Ради Любви

Такой подход брату понравился и он успокоился. Собирались недолго и на следующий день отправились в путь.

54

* * *

– Вот, Лена, здесь ты родилась, это твоя родина, – сказала мама, когда на горизонте показались многоэтажные дома. – Волгоград – город-герой. Люди здесь живут очень хорошие.

Но, как ни странно, особых чувств, кроме приятного волнения, я не испытала.

– А вот и дом бабушки Нади…

Жму на звонок под номером тридцать один. Дверь открывается. Бабушка Надя нас встречает с распростёртыми объятиями и радушной улыбкой. Уже в комнате знакомлюсь с Геной, двоюродным братом. Гена – третий сын тёти Таи, старше меня на два года. Он мне нравится: у него привлекательная внешность, приятный голос, хорошие манеры. Бабушка приглашает всех к столу.

– Тебе нравится здесь? – спрашивает меня мама.

– Очень.

– Когда ты была маленькой, то спала вон в той комнате, – бабуш- ка показывает рукой на спальню и широко улыбается.

После обеда выходим с Геной во двор. Он сразу куда-то уходит, а я усаживаюсь на качели и смотрю вверх. В синем небе светит солн- це, плывут пушистые облака. Люблю их рассматривать и видеть в них замысловатые фигуры. Вдруг слышу за спиной:

– Как думаешь, кто на качелях: девочка или мальчик?

– В брюках, стрижка короткая. Наверное, это мальчик.

– Девочки тоже носят брюки и стригутся коротко. Иди, позна- комься.

– Если это мальчик, он меня обзовёт. Не пойду!

– Трусиха!

– А если ты смелая, что ж меня посылаешь знакомиться?

Срываюсь с места и мчусь домой.

– Бабушка, у тебя есть платок?

– Зачем тебе?

– Девочки думают, что я мальчик. Нужно показать им, что я девочка.

– Ну и мудрая же ты, – хвалит она. – Сундук открой, возьми лю- бой, какой понравится.

55

Открываю старый большой сундук, хватаю первый попавший- ся платок. От него немного нафталином веет. Спокойно выхожу из подъезда и снова сажусь на качели.

– Смотри, смотри, это всё-таки девочка! – воскликнула одна.

Девочки подходят и становятся по обе стороны, начинают меня расспрашивать:

– Как тебя зовут? – интересуется та, что повыше.

– Лена. А как зовут вас?

– Меня – Кристина, а её – Снежана. Молодец, догадалась платок надеть, а то мы голову ломали: мальчик ты или девочка? Подойти боялись.

– В гости приехала? – вступает в беседу Снежана.

– Да, к бабушке Наде.

– Знаю твою бабушку, она на первом этаже живёт, – хвастается своей осведомлённостью Кристина.

– Хочешь, покажем, где тут что находится? – предлагает Снежана. Я соглашаюсь.

* * *

На следующее утро после завтрака мама сказала, что как только придут Тая с Геной, отправимся на Мамаев курган. Но родственники задерживались, и я спросила разрешения погулять. Мама

попросила не уходить далеко. Вышла из подъезда и вдохнула утренний прохладный воздух. Тут же подбежали девочки.

– Мы думали, ты не выйдешь, – слегка запыхавшись, прогово- рила Кристина.

– Я ненадолго, мы собрались поехать на курган. Когда была ма- ленькой, я здесь жила.

– С бабушкой Надей? – уточнила Снежана.

– Да.

Затеяли в песочнице построить дворец. Ночью прошёл дождь, поэтому легко получалось строить башни. Так увлеклись, что не обратили внимание на тарахтенье трактора. И только тогда, когда он врезался в деревянные борта песочницы, оторвались от игры и с визгом бросились врассыпную – кто куда. Трактор продолжил дви- жение, разламывая всё на пути. Наш дворец с минуты на минуту должен был попасть под гусеницы. Но меня волновало не это. Дев-

56

чушка лет трёх-четырех не убежала вместе со всеми. Она копалась в песке, не замечая трактор. Взрослые, которых хватало во дворе, ничего не предпринимали, предпочитая обсуждать происходящее и грызть семечки. Считанные секунды – и громада обрушится на ма- лышку. Некоторые дети от ужаса закрыли ладошками глаза. Кто-то пытался закричать, но слова застряли в горле – страх парализовал.

