(Не)истинная для дракона

— Это все очень интересно, — с удивительным хладнокровием, которого она, могу поспорить, не испытывала на самом деле, девчонка нахально выгнула идеально очерченную, черную, как святилище Фирса, бровь, — но Ваше Высочество так и не изволили сообщить, что здесь забыли. В моей комнате, а не во дворце, естественно.

— Маленькая леди изволит скалить зубки? Как занятно…

Решив поиспытывать ее выдержку, вместо ответа продолжил медленно изучать наряд, украшения, оголенные вырезом ключицы. Грудь под горячим взглядом вздымалась чаще и выше, чем раньше. Жилка на шее билась быстро-быстро. Звериный слух четко отслеживал, как Кристин с трудом сглатывала слюну. Губы едва заметно приоткрылись, иномирянка замерла на мгновение, втянула с шумом воздух и облизнула стянутые сухостью складки на губах языком. Обвел взглядом контуры выреза на платье, как если бы рисовал пальцем вдоль аккуратных швов. Модистка очень старалась выложить стежок к стежку. Кожа по кромке ткани покрывалась мурашками, как будто я в самом деле касался ее рукой. Наклонился чуть ниже, отметив не без удовольствия, что Кристин потянулась навстречу.

Усмехнувшись, резко выпрямился. Сделал шаг назад, и между нами, там, где недавно тела почти коснулись друг друга, уже свободно гулял ветер. В выдохе послышалось разочарование и облегчение разом. Куда тебе тягаться со мной, малышка?

— Их Величество велели сопровождать вас, леди, на сегодняшний бал. — Не дождавшись, когда ее тоненькая броня треснет, официально чуть качнул головой, выказывая уважение даме. Уважение, которое, она, пожалуй, даже заслужила своей безрассудной смелостью.

— Вам приказал? — вдруг уточнила она сухо.

Я аж вскинул в удивлении брови:

— Мне.

— В таком случае, полагаю, это не моя проблема. Я никаких приказов от Его Величества Сигирилла не получала, а потому, не боясь его разгневать, могу смело отказаться от вашего общества, сире. Жаль показаться грубой, но компания Вашего Высочества, как выяснилось днем, вызывает у меня приступы мигрени и головокружения. Будет очень некрасиво упасть в обморок прямо во время бала. Прошу меня простить, но я еще не готова.

И эта нахалка, юркнув в комнату, закрыла перед моим носом дверь.

Поразительная смелость.

— Что ж, энтле. Надеюсь, тебе рассказывали, что за все свои поступки приходится расплачиваться? — Усмехнувшись, я пожал плечами и пошел в свое крыло. Уговаривать эту девицу и тем более тащить в залу силой точно не собирался. Если отцу так захотелось, чтобы я с ней нянчился прилюдно, пусть удосужится приказать леди Малахо́вой лично.

Удивительно, как эта девчонка выдрессировала Рика и всех вокруг. Кем она себя мнила, что король должен сообщать ей приказы при личной встрече? Подумать только, слова наследного принца для леди не являлись гарантом подлинности приказа!

Встретимся ночью, энтле. Там ты не такая смелая, как вживую. Вот тогда и поговорим о почтительном поведении. Видно, одного урока мало. Что ж… придется научить тебя быть хорошей и послушной девочкой. Ты сама меня вынудила. Неловко упасть в обморок при всех? В таком случае, чтобы не допустить конфуза, придется довести леди до слабости в ногах без свидетелей. Воспоминания, как тесно она жалась спиной к спасительной твердости кленовой двери, опалили внутренности жаром. Я мог бы просто протянуть руку. Иномирянка уже сама подалась навстречу и, вероятно, не стала бы противиться, вздумай я залезть ей руками под вырез платья хоть в коридоре. Вряд ли я позволил бы себе подобную выходку, пусть Рику не помешало бы немного протрезветь, увидев доступность своей обожаемой ла-у. Хороша истинная: не прошло и суток, легко разменяла одного брата на другого. Раскрасневшаяся, дрожащая в томительном предвкушении. Может, и стоило преподать им с братом урок? Одному о том, как плохо верить всем подряд, развесив ослиные уши, а второй — о цене лжи. Впрочем... Впереди еще бал. Вечер только начался. Кристин отказалась от сопровождения, но не явиться не сможет. Как удачно.

Глава 5

— Что же теперь будет?! — заламывая руки, добавила градус моей почти что истерике Эрмина. — Что будет!

