Порядок

— Ужинали вы сегодня, мой ненаглядный?

— Нет.

— Ну вот! Предлагаю отужинать!

— С удовольствием.

— Тогда предоставьте всё мне.

Чрево провёл Роя к лучшему столику ресторана. Всё вокруг блистало дорогой отделкой и подчёркнутой роскошью. Рой смотрел по сторонам, почти не вдумываясь в происходящее.

Подошёл официант. Прежде чем тот успел спросить о заказе, Чрево принялся объяснять, какая честь выпала ему и всей этой забегаловке: они принимают господина Роя! Официант изобразил почтительное изумление. Чрево же, не теряя времени, заказал всё меню.

На столе не осталось свободного места. Мясо и рыба в заморских пряностях соседствовали с горячими и холодными закусками, супами, кашами и подливами. Свежий хлеб благоухал рядом с фруктами, которых Рой прежде не видел. Между блюдами теснились бутылки. Дождавшись окончания сервировки, Чрево принялся угощать гостя.

— Вкусите, мой драгоценный, эту настойку, — лопотал Чрево. — Лечебные травы, лучший спирт! А к ней — редкие овощи в уксусе и острых пряностях. Молодое вино нынешнего купажа превосходно идёт с экзотическими фруктами. А вот это, вековой выдержки, непременно попробуйте с твёрдыми сырами.

Он едва успевал переставлять блюда и бутылки.

— Этот ликёр сладок, как переспелый фрукт. К нему специально для вас приготовлен ледяной шоколадно-сливочный десерт. И как же забыть коньяк? Крепкий, словно поцелуй прелестницы! Вы просто обязаны его попробовать.

Разные напитки смешались в голове Роя. Он объелся, опьянел и почти перестал понимать, что происходит.

— Господин Рой, я вижу, вам хорошо? — подобострастно спросил Чрево.

— Чересчур, мой милый Чрево.

— Может, соизволите попробовать молодого ягнёнка в собственном соку? Он прекрасно сочетается…

Закончить Чрево не успел. Роя вырвало прямо на стол. После этого он обессиленно откинулся на спинку стула.

— Что-то я неважно себя чувствую.

— О, бесценный друг, вас, наверное, сглазили! Или отравили! Негодяи! Как вы посмели? Я вас засужу!

На крик прибежал администратор. Он извинялся и уверял, что об отравлении не может быть речи: ресторан посещают знатнейшие люди и члены императорской семьи. Но Чрево не унимался. Приглашённый метрдотель предложил всем успокоиться и разобраться на свежую голову. Пока же следовало зафиксировать происшествие на бумаге в присутствии властей.

Возбуждённый вином и подзуживаниями Чрево, Рой почувствовал себя оскорблённым. Он набросился на окружающих.

Посуда летела в стены и на пол. Рой хватал стулья, опрокидывал столы, бросал еду в слуг и представителей власти. Он крушил всё, до чего мог дотянуться. Мефисто с трудом выволок его из ресторана. Рой ещё долго бушевал, пока не потерял сознание.

Его уложили в кровать прямо в одежде. Проснулся он только к полудню. Голова раскалывалась, тело казалось тяжёлым и чужим. На то, чтобы подняться, не было сил.

— Как вы, господин Рой? — раздался заботливый голос Мефисто.

— Вроде ничего, — простонал Рой. — Всё болит. Что вчера было?

— Вы перегуляли в компании мистера Чрево. Набедокурили в местном ресторане. Привлекли внимание властей и даже некоторых членов правящего дома.

— Да?

— Да. Этот отель — любимое место отдыха наследного принца.

— Похоже, я переборщил?

— Мягко сказано. Вы привлекли ненужное внимание. Впрочем, расстройством делу не поможешь. Отдыхайте.

— Дай мне что-нибудь от боли. Мне совсем не по себе.

— Как вам угодно. Кстати, мистер Чрево просится к вам. Что ему передать?

— Ох, я даже и не знаю. Мне так плохо.

— Сказать, что вы не примете? Он очень просил. И передал корзины со всякой всячиной.

— Ну, раз он так настаивает, то давай.

— Слушаюсь.

Несмотря на свои габариты, Чрево влетел в комнату с поразительной прытью и тут же склонился над постелью Роя.

