Чужие Берега

— Они живут… как до войны, — прошептал Тимур, прильнув к стеклу.

— Лучше, чем до войны, — возразил Адам. — И это странно.

— А людей заметили? — уточнил Эрнест, поворачиваясь к Демиду.

— Чистые. И одеты хорошо, что еще более странно, — ответил Адам.

И действительно, горожане, мелькавшие внизу, были облачены в добротные, светлые одежды. Здесь не было ни серой униформы из Города-01, ни лохмотьев пустынных кочевников. Среди них были люди разных рас и национальностей: европейцы, азиаты, смуглые от природы. Все они выглядели ухоженными, сытыми, излучающими спокойную уверенность. Но было в них что-то неестественное. Слишком правильные улыбки. Слишком плавные движения. Как будто каждый из них играл роль, выученную до совершенства.

— Здесь не было войны, — тихо произнес Демид. — Или они сделали вид, что её не было.

— Заметили что-то ещё? — спросил Адам.

— Заметили. Ни единицы военной техники. Ни солдат. Все безоружные, — задумчиво ответил Демид.

— Рай, бля, — усмехнулся Тимур.

— Посмотрим… — недовольно проворчал Адам.

— Если они нас здесь зажарят, — вставил Виктор, — хотя бы под музыку. Видали, какие у них витражи?

— Ты о чем? — спросил Эрнест.

— О том, что умирать в красивом месте приятнее, чем в грибном оазисе.

— Заткнись, — сказали все хором.

В центре города, словно стремясь в небеса, возвышалось здание Совета. Оно было соткано из белого камня и стекла, каждая грань которого остро устремлялась вверх. Архитектура вызывала ассоциации с готикой. Шпили, витражи, но в то же время в ней ощущался некий холодный, инопланетный минимализм. Ни единого лишнего элемента. Всё было строго, функционально, величественно.

— Это не наш стиль, — заметил Адам, когда аппарат плавно опустился на площадку перед главным входом.

— Архитектор мог быть иностранцем, — предположил Эрнест.

— Или не человеком, — добавил Демид.

— Или просто у них вкус лучше, чем у нас, — усмехнулся Тимур. — Мы под землёй в бетонных норах жили.

— Заткнись, — бросил Виктор. — Не позорься.

Они вышли. Воздух под куполом был тёплым, наполненным ароматом цветов и свежести. Никакого ветра, никаких запахов смерти. Вокруг была идеальная, стерильная чистота.

— Меня это всё уже нервирует, — признался Тимур.

— Меня тоже, — согласился Демид. — Поэтому молчим, смотрим, слушаем.

У входа их встретил молодой человек в строгой светлой одежде. Ему было около тридцати, короткие русые волосы, голубые глаза. Он выглядел уверенно и предельно сдержанно. Идеальные черты лица, спортивная фигура, уверенная осанка — во всём этом ощущалась какая-то холодность. Обернувшись, Демид отметил, что их провожатый исчез, так же бесшумно, как и появился.

— Вы гости с севера? — спросил встречающий, слегка склонив голову и оценивающе разглядывая прибывших.

— Да, — ответил Демид.

— Совет ожидает вас. Следуйте за мной.

Они пошли по длинному коридору, стены которого оживали изображениями искусственных панорам: горы, океаны, леса. Красиво, но до неестественности. Слишком ярко, слишком насыщенно, как в дешёвом фильме.

— Где вы взяли эти кадры? — спросил Адам.

— Это съёмки довоенной эпохи, — ответил провожатый, не оборачиваясь. — Мы храним память о мире, который был. И который уничтожили люди.

— Некоторые люди, — поправил Демид. — Не все.

Провожатый промолчал. Коридор закончился двойными дверями из матового стекла, которые открылись беззвучно.

Зал Совета был огромен. Потолок терялся где-то в вышине, сквозь огромные стеклянные поверхности проникал рассеянный свет. В сердце этого пространства, словно застывший из самой вечности, возвышался стол из темного, дышащего холодом камня.

За ним восседали они – люди, чьи черты, отточенные до абсолютной симметрии, казались высеченными рукой гениального ваятеля, а не рожденными самой жизнью. Их лица, безупречные, словно стертые от излишней индивидуальности, были лишены улыбок, застыв в идеальной, но безжизненной маске. И глаза… о, эти глаза! В них горел неестественный, притягательный свет: у одних – ледяная синь, что могла заморозить душу, у других – янтарная бездна, манящая и одновременно пугающая своей глубиной.

