Сериал "Лунный рубеж - 1, 2, 3" + библия мира

— Разрешите напомнить — датчики состояния дверей могут лгать так же, как всё остальное. Будьте осторожны там, где я смотрю на вас чужими глазами.

ВИД: Дроздов очень медленно, оглядываясь, идёт по коридору. На стене слева — мнемосхема станции: почти все сегменты красные, вакуум. Один зелёный — кают—компания.

СЕЛЕНА:

— Дополнительно: датчики давления в кают—компании показывают норму. Одна атмосфера. (пауза) Датчики в камбузе и вычислительном центре показывают вакуум. Но камеры в этих же помещениях фиксируют объекты, которые не могли сохраниться в вакууме.

ВОРОНЦОВ (медленно):

— То есть в кают—компании — воздух. В камбузе и вычислительном центре — вакуум. Но камеры показывают, что там всё цело.

ЛИ ВЭЙ:

— Как это возможно?

СЕЛЕНА:

— Возможно. Если гермодвери между отсеками закрыты. (пауза) Тогда каждый отсек — автономен. Но тогда данные камер и датчиков должны совпадать. Они не совпадают.

ХАРПЕР (тихо):

— Кто закрыл гермодвери?

СЕЛЕНА:

— Неизвестно. Компьютер базы повреждён. Данные о состоянии гермодверей — фрагментированы.

Дроздов замедляет шаг. Луч фонаря выхватывает фрагменты коридора.

СЦЕНА 7: НЕВИДИМОСТЬ

ДРОЗДОВ:

— Иду к двери кают—компании, попробую постучать. Селена, как меня видно на видеокамерах станции?

СЕЛЕНА (пауза):

— Видеокамеры станции показывают пустой коридор.

ВИД: Дроздов остановился на половине пути. Пауза. Тишина.

ВОРОНЦОВ (тихо):

— Что?

СЕЛЕНА:

— Уточняю. Поток с вашей нашлемной камеры: вы стоите в коридоре Поток камеры коридора, тот же ракурс: пустой коридор. Таймкоды обоих потоков совпадают с реальным временем. (пауза) Это не запись, вас стирают в прямом эфире.

ВИД: «Шеклтон». Коридор. Дроздов стоит и смотрит на гермодверь кают—компании с мигающим зелёным индикатором.

АКТ 4. ПРИКАЗ СВЕРХУ

СЦЕНА 8: ГОСТЬ В КОРИДОРЕ

ИНТ. БАЗА «ШЕЛКТОН» — КОРИДОР / ШЛЮЗ

Дроздов стоит на том же месте. Мачете пока в ножнах, луч фонаря гуляет по инею.

ВОРОНЦОВ (почти кричит):

— Немедленно назад! Иван, выходи из станции!

ДРОЗДОВ (разворачивается лицом к шлюзу, флегматично):

— Выполняю. Зачем так…

СЕЛЕНА (прерывает):

— СТОП! Выход заблокирован!

Все замирают. В канале слышно, как Харпер придвигается к микрофону.

ДРОЗДОВ (удивлённо):

— Где заблокирован? Коридор пуст, шлюз открыт, всё отлично видно.

СЕЛЕНА:

— Данные ИК—спектра вашей камеры показывают объект в коридоре, буквально в двух метрах от вас. Смотрите.

На экранах Главной Базы — два изображения рядом. Видимый спектр: пустой коридор, открытая внутренняя гермодверь, пустой шлюз, открытая внешняя гермодверь, за ним посадочная площадка. ИК—спектр: в коридоре, перед развернувшимся к тамбуру Дроздовым, висит размытое тёмное пятно.

СЕЛЕНА:

— Температура объекта ниже окружающего фона. Активный теплоотвод.

ВОРОНЦОВ:

— Теплоотвод у чего?

СЕЛЕНА:

— Неизвестно.

СЕЛЕНА:

— Иван, данные мультиспектра выведены на внутреннюю поверхность твоего шлема. Видишь?

ВИД: Дроздов смотрит на изображение. На внутренней поверхности — наложение: видимое + ИК. Пятно видно. Оно недвижно висит в коридоре, не касаясь стен.