— О, несравненный господин, я вижу, как вам тяжело! Всё из-за их неподобающего отношения к вашей персоне. Как они посмели? Вы непременно должны их приструнить…

— Потише, — устало перебил его Рой.

— Господин, великодушно простите своего глупого Чрево! Вам плохо, а я тревожу вас. Позвольте помочь.

— Будьте любезны, милый Чрево. Мне так плохо.

— Конечно.

Чрево достал из внутреннего кармана фляжку и ловко наполнил стакан густо-красной, словно кровь, жидкостью.

— Что это, Чрево? — с болью проговорил Рой.

— Это лекарство! Его вам надо принять. Только залпом.

Рой послушно осушил стакан и поморщился.

— Что это? Настойка? — удивился он.

— Конечно! — с добродушной улыбкой молвил Чрево. — Не тужите, а просто прислушайтесь к своим ощущениям, и вы возблагодарите своего милого Чрево.

Откинувшись на подушку, Рой закрыл глаза. По телу разлилось приятное тепло. Когда Мефисто вернулся в номер, он застал новую пирушку. Заплетающимся языком Рой сообщил, что Чрево едет с ними. Все расходы приятеля он берёт на себя.

Затем Рой велел собираться: нечего оставаться там, где не умеют ценить гостей. Пока Мефисто готовил экипаж, они с Чрево продолжали есть и пить. До кареты Роя довели едва передвигавшим ноги. Путешествие возобновилось.

Экипаж снова мчался по грунтовой дороге, поднимая столбы пыли. Рой и Чрево вольготно устроились в уже привычном салоне. Пол был заставлен корзинами с провизией, которую заботливый спутник закупил за счёт Роя. Закупоренные сургучом кувшины пива пенились при каждом открывании. Бутылки вина, ликёров, настоек и коньяка позвякивали на ухабах.

Из корзин выглядывали сыры, копчёные колбасы, фрукты, банки с соленьями, зажаренная до хрустящей корочки курица, свиные рёбрышки, сваренные в маринаде языки и запечённые овощи. Всё это без остатка исчезало в дороге.

Рой почти перестал различать голод, сытость и опьянение. Поначалу тело отвергало излишества, но постепенно привыкло к ним. Чрево ел наравне с ним, а когда Рой больше не мог, продолжал трапезу в одиночку. Постоянная забота спутника стала казаться естественной. Рой уже принимал его мнение за собственное.

— Милый господин Рой, почему же вы больше ничего не пробуете? — заискивал Чрево. — Здесь ещё столько всего!

— Больше не могу, милый Чрево. Да и, честно говоря, не хочу.

— Ну как же так? Я старался выбрать для вас самое лучшее.

— Я не хотел вас обидеть, — сказал Рой, не сумев сдержать отрыжку.

Такая несдержанность стала для него обычной. Безупречный костюм превратился в жалкое тряпьё: на пиджаке, брюках и ботинках засохли пятна соуса и жира, белая сорочка посерела. Пуговицы были расстёгнуты, некоторые оторвались. От прежней щеголеватости не осталось и следа.

— Я понимаю, вы ещё не оправились от расстройства, которое вам причинили в отеле, — продолжал Чрево.

— Возможно, мой милый Чрево. Мне кажется, я пресытился. Мне так плохо.

— Доверьтесь своему милому Чрево. Всё от обиды. Вашу нежную, ранимую душу оскорбили, а тело отражает её переживания. Сейчас я помогу.

Рой не успел опомниться, как в его руке оказался бокал.

— Пейте, господин Рой, всё как рукой снимет!

Под серьёзным взглядом Чрево он осушил бокал. Скоро вернулось веселье. Дорога превратилась в мелькание картинок и видений. Рой то засыпал от хмеля, то просыпался, чтобы получить новую порцию еды и питья. Останавливались редко.

Во время очередной остановки он собрался выйти по нужде, но Чрево, а затем Мефисто удержали его. Оказалось, они приехали в усадьбу знакомой Чрево: нужно было привести в порядок экипаж и сменить уставших лошадей.

Вокруг цвели сады. Между деревьями и кустами с лиловыми, розовыми, алыми и белыми цветами вились аккуратные дорожки. Подстриженные газоны, пруды и беседки придавали естественному хаосу строгий порядок. В центре возвышался замок, сочетавший богатство с утончённостью.

