Академия Равессар

Мы быстро прошли оба пути.

На прямом носилки помещались свободно, но у сужения защитникам хватало двух человек, чтобы заставить нас остановиться. В обходном два носильщика могли двигаться только друг за другом. На повороте заднему пришлось бы прижиматься к стене, пока передний разворачивает ношу.

Корвен вернулся к началу и распределил места.

— Вельморы несут. Я и Мэрра идём впереди, убираем тех, кто перекрывает дорогу. Лиорен остаётся у задней рукояти. Вейл, идёшь справа и следишь за обходным проходом. Если оттуда кто-то выходит, предупреждаешь.

— Идём прямо? — спросил Эрвин.

— Да. На поворотах с носилками застрянем.

— А если прямой перекроют? — спросила я.

— Сначала попробуем раздвинуть. Если не получится — отходим все вместе, не по одному.

Это звучало разумно. Я посмотрела на низкую платформу у правого прохода.

— За ней можно спрятаться.

— Поэтому справа смотришь ты.

Близнецы подняли носилки, проверили, удобно ли держать. Тот, кто стоял впереди, чуть повернул голову.

— Если поставим, предупреждаю я.

— Сайлас, я знаю, — ответил второй.

Наконец появилась хоть какая-то уверенность, кто из них кто.

По распоряжению преподавателя мы отошли к стартовой линии. Велара заняла место у сужения. Тир-Лаэр скрылся за левой стенкой. Харр ушёл направо.

Я проследила за ним, но платформа закрыла дальнейшее движение.

— Орх справа, за платформой, — сказала я.

Корвен посмотрел туда.

— Следи.

Я кивнула, не подозревая, что уже допустила первую ошибку: видела, куда Харр ушёл, но не знала, где остановился.

***

После сигнала мы двинулись по прямому проходу.

Велара не стала встречать нас у самого входа. Отступила за сужение, заставляя пройти между стенками.

— Она ждёт, когда носилки войдут, — сказала я.

Корвен поднял руку.

— Медленнее.

Но Мэрра уже поравнялась с левой перегородкой, и оттуда вышел Тир-Лаэр. Ударил по её клинку, заставил повернуться к нему. Корвен шагнул ближе, чтобы оттеснить его от дороги, и сразу получил Велару справа.

Оба передних оказались заняты.

— Носилки стой, — приказал Корвен.

Близнецы остановились перед сужением. Эрвин развернулся к правому проходу одновременно со мной.

Харр появился гораздо ближе, чем я ожидала.

Он не остался за платформой, а прошёл вдоль неё и дождался нас у выхода из обходного пути. Теперь до Дариана оставалось всего несколько шагов.

— Справа! — предупредила я.

Эрвин встал перед задней рукоятью. Я встретила Харра раньше, рассчитывая хотя бы заставить его повернуться.

Ударила по предплечью, ушла от руки, которая потянулась к плечу, и попыталась зайти сбоку. Орх развернулся без заметной спешки, перехватил меня выше локтя и толкнул в перегородку.

Я успела освободить руку, но удар спиной выбил воздух.

Харр уже шёл к носилкам.

— Ставим, — сказал Сайлас.

Близнецы одновременно опустили ношу. Эрвин отвёл первый удар орха, однако тот продолжал наступать, заставляя его пятиться.

Корвен увидел, что происходит.

— Назад! Вельморы, поднимайте!

Отступить всем вместе не получилось. Мэрра оставалась у левой стенки, Тир-Лаэр не давал ей пройти. Велара теснила Корвена, а Харр стоял там, где мы только что оставили свободную дорогу.

Зато правый проход после его выхода оказался пуст.

Я оттолкнулась от перегородки.

— В обход можно! Харр оттуда вышел!

Корвен оглянулся.

— Лиорен, веди. Вельморы, за ним.

Близнецы подняли носилки и начали поворачивать. Харр двинулся следом. Я снова попыталась его задержать, но он ударил по моему мечу так, что кисть онемела, и прошёл мимо.

Даже не проверил, упаду ли я.

Я перехватила оружие левой рукой и шагнула за ним, разозлившись сильнее, чем имела право. В этот момент носилки с глухим стуком задели стенку на повороте.

— Назад немного, — сказал Сайлас.

Дариан отступил. Этого оказалось достаточно, чтобы Харр догнал их.

Эрвин снова встал между ними, но впереди уже появился Тир-Лаэр: он оторвался от Мэрры и добежал до другого выхода из обходного прохода. Носилки оказались зажаты между двумя противниками.

Сигнал прозвучал, когда мы ещё пытались освободить дорогу.

Ксарен велел всем остановиться.

***

Разбор провели там же, не позволяя нам разойтись.

Корвен стоял с рассечённой губой. Мэрра растирала бок. Я осторожно сгибала пальцы правой руки, ожидая, когда пройдёт онемение.