«Мне только восемь лет, что я могу сделать?» – промелькнуло в голове. Однако в следующее мгновение я уже не думала о возрасте, своих возможностях, а стремительно мчалась к малышке. Только бы успеть, только бы успеть! Кто будет первым – я или трактор? Непременно должна быть я, и никак иначе!

Собрав все силы, сделала бросок. Ни о чём не подозревающая девочка оказалась в моих объятиях. Теперь нам нужно спасаться обеим – гусеницы уже нависли над головами. В полный рост уже не встать. Я перекатилась вместе с девочкой подальше от тракто- ра. И только тогда, когда оказалась в безопасной зоне, разомкнула руки и выпустила девчушку. «Живы», – осознала я и медленно под- нялась с земли. Тут же увидела, что трактор проехал по месту, где только что была я с девочкой, и мне стало не по себе.

– Ты себя хорошо чувствуешь? – еле переводя дух, спросила девчушку.

– Да.

– Ничего не болит?

– Нет.

Одёрнула ей розовое платьице и спросила: – Ты испугалась?

– Нет.

– Ну и хорошо, – сказала и подумала: «А вот я испугалась».

Ко мне подбежал мужчина и схватил за плечи.

– С тобой всё в порядке?

– Да, – ответила устало.

Стряхивая песок с моего платья и тела, мужчина сказал:

– Вы ведь погибнуть могли из-за этого алкаша! Погоди, сейчас я с ним разберусь!

Он побежал к трактору, который уже успел врезаться в столб.

Мужчина рывком вытащил пьяного водителя и закричал:

– Сволочь! Какая же ты сволочь! Посмотри, что натворил!

57

Если бы девочка не вытащила малышку, гнить бы тебе, алкого-лику, в тюрьме! Иди в ноги ей падай, благодари! Детей напугал, песочницу сломал!

У тракториста заплетался язык, он и двух слов связать не мог.

Из подъезда выбежала молодая женщина и закричала: – Где моя дочь?

Малышка увидела маму и побежала к ней. Женщина подхватила дочку, прижала к груди. Затем опустила на землю, всю осмотрела и воскликнула:

– Девочка моя, живая и невредимая, слава Богу!

– Ты плачешь? – произнесла девочка.

– Уже не плачу, доченька, всё хорошо, – счастливая мама вы- терла слёзы. Подхватила девочку на руки и направилась к подъ- езду. Остановившись около небольшого скопления людей, о чём-то спросила.

– А вон она! – громко ответили ей и стали показывать в мою сторону.

– Где? – женщина обернулась и взглядом встретилась со мной.

Подошла ко мне и сказала:

– Всю жизнь буду помнить тебя и благодарить. Спасибо тебе, что ты есть на свете.

Она снова прослезилась и, чтобы дочь не видела слёз, прижала её к груди.

Вскоре меня окружили взрослые и дети, говорили, что я спаси- тельница и героиня. Кто-то удивлялся моему поступку, кто-то вос- хищался, каждый пытался меня погладить и обнять…

Когда пришла домой, бабушка вязала носки и одновременно разговаривала с тётей Валей, мама спала.

– Мама, бабушка, тётя Валя! Вы что, ничего не знаете? – удив- лённо спросила я.

– Что случилось? – спросила бабушка.

Мама проснулась и прищурившись, посмотрела на меня.

– Я девочку спасла, – торжественно произнесла я.

– Что? – с недоумением произнесла мама.

– На улице только об этом и говорят, сходите, послушайте, – гор- до заявила я.

В это время позвонили в дверь, и бабушка пошла открывать.

58

– Ну и ну, такие новости! – воскликнула тётя Тая.

– Не томи, рассказывай, – произнесла бабушка.

– Пьяный тракторист наехал на песочницу. Все дети, кроме маленькой девочки, разбежались. Наша Лена, рискуя собой, бро- силась под трактор и вытащила малышку из-под самых гусениц. Представляете!

Воцарившуюся тишину прервала мама: – Лена, ты могла погибнуть!

Она бросилась ко мне и стала меня ощупывать.

– Ничего не повредила?

– Нет, – ответила я бодро.

Мы обнялись. Когда заглянула в глаза мамы, заметила слёзы.

– Мамочка! Я живая, всё хорошо. Представляешь, меня все героиней называют.

Мама улыбнулась, обняла меня и сказала:

– Ну, а как тебя ещё называть? Только так и называть. Ты насто- ящая героиня, очень смелая и добрая девочка.

К нам подошла бабушка, провела рукой по моим волосам и спросила:

– Ты что, совсем не боялась под трактор бросаться?

