Злодеи выбирают себя. Том 3

«Тоже чувствуешь?» – подумала Чэнь Син.

«Что тебя избегают и боятся? Кажется, да», – отозвался Тонхон.

Хмыкнув и проигнорировав поведение заклинателей – но мысленно поставив галочку напротив пункта «преподать урок дисциплины этим негодникам», – Чэнь Син двинулась к тренировочной площадке. Подростки, закончив занятие, спешили освободить поле, разбегаясь кто куда.

– Учитель, мы здесь! – донёсся до неё голос Фэя.

Рядом с ним стоял парень похожего роста и комплекции, в котором Чэнь Син признала Хиро. Но стоило ей внимательнее присмотреться к нему, к повзрослевшей копии того юноши, которого она запомнила до ухода в горы, как невольно остановилась. Несмотря на невозмутимое выражение лица, во взгляде на мгновение промелькнуло искреннее удивление, граничащее с ужасом.

«Ну… теперь понятно, почему тебя стали любить ещё меньше, – донёсся до неё нерадостный комментарий Чжао Е. – Знаешь, я не удивлюсь, если все думают, что это работа ваших общих, так сказать, усилий».

«Пристрелите меня», – с трудом сдержав вздох полнейшего отчаяния, подумала Чэнь Син. Если бы не слегка вьющиеся непослушные волосы, а также более ясный открытый взгляд, вероятно унаследованный от матери, Хиро оказался бы точной копией Юань Юня.

У Чэнь Син перехватило дыхание. Она смотрела на своего ученика, словно на диковинный трофей, и глупо хлопала ресницами. Они с Фэем поравнялись в росте, Хиро носил более просторные тёмные одежды, в то время как его шисюн предпочитал простой крой, отчего выглядел более худым и жилистым.

– С возвращением, учитель, – приветливо улыбнувшись, поклонился Хиро.

Она не знала, как правильно реагировать на человека, ставшего неидеальной, но точной копией своего отца. На пару мгновений у Чэнь Син что-то перемкнуло в голове. Захотелось притвориться зимним ветром, ускользающим от всех проблем, и не сталкиваться с последствиями долгого отсутствия.

– Учитель? – отметив её молчаливость, тихо позвал Хиро.

– Вы так выросли, что вот думаю, как вам щелбаны раздавать.

Парни переглянулись, обмениваясь неловкими улыбками. А у Чэнь Син сердце кольнуло от вида улыбающегося Хиро, – слишком похож на Юань Юня.

– Вы заняты сейчас? – спросила она.

– Этот ученик закончил проводить занятия, – отозвался Хиро, оглядываясь, – поэтому он с радостью уделит время учителю.

– Я тоже пока свободен. Учитель, не хотите пообедать?

– Только лёгкой едой. После четырёх лет голодания мой желудок вряд ли обрадуется чему-то сытному. Поручи приготовить обед кому-нибудь из учеников.

– О, а я думал, вы позволите мне приготовить.

– Фэй, – вздохнула Чэнь Син, – я верю, что за минувшие годы твои кулинарные навыки улучшились, однако ты уже взрослый молодой человек. Лучше потратить время на обсуждение дел. Наверняка вам есть что рассказать, помимо слухов обо мне, которые разошлись по всей школе.

При упоминании слухов Хиро нахмурился и с насторожённостью глянул на Фэя, который виновато пожал плечами. Чэнь Син не стала заострять на этом внимание, для неё, да и для парней, наверняка легче игнорировать неловкость. Поэтому, как ни в чём не бывало обернувшись и направившись в сторону своего дома, она предпочла хотя бы притвориться, что ситуация её не угнетала. Да и перед обедом ей следовало привести себя в порядок.

К счастью, её покои остались нетронутыми. Проверив содержимое шкафов, Чэнь Син обнаружила в верхнем ящике маленький мешочек с пилюлями, которые ей когда-то передавала Лин Бижань. Теперь эти таблетки были для неё на вес золота, если она собиралась продолжать делить с Чжао Е постель. Только вот огромные вопросы вызывал срок годности.