Вышедший навстречу мажордом сообщил, что это земли графини Винер. Он осведомился о цели визита и положении гостей, ненадолго отлучился и вернулся с приглашением войти. Чрево оправил пиджак Роя, застегнул его сорочку и повёл под руку за слугой. Мефисто шёл сзади.

Внутри блестели золото и драгоценные камни, стены и мебель украшали редкие породы дерева. Навстречу гостям вышла хозяйка.

— Рада приветствовать вас в моём скромном жилище, — с подчёркнутой любезностью произнесла Винер. — Чем обязана неожиданному визиту?

— Мы не могли миновать владений столь благородной и очаровательной дамы, не засвидетельствовав почтения, — ответил Чрево, низко кланяясь. — К тому же нам нужно привести в порядок себя и экипаж.

— Ах, мой милый Чрево! — словно только теперь узнав его, произнесла Винер. — Вы всё так же обаятельны. А кто этот господин?

— Моя госпожа, имею честь представить господина Роя. Человека невероятных достоинств! А как он добр и щедр! Уверен, о его бескорыстии скоро будут слагать легенды.

Слушая Чрево, Винер плавно спускалась по старинной лестнице. Высокая, осанистая, в строгом синем платье мужского покроя, она внимательно разглядывала Роя. Тот покачивался от выпитого, но при виде хозяйки словно протрезвел.

— Значит, господин Рой? — произнесла она. — Судя по словам Чрево, которому у меня нет причин не доверять, вы выдающаяся личность. Не так ли?

— Я? Да! — Рой попытался придать себе бравый вид. — Счастлив познакомиться с вами, миледи Винер. Не сочтите за вольность, но вы обворожительны. Особенно в этом наряде.

— Господин Рой, — смущённо вмешался Чрево. — Но так обращаться к госпоже Винер — моветон.

— Что? — вспылил Рой. — Вот как ты отвечаешь на мою щедрость? Всё понятно.

— Господин, вы неправильно меня поняли! — затараторил Чрево.

— Нет, правильно! — Рой заикался и с каждым словом злился всё больше. — Значит, вот как… Я! А ты… И это после всего!

— Ну-ну, господин Рой, — ласково произнесла Винер.

Она медленно обошла его, не отводя взгляда. Рой чувствовал, как в нём нарастает возбуждение. Разум понемногу прояснялся, выходя из хмельного забытья.

— Я… Это какое-то недоразумение, — пролепетал он уже смущённо.

— Конечно, недоразумение, — передразнила его Винер. — Я же вижу, вы большие друзья с мистером Чрево. Тем более он такого высокого о вас мнения.

— Ну да! Конечно, друзья, — с лёгким вызовом ответил Рой.

— Как приятно слышать, господин Рой! — тонко пропищал Чрево. — Какая радость! А я так переживал.

— Ну-ну, к чему слёзы? — надменно спросил Рой.

— Ну и ладненько! Вот и отлично, — мягко произнесла Винер.

— Какое благодушие явил господин Рой! Какая щедрость.

— Да! Это я! Я с тобой!

— Вы поразительный, неповторимый. Я бы сказала единственный.

— Ну конечно! Так и есть! Хоть кто-то увидел. Хоть кто-то заметил! Хоть кто-то оценил.

— Не будет преувеличением сказать, что я поражена и даже покорена вашей обходительностью. Но не станем забегать вперёд. Для первого знакомства вполне достаточно.

Она хлопнула в ладоши. Тут же появились служанки.

— Проводите господина Роя в его комнату, — бесстрастно распорядилась графиня. — Помогите ему привести себя в порядок после дороги. Наш гость ни в чём не должен нуждаться. Его слуге покажите, куда перенести багаж и где отдохнуть. Дайте в помощь подсобных рабочих. А вашу комнату, мистер Чрево, я покажу сама. Мы давно не виделись, нам есть о чём поговорить.

— Вы так любезны, госпожа, — подобострастно ответил Чрево.

Служанки окружили Роя и проводили в роскошные апартаменты. Он не успел оглядеться, как ему помогли раздеться и отвели в соседнюю ванную. После долгой дороги горячая вода показалась блаженством.

Вошли две обнажённые девушки. Рой смущённо отвёл взгляд. Прежде он не знал близости: всё общение с женщинами ограничивалось невинными встречами с Элен и односельчанками. Теперь он не понимал, куда деть руки и как держаться.