– Сначала не боялась, а когда всё прошло, испугалась.

– Ну, племяшка, даёшь, весь наш род прославила! – с гордостью произнесла тётя Тая.

Потом задумалась и сказала:

– Я рисую картину так. Бабы семечки лузгают, мужики в до- мино играют. В это время пьяный в лоскуты тракторист крушит песочницу. Все дети разбегаются, а наша Леночка, рискуя жизнью, кидается под трактор и выхватывает из-под гусениц девочку, спа- сая её от гибели. Думаю, что самое страшное в этой истории – это бессовестные тётеньки и дяденьки. Ругают пьянчугу, а сами чем лучше? Просто наблюдали, когда чужая жизнь буквально висит на волоске…

– Ну, Таиска, ты разошлась – целую речь толкнула. А может, они ничего не видели? – предположила бабушка Надя.

– Никто не видел, одна наша Леночка глазастая…

– А я согласна с Таей, – вступила в разговор тётя Валя.

В дверь снова позвонили и бабушка поспешила открыть.

59

– Извините за вторжение. Вы меня не знаете, я здесь с дочкой в гостях, – с этими словами в комнату вошла мама спасённой девоч- ки. – Сердечно хочу поблагодарить Леночку и её родителей… – Я мама Лены, мы тоже здесь в гостях, приехали родных по- видать, – сказала мама.

– Спасибо вам за то, что вы родили такую дочь. Она спасла мою девочку. Передайте своему супругу мою благодарность. Низкий вам поклон! Может быть, мы и не встретимся больше, но знайте: есть на свете женщина, которая каждый день желает вам долголе- тия и здоровья.

Женщина положила на стол несколько коробок конфет и сказала: – Извините, что скромно… Что могу... Будьте счастливы!

* * *

Вот и кончилось лето! Первые дни учёбы промчались весело. Затем всё пошло как обычно: ленивым школьникам – плохие от- метки, хорошие – старательным. Мне, как и прежде, высокие бал- лы давалась с трудом.

В один из дней резко распахнулась входная дверь, и раздался папин голос:

– Смотрите, что я вам привёз. Сюрприз!

Папа внёс тяжёлую коробку и поставил в зале на пол. Замахал над ней руками, будто факир, произнёс «Трах-тибидох!» и радост- но воскликнул:

– Это телевизор!

– Телевизор… Что это такое? – озадаченно спросила я.

– Сейчас узнаете, – сказал папа гордо и открыл коробку.

Мама, брат Саша и я не понимали, почему папа испытывает вос- торг, однако с большим интересом наблюдали, как он достаёт из коробки ящик и ставит его на стол, вытягивает шнур и вставляет вилку в розетку. На экране появились помехи, раздался треск. Папа повернул переключатель канала, и на экране появилась молодая женщина. Она стала на всех нас смотреть и что-то говорить.

– К телевизору подключу антенну и настрою каналы, будет чёткое изображение и чистый звук, – объяснил папа. – Скоро мы узнаем, где и что происходит, можно будет слушать песни и смо-

60

треть фильмы.

Папа выключил аппарат, вынул шнур из розетки.

– А что, тётенька в телевизоре нас знает? – спросила я.

– Нет, конечно, – ответил папа и продолжил рассказывать о воз- можностях телевизора.

Я отвела в сторону брата и тихо сказала:

– Видел, как строго смотрела тётенька из телевизора?

– Видел, – настороженно ответил брат.

– Она недовольна тем, что вещи и игрушки повсюду валяются. Давай порядок наведём, а то тётенька в следующий раз подумает: «Прошло время, а у них всё такой же кавардак».

Саша забегал по комнате, собирая игрушки, а я стала уклады- вать разбросанные вещи в шкаф. Когда окончили уборку, захоте- лось, чтобы папа поскорее настроил чудесный аппарат, и тётенька увидела, что мы молодцы.

Односельчане спешили взглянуть на чудо техники. Папа пред- лагал прийти позже, когда настроит телевизор, но никто не хотел уходить. В доме стало тесно, и мы с братом вышли на улицу. Чуть ли не каждый прохожий спрашивал:

– Лена, говорят, Алексей Николаевич какой-то телевизор при- вёз, а в нём люди сидят и сплетничают. Это правда?

– Я видела только одну женщину. Сейчас папа настраивает теле- визор, чтобы её хорошо было слышно и видно, – сообщала я. – Вот чудо! Пойду, посмотрю.