«Ну… теперь особо выбирать не из чего, – подумала она, развязав узелки и закинув одну из них в рот. – Даже если запрошу несколько порций для учеников или обычных заклинателей, всё равно будут думать, что беру для себя и одного из своих любовничков. Хотя, учитывая гуляющие слухи, даже любопытно посмотреть на выражение лица Лин Бижань, и как она побежит орать на Тэ Синя».

Решив оставить водные процедуры на вечер, Чэнь Син сменила наряд и, покрутившись перед зеркалом, обернулась к Чжао Е:

– Ну как?

«Помыться бы точно не помешало».

– От меня пахнет?

«Я – лис. Я даже отсюда чувствую запах. Но не переживай, человек ничего не почувствует».

Чэнь Син озадаченно принюхалась к себе, однако не почувствовала неприятный запах, оттого ещё сильнее растерялась и вопросительно глянула на Тонхона.

«Что? Разве я говорил, что мне не нравится, как ты пахнешь?» – с откровенной ухмылкой полюбопытствовал он, виляя рыжим хвостом.

Вздохнув из-за его ехидных речей, Чэнь Син предпочла не комментировать услышанное и направилась в обеденную, где её ожидали Хиро и Фэй. Чжао Е следовал по пятам. Ученики разговаривали, сидя рядом друг с другом, и беззаботно улыбались. Одного взгляда на эту картину хватило, чтобы заметить её незавершённость, – Чэнь Син словно физически ощущала отсутствие Шани. Прошло больше четырёх лет с тех пор, как ученица ушла из духовной школы и не нашла ни единой причины, чтобы вернуться. Неужели пребывание здесь настолько тяжёлое бремя для неё?

«Или с ней что-то случилось», – обеспокоенно подумала Чэнь Син. Хотя тут же себя одёрнула, подмечая, что у неё нет права на беспокойство, раз она так и не отправилась на её поиски, предпочтя уйти в глубокую медитацию.

– Учитель, – окликнул её Фэй, обращая на себя внимание.

Подумав, что к чему, Чэнь Син осмотрела обеденный стол, где уже стояли блюда. На месте, которое, похоже, предполагалось для неё, стояла миска с лёгким овощным супом, а рядом – рисовые лепёшки.

– Смотрю, вы хорошо тут проводите время, – присаживаясь за стол, отметила Чэнь Син. – У меня к вам много вопросов. Надеюсь, вы ответите на них честно.

– Конечно, учитель. Мы рады, что вы вернулись, – улыбнулся Хиро. – Прошу, поешьте сначала, прежде…

– Я сама решу, когда мне есть, а когда говорить. Вы, кстати, что-то принесли Тонхону?

– А, да, конечно, – отреагировал Хиро, подвинув небольшую миску с нарезанным сырым мясом. Поставив её на пол, он произнёс: – Есть вот это.

Чжао Е, будучи в обличье лиса, не возражал против сырой пищи, поэтому сразу направился поглощать угощение.

– Молодец, помнишь про Тонхона. А теперь к делу. – Взяв в руки миску с супом и сделав пару глотков, Чэнь Син сказала: – Начну, пожалуй, с самого болезненного вопроса. Есть ли новости о Шани?

Знакомое имя подействовало на Хиро и Фэя подобно заклинанию сдерживания. Они переглянулись, на их лицах сразу проступили неловкость и вина.

– Понятно. Новостей нет. Тогда дальше. Что?..

– Учитель, мы честно пытались, – с чувством повысил голос Фэй, перебив её. – Я искал её, но она исчезла, словно камень, свалившийся в море. Никто о ней ничего не слышал, никто не видел девушку, похожую на неё, а если и видели, то это не она и…

– Фэй, я поняла, – сдержанно прервала его Чэнь Син, вновь сделав глоток супа. – Следующий вопрос. Какова обстановка в усадьбе? Меня интересует дисциплина, организационные нововведения во время моего отсутствия, а также действия мастера Гуан Шэна. Можете говорить.