Я, пусть и не настолько не в себе, вспотевшими ладонями также скомкала юбку, но под действием магического порошка та тут же разгладилась. Ни дать ни взять, юбка-антистресс, не иначе!

— Леди Кристин, ну что на вас нашло, в самом деле! — чуть не плача, не унималась служанка. — Он же вас со свету сживет!

Холодок страха, обнимая колкими объятиями, заставил поежиться, распуская ледяную пелерину не только по плечам, но и по позвоночнику.

Расслабилась и потеряла бдительность… бесстрашной меня никак не назвать, как и идиоткой, что, не зная границ, будет пыжиться при особе намного статусней. Намного? Громко хмыкнула своим мыслям. Я в этом мире была никем в отличие от Дамиана, даже сравнивать нечего. Так что же на меня нашло?

Дамиан… даже в мыслях я называла его по имени. Это ли не ответ? Совершенно на непонятных мне инстинктах я чувствовала, знала, что выходка если и вылезет мне боком, то не на уровне короля и королевы.

— Успокойся уже, — сделав несколько глубоких вдохов, обратила внимание на плачущую служанку. Эх, хотелось бы мне, чтоб она искренне по мне убивалась. Заранее же оплакивает сытое и теплое место. — Рано горюешь.

— Я не… — Встрепенувшись птичкой, Эрмина споро утерла успевшие и так высохнуть слезы.

— Спущусь в зал сама, найду минуту и извинюсь за свое поведение. К тому же, пусть у кого угодно в замке спросит, я могу… эм… отчебучить…

— Могли, — поправляет служанка.

— Что?

— Все знают, что год назад вы, не зная этикета, могли попасть впросак, но вашим образованием занимался его Высочество Ричард…

— Ты вообще на чьей стороне? — возмутилась я.

Поджав губы, хитрая лиса промолчала.

— Ой, всё, не буду терять времени, — отмахнулась я от нее.

— Пусть хранит вас Иллария. — Сотворив охранный знак богини в воздухе, Эрмина, продолжая тихо причитать, проводила меня к двери, закрыв ее за моей спиной так же споро, как я недавно перед лицом мудака-принца. Что ж, Кристин, пора. Вскинув подбородок и выровняв плечи, я направилась к бальной зале.

Знакомые и незнакомые лица, шорох юбок, игра света в украшениях гостей, оценивающие, приветливые, удивленные и высокомерные взгляды, но все неизменно кивали, здороваясь друг с другом и со мной. Я мягко улыбалась в ответном приветствии, стараясь унять внутреннюю дрожь и волнение. Странный контраст эмоций и желаний: хотелось быть в центре внимания, получать комплименты и одновременно охота укрыться в самом темном углу, получив возможность подглядывать втихаря.

Обычно на дворцовых ужинах, в кругу придворных и заезжающих с визитами гостей, меня всегда сопровождал Ри, поэтому было спокойнее, всё же принц за спиной, вернее сбоку, а тут я была предоставлена сама себе, что явно бросалось в глаза вдобавок к платью, что сияло ртутной чешуей и бликовало, я была уверена, не хуже настоящей. Обошла зал по дуге, занимая не самое видное место, поближе к колонне и выходу на балкон. Да-да, те самые пути отступления, в случае чего. Боялась признаться самой себе, но я трусила увидеть реакцию Ричарда, встретиться с ним взглядом, узнать как отреагирует Его Величество на то, что его приказа осмелились ослушаться… Ну кто меня за язык тянул, в самом-то деле!

5.1

Разномастный гул голосов утих, стоило массивной створчатой двери открыться, и глашатаю объявить о прибытии королевской семьи.

За венценосной парой следовали принцы. Оба. Только сейчас я отметила то, что не успела сделать у двери собственных покоев: одет он был получше, чем в нашу первую встречу, хотя бы свой впечатляющий торс прикрыл, но, стоило признать, и в парадном камзоле выглядел впечатляюще! Никаких лишних кружев и украшательств, никаких ярких красок. Сливовый камзол, украшенный аккуратным серебром вышивки, белая рубаха с лаконичными кружевами. Отрезать парочку на манжетах — вообще на нашу, из техногенного мира, будет похожа. Ему бы очень пошла наша одежда: узкие джинсы и черная футболка… и татуировка. Даже мысленно ужаснулась от подобной мысли. Так, стоп. Это что за блажь? Татуировок, особенно брачных или истинных, нам только ко всему счастью не хватало! Какая, к Фирсу, татуировка, Кристина?!