Когда вернулись домой, папа возился с какой-то непонятной кон- струкцией, а рядом сидели мужчины и вели разговор о политике.

– А-а, пришли! Ещё несколько минут – и буду к телевизору под- ключать антенну. Можете пока перекусить, – сказал папа.

Мы помыли руки и заняли места за столом.

– Дети, готово! – услышали папин голос через некоторое время.

Саша завертел головой и повторил: – Готово.

– Ну что, вы идёте? – крикнул папа.

Мама разрешила отлучиться, и мы рванули в зал. Телевизор по- казывал без помех, чётко и ясно, с чистым звуком. На экране со- лидный мужчина рассказывал последние новости. Присутствую- щие искренне удивлялись чуду. Мы с братом вели себя сдержанно, 61

а я подумала: «С одной стороны, телевизор – это интересно, а с другой… Чувствуешь себя скованно, как не дома…»

На следующий день папа нам показал, как обращаться с телеви- зором. Времени перед уроками было немного, поэтому мы с братом поспешили устроиться перед экраном. Сидели смирно, изо всех сил стараясь не шалить. Но уже через несколько минут я устала от напряжения и показала ведущему новостей язык – тот не отреаги- ровал. «Даже бровью не повёл. Какое самообладание!» – удивилась я. Повторила – и снова никаких эмоций.

«Плохо видит он, что ли?» – подумала я и вплотную подошла к экрану. Опять показала язык. Мужчина не обращал на меня никако- го внимания. М-да, наверное, этим его не удивишь.

Решив разнообразить «программу», приставила к ушам прямые ладони и пошевелила ими из стороны в сторону. Брат присоеди- нился, и теперь мы уже вдвоём строили смешные рожицы, прыгали и подражали голосам животных.

– У меня сложилось впечатление, что он нас не видит, – когда выдохлась, сказала я.

– И у меня тоже, – поддержал меня брат.

– Это даже к лучшему, – сделала я заключение, и стала соби- раться в школу.

– А можно с тобой пойти? – спросил Саша.

– В прошлый раз, когда тебя взяла с собой, ты на уроке ходил по классу, – припомнила я брату.

– Леночка, ну пожалуйста, возьми меня с собой, я буду сидеть молча и тихонечко рисовать, – принялся упрашивать Саша.

– Собирайся, но, если нарушишь обещание, больше никогда не пойдёшь со мной в школу.

Сашу усадила за последнюю парту и время от времени погляды- вала на него. Брат вёл себя спокойно, внимательно следил за тем, что происходило на уроке, а позже даже заинтересовался буквами и цифрами.

Так что в первый класс он пошёл подготовленный от и до: умел хорошо читать и писать, знал счёт до ста. Однако уже в начале учебного года Саша потерял интерес к учёбе и прекратил выпол- нять домашние задания – дескать, ему всё известно. Скоро из-за своей самоуверенности, отстал от одноклассников, но, вовремя 62

спохватившись, вновь выбился в лучшие ученики. Саша всё схва- тывал на лету. Если мне на запоминание материала приходилось тратить часы, то брату – несколько минут. Родители часто говари- вали: «Если бы ты, Саша, занимался столько, сколько Лена, стал бы профессором уже в школе…»

Всё чаще в семье заходили разговоры о переезде в соседнее село.

– Школа в Тавринке восьмилетняя, Лене придётся завершать среднее образование в соседнем посёлке Садовый. Это два года жить в интернате. Да и Сашу ждёт то же самое, – приводила до- воды мама. Папа внимательно её выслушивал, но по-прежнему не решался на переезд… Наверное потому, что не хотел терять должность директора школы. В новой школе он мог быть только учителем. Тем не менее, возникло ощущение, что рано или поздно ему всё-таки придётся согласиться, и я не ошиблась.

Переезд в посёлок Садовый

Вот и наступила пора переезжать. Ближе к вечеру мы добрались до посёлка Садовый.

– Ну вот, дети, и наше новое жилище, – сказал папа, когда помог выбраться нам из грузовика, и показал на небольшой кирпичный дом, окружённый забором.

К машине подошли две девочки и с нескрываемым любопыт- ством стали наблюдать за суетой вокруг разных узелков, коробок и чемоданов. Одна из них, пониже ростом, полненькая, со светлыми, стриженными под каре волосами, подошла ко мне и спросила: – Как тебя зовут?

– Лена, а тебя?

– Лариса. Я твоя соседка с левой стороны, а Света живёт справа.