Вновь повисла тишина, которую разбавляли чавканье Чжао Е да тихий стук посуды. Терпеливо ожидая, когда парни перестанут молчать, Чэнь Син взяла палочки и принялась вылавливать кусочки овощей.

– С вашего ухода мало что изменилось, учитель, – сообщил Хиро. – Хотя не могу не отметить, что дисциплина ослабла. Мастер Гуан Шэн добрый и достаточно снисходительный человек, многие ученики перестали бояться наказаний. В организационную деятельность мастер Гуан Шэн не посвящал нас, но, по ощущениям, содержание усадьбы стало меньше.

– Но и выполнять заказов мы тоже стали не больше, – напомнил Фэй. – Нас куда чаще отправляют на обычные сражения с лисами-оборотнями как мастеров формаций вместе с заклинателями из усадьбы Лазурного дракона. Это остальные могут хорошо подзаработать, купаясь в деньгах и почёте.

– Понятно, – прожевав пищу, отозвалась Чэнь Син и с задумчивой отстранённостью посмотрела на тарелку с лепёшками. Аппетит не спешил возвращаться, поэтому она перестала есть и отставила посуду. – Происходили какие-то инциденты?

– Серьёзных – нет. У нас состоялось два крупных сражения с лисами-оборотнями. К сожалению, в последнем мы потеряли второго мастера Хо, а мастер Ян Сэнь до сих пор испытывает проблемы с левой рукой и не может сражаться как прежде.

– Мастер Хо из усадьбы Белого тигра, – произнесла Чэнь Син. – Ему нашли замену или Юань Юнь управляет усадьбой один?

– Управляет один.

– Понятно.

Чэнь Син всё рассматривала рисовые лепёшки, а когда собралась с духом и подняла взгляд на парней, мысленно выругалась. Видеть их такими взрослыми очень непривычно и отчасти страшно. Она ведь помнила их детьми-подростками, а теперь перед ней сидели двое молодых мужчин. Если бы она находилась минувшие годы рядом с ними, то не заметила бы изменений. Но сейчас, когда один из них вообще оказался ходячей копией Юань Юня, всё стало слишком сложно.

Вряд ли ученики расскажут ей что-то о переменах во власти духовной школы, Чэнь Син придётся самой узнавать о тонкостях всех изменений. Как бы ей ни хотелось выведать нюансы, она напомнила себе, что Хиро и Фэй в первую очередь её ученики, а не помощники.

– Тогда обсудим самое важное. Готовы отчитаться о выполнении заданий, которые я давала вам перед уходом?

– Всегда готовы, – решительно кивнул Фэй, потянувшись во внутренний карман ханьфу и достав сложенную в несколько раз бумагу.

Судя по всему, он действительно подготовился весьма основательно.

– Хорошо, Фэй, тогда отчитывайся о своих результатах. Если кто-то из вас приукрасит историю, ваш учитель об этом узнает и ни о каких наградах не мечтайте. Скорее, будете вымаливать у вашего учителя прощение и помилование. А в целом… говорите.

Нервно глянув на Хиро, который являл собой воплощение спокойствия и дружелюбия, Фэй прочистил горло и принялся зачитывать:

– За минувшие годы этот ученик выполнил девяносто три задания и обнаружил три артефакта: проклятый камень из пещеры Чжаоян, меч семи цветов и солнц, а также нефритовую брошь богини луны. Насчёт броши трудно сказать, однако мастер Гуан назвал этот артефакт именно так и подметил, что подобная находка – невиданная редкость. Этот ученик также участвовал в одном из крупных сражений при штурме лисьих нор, это сражение!..

– Значит, девяносто три задания и три артефакта, – прервала его Чэнь Син, кивнув и переведя взгляд на Хиро. – Каков твой результат?

– Сто пять заданий и четыре артефакта.