По залу пробежал шепоток, видимо, не все были осведомлены о приезде Дамиана, хотя некоторые дамы были впечатлены чрезмерно и выказывали уж слишком бурную радость. Неожиданно для себя сделала заметки, кто именно из них.

В ответ на масляные откровенные взгляды, наследный принц, не стесняясь, с явным, демонстративным даже удовольствием рассматривал представительниц прекрасного пола, некоторым кивнул, а парочке даже подмигнул с самодовольной улыбкой на лице, которая слетела как последний лист с дуба, когда наши глаза встретились.

Время как будто останавливает свой бег, мы замираем, он смотрит куда дольше, чем положено, злой прищур и горящий магией взгляд уже знакомо проходится по лицу, фокусируясь на губах. Я понимаю, что с замиранием сердца кусаю нижнюю. Черт. Поспешно облизнувшись, даю себе мысленную оплеуху. «Не смотри, не смотри, не смотри», — визжит трусливая часть меня. — «Смотри, не смей отвести взгляд», — командует придурковатая любительница найти на пятую точку приключения.

Кровь бьет в виски, и я опускаю взгляд в пол, зарываясь руками в многочисленные складки платья, в очередной раз за вечер комкая ткань. Сердце колотится всё быстрее, меня переполняют чувства, анализ которым я, конечно, проведу позже, но сейчас… сейчас они меня затапливают по самую макушку!..

Глашатай перечислял полные многоэтажные имена королевской семьи, они рассаживались, и наступила относительная тишина. Смотрела украдкой на первого принца. Он всё еще не занял свое место, флиртуя с какой-то брюнеткой: ослепительной, сногсшибательной, яркой! На ней было платье в голубых тонах с серебряными вставками на лифе, что делали ее белую кожу еще светлее. В голове тут же всплыли его слова: «Серебряный цвет — мой, Кристин». Его рука вдруг провела по линии ее талии, словно лаская нежную кожу сквозь тонкий шелк платья, поднялась к ребрам, Дамиан наклонился к ее ушку, что-то прошептал и девушка покраснела! Ни дать ни взять, как спелый помидор!

Он что, заигрывал с ней? На глазах всего двора? На глазах короля?

Осознание происходящего вышибало воздух. Продолжила маниакально следить за движениями его рук на чужом теле.

«Бесит, бесит, бесит!»

Словно чувствуя мой гневный взгляд, фирсов дракон повел головой и наши взгляды вновь протаранили друг друга.

— Дамиан, — позвал Его Величество, спасая меня от эмоционального самоубийства, — марканская культура, в который ты жил достаточно долго, слишком отлична от нашей, но всё же это не повод относиться неуважительно к собственной! Займи свое место! Иностранные гости вот-вот пожалуют.

Голос короля был напряжен, в нем вибрировала сдерживаемая сила. Мы оба вздрогнули, словно очнувшись от наваждения. Наследный принц уселся на свое место, а я глубоко и медленно выдохнула. Глашатай, как будто только и ждал, когда наконец-то Дамиан займет свое кресло, постучал посохом трижды, витиевато оглашая:

— Высокая принцесса, дочь султана и владыки Киары, брата Солнца и Луны, наместника Темного бога на земле, властелина эмирата Маркан — Дилена Румелия-тессан-сиде.

Придворные ахнули, стоило только миниатюрной брюнетке мягкой поступью войти в зал… или это они изумились громадному белому тигру, что не отступая следовал рядом с ней по правую руку.

— Ну точно день и ночь, — прошептал кто-то сбоку, и я совершенно была с ним согласна! Ее наряд представлял собой нечто совершенно воздушное и смутно напоминающее то, что буквально пару часов назад мне снилось. Свободный силуэт многослойных шаровар, что издали выглядели юбкой, при плавной поступи не сковывали движений, подчеркивая девичью грациозность, плавный изгиб бедра и аппетитный упругий зад, который невозможно было спрятать под вышитой золотом туникой с расклешенными от локтя рукавами! Вместо хиджаба ее лицо было спрятано под легкой вуалью, что лишь добавляло загадочности и притягательности образу. Как будто бы лицо и скрыто, но отчетливо проступающие черты — маленький аккуратный носик, точеные скулы и пухлые губы — притягивали взор.

В отличие от самой принцессы, ее зверь нервничал. Это было заметно невооруженным взглядом: щелкающий по сторонам хвост, злой взгляд, обжигающий ядовитой зеленью, и вздыбленная на холке шерсть. Бедненький. Для животного такое скопление людей, конечно же, было стрессом!