Заметив его смущение, девушки переглянулись и тихо рассмеялись.

— Всё ли вам нравится, господин? — мелодично спросила стройная брюнетка.

— Может, у вас есть пожелания? — подхватила её светловолосая подруга.

Они подошли совсем близко. От нежных прикосновений и ласкового шёпота у Роя кружилась голова. Он уступил их ласкам, забыв и об Элен, и о пленившей его Винер.

Оставшись наконец один, Рой долго сидел в воде. Затем кое-как собрался с мыслями, вытерся и вернулся в комнату. Стол ломился от еды и напитков. В записке Чрево просил принять угощение в знак примирения.

Рой налил игристого вина и залпом осушил бокал. Служанки принялись одевать и причёсывать его к ужину с графиней. За этим занятием их и застал Мефисто.

— Вы прекрасно выглядите, мой господин, — с толикой официоза подметил Мефисто.

— Спасибо, — рассеянно ответил Рой, любуясь отражением в зеркале.

— Смотрю, о вас и без меня прекрасно позаботились.

— Вполне.

— Вам что-нибудь необходимо?

— Пока нет.

— Я могу быть свободен?

— Пока да. Но далеко не уходи, вдруг понадобишься.

— Слушаюсь.

Принарядившись, Рой прошёл в парадный зал. Хрустальные люстры, канделябры и свечи заливали его светом. Сквозь витражи от пола до потолка виднелся парк. Картины, статуи и изящная мебель дополняли убранство.

Стол был накрыт без обычного изобилия. Рой уселся, ожидая Чрево и Винер. Вскоре появилась графиня в платье с глубоким декольте и открытой спиной. Она двигалась плавно и уверенно. Заметив изумление Роя, Винер едва заметно усмехнулась.

— Вы наивный человек, господин Рой, — с придыханием сказала Винер, подходя к своему месту.

Рой поспешил отодвинуть для графини кресло. Она приняла его ухаживания с благосклонной улыбкой.

— Вы галантный кавалер, господин Рой. Умеете обращаться с женщиной. Если нашлась такая, что этого не оценила, она полная дура. Простите за грубость.

— С вами трудно поспорить, моя госпожа, — ответил Рой, не отрывая от неё взгляда.

— Ну какая же я вам госпожа? — хихикнула графиня.

— Вы мой идеал. Я всю жизнь мечтал о такой, как вы.

— Какие громкие и поспешные слова.

— Нет! Поверьте мне. Я влюблен!

— Вы горячитесь. Не зная ни меня, ни моих дел, разбрасываетесь словами, смысл которых вам неведом, — с едва заметным холодком бросила Винер.

— Поверьте! Поймите! Я не хотел вас обидеть! Вы поразили меня в самое сердце. Я грежу о вас.

— Мне кажется, вы не думали обо мне, находясь в обществе моей прислуги, — еле слышно прошептала она.

— Что?

— Говорю, вы торопите события. К чему такая спешка?

— Поймите, я богат! — громко заявил он. — По крайней мере, так сказал мой слуга, — добавил уже шёпотом.

— Что?

— Я богат! Я люблю вас! Будьте моей!

— Ишь, какой прыткий.

— Но…

— Возьмите себя в руки, милостивый государь. Вы в обществе знатной дамы, а не уличной девки!

Рой смутился, а затем разозлился: как она смеет так с ним обращаться?

— Прошу вас, графиня, не забывать, кто я!

— И кто же?

— Я… я… — Не найдя ответа, Рой замолчал и прикусил губу от обиды на неё и на себя.

— Ну ладно, — вдруг смягчилась Винер. — К чему эти слова? Я и так вижу: вы благородных кровей, не чета многим.

Рой не заметил, как за его спиной появился Мефисто и угрожающе посмотрел на графиню. Именно после этого она сменила тон.

— Поухаживайте за мной, как подобает галантному кавалеру, решившему покорить сердце возлюбленной.

— Простите мою оплошность! — Рой вскочил прежде прислуги. Одного жеста графини хватало, чтобы он подлил вина или переложил ей кусок из общего блюда.

— Так как? — спросила Винер, пробуя ростбиф с обжаренной спаржей и молодым картофелем.

— Что? Чем я могу вам угодить?

— Для начала присаживайтесь.

Рой послушно вернулся на место, следя за каждым её движением.