– Да это потому, что он брал простые задания! – возмутился Фэй, недовольно глянув на Хиро. – Пока я отлёживался после сражения, он брал задания, с которыми и ребёнок бы справился. Да и артефакты его не такие…

– Сто пять больше девяносто восьми, четыре больше трёх, – заметила Чэнь Син. – Если всё правда, а я надеюсь, вы не врали мне, то в этом состязании победил Хиро.

– Но учитель!.. – с возмущённым отчаянием протянул Фэй, что со стороны взрослого парня выглядело весьма забавно.

– Учитель, шисюн прав. Выполненные им задания намного сложнее тех, которые брал этот ученик. Артефакты…

– Мальчики, разве я говорила о качественных характеристиках выполняемых заданий и полученных вами артефактах? – Наблюдая на лицах собеседников небольшую растерянность, Чэнь Син удовлетворённо улыбнулась и продолжила: – Я дала вам определённое задание. Всегда подмечайте детали. Даже если бы ты, Фэй, участвовал в трёх крупных сражениях, рискуя жизнью и здоровьем, а Хиро вышел бы в город пять раз снять с дерева кошек, он бы выиграл.

Честно говоря, Чэнь Син едва сдержала смешок, глядя на Фэя. Он очень напоминал щенка, который прижал уши и, округлив слезливые глазки, почти что скулил от несправедливости. Было очевидно, что он рвался победить за счёт сложности выполненных заданий. Чэнь Син позволила себе посмаковать момент злорадства, с любопытством наблюдая, что Хиро выглядел спокойным. Он явно понял задание, которое дала им Чэнь Син и, проявив смекалку с хитростью, не стал делиться с Фэем условиями для победы. Умный мальчик, однако.

– Мне ещё предстоит проверить, как вы повысили свой уровень культивации. Если он меня не устроит, то никто никакой награды не получит. Однако… я вижу, что вы старались, в той или иной степени каждый из вас заслужил поощрение. Фэй.

Услышав своё имя, Фэй выпрямился и с надеждой посмотрел на Чэнь Син.

– Если твой уровень культивационных способностей, как и все выполненные задания и найденные артефакты, удовлетворят меня, ты, как и Хиро, получишь следующее. Во-первых, возможность сменить ученическое имя на постоянное. Вы наверняка думали, какое имя хотите получить, не так ли?

Растерявшись на пару мгновений, парни переглянулись, и Хиро осторожно уточнил:

– Учитель… а разве не вы должны дать нам имена?

– Да, я могу. Моё предложение достаточно простое, однако не уверена, что оно вам понравится. И всё же… до того, как попасть в духовную школу, вы жили с теми, кто вас любил. С родителями. С теми, кто дал вам имена. Конечно, эти имена были детскими, и тем не менее они также несли определённый смысл. Я могу предложить вам взять фамилии, которые принадлежали вашим семьям.

Предложение заставило учеников озадачиться.

– Учитель… – пробормотал Фэй, – это очень щедро с вашей стороны, однако… имя напоминает мне о семье, которую я потерял. Может ли этот ученик проявить дерзость и попросить вас выбрать ему другое имя?

Чэнь Син предвидела и такой вариант, особенно от Фэя, для которого потеря любящих родителей стала болезненным ударом. Поэтому, понимающе кивнув, она произнесла:

– Хорошо. Я подумала и о другом имени… Чу Сюн.

– Чу Сюн? – несколько озадачился Фэй, а затем просиял и, стукнув кулаком по ладони, с восторгом уточнил: – Это как бьющий медведь[23], да?

– Скорее, как «выпячивать грудь»[24], – ухмыльнулась Чэнь Син.

– Учитель… а можно всё же с медведем?

– Учитель дала тебе имя, разве шисюн не должен быть благодарен? – невинно улыбаясь, уколол его Хиро, чем заслужил недовольный взгляд. Проигнорировав возмущение своего друга, он обернулся к Чэнь Син и произнёс: – Учитель, этот ученик с честью примет возможность носить имя, которое вы для него выбрали.