Тем временем принцесса подошла к престолу. Ее слуги склонились в приветствии, поднесли щедрые дары и расшаркались в благодарностях, но всё это проходило для меня фоном, потому как я вместе с той брюнеткой, которую Дамиан тискал буквально пару минут назад, подметила, как наследники двух королевств обменивались многозначительными взглядами. А мы с моей предполагаемой соперницей — своими. Что ж, дорогая, не того поля ягодки мы. Здесь целая принцесса, а не… кто ты? Неужели та самая любовница с полей, требующая шелковые простыни и ближайшие к принцу покои?

5.2

Чтобы как-то отвлечься, бросила взгляд в сторону Ри. Заметив, он улыбнулся открыто, лучисто. Отчего-то второй принц был доволен, словно кот, объевшийся сметаны. Выдавила из себя робкую улыбку, напоминая, что мне надо убедить Дамиана в своем интересе к его брату. Хотя в таком цветнике красавиц он вряд ли вспомнит обо мне…

За марканской принцессой следовали гости из Нихона, Ниргии и далекой Берудии. Когда наступил черед Галдура, по залу прошел недовольный шепот, разом затихший после многозначительного покашливания Его Величества. Бедная королева Миранда. Столько лет прошло, а драконы, да и остальной Трехлунный мир никак не простят галдурцам попытку превратить драконов в бесправных зверушек на поводке их прихоти. Говорят, они ставили жуткие опыты над попавшими к ним, лишая их личности и разума.

— Что ж... — Когда последние иностранные гости заняли свои места в зале, Сигирилл открыл Сезон. — Приветствую наших подданных и гостей Эстинии. Неделя балов в честь праздника Илларии, богини Луны, объявляется открытой! Я знаю, что в прошлом для многих Сезон являлся излюбленным развлечением! Пора возродить давнюю традицию! Тем более у нас, помимо прочего, есть прекрасный повод — мой сын, наследный принц Дамиан Эвар Уэмбли после долгой разлуки вернулся домой! Веселитесь! Радуйтесь! Пусть магия наших земель, магия нашего рода принесет удачу и восполнение сил!

— Сегодняшний вечер мы решили открыть еще одной позабытой, но невероятно важной для драконов и Дома Уэмбли традицией. Давайте возродим «лабиринт» вместе, — поддержала мужа королева. — И пусть истинный, — она зачем-то сделала особое ударение на этом, успевшем набить оскомину слове, — смысл лабиринта утрачен, ничто не мешает юным девам прикоснуться к родовой магии Уэмбли и получить щедрое вознаграждение в случае, если удастся отыскать одного из принцев! Да начнется игра!

«Лабиринт, лабиринт, лабиринт», — послышались перешептывания. Предвкушающие и радостные.

— Правила просты, — воодушевленно продолжил король, — к старту приглашаются все незамужние леди, а дальше ваша собственная магия укажет путь, а родовая магия Уэмбли либо, наоборот, спутает дорожки, либо, соединившись с вашей, приведет прямиком к принцам.

— Ничего не понятно, — неожиданно для самой себя пробормотала я вслух.

— На самом деле всё просто, — так же тихо отозвалась словно взявшаяся из ниоткуда миловидная блондинка. — Раньше этот ритуал использовали для проверки истинности. Ну, знаете, когда приходила на порог оборванка и утверждала, что она истинная какого-то наследника, вот ее направляли в лабиринт. Поговаривали, что ла-у по тем коридорам ведет огненная путеводная нить.

Во рту внезапно пересохло. Хорошо, что на меня никто не строил планов, кроме внезапно оживившегося Ричарда. Мне точно никак нельзя в тот коридор!

— Пожалуй, мне пора подышать воздухом. — Я затравленно оглянулась в сторону открытой балконной двери. Пусть кто хочет несется на крыльях любви к принцам, да хоть бы та озабоченная брюнетка, но я такого счастья точно не желаю. Если проверку решили устроить под ширмой веселья для двора, значит, либо Ри, либо первый принц рассказали родителям о снах. И значит… я, моя свобода и воля в опасности. Ну почему?! Почему я вообще не выскочила замуж за этот год? Или хотя бы не начала принимать ухаживания? Ведь были же кандидаты… правда, быстро ретировались и исчезали… но зато сейчас я была бы в статусе несвободной дамы и мне точно не грозило бы участие в сомнительном действе.