— Значит, вы благороднейший и галантный кавалер, — продолжила Винер, выдержав паузу.

Молчание Роя и его взгляд подтолкнули графиню продолжить.

— Но рыцарь должен совершать подвиги ради дамы своего сердца. Так?

Рой растерянно кивнул. Графиня опять усмехнулась.

— Значит, жду от вас подвигов, мой милый. Всё в ваших руках. В том числе и моя благосклонность.

С молчаливого дозволения Мефисто служанки окружили Роя. Сам слуга незаметно удалился. Одна из девушек наклонилась к гостю:

— Не расстраивайтесь, господин Рой.

— Мы вас сегодня утешим, — шепнула другая.

— Ждите нас этой ночью, — сказала первая.

— И на этот раз без поблажек, — добавила её подруга и захихикала.

— Мы вдоволь наиграемся с вами.

— А вы с нами.

Рой покрылся испариной. Графиня наблюдала за ним с хищной улыбкой и делала служанкам знаки, понятные лишь им.

— На этом и условимся.

Винер встала, показывая, что разговор окончен.

Рой привстал, пытаясь её удержать:

— Прошу, постойте! Что же я должен…

— Подумай, мой благороднейший рыцарь сердца.

Графиня скрылась за дверью. Рой так и замер, не зная, что делать. Прикосновение к плечу заставило его обернуться. Рядом стоял Мефисто.

— Всего лишь я, ваш слуга.

— Что делать? Что же мне делать, Мефисто?

— Непременно найдёте выход, — усмехнулся Мефисто. — А не найдёте — графиня подскажет. Или ваш друг, мистер Чрево.

— И ты туда же, Иуда!

Рой круто повернулся и ушёл к себе.

— Громкие слова. Но не тому, — негромко произнёс слуга ему вслед.

Добравшись до комнаты, Рой рухнул на кровать не раздеваясь. Он уже засыпал, когда явились служанки — теперь их было больше, чем прежде. Поначалу он отнекивался, но вскоре снова поддался соблазну.

Утро принесло похмелье и разбитость. Ночные гостьи угощали Роя не только вином, и теперь разум едва пробивался сквозь дурман. Царапины и следы поцелуев напоминали о пережитом. По комнате были разбросаны вещи, ещё недавно ему незнакомые.

Отражение в зеркале разочаровало. Под глазами залегли мешки, отёкшее лицо потеряло прежние очертания. Становилось трудно дышать. Рой вздохнул, налил себе игристого вина и, кое-как одевшись, отправился искать Чрево.

Тот гулял в саду с графиней. Рой дождался, пока они расстанутся, и перехватил приятеля.

— Доброе утро, мой милый Чрево, — произнёс он с деланой улыбкой.

— О, господин Рой! Чем обязан такой чести? — подобострастно отозвался тот.

— Смотрю, вы с графиней добрые друзья? — Рой уже отвернулся к удалявшейся Винер, словно собеседника рядом не было.

Чрево лишь самодовольно улыбнулся.

— Конечно! Не разлей вода, два сапога пара. А что? Могу чем-то помочь? Вы только скажите.

— Да-да! — заторопился Рой. — Мне нужно покорить её сердце и тело. То есть душу. В общем, ты понял.

— Конечно, понял. Как не понять. Столь красивый цветок, столь сладкий нектар ждет своего рыцаря.

— Вот-вот! И она вчера говорила о рыцаре. А я ничего не понял. Наверное, перебрал.

— О! Не беспокойтесь! Ваш любезный Чрево вам всё устроит.

— Только не затягивай.

— Конечно!

Чрево оглядел приятеля. Помятый костюм был надет наспех, из-под незастёгнутых брюк выбивалась сорочка. Довольно хмыкнув, он вручил Рою початую бутылку полусладкого и удалился.

Вечером Чрево застал его среди ночных приятельниц и сообщил, что всё устроил — осталось только действовать. Рой кормил сидевшую у него на коленях девушку виноградом. На посетителя он посмотрел с досадой и заявил, что бестактность Чрево соперничает лишь с его отвратительной толщиной.

Тот словно не расслышал оскорбления. Извинился и оставил Роя развлекаться. Смех и крики ещё долго разносились за дверью.