– Значит, Лань Хоу.

– Да, учитель.

– И… Чу Сюн. Мой любящий вечно выпячивать грудь ученик.

– … – весь вид Фэя так и кричал: «Я хотел стать медведем!»

Не удержавшись, Чэнь Син прыснула от смеха и, прикрывая рот рукой, не могла перестать улыбаться. Будучи подростком, Фэй всегда забавлял её угрюмым и обиженным видом, а повзрослев, стал ещё более умилительным.

– Хорошо, Фэй, учитель может пойти на уступку. Однако ты признаешь себя проигравшим, и остальные награды достанутся Хиро.

– Хорошо, – пробормотал Фэй, скосив взгляд в сторону. – Ученик благодарит учителя за проявленное… милосердие.

– Милосердие, значит, – хмыкнула Чэнь Син, качнув головой. – Что ж, Хиро, тогда тебе достанется возможность выбрать любое оружие из нашего хранилища, а также учитель выполнит любое твоё желание. В рамках приличного, разумеется, убийство, членовредительство и пакости в чужой адрес запрещены. Но всё это вы получите, как только я проверю список выполненных вами заданий, а также осмотрю артефакты. Также я оценю уровень ваших способностей. И после этого мы проведём официальную смену ваших имён.

– Понятно, учитель.

– Из любопытства: ты уже знаешь, что попросишь у меня?

– Боюсь, этот ученик не смел задумываться о подобном, пока не удостоверился в своей победе, – с невинной улыбкой отозвался Хиро.

«Хитрый жук, по глазам же вижу, что всё ты просчитал и уже придумал», – с долей лёгкого раздражения отметила Чэнь Син, не сумев долго смотреть на улыбку Хиро. Ей явно предстояло привыкнуть к тому, что подле неё находился выросший сын Юань Юня.

– У вас есть какие-то вопросы? – поинтересовалась Чэнь Син. – Я планировала отыскать старейшин, чтобы обсудить деловые вопросы. Смотрю, все готовятся к празднику весны.

– Да, он состоится через пять дней. Как раз вернутся мастера с собрания, – ответил Фэй. – Вы же придёте на праздник, учитель?

– Посмотрю, что он будет из себя представлять.

– У меня есть вопрос, учитель. И… могу я обсудить его наедине?

– Тогда не буду вам мешать, – поднявшись из-за стола, Фэй низко поклонился и улыбнулся. – Учитель, этот ученик очень рад вашему возвращению.

Мягко улыбнувшись в ответ и кивнув, Чэнь Син проводила взглядом удаляющегося Фэя и, как только он покинул обеденную, опустилась звенящая тишина. Чэнь Син предпочла молчать, терпеливо ожидая, о чём зайдёт разговор. Чжао Е тем временем, насытившись, лежал в углу и наблюдал за ними.

– Учитель, вы, наверное, заметили, что как только я подрос, то стал очень похож на… – Конец фразы он так и не произнёс, словно само звучание имени могло обжечь его подобно раскалённому металлу.

– Трудно не заметить. Так в чём вопрос?

Хиро помедлил, прежде чем продолжить беседу.

– Мне жаль, что этот ученик так и не смог защитить вас и вашу честь, учитель.

– О чём ты?

– О слухах, которые распространялись подобно болезни. Конечно, я понимаю, что в них есть доля правды, однако мы с Фэем так ничего и не смогли предпринять для их пресечения. Пытались заступаться за вас, но мастер Гуан приказывал нам не лезть и не провоцировать никого. Пришлось подчиниться. Однако я и представить не мог, что уже я стану причиной для новых обсуждений.

От услышанного Чэнь Син внутренне содрогнулась. Напрягшись, она уточнила:

– И какие слухи пошли?

– Конечно, что я сын мастера Юань Юня. Но… люди стали думать, что вы с мастером Юань Юнем в далёком прошлом были любовниками, и в период, когда вас держали в усадьбе Жёлтого единорога, вы… носили ребёнка.