— Хотите сбежать, — понятливо шепнула она. — Я тоже особо не горю желанием. Мне оба принца кажутся… эм… не слишком симпатичными.

5.3

Ничего себе. Даже так…

— Вы не представились, — запоздало опомнилась я, рассматривая незнакомку внимательнее.

— О, вечно в облаках летаю, — она пожала плечами и сделала небольшой книксен, — позвольте исправить свою оплошность. Мое имя — Беатриче Эмилия Ларсен, средняя дочь герцога Ларсена, наместника северных земель Эстинии. Мне невероятно приятно познакомиться с вами, леди Кристин Малахо́ва.

— Неожиданно, — медленно протянула я, — что мое имя знают и в северных землях. Тем более дочь герцога.

— Всего лишь средняя, — поправила она. — О вас не знает лишь ленивый, — прошептала доверительно и ее Бемби-взгляд, такой же шоколадно-теплый, мягкий и нежный, растопил мою колючесть. — Рада знакомству.

— Это взаимно, миледи.

— Можно просто Беатриче или Беа, так называют меня близкие и друзья.

— Тогда буду рада оказанной чести и в свою очередь прошу называть меня Кристин.

Мы обменялись улыбками и наконец-то обратили внимание на перезвон колокольчиков.

— Прошу всех дам, кто желает попытать удачу, пройти к лабиринту.

Неиссякаемая вереница пышных юбок с азартом и спешкой потянулась туда, куда пригласил глашатай. Гостям постарше и замужним леди были предназначены места сверху, над местом проведения, чтобы было видно, кто, куда и как идет. С моей новой знакомой мы дошли до развилки, ступени слева вели наверх, к зевакам — именно туда я планировала попасть.

— Вам, пожалуй, пора, — кивнула я новой знакомой на дверь справа.

Она мило сморщила свой аккуратный носик.

— Не думаю, что отыщу одного из них, но хоть повеселюсь, — подмигнула она.

— Милые дамы, — возле нас материализовался лакей, ненавязчиво теснящий обеих к двери в лабиринт. — Прошу пройти, вас только и не хватает.

— Э-э, — протянула я, судорожно соображая, что б такого соврать, почему мне туда не надо. Словно осел, я упиралась ногами в пол, пытаясь тормозить настырного слугу, что с неменьшим упорством продолжал нас теснить. — Мне не туда.

— Туда-туда, — наступал он, блокируя мою попытку бегства корпусом, — у меня распоряжение относительно вас, леди Малахо́ва.

— Чье?

— Ну как же, а то вы не знаете, — сказал нежно, успокаивающе, как малому ребенку, честное слово! Проворно открыв дверь, затолкал туда леди Ларсен первой, а следом и меня пихнул. — Мы при дворе, и подобные указания нам может давать лишь член королевской семьи. Удачи, леди!

За спиной послышался тихий хлопок двери и… звук ключа. Нас что, закрыли? Затравленно оглядела тускло освещенный зал — огромный, невообразимо огромный! Овальной формы, с рожками канделябров на колоннах. Мы внизу и зеваки сверху, все общество гудело и шепталось. Под ликующий гул толпы потолок и стены, словно озерная гладь в ветреную погоду, подернувшись рябью, пошли волной, а затем и вовсе исчезли (ничего себе спецэффекты), открывая нам звездное небо и три луны, что освещали своим холодным призрачным светом наши испуганные лица. Самая большая, главенствующая сейчас — Луна Илларии — смотрела на нас хитрым глазом, ночная прохлада холодила кожу, заставляя замирать сердце и ежиться. Звезды мерцали по-особенному ярко, переливались мириадами цветов, казалось, они вот-вот упадут и опустятся светлячками на землю. Слаженный хлопок магической иллюзии прозвучал как выстрел, и наступила кромешная тьма.

Испуганный возглас участниц и мой собственный вскрик прервались резко, как только перед нами зажегся свет и… мы оказались за городом!

Перед нами: светлый солнечный день, чистое небо, горы и зеленая долина, поросшая разнотравьем.

— Отриньте страхи и идите, — прозвучал вкрадчивый голос.

5.4

Многие послушались и понеслись к холмам.

Я решила, что подожду здесь, но неожиданно меня прошило насквозь раскаленной иглой боли ровно по центру груди. Казалось, что острый укол, расцветая болезненной пульсацией на лопатке, тянул вперед — настойчиво, необратимо. Охнула, накрыв ладонью плечо, прикусила губы жмурясь. В голову пришла страшная демонстрация Ричарда. Вот, значит, как… это и заставит меня прийти самой.