— Проходите, — сказал человек, сидевший во главе стола.

Ему было около сорока пяти, но всё внимание привлекали пронзительные серые глаза, в которых иногда мелькало что-то холодное. Он не встал, лишь жестом указал гостям на свободные кресла напротив.

Демид сел первым. Адам и Эрнест разместились по бокам от него. Тимур и Виктор же остались стоять у входа, на всякий случай.

— Я Рэм, главный координатор Антарктического анклава, — властно представился мужчина. — Зачем вы прибыли к нам?

— Эта земля была отмечена на нашей карте синей точкой, — ответил Демид. — Значит, здесь возможна жизнь. Или, может быть, нужна помощь.

— Синяя точка, значит… — многозначительно повторил координатор. — А «помощь» — это уже ваша интерпретация, видимо. Мы ни в чьей помощи не нуждаемся.

— Возможно, вас что-то интересует? — спокойно задал вопрос Демид.

— Информация. Вы прилетели с севера. Что осталось от мира? — спросил один из сидящих за столом.

— Руины, радиация, голод. Остатки людей выживают в подземных бункерах, в пещерах, в пустынях, — уверенно ответил Демид.

— И всё? — неожиданно в разговор вступила молодая красивая женщина, вошедшая в зал.

Она была одета в светлое прямое длинное платье, а её золотистые волосы струились по плечам. Присев рядом с Рэмом, чуть позади, она всем своим существом излучала ту же незыблемую власть, что и координатор.

— Жить можно, но опасно, — продолжал глава экспедиции, отвечая на вопросы.

— Где же вы сами живёте? — строго спросил координатор, не отводя взгляда от вошедшей женщины. Та, в свою очередь, смотрела на Демида с холодным выражением, которое трудно было прочитать.

— Под землёй. В комплексе, построенном аэта, — честно ответил Тимур.

Рэм удивленно поднял брови. Остальные члены Совета молча переглянулись.

— Аэта? Вы знаете о них? — продолжила допрос женщина, сидя возле координатора и ничуть не удивившись, или не показав виду.

— Мы нашли базу. Умеем пользоваться их технологиями. Наш корабль достался от них, — спокойно ответил Демид.

— Значит, вы не просто выжившие. Вы — наследники? — спросила молодая женщина.

Её глаза, неестественно ярко-зелёные, с вертикальными зрачками, пристально осматривали гостей, и на долю секунды показались Демиду змеиными. Она моргнула, и они снова стали обычными, человеческими.

— Можно и так сказать, — произнёс Демид, и ему почему-то стало стыдно за свою ложь, но рассказывать о Диане незнакомцам не хотелось.

— И вы прилетели к нам за помощью? — продолжила женщина.

— Мы прилетели, потому что ищем место, где можно создать новую колонию. Люди не могут жить под землей. Многие умирают. Им нужна помощь.

— Место? — Рэм усмехнулся. — Здесь? В Антарктиде?

— Если вы примете нас, — неожиданно в разговор вступил Тимур.

— Мы никого не принимаем. Антарктический анклав — это закрытое сообщество, и живет оно само по себе. Проблемы мира нас не касаются, — ужасающе обычно и холодно ответил координатор.

— То есть вы нам отказываете? — спросил Адам.

— Нет. Вы можете передохнуть и пожить в наших городах, если захотите. А где ваши женщины? Или среди вас их нет? — произнес координатор весьма подобострастным голосом.

— Есть, но они останутся на корабле, — твёрдо сказал Демид.

— Как пожелаете, — недовольно буркнул Рэм.

— У нас есть просьба, — Демид решил рискнуть. — На Мадагаскаре, у берегов, живут люди. Островитяне. Им очень плохо. Они умирают от голода и болезней. Мы оставили им припасы, но этого мало. Мы могли бы перевезти их сюда? За два полета управимся. За один раз всех не вместить, у нас места мало, а у вас целый обжитой город.

Наступила гробовая тишина. Координатор Рэм посмотрел на Демида долгим, холодным взглядом.

— Ты просишь нас спасти людей, которые уничтожили свой мир? — спросил он наконец.

— Это правители погубили планету, — возразил ему Демид.

— Они выбирали этих правителей. Или молчали, когда те развязывали войны. Они заслужили свою судьбу, — произнесла женщина, сидящая возле Рэма.

— Вам не жалко даже детей? — внезапно спросил Адам.