— Дарс, что произошло? — спросил Ксарен.

— Передних задержали у стенок. Носильщики остались без свободного пути.

— Почему?

— Подошли слишком близко прежде, чем заставили защитников выйти.

— Дальше.

Корвен посмотрел направо.

— Не учли, что Харр мог переместиться.

Велара повернула голову ко мне.

— Вейл сказала, что он за платформой.

— Я видела, как он туда ушёл, — ответила я.

Ксарен тут же спросил:

— А как остановился — видели?

Я помолчала.

— Нет.

— Значит, следовало сказать: ушёл за платформу, дальше не вижу. Это разные сведения.

Лицо стало горячим. Я знала разницу. Знала задолго до академии и всё равно выдала предположение за точное положение противника.

— Дарс, вы могли проверить? — продолжил Ксарен.

— Мог. Или остановиться до того, как носилки вошли между стенками.

— Верно. Решение двигаться приняли вы.

Корвен кивнул, не пытаясь вернуть ошибку мне.

Ксарен посмотрел на мою руку.

— Почему дважды пошли на Харра?

— Первый раз хотела дать носильщикам время.

— Дали. Немного, но дали. Второй?

Я посмотрела на орха. Он стоял рядом с Веларой, совершенно спокойный.

— Пыталась не пустить следом.

— Вы уже знали, что не удержите его в прямой схватке. Что могли сделать ещё?

Я вспомнила поворот, удар носилок о стенку, Тир-Лаэра, успевшего обежать нас.

— Проверить выход. Предупредить, что там второй противник.

— Да. Но вместо этого погнались за тем, кто перестал считать вас препятствием.

Я стиснула зубы.

Ксарен не стал ждать ответа.

— Остальные наблюдают следующий заход. Смотрите не на то, кто красивее дерётся, а на носилки. Где они останавливаются и почему.

***

Со стороны упражнение выглядело проще.

Другие тоже ошибались. Один ответственный сам увяз в схватке и перестал видеть свою группу. В другом заходе носильщики попытались проскочить раньше прикрытия и вынуждены были поставить раненого на землю.

Успела только одна шестёрка. Передние остановились подальше от сужения и вынудили защитников выйти к ним. Когда те отступили от стенок, носильщики прошли по освободившейся стороне. Никто не победил всех противников. Группа просто не задержалась там, где её хотели удержать.

Перед нашей второй попыткой Корвен собрал нас у носилок.

— Вельморы, вы снова несёте. Двигаемся по прямому проходу, но перед перегородкой останавливаемся. Мы с Мэррой идём вперёд и заставляем защитников выйти нам навстречу. Вейл, в бой пока не вступаешь. Следишь, какой проход они оставят открытым, и сразу сообщаешь. Лиорен, остаёшься с носилками. Если появится возможность пройти, ведёшь близнецов, не ждёшь, пока мы закончим драться.

— А если никто не выйдет? — спросил Дариан.

— Тогда не тащим носилки в ловушку. Сначала заставляем их сдвинуться.

Я посмотрела на площадку.

— Харр может снова пойти справа.

— Поэтому не теряй его. Если не видишь — так и говори.

Я кивнула.

Это было неприятно, но справедливо.

***

Во второй раз мы остановились до сужения.

Корвен и Мэрра пошли вперёд без носилок. Велара сначала отступала, не желая покидать удобное место, однако Дарс не стал заходить между стенками. Остался сбоку, вынуждая её развернуться к нему, если она хотела достать его клинком.

Мэрра сделала то же с Тир-Лаэром.

Оба защитника постепенно сместились влево от прямого прохода.

Я смотрела направо.

Харр появился у платформы, увидел, что носилки ещё стоят далеко, и пошёл к нам. Если бы я снова попыталась остановить его, всё повторилось бы.

— Харр вышел. Идёт к носилкам, — сказала я.

Эрвин обернулся.

Орх приближался справа. До прямого прохода ему пришлось бы сначала пройти мимо нас, затем развернуться. Я посмотрела на свободное место между ним и стенкой.

— Слева от него можно пройти. Сейчас.

Эрвин сразу шагнул вперёд, показывая близнецам дорогу.

Сайлас ускорился. Дариан подхватил темп без предупреждения. Харр попытался повернуть им наперерез, но Эрвин встретил его клинок и отвёл в сторону. Силой удержать не смог бы — и не пытался. Ему хватило мгновения, чтобы носилки прошли.

Я осталась у задней рукояти.

Прямой проход наконец был перед нами. Корвен всё ещё удерживал Велару слева, Мэрра не давала Тир-Лаэру вернуться на дорогу. Мы прошли между стенками, и я впервые увидела финиш без чужого тела перед ним.

Потом Мэрра получила удар под рёбра и согнулась.