Стройная, кареглазая брюнетка, ростом выше меня на полголо- вы, протянула мне руку.

– Очень приятно, – я улыбнулась и приветливо пожала ей руку.

Внезапно возникла твёрдая уверенность, что мы станем хоро- шими подругами. Но нужно было помогать разгружать машину, и я попросила девочек далеко не уходить, обещала подойти к ним, как

только освобожусь.

63

– Хорошо, – ответила Света, убирая с глаз длинную непослуш- ную чёлку.

– Мы спустимся к реке, – добавила сероглазая Лариса.

Новый дом был не очень просторный, но довольно уютный. Понравился мне и маленький симпатичный дворик. Папа решил провести воду на кухню и снести стену чулана, все поддержали эту идею. Примерно через два часа родители отпустили меня к новым подружкам. Они были у реки и бросали камешки в воду. – Заждались? – весело спросила я.

Девочки улыбнулись.

– Ты в каком классе учишься? – спросила Света.

– В четвёртом.

– И я в четвёртом! Значит, будем учиться вместе.

– Везёт тебе, Света, – надула пухленькие губки Лариса.

– Ларис, ну чего ты расстроилась? Ведь никто дружбу с тобой не разрывает, – попыталась успокоить подругу Света.

– Конечно, только теперь вы не просто соседки. Вы ещё и одно- классницы, – не унималась Лариса.

– Лариса, а ты в каком классе учишься? – предпочла я сменить тему разговора.

– Она на год младше.

Ответила почему-то Света и обратилась ко мне: – Лена, пойдём, покажем тебе село.

– Вы идите, а мне домой пора, – Лариса внезапно отвернулась, чтобы уйти.

– Лариса, я дружила с двумя девочками, и никто из нас не счи- тал себя третьей лишней. Думаю, и у нас, соседки, всё получится. Пойдёмте по селу вместе, – улыбнулась я.

Лариса поставила руки в боки, а мы со Светой подхватили её, и все вместе пошли вдоль дороги. Около калитки одного из домов я увидела трёх девочек и спросила:

– Кто это?

– Самая толстая – Ирка Торгобедова, наша одноклассница, хоро- шистка. До сегодняшнего дня она была моей подругой, – фыркнула Света.

– Почему была? – удивлённо посмотрела я на неё.

– Потому что теперь я тебя считаю лучшей подругой. А Ирка 64

мне никогда не нравилась.

– Зачем тогда с ней дружила?

– Она списывать давала, – призналась Света.

– А что же теперь, ведь она больше не даст тебе списывать? – подметила я.

– За ум возьмусь: всё начну делать сама. Хочешь, вместе домаш- ние задания будем делать? – предложила Света.

Я согласилась, и Света обняла меня в ответ.

– Ты моя подруга, никому тебя не отдам, ни на кого не променяю. Было забавно и в то же время приятно это слышать.

– Света, ты что-то мимо идёшь, не заходишь, словно чужая?! За- зналась или чё, подругу новую нашла? – крикнула Ирина.

– Тогда у неё и списывай! – крикнула одна из девочек, подни- маясь с лавки.

– Рядом с Иркой сёстры: та, что повыше, учится с Ларисой. Де- лаем вид, что ничего не слышим, – шепнула на ушко Света.

– И вообще на нашей улице не появляйся! – поддержала Ирину другая сестра.

– Купили её, что ли? – не выдержала и огрызнулась Света.

– Не посмотрим, что ты дочь милиционера – побьём! Проваливай подобру-поздорову! – снова прокричала Ирина и зло засмеялась.

– Не спорь с ними, ты всё равно ничего не добьёшься, – сказала Лариса.

– Полюбуйся, Лена, с кем я дружила, – с горечью произнесла Света и, подумав немного, громко крикнула: – Да, правда, чё с ними связываться? Идёмте отсюда, девочки!

– Топай, Петруша, топай, пока есть чем! – прокричала Ирина, и все три сестры засмеялись.

– Моя фамилия Петрушова, поэтому меня так дразнят, – шепну- ла Света.

Захотелось поскорее увести соседок с этой улицы, пока пере- бранка не переросла в крупную ссору, и я попросила их показать мне школу.

– Школа находится в десяти минутах ходьбы от нашего дома, – сказала Лариса.

– Если идти быстрым шагом, – добавила Света.

– Ну так что, идём? – спросила я и посмотрела сначала на Свету, 65

потом на Ларису.