— Дети умирают вместе с родителями. Это закон природы, — холодно ответил координатор.

— Вы чудовище, — выдохнул Тимур.

— Я реалист, — спокойно ответил координатор. — Старый мир был гнилым. Жестоким. Алчным. Он не заслуживал спасения. Мы построили новый, здесь, в вечной мерзлоте. Чистый, правильный. И мы не пустим тех, кто принесёт с собой болезни, войны и предательство.

— Они просто хотят жить, — уверенно произнес Демид.

— Все стремятся к жизни. Но не всякому она по праву дана, — холодно проговорила женщина, а в её глазах вновь на мгновение мелькнул скользкий, змеиный отблеск.

Демид сжал кулаки, но промолчал, едва сдерживая гнев, готовый вырваться наружу. Адам положил руку ему на плечо, словно пытаясь успокоить бурю.

— Бесполезно, командир, — тихо произнес он. — Они разучились быть людьми.

— Мы больше, чем люди, — усмехнулся Рэм, его голос звенел холодной уверенностью. — Мы — вершина эволюции.

Золотые пряди обрамляли лицо женщины, но в ее улыбке таилось нечто хищное. Глаза ее вновь сверкнули неестественным светом, и на миг отчетливо проступил змеиный зрачок.

— Вы получите жильё рядом с посадочной площадкой, — громко произнес координатор, подводя черту. — Отдыхайте сегодня. Завтра продолжим разговор. Слишком много эмоций. Это нехорошо.

— Пока мы останемся на корабле. Будем изучать материалы базы под вашим городом, — провокационно произнес Демид.

В зале повисла гнетущая тишина. Члены Совета замерли. Главный координатор медленно повернулся к Демиду.

— Откуда вы знаете об этой базе?

— Наш корабль зафиксировал автоматический сигнал на частотах. Он идёт с вашей территории, — пояснил Демид.

— Эта база закрыта. Она не работает.

— А сигнал идёт, — настоял Тимур.

— Мы это проверим.

— Если необходимо, то мы можем вам помочь… — начал Тимур, но Демид наступил ему на ногу, дабы он не проболтался о гибридной сути Дианы, связанной с аэта.

— Не нужно. Мы сами справимся, — отрезал координатор в ту же секунду.

Он встал, давая гостям понять, что разговор был окончен. Провожатый в абсолютном молчании направился с гостями к воздушному аппарату.

На обратном пути Адам спросил:

— Что ты думаешь обо всём этом, командир?

— А что он думает, — тихо ответил ему Виктор. — Провоцировал он их. Тестировал. И они тест не прошли.

— Они лгут, — шепотом ответил Демид. — О базе, конечно, знают, но явно не контролируют её. Им есть что скрывать.

— Всем есть что скрывать, — процедил Адам.

— Но они красивые, — заметил Тимур. — Даже слишком. Неестественные какие-то.

— Это и пугает, — отозвался Эрнест. — И у той блондинки глаза были как у змеи. Ты видел?

— Видел, — кивнул Демид. — И мне это не нравится.

— Может, они не совсем люди? — предположил Виктор. — Мутанты?

— Или совсем не люди, — добавил Адам.

На борту их ждал тревожный приём. Диана, дождавшись, пока Демид ступит на корабль, обняла его с такой силой, словно хотела удержать от исчезновения.

— Всё в порядке? Я так за вас боялась. Ощущала опасность.

— Нам выделили жильё. Завтра продолжим разговор с ними, — Демид попытался придать голосу спокойствия, но тревога проскальзывала между слов.

— А база? Ты видел их реакцию? Меня даже через программатор пробрал озноб от их раздражения на твои слова.

— Видел. Крайне странно. Они отказались от нашей помощи, — Демид постарался отмести тему, чтобы не волновать её ещё больше.

— Странные — это мягко сказано. Я слышала, ты просил их помочь островитянам.

— Просил, но они ответили отказом. Сказали, что старый мир не достоин спасения, — добавил он с горечью.

— Да. Очерствевшие от сытости и власти, они никогда не поймут тех, кто живёт на грани вымирания, — с горечью произнесла Диана.

Генетта, спрыгнув с её рук, метнулась к выходу, застрекотала, не сводя глаз с прозрачного купола.

— Она тоже чувствует, — тихо проговорила Диана. — Здесь что-то не так, Демид.

— Узнаем, — ответил он, мягко коснувшись её щеки. — Не всё сразу, родная.

— Если они не люди, то кто же они? — внезапно подал голос Тимур, нарушив молчание.

— Это нам и предстоит выяснить, — уверенно произнёс Демид, вглядываясь в темноту за бортом.

— Нам необходимо забрать сферы с базы аэта, — задумчиво произнёс Чан.

— А островитяне? — в голосе Дианы прозвучала нотка отчаяния. — Что будет с ними?

— Островитяне… — Демид замолчал, подбирая слова. — Островитяне… выживут. Или нет. Но мы не сможем им помочь, пока не разберёмся с этим местом.

— И с его хозяевами, — добавил Адам, его голос звучал жёстко.

За бортом, под безмолвными куполами, мерцали огни идеального города. Идеального настолько, что эта безупречность навевала леденящий страх.

ГЛАВА 17. ЦЕНА ОШИБКИ

Пока их корабль застыл на посадочной площадке, Демид и его команда погрузились в изучение потока данных, поступающих с разведывательных дронов и анализаторов «Надежды». Глубоко под антарктическим льдом, за неприступными куполами идеального города, скрывалась паутина тоннелей и залов, хранящих эхо тайн. Каждый обрывок кода становился для них ключом к разгадке природы этих загадочных обитателей. Необъяснимые сигналы, пульсирующие из недр планеты, превратились для Демида в навязчивую идею. Он чувствовал, что именно в сердце этого материка кроется ответ на главный вопрос.

Судя по показаниям приборов, здесь присутствовало нечто большее, чем просто сферы аэта для производства энергии. Существовал еще иной, загадочный источник, жизненно важный для аэта.

Демид, разрываемый между долгом перед своей командой и состраданием к обездоленным островитянам, которым пообещал помочь, понимал, что экспедиция приняла новый, смертельно опасный оборот. Выживание людей, чьи судьбы теперь зависели от них, висело на волоске. Но всё же прежде необходимо было разобраться с хозяевами этого ледяного, независимого анклава. Их холодная отстраненность, их змеиные зрачки — всё это говорило о том, что люди столкнулись с чем-то, далеко выходящим за грани человеческого понимания.

Эта ночь была пропитана тревожными предчувствиями и работой с поступающими данными. Спящие под куполами, казалось, излучали некую чуждую, морозную энергию, заставляя генетту нервно стрекотать и ощетиниваться, чувствуя приближение беды. Диана же держалась ближе к Демиду, считывая и анализируя информацию. В её глазах отражалась тревога, но за ней скрывалась и решимость. Она хотела понять, кто эти существа, скрывающиеся за маской совершенства.

С наступлением ночи, под тусклым, бесконечно далеким антарктическим солнцем, команда была готова к действию. Непроглядная мгла неизвестности лишь подстегнула их, делая каждое решение весомым. Осознание того, что они столкнулись с силой, способной уничтожить не только их, но и остатки человечества, гнало вперед сквозь страх. Узнать правду, раскрыть тайны антарктического анклава — в этом была их новая, неотложная цель.

Проведя несколько часов в скрытой разведке, команда старалась не привлекать внимание хозяев. Чан с помощью корабельных сканеров уточнил координаты базы аэта. Она находилась в центре континента, на глубине около пяти километров.

Демид хмуро всматривался в голографическую карту материка, которую на главный экран вывел Чан.

— Нам нужно попасть на эту базу. Сигнал идет оттуда, значит, там есть сферы. И, возможно, ответы. Отправимся на глиссере к шлюзу аэта, — уверенно сказал глава экспедиции после долгого молчания.

— А если там ловушка? — спросил Адам.

— Тогда будем выходить из положения по ситуации, на крайний случай с помощью «Шепотов», — задумчиво протянул Демид.

— Оптимист, — выдохнул Виктор.

Ночью, когда искусственное солнце под куполом погасло и город погрузился в синтетическую тьму, команда выдвинулась. Вместе с Демидом отправились все, и только Чан остался на корабле, чтобы следить за перемещениями патрулей.

— Тень берем? — удивленно спросила Лара, глядя на зверька, который уже прыгнул на плечо к своей хозяйке.

— Берем, — уверенно ответила Диана.

Глиссер, включив режим невидимости, медленно и бесшумно выскользнул из чрева транспортного корабля и взял курс на восточную часть материка, где, согласно координатам, располагался шлюз для воздушного входа на базу.