Наутро опустошённость усилилась. Сквернословие и злоба стали для Роя привычными; он скрывал их лишь тогда, когда хотел понравиться, особенно графине.

Явившийся Чрево сразу попал под горячую руку, но, не придав значения ругани, сообщил об отъезде. Имение Роя находилось в предместье столицы. Там ему и предстояло покорить сердце Винер. Графиня согласилась ехать с ними: ей хотелось увидеть его владения. Мефисто уже собрал вещи и уложил в экипаж.

Услышав это, Рой едва не набросился на приятеля. Но вспомнил, что Чрево не знает об обмене, и осёкся. Поблагодарив его за заботу, он позвал Мефисто и высказал тревоги о предстоящем визите гостей.

— Не беспокойтесь, господин Рой, — успокоил его слуга. — Около столицы трудно найти владения, сравнимые с вашими. Ваш особняк поспорит с домами самых состоятельных людей Империи. Да что скромничать: не всякий член императорской семьи может похвастаться такой архитектурой и убранством.

— Благодарю, Мефисто. А то я уже весь испереживался.

— К чему волнения? Скоро сами всё увидите. Экипаж готов, ждут только вас.

С помощью Мефисто Рой оделся и спустился к карете. Внутри мило беседовали Винер и Чрево.

— Мы заждались, господин Рой, — кокетливо произнесла графиня. — Как неучтиво заставлять даму ждать.

— Прошу прощения, — процедил Рой, плохо скрывая злость. — Всё нерасторопность моего слуги.

— Ох уж этот ваш Мефисто, — иронично сказала Винер. — Ну да ладно! Я думаю, мы его простили.

— Да-да, простим! — подхватил Чрево. — Он так заботится о вашем, а теперь и нашем благополучии. Посмотрите, как подготовил поездку! Превосходный слуга.

— Забирайте себе, если он вам так нравится, — пробурчал Рой.

— С удовольствием, — отозвался Чрево. — Но он так к вам привязан. Почему вы не в духе?

— Да ну вас! — с обидой отмахнулся Рой. — Вы хвалите Мефисто, он хвалит вас. Все любят графиню. А я? Почему меня никто не хвалит? Это я подобрал вас на дороге, поил и кормил. А Мефисто — мой слуга, его и хвалить нечего.

Заметив укоризненный взгляд графини, Рой прокашлялся:

— Вы не поймите превратно, графиня. Вас любят и хвалят заслуженно. Но и обо мне забывать не стоит.

— Господин Рой, как вам такое пришло в голову? — взволнованно воскликнул Чрево. — Мы все вас любим! Конечно! Не переживайте. Всё будет хорошо. Правда, графиня?

— Конечно. К чему это ребячество? Не супьтесь.

Лицо Роя просветлело. Довольный собственным значением в глазах почти незнакомых людей, он снова заулыбался.

Экипаж покинул усадьбу и вскоре выехал на императорский тракт. Мелькавший за окном пейзаж уже мало занимал Роя. Поля, реки и леса стали лишь фоном, на который он отвлекался, когда утомлялся слушать Чрево.

Прежде вдохновение приходило к нему при виде заката или солнечных бликов на воде. Теперь настроение зависело от выпивки и табака. Воображение по-прежнему рисовало подвиги, но любознательности в грёзах оставалось всё меньше. Её вытесняли похоть, роскошь и жажда превосходства.

Разговор поддерживал Чрево, неустанно восхваляя Роя. Графиня по большей части молчала. Рой всё меньше соблюдал приличия: громко рыгал, портил воздух и беззастенчиво сваливал вину на приятеля.

От бесконечной еды и выпивки лицо и тело одутловато распухли. Возвращалась одышка, к вечеру поднималось давление. Это ещё больше портило ему настроение.

Прежняя одежда едва сходилась на животе. Рой уже не пытался привести себя в порядок. Пятна на пиджаке и брюках, запах пота, внезапный сон посреди разговора — Винер с брезгливостью замечала каждую перемену. Только появившиеся за окном предместья столицы оживили компанию: поездка подходила к концу.

— Въезжаем в ваши владения, господин, — сообщил Мефисто через окошко.

Дорога спускалась с пригорка в долину. Внизу раскинулся огромный парк. Среди зелени возвышался замок; от него, словно лучи, расходились дорожки к остальным строениям. Цветы, кустарники и подстриженные газоны складывались в затейливые узоры.