Что ж, такого абсурда… да что там, конечно, она ожидала подобного. И даже не такого, а чего похлеще. Хотя во сколько она должна была родить?

– Это всё? – спросила она.

– Нет. Дело в том, что я ходил к мастеру Юань Юню просить его развеять слухи, ведь я сын своей матери, и он просто нашёл меня… конечно, я не просил его признавать меня, хотя наше сходство уже говорит об очевидном. Но он отказался признавать меня, как и отказался опровергать слухи о том, что я ваш ребёнок. Не понимаю почему.

А вот Чэнь Син, вероятно, имела понимание, отчего Юань Юнь решил вставить очередную палку в колесо её жизни. Наверняка новость о том, что Тэ Синь пытался сделать её своей женой, задела его эго и достоинство. На Хиро ситуация, конечно, тоже сказывалась, однако не столь серьёзно, как на Чэнь Син. Если все будут думать, что она родила ребёнка на стороне, вне брачных уз, её уж точно посчитают пришедшей в упадок и обратившейся пылью на ветру[25].

Интересная получалась месть со стороны Юань Юня. И уже для Тэ Синя стало бы оскорблением жениться на такой женщине.

«М-да, спасибо, Гуан Син, что поспособствовала этому. А так жили бы с тобой в Персиковом источнике и бед не знали. Разбирательство с тобой и возвращение Чжао Е стоило мне, конечно, немалой цены», – с недовольством подумала Чэнь Син.

– Не переживай, Хиро, – отозвалась она, – это проблемы твоего учителя, не твои.

– Прошу простить этого ученика за дерзость, однако это его проблемы тоже. Вы мой учитель, и, если кто-то оскорбляет вас, я… мы с Фэем должны отстаивать вашу честь. Мы не смогли защитить свою шицзе, но вас сможем. Мы никогда от вас не отвернёмся, ни за что. Вы дали нам кров и пищу, и более того – вы дали нам шанс проявить себя и возвыситься, без вас мы были бы хуже собаки и свиньи[26]. Вы строги, но справедливы. Конечно, мы ваши ученики, но мы уже не дети. Раньше вы могли бы это оспорить, но теперь – нет. Пусть шисюн и ушёл, однако этот ученик посмеет говорить и от его имени. Что бы ни случилось, мы защитим вас и всегда будем на вашей стороне. А также мы найдём шицзе Шани. Это наше вам обещание. Прошу вас, учитель, поверьте в своих учеников. Ведь теперь мы не просто дети, за которых вы заступались. Теперь мы мужчины, которые будут сражаться наравне со своим учителем и защищать вас как женщину.

Глава 71

Весна в моём сердце

ЧАСТЬ 3

– С… Син? Что? Как ты?.. Когда ты вернулась?

– Надеюсь, подобными речами достопочтенный мастер Гуан выражает искреннюю радость от встречи с этой заклинательницей.

У Чэнь Син имелось подозрение, что при встрече Гуан Шэн начнёт крутиться подле неё подобно курице-наседке, не упускающей возможность поднять шум. Ей оставалось только вздыхать и смиренно наблюдать за суетящимся подле Гуан Шэном, сдувающим с неё пылинки, словно с фарфоровой вазы. Правда, роль заботливого учителя и брата он выполнял до тех пор, пока она не призналась, что прекрасно знала о слухах, и не стоило смягчать удар от болезненной правды. Гуан Шэн даже будто расстроился.

– Полагаю, мне стоит навестить главу Тэ, чтобы отчитаться о своём прибытии?

– Придётся.

– К чему стоит готовиться?

– Полагаю… к весьма неловкому разговору.

Чэнь Син кивнула. Они сидели в её кабинете за небольшим столом, распивая чай. Из окна лился свет, однако небо полностью заволокло облаками, с которых летели снежинки. Переставив пиалу с чаем, Чэнь Син нахмурилась.