Едва они зависли над ним, а Диана коснулась кнопок на своем экране управления, как створки шлюза с легким шорохом открылись. Корабельный сигнал, которым управлял Чан, и её биометрия сработали синхронно. Тяжелые врата разъехались, выпуская струю теплого, сухого воздуха.

Глиссер влетел в шлюз, и створки моментально закрылись. К удивлению команды проход был не вертикальный, как на их базе, а практически горизонтальный, но мягко уходящий в глубину, которая состояла полностью из синего металла. По всему было понятно, что данная база была значимой для пребывания аэта на Земле и часто использовалась ими.

Плавно приземлившись спустя несколько минут, команда с изумлением оценила масштабы базы. Найденный и присвоенный ими комплекс теперь казался крошечной игрушкой.

— Глиссер оставляем здесь, дальше пойдем пешком, — приказал Демид.

Они двинулись по пустым коридорам базы аэта — абсолютно гладким, темно-синим, пульсирующим слабым, ритмичным светом. Генетта бежала впереди, время от времени стрекотом указывая верный путь.

— Сферы должны быть в центральном хранилище, — сказала Диана, показывая рукой в сторону ответвления в соседний коридор. — Я чувствую их пульсацию.

Они вошли в колоссальное по размерам помещение. Сотни энергетических сфер парили в нишах, создавая иллюзию живого звездного неба.

— Сколько их… — выдохнул Тимур. — Мы столько не утащим.

— Возьмем самые мощные. Остальные оставим здесь. Это теперь будет нашим хранилищем на будущее, — решил Демид.

— Мы пойдем посмотрим, что здесь еще есть, — буркнула Лара мужчинам.

Диана и Амина вышли за ней из зала и направились в центр управления. Едва женщины подошли к главному пульту в центре зала, Диана коснулась сенсора, чтобы изучить статус базы. По всему помещению мгновенно разнесся механический голос, явно принадлежащий аэта:

— Идентификация: Сияющая тираг. Доступ разрешен. Активация протокола связи с материнской сетью.

— Что? — переспросил Эрнест, входя в зал управления. — Что она сказала?

— Не знаю, — растерянно ответила Диана, с ужасом глядя на свои руки, которые начали слабо светиться пульсирующим голубым светом, а Светоч, лежащий в кармане её комбинезона, моментально нагрелся.

— У тебя… какие-то странные татуировки? — спросила Лара, не сводя с неё глаз.

— Нет. Это сияние, но я его не ощущаю, — ответила Диана, осматривая места на руках, которые в один миг перестали светиться.

— Твою мать, ничего здесь не трогай! — рявкнул Адам, подбегая к ней, но было поздно.

— Я ничего не понимаю, — нервничая, пробубнила Диана.

В этот миг на пульте тревожно замигал индикатор. Бездушный голос аэта продолжил, громко разносясь под металлическими сводами:

— Информация отправлена в Межгалактический совет. Наследник Сияющего тирага и Локор находятся на планете Земля. Статус планеты: не свободна. Захватчики: Вирэмы. Вмешательство не разрешено.

— Вирэмы? — переспросил Демид, чувствуя, как холодок пробежал по его спине. — Не аэта? Теперь я ничего не понимаю. Что здесь происходит?

— Похоже, у нас есть враги, — мрачно добавил Адам. — А еще мы во что-то влипли и где-то засветились. И что-то мне подсказывает, что это не только Ледяные инженеры знают теперь о нас.

Чан, слушавший всё по связи, взволнованно заговорил, перекрывая шум помех:

— Командир, я зафиксировал исходящий сигнал. Он ушел в глубокий космос. Колоссальная мощность.

— Что будем делать? — твердо спросил Тимур.

— Забираем сферы и на сегодня всё. Уходим, — отрезал Демид. — Вернемся сюда позже.

— А если местные нас вычислят? — подала голос Лара.

— Не должны. Мы были осторожны. Глиссер шел в режиме невидимости.

— А если всё же они нас отследили?

— Тогда и будем думать, — спокойно ответил ей Демид.

Они погрузили в специальные контейнеры десятки сфер. Тимур и Лара нашли маленькие устройства — гладкие пластины из странного, неземного металла, и показали Диане. При прикосновении они оживали, и механический голос начинал звучать из них, словно из динамиков, мгновенно переводя любую речь на понятный язык.

— Лир-узлы, — прочла Диана надпись на одной из пластин. — Видимо, это универсальные переводчики аэта.

— Берем. Пригодятся, — усмехнулся Эрнест.

— Возвращаемся, — громко скомандовал Демид.

Но едва они тронулись к выходу, как механический голос аэта разнесся с новой силой, холодный и неумолимый:

— Приоритетный протокол. Новый код базовых врат активирован. Приказ Межгалактического совета: не выпускать носителя до прибытия Сияющего тирага Лаар Фая на «Исследователе».

— Что? — выдохнул Демид, резко оборачиваясь к команде.

— Он что, нас запер? — ахнул Тимур.

Подтверждая его слова, тяжелые створки дверей зала и шлюза, через которые они вошли на базу, с лязгом захлопнулись. Стены зала замерцали алым, по полу побежали мягкие пульсирующие линии, словно сама база, объятая тревогой, забилась в ожидании.

— Это говорит ядро управления, — прошептала Диана, чувствуя, как сияние на её руках разгорается в ответ. — Кто-то ввел новый код. Оно не выпустит нас.

— Тогда взорвём его к чертям, — рявкнул Адам, вскидывая «Шёпот».

— Не поможет, — предостерег Чан по рации, голос его был напряжен. — Ядро — это энергетическая сущность, сплетенная со сферами. Повредите его, и вся база взлетит вместе с вами.

— Ты хочешь сказать, что мы в ловушке? — нервно спросила Амина.

— Пока да.

Демид стиснул челюсти. Его взгляд скользнул по залу, по пульсирующим линиям, по лир-узлам, что лежали у каждого в руках.

— Лир-узлы, — шёпотом произнёс он. — Они переводят не только язык. Могут ли они подделать сигнал, Чан?

— Теоретически, — ответил Чан через связь программатора. — Если ты сумеешь подключиться к ядру и транслировать ложный приказ.

Демид подошел к центральному пульту. Диана мгновенно оказалась рядом.

— Что ты задумал? — спросила она.

— Я отправлю ядру ложный сигнал, что твоя биометрия — ошибка.

— А если оно не поверит?

— Тогда мы умрём, — он взял её за руку. — Но я всё равно попробую.

Демид подключил лир-узел к программатору Илиона, а программатор — к пульту. Экран ожил, строки кода побежали с бешеной скоростью.

— Чан, мне нужен доступ к протоколу идентификации.

— Пытаюсь. Ядро блокирует связь. Диана, коснись сенсора на главном пульте.

Она положила ладонь на панель. Сияние вспыхнуло, и на мгновение всё замерло.

— Сейчас! — крикнул Чан.

Демид ввёл команду. Строка «Статус: Сияющая тираг» мигнула и сменилась на «Ошибка идентификации. Биометрия не подтверждена. Протокол задержки отменён». Двери со скрежетом отворились.

— Бегом!

Вся команда в одном порыве рванула к выходу. Но программное ядро базы, осознав обман, взревело. Стены задрожали, с потолка посыпалась пыль. Пульсирующие линии запылали багровым.

— База запустит самоуничтожение! — крикнул Чан.

— Сколько у нас времени?

— Не знаю. Бегите!

Они со всех сил мчались по коридорам. Генетта бежала впереди всех, стрекоча. Адам и Эрнест прикрывали тыл. Демид тащил Диану за руку, хотя она бежала не хуже него.

— Не отпускай! Я не хочу остаться здесь, — крикнула она.

— Никогда не отпущу!

Вся команда выскочила в шлюзовую камеру, где ждал глиссер. Без слов все запрыгнули, тревожно оглядываясь по сторонам. Демид моментально завёл двигатель одним касанием сенсора.

— Взлетаем!

Глиссер стремительно рванул вверх и направился к выходному шлюзу, едва не задев закрывающиеся створки. Сзади раздался глухой скрежет.

— Мы живы, — выдохнул Тимур, когда глиссер вынырнул на поверхность планеты из недр базы аэта.

— Пока да, — тревожно ответил Адам. — Кто-нибудь понял, что за «Исследователь» должен сюда прибыть?

Все переглянулись и молча покачали головами, ничего не понимая в произошедшем. Каждый ощущал, что произошло что-то важное, но что именно, не понял никто.

На корабле, когда они уже поднялись на борт «Надежды», Диана дрожала от пережитого ужаса. Демид обнял её и увёл в каюту.

— Всё кончено. Тебе не стоит переживать.

— Нет, — она посмотрела ему в глаза. — Только начинается. И ты это знаешь не хуже меня. Мы нехотя сделали что-то неправильное, и теперь они придут за мной.