ДРОЗДОВ:

— Ага, вижу. (пауза) Ну сейчас мы его пощекочем.

Не дожидаясь согласования, он вынимает нож—мачете из прикреплённых к набедренному креплению ножен и, выставив клинок перед собой на вытянутой руке, делает быстрый шаг вперёд.

Ещё шаг. Остриё мачете касается тёмного пятна в ИК—диапазоне.

Пятно дёргается, сжимается — и буквально выпрыгивает из коридора через тамбур наружу: одно движение, за кромку внешнего люка, в тень площадки. На ИК—изображении секунду висит его холодный след — и растворяется.

ДРОЗДОВ (довольно):

— Ну вот, всего—то делов.

ВИД: Кабинет Харпер.

ВОРОНЦОВ (тихо):

— Что это было?

ХАРПЕР (медленно):

— Оно... убежало?

ЛИ ВЭЙ (мрачно):

— От мачете.

Иван проходит коридор и тамбур без всяких приключений, держа мачете перед собой, выходит на площадку и поднимает голову: в чёрном небе двигаются вспышки двигателей — лунолёт идёт на посадку.

ДРОЗДОВ:

— Егор, это ты там падаешь с неба?

ЕГОР (по каналу):

— Я. Слышал, вы тут познакомились. (пауза) Скажи, куда мне не садиться.

ДРОЗДОВ (обводит взглядом пустую площадку, где в видимом свете и в мультиспектре по—прежнему никого нет):

— Егор, слушай меня. После посадки двигатели не глушить сразу. Смотреть не глазами — тепловизором. Гость у нас тут холоднее тени.

Пауза в канале.

СЕЛЕНА:

— Иван, уточнение: на видеокамерах станции коридор и тамбур по—прежнему пусты. И до, и после.

ДРОЗДОВ:

— Принято, Селена. (пауза) Тогда не верь им.

Он стоит на переходе от тамбура к площадке — с мачете в руке, В небе видны вспышки двигателей лунолёта Егора.

СЦЕНА 9: ЗЕМЛЯ СМОТРИТ

ИНТ. ГЛАВНАЯ БАЗА — ДИСПЕТЧЕРСКАЯ

На экранах — заход на посадку медицинского борта Егора (тепловизор, двигатели не глушатся) и статичная картинка с нашлемной камеры Дроздова, всё так же стоящего с мачете в руке.

Внезапно всё освещение в диспетчерской на долю секунды мерцает. На главной консоли, под потолком, загорается и начинает бить в глаза пульсирующий красный индикатор приоритетного вызова. Такого цвета здесь не видели годами.

СЕЛЕНА:

— Земля срочно требует разговора с руководством Главной Базы.

ХАРПЕР (хмурится, не отрывая взгляда от экранов посадки):

— «Земля»? Это кто? Никогда такого не было.

СЕЛЕНА:

— Руководители космических агентств США, России и КНР.

ВОРОНЦОВ (потирает виски):

— Лично, что ли? Все трое? (пауза) Селена, ты можешь им объяснить ситуацию, скинуть сводный отчёт, дать им час на…

СЕЛЕНА (перебивает, голос становится абсолютно ледяным):

— Трансляция на Землю идёт непрерывно с момента получения сигнала SOS. Требования протокола безопасности при угрозе жизни экипажа. (пауза) На Земле видят всё, что видите вы, и знают всё, что знаю я. Включая объект в коридоре и взмах мачете. (пауза) Напоминаю: это ваши непосредственные руководители.

В диспетчерской повисает абсолютная, звенящая тишина. Самые страшные кадры в истории лунной колонии уже полсуток крутятся на защищённых серверах в Хьюстоне, Москве и Пекине.

ХАРПЕР (зло, сжимая кулаки):

— Включай этих бюрократов.

Главный экран над картой Луны гаснет и мгновенно разбивается на три равных сегмента. Высокое разрешение, нулевая задержка.

Слева — администратор NASA, в расстёгнутом воротнике рубашки, за спиной — флаг и пустой зал ситуационной комнаты. В центре — директор РОСКОСМОСА, с тяжёлым лицом, на столе перед ним — распечатки, которые он даже не смотрит. Справа — руковдитель CNSA, неподвижный, в тёмном костюмее.

Никто из них не улыбается. Никто не здоровается. Они смотрят на тройку так, как смотрят на людей, которые только что открыли ящик Пандоры и пытаются закрыть его крышку.

За их окнами — разное время суток. Они подключились одновременно.

ДИРЕКТОР РОСКОСМОСА (сухо, без предисловий):

— Элизабет, Сергей, Ли Вэй. Мы видим прямую трансляцию с момента SOS. Мы видели, как ваш разведчик ударил клинком невидимое. Мы видели, как машина, которую запрограммировал уже мёртвый человек, пыталась увести за собой то, чего нет в ваших датчиках. (пауза) У нас нет времени на дебаты. Решение принято совместно.

АДМИНИСТРАТОР NASA:

— Приказ следующий. Первое: свернуть всякую деятельность на базе «Шеклтон». Никаких поисков, никаких входов внутрь, никаких попыток контакта с тем, что вы только что выпустили.

РУКОВОДИТЕЛЬ CNSA:

— Второе: забрать тело пилота Отто фон Крейта с посадочной площадки. Это единственный материальный свидетель.

ДИРЕКТОР РОСКОСМОСА:

— Третье: немедленно покинуть зону базы «Шеклтон». Все борта — на Главную Базу. Никаких задержек.

Пауза в диспетчерской. Харпер смотрит на экран, не мигая.

ВОРОНЦОВ (быстро, по—деловому):

— Принято. Эвакуация. Но есть проблема: полностью заправлен только один лунолёт — разведывательный борт Дроздова. Медицинский и пассажирский сядут на минимальном остатке после высокой параболы. Нам нужно время на дозаправку ещё двух машин.

ДИРЕКТОР РОСКОСМОСА (не меняя тона):

— Времени нет. Приказ пилотам двух других лунолётов — лететь к танкеру без посадки на Шеклтон — уже отправлен. Исполнение подтверждено.

Воронцов вскидывает голову. Харпер медленно выпрямляется.

ВОРОНЦОВ:

— МИМО нас?? (пауза) Вы отдали приказ моим пилотам, минуя тройку?

ДИРЕКТОР НАСА (жёстко, глядя прямо в камеру):

— Мимо вас. Планетарная угроза биологической безопасности. Земля важнее.

ИНТ. «ШЕЛКТОН» — ПОСАДОЧНАЯ ПЛОЩАДКА — ТО ЖЕ ВРЕМЯ

Иван Дроздов стоит посреди площадки, мачете в руке. В наушниках — весь разговор тройки с Землёй. Он смотрит вверх.

Медицинский борт Егора завис над посадочной площадкой, в полусотне метров над оплавленным реголитом, двигатели уже работают в посадочном режиме.

И вдруг борт «даёт по газам». Из сопл вырываются длинные, рваные струи пламени. Лунолёт вздрагивает, резко задирает нос и уходит вверх и в сторону — прочь от площадки, прочь от «Шеклтона», — к маяку один, к тени, к танкеру.

Иван провожает борт взглядом. Несколько секунд он стоит неподвижно.

Он слышал весь разговор. Он понимает: приказ пришёл сверху, мимо тройки, мимо него. Земля решила, что то, что здесь находится, опаснее семерых на поверхности, опаснее Отто, опаснее его самого.

Дроздов благоразумно молчит. Не спорит. Не требует объяснений. Он просто сжимает рукоять мачете и смотрит, как медицинский борт исчезает в чёрном небе.

ИНТ. ГЛАВНАЯ БАЗА — ДИСПЕТЧЕРСКАЯ

Ли Вэй медленно снимает очки и кладёт их на стол.

ЛИ ВЭЙ (тихо):

— Биологической. (пауза) Селена зафиксировала активный теплоотвод. Температура объекта ниже фона. Это признак машины, а не организма.

ДИРЕКТОР РОСКОСМОСА:

— Земля не рискнет. Мы не знаем, что это. И пока не узнаем — это биологическая угроза. Карантин полный. Никто и ничто с «Шеклтона» не поднимется без изоляции.

ХАРПЕР (очень спокойно, слишком спокойно):

— А персонал базы на поверхности? Вы их тоже списали как биологическую угрозу?