– Как ты себя чувствуешь?

– Стабильно, – отозвалась она. – Куда более важный вопрос, мастер Гуан, касается, скорее, дел усадьбы. Могу я узнать, почему вы упразднили дисциплинарные взыскания с учеников и адептов? Последние два дня я наблюдала за обучением детей и отметила, что они позволяют вести себя чересчур безответственно и расслабленно на уроках. Старейшины пожаловались на это в первую очередь.

– А-а, ну я… они же дети, Син. Чистить конюшни в холод – это как-то…

– А кто тогда чистит конюшни? Взрослые заклинатели, которые могли бы выполнять заказы?

– Син.

– Я проверила сводку. Мы стали брать примерно на десять процентов меньше заданий. И почему деньги уходят на какие-то ненужные развлечения? Взять, к примеру, подготовку к Чуньцзе. Зачем было закупать столько провианта, фонариков и фейерверков?

– Син, ты не понимаешь… ох. За минувшие четыре года мы несколько раз участвовали в крупных сражениях с хули-цзинами. Моральный дух заклинателей, особенно молодых, подорван. Мы потеряли двух мастеров, поэтому…

– Поэтому вы решили потратить деньги на бессмысленные украшения? Эти деньги можно было бы вложить в усиленную подготовку учеников. Либо отправить их на несколько дней в деревню горячих источников, сняв хорошую гостиницу, чтобы они отдохнули.

– Син, хватит, – упавшим голосом одёрнул её Гуан Шэн. – Порой необходимо тратиться, чтобы поднять боевой дух.

– А мотивационные речи куда делись? Когда в последний раз глава Тэ приходил в другие усадьбы, чтобы похвалить своих заклинателей и приободрить их? Или он считает, что его персона слишком недосягаема, чтобы?..

– Живо замолчи.

Ударив пиалой о стол, Гуан Шэн сверкнул рассерженным взглядом:

– Гу… Чэнь Син, пойми вот что. За четыре года твоё положение в духовной школе из-за твоих же действий сильно пошатнулось.

– Из-за моих? – сухо хмыкнула Чэнь Син. – Или же из-за нескольких мастеров, которые не умеют тихо разговаривать?

– Чэнь…

– Я не права? Вы же с главой Тэ так раскричались, что вас услышала Лин Бижань и присоединилась к дискуссии, которую, похоже, только глухой не услышал в усадьбе Алого феникса.

– Допустим, – неохотно согласился Гуан Шэн. – Но ты всерьёз полагаешь, что реакция не была бы столь бурной, если бы не твои заигрывания с Юань Юнем?

– Прошу прощения, мои заигрывания?

– Ученик, которого ты забрала из усадьбы Белого тигра, его копия. А учитывая, как вы общаетесь с Юань Юнем, не удивительно, что многие полагают, будто это ваш ребёнок.

– И когда я должна была его родить? В тринадцать лет, что ли? Люди вообще думают, о чём говорят?

– Проблема в том, что Юань Юнь ничего не опровергает и не подтверждает, даже своё родство с Хиро.

– С Лань Хоу.

– Лань Хоу?

– Вчера мои ученики прошли церемонию смены ученических имён. Теперь они полноценные старшие заклинатели.

Гуан Шэн опустил плечи на выдохе и прикрыл глаза:

– Уму непостижимо. И ты это сделала в моё отсутствие?

– Они мои ученики, и только мне, как учителю, решать, когда они могут сменить имена и считаться полноценными заклинателями. Лань Хоу и Чу Сюн. Теперь их зовут так.

– Допустим. Мальчики у тебя толковые. Но, серьёзно, Син… ты сейчас находишься в очень затруднительном положении.

– И каковы рекомендации?

Гуан Шэн хмыкнул, явно не пылая уверенностью в том, что Чэнь Син хоть немного прислушается к его словам.

Пожав плечами, он на долгий миг замолчал, рассматривая перед собой наполовину опустевшую чашку: