девушку. Прохожие отрицательно качали головами и шли дальше.

О скалы базальтового происхождения с резким шипением разбивались волны теплого Карибского моря. Накрапывал редкий дождик. Чайки носились над пенными волнами, а ветер крепчал и трепал верхушки пальм и мангровых зарослей. Обеспокоенно кричали капуцины, группами собравшиеся на нижних ветках мангровых деревьев, из-за чего стайки летучих лисиц неохотно взмывали в дождливое небо и бешено кружились над побережьем. Первый день поисков, судя по всему, заканчивался безрезультатно.

Осматривая старую постройку майя, находящуюся в стадии руин и расположенную в непосредственной близости от белоснежного маяка, на который можно было бы взобраться, будь у них время, молодые люди приняли решение: нужно вернуться в Сан-Гервасио и повторно осмотреть его и всю прилегающую местность. Пара быстро села в автомобиль и устремилась по шоссе вдоль побережья в сторону парка Чанканааб. Спустя час они приблизились к святому Жервазу в надежде найти следы Тани, пусть и не с первого раза.

Сан-Гервасио встретил путников совершенным безмолвием. Любопытные туристы оставили древний памятник архитектуры до утренних часов. Сотрудники музея и археологи тоже удалились в свои дома и номера отелей, чтобы приятно провести предстоящие вечер и ночь за доступными развлечениями. Ворота были заперты, а на билетной будке вывешено объявление, гласящее, скорее всего, «Закрыто». На подступах к городку ни души. Наверняка по майяским мостовым вышли на прогулку серые игуаны и другие ночные обитатели этих мест. Может, и змеи где-то там есть.

А Королева змей? Кто она и что скрывает? Является ли причиной похищения Тани? Ведь это похищение: вряд ли Таня уехала по своей воле. Где искать Исабель? В номер она так и не вернулась… Невеселые мысли одолевали Свету и Вихрова, и путники предпочитали не делиться ими друг с другом.

— Саш, здесь где-то есть деревня. Может, туда заедем?

Вихров, в очередной раз пропустивший нормальный прием пищи, голодный и раздраженный, ответил:

— Давай заедем. Черт, как жрать хочется! Но нельзя останавливаться, надо искать. Эти сутки самые важные, да?

— Да, Саш, у меня в машине есть немного кесадильи и такос с сыром, — примиряюще ответила Светка. — Хочешь, я поведу?

Обрадованный Вихров завалился на переднее пассажирское кресло и принялся уминать припасенные Светой мексиканские пирожки. Лунева развернула машину и направила в сторону спящего в ночной тиши селения Санто-Пуэбло-Игнасио, что находилось на самых подступах к экопарку Чанканааб.

Глава 17

Деревенька Санто-Пуэбло-Игнасио встретила пару тишиной, которая изредка нарушалась вскриками и шорохами живых обитателей Чанканааба, и утопающей во тьме главной улицей с десятком погруженных в тени угловатых глиняных хижин. Только у источника святой Девы Гваделупской с прекрасно выполненной из камня небольшой статуей Матери Божьей трепетало на легком ночном ветерке пламя свечи, защищенное медной лампадкой. Все жители селения рано отошли ко сну. Короткие ночи в тропиках не позволяют им в полной мере насладиться ночным покоем. Светает быстро, и приходится вновь приниматься за многочисленные деревенские хлопоты: вывести из ночных загонов и накормить домашних животных, коз и коров, подоить их, развести очаг, замесить тесто, прибрать двор гостиницы в ожидании новых туристов, приготовить местные аутентичные блюда и заняться сотнями различных ремесел, чтобы создать сувениры из кожи, костей, камней и древесины для иностранных гостей.

Ночь — это волшебное время живых обитателей сельвы, смело позволяющих себе выбраться на главную улицу деревни и ведущих скрытую в темноте жизнь. Строгие самцы игуаны охраняют свою территорию и зеленокожих избранниц от поползновений молодых ящеров, воинственно размахивая при этом собственными капюшонами. Крики пробудившегося с приходом ночи козодоя — маленького пернатого демона — так похожи на стенания грешника у врат ада, и кажется, что смешаны с рычанием самого адского пса Цербера или его собрата из майяской мифологии. Местные жители давно привыкли к этому сатанинскому отродью и не обращают внимания на жуткие ночные крики. Кое-кто, конечно, не упускает случая, чтобы рассказать малым детям сказку о злом духе сельвы, самом боге подземелья Кучумакике — Кровавом крыле, адском существе, олицетворении всех болезней и зол.

В 1566 году епископ Юкатана Диего де Ланда[16][15] в апокрифическом «Сообщении о делах в Юкатане» — письменном источнике о жизни древних майя — писал, что умершие индейцы майя отправляются, по убеждению своих сородичей, в место более низкое, чем какое-либо другое. Называется оно Метнал (Шибальба), что на языке индейцев означает «ад». Там они подвергаются истязаниям демонов и мукам голода, холода, усталости и печали.

Сашке Вихрову индейский ад не грозил, да и не верил он, что кричащие в ночи — это демоны и убийцы. Он хорошо подкрепился остатками ужина, заботливо сбереженными Светой, и, развалившись рядом, указывал спутнице, куда вести машину. Проехав вдоль всего селения, автомобиль пары замер у кафе.

— Схожу, посмотрю, может, кто-нибудь еще не спит, — уверенно заявил мужчина.

Света не возражала. Сашка вылез из машины и, обойдя беседку, подошел к ближайшей лачуге. Посветив фонариком у входа, он понял, что жилище необитаемо. На тростниковой подстилке у лаза в жилище виднелись бурые пятна, очень похожие на засохшую кровь.

— Черт, тут, кажется, кого-то мочканули! — выругался Сашка. — Чья это кровь? Надеюсь, с Танькой все в порядке…

— Саша, не надо, не хватало еще влипнуть в историю. Давай лучше уберемся отсюда подобру-поздорову, — запричитала обеспокоенная Светка.

— Да тихо ты, я не буду лезть в лачугу, там нет никого, не бойся. Надо осмотреться тут. Мы должны ее найти! — ответил Алекс.

Он двинул в сторону другой хижины. Из темноты на молодых людей взирала пара немигающих глаз. Бородатый Рикардо, родившийся в этой деревеньке и всю жизнь служивший Дону Серхио, был на страже. Он «запеленговал» русских на самых подступах к дому своего господина и решал, как им помешать обнаружить правду. Вернувшись в хижину, он тихо связался с Серхио и сообщил, что Татьяну ищут. Получив дальнейшие распоряжения относительно пары, мужчина тихо продолжил наблюдать. Никого не найдя и не решившись ввалиться в чужое жилище, Сашка вернулся в машину.

— Будем ждать до рассвета?

— До утра еще далеко, Саша. Не думаю, что стоит тут оставаться, — не согласилась с ним Света.

— Ну а куда тогда поедем? — вопрошал ее Вихров.

— Я не знаю… Слушай, на повороте сюда я видела развилку в лес.

— Думаешь, ее вывезли дальше в сельву? — зацепился за идею Алекс.

— Не исключено, но искать ее надо при свете дня.

— Что ты предлагаешь? — спросил мнения Светы Вихров.

— Вернемся в отель, поиски по темноте ничего не дадут.

— Слушай, я не согласен. Может, Танька там погибает, нельзя ждать. Хочешь, отвезу тебя в город. Или тут оставайся, вон там хостел есть, я заметил. Пойду постучу, дождешься утра здесь.

Оставаться в незнакомой деревне и разлучаться с Сашей Света не хотела. Она боязливо произнесла:

— Нет, это не вариант. Я поеду с тобой.

— Ну тогда едем в лес, посмотрим, что там.

Напуганная прежними предложениями Алекса, на этот раз Светка предпочла согласиться. Автомобиль русских, плавно вырулив из селения, устремился к развилке, от которой тонкой ветвью в глубь сельвы отходила слабо наезженная гравийная дорога. Полная луна прекрасно освещала путь автомобилю сквозь непролазные джунгли острова. Местами они прерывались болотистыми участками сельвы, сплошь заросшими густыми мангровыми деревьями, погруженными во влажную, скрытую слоями темной застоявшейся воды почву, неизвестно кем заселенную, как и эти дикие джунгли по обе стороны дороги. Пейзаж вокруг был абсолютно волшебным — еще древнего замка не хватало с его кровожадными обитателями. Спустя полчаса пути пара подъехала к массивным каменным воротам в высокой изгороди, столь неожиданной в этом месте.

— Что это? — испуганно спросила Светка.

— Очевидно, чья-то собственность, — ответил Алекс.

— Понятно, но здесь?

— А что тебя удивляет? Лучше давай подумаем, что нам делать дальше. Нельзя обнаруживать себя.

— Что ты предлагаешь?

— Надо спрятать автомобиль и идти дальше пешком. Тем более на авто забор не преодолеть, — резонно заметил Вихров.

Отогнав машину в сторону от ворот и укрыв ее опавшими пальмовыми листьями, пара попробовала открыть крепкую металлическую калитку. Дверь не поддавалась. Тогда Сашка подсадил худенькую Свету на забор и попробовал влезть сам. Девушка мгновенно соскользнула в руки Алекса, сильно ударившись о забор спиной. Оказавшись так близко, молодые люди ненадолго замерли в неожиданном объятии, переводя дух. Саша ощущал крепкое молодое тело своей спутницы и ее прерывистое дыхание на своей щеке. Развернув девушку, он помог ей снова преодолеть подъем, а затем взобрался сам. Спустя пару минут они уже были на территории чужого поместья. Пройдя немного по расчищенному и ухоженному парку, молодые люди подошли к главному дому виллы Айялы. Парадный вход особняка ярко освещался свечами и богатой хрустальной люстрой. Дамы в шикарных нарядах и не менее роскошные господа прогуливались по тенистым дорожкам виллы под величественными бронзовыми фонарями, проводя время в беседах и смакуя дорогое вино. Звуки живого оркестра нарушали тишину затерянного в сельве имения. На открытой террасе был установлен обильно накрытый стол, за которым сидели разряженные гости. Абсолютно мирная картина, но какая-то нереальная для данного места, словно мираж из прошлого. Шагнувшая к входу Светка была грубо одернута Сашей, не желающим себя обнаруживать.