Пауза. Три руководителя молчат одновременно. Это не пауза раздумья. Это пауза решения, которое уже принято.

ДИРЕКТОР НАСА:

— Элизабет. У вас есть один заправленный борт и тело пилота. Заберите тело. Улетайте немедленно. (пауза) Остальное — не ваша ответственность. Исполняйте. Конец связи.

Экран гаснет. Три сегмента исчезают. В диспетчерской — только медленно гаснущий красный индикатор и тишина.

ВОРОНЦОВ (Дроздову, по каналу, глухо):

— Иван, ты слышал. (пауза) Забирай тело Отто. Садись в борт. Улетаем.

ДРОЗДОВ (по каналу, спокойно):

— Принято. (пауза) А Егор? Он ушёл к танкеру. Он хотя бы сядет?

ВОРОНЦОВ:

— Не знаю, Иван. (пауза) Забирай тело.

ЗАТЕМНЕНИЕ.

ТИТР: ПЛАНЕТАРНАЯ УГРОЗА БИОЛОГИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ.

ТИТР: ПРИКАЗ ПИЛОТАМ ОТДАН НАПРЯМУЮ С ЗЕМЛИ.

ФИНАЛ. САЛЮТ

СЦЕНА 10: САЛЮТ КЛИНКОМ

ЭКСТ. БАЗА «ШЕЛКТОН» — ПОСАДОЧНАЯ ПЛОЩАДКА — ТО ЖЕ ВРЕМЯ

Иван Дроздов пересекает площадку и идёт к дальнему краю, где лежит Отто фон Крейт. Мачете всё ещё в руке. Он останавливается над телом.

Смотрит вниз. На заиндевевшее лицо, на закрытые глаза, на комбинезон, оплавленный выхлопом собственного корабля.

Мгновение стоит молча.

Затем медленно поднимает мачете — клинком вверх — в беззвучном салюте. Воин прощается с воином. Держит. Опускает. Убирает клинок в ножны на бедре.

Наклоняется, подхватывает Отто под мышки, поднимает. В одной шестой g тело почти невесомо, но неповоротливо. Иван тащит его по реголиту к лунолёту. Ботинки прочерчивают две борозды.

ИНТ. ЛУНОЛЁТ — КАБИНА

Глеб у пульта. Гречко и Асланов в резерве. Все трое видят через обзорные камеры, как Иван один тащит тело.

Гречко и Асланов переглядываются. Приказа выйти не было. Приказа помочь — тоже.

Гречко первым бросается к гермошлюзу

ГЛЕБ (по внутренней связи):

— Вы куда?

ГРЕЧКО (уже в шлюзе, на бегу):

— Помочь.

ГЛЕБ (пауза):

— …Принято.

ЭКСТ. ПОСАДОЧНАЯ ПЛОЩАДКА

Геологи выбегают на поверхность без всякого приказа. Втроём они подхватывают Отто и несут к лунолёту. Движения осторожные, почти бережные — несут не груз, а человека.

У лунолёта открывают грузовой негерметичный отсек. Укладывают Отто.

СЕЛЕНА (по связи, сухо):

— Грузовой отсек негерметичен

ДРОЗДОВ (тихо, закрывая отсек):

— Воздух ему уже не нужен.

Отсек закрывается. Трое быстро поднимаются в кабину. Люк гермошлюза захлопывается.

ИНТ. ЛУНОЛЁТ — КАБИНА

Глеб в кресле. ДРОЗДОВ и геологи пристёгиваются. В иллюминаторе — распахнутый шлюз базы, иней, пустая посадочная площадка.

ГЛЕБ:

— Взлёт. Вертикально, отклонение на север, Главная База.

Двигатели выбрасывают струи огня. Лунолёт поднимается вертикально вверх, затем плавно отклоняется в сторону Главной Базы.

ЭКСТ. НАД «ШЕЛКТОНОМ»

Лунолёт уходит на север, унося тело. Внизу медленно уменьшается база. Пустая посадочная площадка. Станция с распахнутым шлюзом. Тайна остаётся внизу.

Те, кого только что вычеркнули из списка живых ради планетарной безопасности. Люди на гребнях вечного света. С тающим кислородом. Без маяка. Без надежды на то, что за ними вернутся.