Девочки согласились.

– А давайте соревноваться, кто быстрей добежит до столба! – предложила я.

– Давайте! – обрадовалась Света и рванула вперёд.

– Так не честно, нужно одновременно! – крикнула ей вдогонку Лариса.

– Я первая, первая! – выкрикивала Света, подзадоривая нас.

– Покажем ей класс? – я повернулась к Ларисе.

– Покажем!

Мы сорвались с места. Я подумала, что, если прибегу первой, это плохо повлияет на нашу дружбу, поэтому решила, что лавры по- беды не должны достаться никому из нас. Так и случилось: вместе с Ларисой мы обогнали Свету и одновременно оказались у столба. – Кажется, ты поддалась… – отдышавшись, сказала Лариса.

Тут подбежала Света, и Лариса переключила своё внимание на неё:

– Эх, ты! Начала первой, а прибежала последней.

– А это потому, что кто-то хотел схитрить, – поддержала я.

– Смотрю, вы уже спелись, – улыбнулась Света.

Новая школа удивила меня: просторные светлые классы, паро- вое отопление... Она ни в какое сравнение не шла с моей прежней школой.

Утром с новыми подругами отправилась на занятия. Однокласс- ники смотрели на меня с любопытством, но я старалась не замечать их пристальные взгляды. Света заявила, что будет сидеть со мной за одной партой, и её сосед уступил мне место. Класс постепенно заполнялся ребятами.

– Косёнков Игорь, – прошептала Света, указывая на симпатич- ного мальчика со светлыми вьющимися волосами. – Его мама в би- блиотеке работает, заставляет много читать. Учится он хорошо, но приставучий очень… В общем, сама увидишь.

Игорь поставил портфель на стул и вытащил из него небольшой кулёк. Подходя по очереди к каждой парте, доставал из пакета кон- феты и угощал девочек.

– И он это делает каждый день? – удивлённо спросила я.

– Очень часто, – усмехнулась Света. – Не рекомендую задержи- 66

ваться в классе после уроков.

Хотела спросить, почему, но не успела – Игорь протянул мне конфету. Я застеснялась и вежливо отказалась. Ирина Торгобедова взяла конфету и тут же съела. Сосед по парте не удержался:

– Наша Ира не отказывается от сладкого, поэтому она такая тол- стая.

Весь класс разразился смехом, а Света прокомментировала: – Это Боря, наш красавчик. Светлая голова, учится хорошо, мог быть отличником, но ленится. А с Торгобедовой сидит для подстра- ховки, чтобы при удобном случае списать.

– Она не обижается на такие шутки?

– Ирка знает, что полная, и давно к подколкам привыкла. На Борьку вообще мало кто обижается – его любят.

Игорь закончил «обход». Обратила внимание, что оказалась единственной, кто не взял угощение.

Прозвенел звонок на урок. Классная руководительница Татьяна Ивановна представила меня одноклассникам и поддержала жела- ние Светы сидеть со мной за одной партой.

Странно, но кабинет после урока опустел мгновенно. Я оста- лась одна. Вспомнила предостережение Светы, заволновалась и уже поднялась, чтобы выйти. Внезапно дверь распахнулась, и на пороге появились ребята во главе с Игорем Косёнковым. Трое из них плотно закрыли дверь и остались стоять «на страховке». Двое других скрутили мне руки.

– Могу сделать с тобой, что захочу, – процедил сквозь зубы по- дошедший вплотную ко мне Игорь.

Вдруг услышала: кто-то ломится в класс. «Атаман» приказал крепче держать дверь и никого не впускать. «Лена, беги!» – закри- чала Света и затихла. Видимо, её оттащили от кабинета.

Что же мне предпринять? Вспомнила, как в пионерском лаге- ре мальчишки пытались устроить что-то подобное. Тогда притво- рилась слабой, а потом рванула руки что было сил и оттолкнула обидчиков. Приготовилась повторить этот «манёвр». В тот самый момент, когда Игорь протянул свои губы к моему лицу, я вызволила правую руку из захвата и резко ударила его по лицу. Он отскочил, словно резиновый мячик, и ударился спиной о стену.

– Не упустите её! – прокричал Игорь, присев от боли.

67

Но меня уже никто не мог остановить. Я раскидала мальчишек в разные стороны и открыла дверь. Те, кто её подпирал снаружи, распластались на полу. Выйдя в коридор, увидела стоявших вдоль стен одноклассниц: все они смотрели на меня.