Пожалуй, единственным выходом было топать следом за всеми, иначе, если останусь здесь, кто знает, что за пытки последуют дальше. Если суждено намотаться на огненный клубок, то лучше добровольно, а не по принуждению на глазах у всего двора. То, как брыкалась иллюзорная девушка в руках у Ри, было слишком живо в памяти. И теперь я сполна ощутила на себе, что это значит.

Боль начала стихать, как только я направилась следом за всеми. Сперва мы шли гуськом. Многие леди с интересом оглядывались, беседовали и в самом деле получали удовольствие от забавы. Я же, чем ближе мы подходили к холмам, все больше нервничала. Кажется, что мы шли бесконечно долго — настолько, что шум травы, легкий ветерок, собственные монотонные шаги вгоняли в чувство прострации и неуместной медитативности, заставляя шагать бездумно, позабыв о том, где я и что происходит. Сколько я так брела, не помню, очнулась лишь тогда, когда ушей достиг сперва шум, а затем и грохот воды. Удивленно моргнула, рассматривая бело-серую скалу по правую руку. Большой водопад, срывающийся с отвеса — шипящий, ревущий, величественный, заставляющий задержать дыхание от восторга и осознания силы стихии, — скрывал неприметный вход.

Те, кто дошел, а таких оказалось на самом-то деле и немного, хихикая и хлопая ресницами, начали заходить в пещеру. Следовали по очереди, не спеша, выжидая определенное время. Оглядела тех, кто остался у входа, с облегчением подмечая Беатриче. Слава Илларии!

— Эй, — позвала тихонько, едва касаясь тонких пальчиков девушки.

Она вздрогнула и прошептала испуганно:

— Я вот только что осознала, не обязательно же попаду к Ричарду, что если тропа приведет к наследному принцу? Уж лучше и вовсе заблудиться в пещерных тропах, чем попасть ему на глаза.

— Мне показалось, многие леди на приветствии были бы рады его компании, — пожала я плечами, наблюдая как постепенно редеет полянка.

— Я слышала разное… — Она оглянулась, как будто за нами наблюдали… хотя почему «как будто» — именно это и делали, использовав на нас пространственную магию.

— Насчет темной магии? — подсказала я.

— Да, — уже едва слышно шевелила губами она. — Говорят, марканские мужчины, дабы избавиться от излишков тьмы, вливают ее… эм… в женский сосуд… если вы понимаете, о чем я.

Трудно было не понять, когда фарфорово-белая кожа северянки стала цветом похожа на вареную свеклу.

— Ну, в целом ясно, — кивнула я, подводя ее за локоток к пещере, — но Дамиан не марканец.

— Но у него сила деда, магия тьмы. Он сильнейший менталист и долгие годы жил именно там ради того, чтобы научится контролировать свою тьму.

— Вообще-то во многих философских трактатах и практиках есть теория о женской и мужской сексуальной энергии. К примеру, — мы остались с леди Ларсен одни, и я даже притормозила, пытаясь развенчать чудовищные мысли бедной девочки, — живот — место накопления женской энергии, как правило, это закрытая зона, его утягивают, прячут, избегают прикосновений мужчины к нему… — В голову неожиданно полезли воспоминания из последнего сна о том, как ЕГО руки сперва мягко огладили живот, а уж только потом опустились ниже… — Так вот, — встрепенулась я, — всё это, басни о темных силах и поглощении, оттуда же. Женщина — это сосуд с энергией, кстати, в моем мире древние называли это «емь», что в переводе означает «емкость», сосуд то есть. Ничего страшного.

Замолкла, наблюдая за тем, как глаза Беатриче округлились, брови встали домиком, а маленький ротик сложился в букву «О».

— Вот Хост меня раздери! Опять разболталась…

— Я не маленькая! — тут же поняла она. — И мама уже присылала целительницу, которая рассказала и показала, как всё происходит…

— Показала? — Теперь мои глаза полезли на лоб.

— Сперва иллюзию, а затем водила в «Красную Розу». У нас принято… как бы сказать, подглядывать, что ли… — Она неуверенно повела плечом, наконец-то заметив, что мы остались одни. — Но относительно темной магии марканцев вы ошибаетесь, леди Кристин. Не каждая может принять мужчину, владеющего тьмой. Не зря же они заводят гаремы. Одна не сможет принять… столько… — она вновь обернулась в сторону входа, — ну, мой черед. Удачи мне? И вам?