На обзорном ИК—визире лунолёта Дроздова, на долю секунды у самого края удаляющейся площадки мелькает размытое тёмное пятно. Потом гаснет. Иван молчит.

ТИТР: ОНИ УНЕСЛИ ТЕЛО НА СЕВЕР. ОСТАВИВ ТАЙНУ ВНИЗУ.

ТИТР: ПО ПРИКАЗУ ОСТАВИВ ТЕХ, КОГО ТОЛЬКО ЧТО ВЫЧЕРКНУЛИ ИЗ СПИСКА ЖИВЫХ.

ТИТР: ЗЕМЛЯ ВАЖНЕЕ.

ТИТР: КОНЕЦ ЧЕТВЁРТОЙ СЕРИИ.

Эпизод5 «Решение всех проблем» (две части)

Слоган серии: «Луна звенит как колокол. И все, у кого есть уши, слышат».

Хронометраж: 120 минут (две подсерии по 60 минут)

Хронология: сутки 8, от заправки в тени кратера Хоуорт.

ПОДСЕРИЯ 1

АКТ 1. ПОСЛЕДСТВИЯ

СЦЕНА 1: ТАНКЕР

ВИД: Тень кратера Хоуорт. В глубокой тени, неуклонно укорачиваемой восходящим над кратерным валом Солнцем, стоит танкер—лунолёт — неуклюжая, округлая машина, похожая на гигантскую консервную банку, поставленную на попа. По кругу её корпуса расположены посадочные опоры, вдавленные в реголит. Рядом с танкером, стоят два лунолёта совсем другой формы — приземистые, округлые, с восемью посадочными опорами каждый, похожие на упитанных восьминогих жуков, остановившихся отдохнуть или пообедать.

Между ними суетятся фигурки людей в скафандрах. Они сматывают длинные шланги, тянущиеся из боковых стенок танкера к заправочным горловинам лунолётов. Движения медленные, осторожные — в тени, в одной шестой g, в скафандрах.

Один лунолёт закончил заправку. Его пилот за лобовым стеклом поднимает руку, показывая «готов». Шланги отсоединяются, люди из второго лунолёта отходят. Лунолёт вздрагивает, из его сопл вырываются длинные факела пламени — и он поднимается в чёрное многозвёздное небо. За ним улетает второй. Затем сам танкер, тяжело, неуклюже, отрывается от реголита и отправляется следом.

Все три машины уходят в одну сторону — на север. На Главную Базу.

Внизу, в тени кратера Хоуорт, остаются только следы опор и оплавленный реголит. И тишина.

ПЕРЕХОД КАДРА.

АКТ 2. ПРИКАЗ И ЛАЗЕЙКИ

СЦЕНА 2: ПРИКАЗ ЗЕМЛИ И ЛАЗЕЙКА «ИЗ»

ИНТ. ГЛАВНАЯ БАЗА — КАБИНЕТ СОВЕЩАНИЙ ТРОЙКИ

Харпер сидит, закрыв лицо руками. Воронцов и Ли Вэй тихо переговариваются. Ли Вэй одновременно набирает что—то на планшете.

Внезапно на главной консоли снова загорается красный индикатор. Но на этот раз нет видео, нет голоса. Только короткий текст, заверенный электронными подписями самого высшего уровня.

СЕЛЕНА (голос ровный, но в нём слышно напряжение):

— Приказ Земли. Территория Луны южнее шестьдесят пятого градуса южной широты, с момента посадки на Главной Базе всех покидающих эту зону лунолётов, объявляется полностью закрытой для любого посещения зоной. (пауза) Запрещается перемещение и возврат из закрытой зоны любых материальных объектов. (пауза) Нарушители будут полностью уничтожены на границе запретной зоны. (пауза) Основание — планетарный протокол биологической безопасности. Срок действия — до особого распоряжения.

Тишина в кабинете. Харпер медленно опускает руки. Воронцов смотрит на экран, не мигая. Ли Вэй замирает с пальцами над клавиатурой.

ВОРОНЦОВ (меланхолично):

— Поздравляю всех нас, коллеги.

ХАРПЕР и ЛИ ВЭЙ (одновременно):

— С чем?

ВОРОНЦОВ:

— Ну, во—первых, мы открыли внеземную жизнь. Возможно, даже разумную. (пауза) Но это, неожиданно, не так важно. Мда.

ХАРПЕР (с любопытством):

— А что важнее?

ВОРОНЦОВ:

— А то, что на Луне впервые появилась граница. Самая настоящая, читайте. (пауза) Скоро там будут пограничные войска, ой, извините, конечно, карантинные службы. С дезинсекторами высокой мощности. Возможно, мегатонного класса. (пауза) Как мы с этим жить будем? Посмотрим.

ЛИ ВЭЙ:

— Но все международные договора запрещают… (останавливается, видя, как Воронцов пренебрежительно махнул рукой)

ВОРОНЦОВ:

— Какие договора, Ли? Земля в опасности. Как у нас говорят: «лучше перебдеть, чем недобдеть».

Пауза. Тройка смотрит друг на друга. Они понимают: приказ Земли не просто закрыл зону — он сделал любое возвращение на базу «Шеклтон» актом войны против человечества.

ХАРПЕР (тихо):

— Семеро на гребнях вечного света. Кислорода осталось меньше четырёх часов. (пауза) Если мы вернёмся за ними — нас уничтожат на границе. Если не вернёмся — они умрут.

СЕЛЕНА:

— Напоминаю: трансляция на Землю идёт непрерывно с момента получения сигнала SOS. (пауза) Земля видит всё, что делаем мы. И всё, что делаете вы.

Тишина. Тройка понимает: они в ловушке. Любое действие — нарушение. Любое бездействие — смерть семерых.

ХАРПЕР (очень тихо):

— Значит, мы не можем вернуться.

ВОРОНЦОВ:

— Значит, мы не можем не вернуться.

ЛИ ВЭЙ:

— Значит, нам нужен способ вернуться, который Земля не увидит.

Пауза. Ли Вэй перечитывает текст приказа. Его пальцы медленно скользят по строкам. Внезапно он поднимает голову. Его глаза блестят.

ЛИ ВЭЙ (тихо, почти сам себе):

— Подождите. (пауза) Подождите.

ВОРОНЦОВ:

— Что, Ли?

ЛИ ВЭЙ (показывает на экран):

— Читайте. «Запрещается перемещение и возврат из закрытой зоны любых материальных объектов». (пауза) Материальных. Объектов.

Пауза. Воронцов медленно выпрямляется. Харпер отнимает руки от лица.

ВОРОНЦОВ:

— Продолжай.

ЛИ ВЭЙ:

— Связь — это не материальный объект. Радиоволны, электромагнитные сигналы — это информация. (пауза) Наблюдение — это не материальный объект. Камеры, спутники, сенсоры — это данные. (пауза) Локация — это не материальный объект. Координаты, телеметрия — это цифры.

ХАРПЕР (медленно):

— Ты хочешь сказать…

ЛИ ВЭЙ:

— Я хочу сказать, что приказ Земли запрещает нам физически войти в зону или вынести что—то из неё. Но он не запрещает нам говорить с теми, кто там. Не запрещает смотреть на них. Не запрещает знать, где они. (пауза) Мы не можем послать борт. Но мы можем послать голос.

Тишина. Тройка смотрит друг на друга. Они понимают: это не нарушение приказа. Это его точное исполнение.

ВОРОНЦОВ (усмехается, но в усмешке нет радости):

— Значит, мы можем им сказать, что они умрут. Но не можем их спасти.

ЛИ ВЭЙ:

— Мы можем им сказать, что мы их видим. Что мы их не забыли. (пауза) это уже не ноль. Селена, запрещена ли связь по протоколу планетарной биологической безопасности?

СЕЛЕНА (пауза, ровный голос):

— Отрицательно. Радиосвязь является передачей информации. Материальные объекты не перемещаются. Приказ Земли не нарушен.

Пауза. Тройка смотрит друг на друга. Они нашли лазейку. Узкую, как игольное ушко, но достаточную, чтобы просунуть в неё голос.

ВОРОНЦОВ (тихо):

— Ли, приказывай связистам на L1. Все ресурсы связи — на частоты скафандров. Мы будем говорить с ними.