Тир-Лаэр вырвался первым. Он не стал продолжать схватку с ней, а побежал за носилками. Я увидела, как его клинок тянется к руке Дариана, и отбила удар в сторону. Плечо отозвалось болью, но рукоять вампир не выпустил.

— Быстрее, — сказала я.

Сайлас не обернулся.

— Уже.

Велара тем временем заставила Корвена отступить. Он задел меня спиной, я потеряла равновесие и едва не попала под ноги Дариану. Близнецу пришлось сместиться, чтобы не столкнуться со мной и не качнуть носилки.

Несколько мгновений. Совсем немного.

Сигнал прозвучал прежде, чем задняя рукоять пересекла черту.

— Стоп. Не зачтено, — сказал орх-преподаватель.

Близнецы поставили носилки.

Сайлас посмотрел на отметку у финиша.

— Насколько опоздали?

— На три удара счётчика.

— Три?

— Проход закрылся бы. Раненый остался бы внутри.

Сайлас провёл ладонью по лицу и отошёл. Спорить не стал.

Я стояла рядом с носилками, чувствуя, как пот остывает под курткой. Во второй раз мы сделали почти всё лучше. Это было видно даже без разбора.

Но это все равно был провал.

***

После занятия Корвен ушёл уточнять дежурство, прижимая к губе чистый лоскут. Мэрра села у стены и какое-то время молчала, прежде чем позволила целителю проверить удар под рёбра.

Близнецы остались возле носилок.

— Если бы я раньше сменил шаг… — начал Дариан.

— Тогда качнул бы, — ответил Сайлас.

— Немного.

— Условие слышал.

Я подошла ближе.

— Ты меня обходил. Из-за этого потеряли время.

Дариан посмотрел на меня.

— Если бы не обошёл, потеряли бы носилки.

Он не обвинял и не утешал. Просто объяснил, почему поступил именно так.

— На следующем заходе не вставай вплотную к рукояти, — добавил Сайлас. — Оставляй место, чтобы можно было изменить шаг.

Я кивнула.

— Учту.

Эрвин поднял с земли ремешок моей защиты и протянул мне.

— Слетел у финиша.

— Спасибо.

Узел разошёлся. Я занялась им, пока остальные собирали вещи.

Через двор прошла вторая группа. Рейхар заметил носилки, кровь на лоскуте Корвена и Мэрру у целителя.

— Проход не дался?

— Тебе оставили, — ответила я.

Он усмехнулся, но уже смотрел на площадку.

— Посмотрим.

Мне захотелось остаться и увидеть его попытку. Особенно ту часть, где он перестанет улыбаться.

Однако плечо ныло, защита требовала проверки, а последовательность второго захода я хотела записать до того, как забуду мелочи. Я подняла сумку и пошла за остальными.

У ворот задержалась.

Служащие уже передвигали стенки. Прямой проход становился уже, платформа уходила ближе к центру. Через несколько минут там будет другое неудобное место, и человек, который попробует повторить чужой удачный ход, получит новую причину не добраться до финиша.

Я ещё раз посмотрела на поворот, где мы застряли в первый раз, затем догнала свою группу.

Глава 6. Чужой счёт

На следующее утро нас собрали в большом зале центрального корпуса. Скамьи уже убрали, освободив место перед дальней стеной, и адепты стояли небольшими группами, оставляя между собой привычные промежутки. Кто-то ещё поправлял форму после разминки. У одного из входов двое спорили о вчерашнем упражнении, но быстро замолчали, когда появился Ксарен.

За ним вошли служащие с плоскими ящиками.

Я встала рядом с Мэррой. Плечо за ночь немного отпустило, зато под краями защитных накладок проступили новые синяки. Если бы мне сейчас предложили ещё одну полосу препятствий, я предпочла бы потратить время на точные движения, а не скорость. Судя по ящикам, утро собирались начать иначе.

Ксарен остановился перед тёмной панелью, занимавшей почти всю стену. Я сперва приняла её за отполированный камень, но, когда он приложил ладонь к нижнему краю, по поверхности прошли серебристые полосы. Они сложились в столбцы, затем между ними появились имена.

Возле каждой фамилии стояло число.

Я нашла свою в третьем столбце. Ирния Вейл — восемь.

— До конца срока свободного ухода все поступившие участвуют в общем отборе, — объявил Ксарен. — В день зачисления каждому начислено десять баллов. Первые результаты уже внесены. Вечером последнего дня двадцать адептов с самым низким счётом потеряют допуск к дальнейшему обучению.

Рядом со мной Мэрра выпрямилась.

— Вчера нам об этом не сообщили, — произнёс мужчина из переднего ряда.

— Вчера мы смотрели, как вы работаете, не зная цены результата. Сегодня посмотрим, что изменится.

Мужчина сжал губы, но спорить не стал. Кто-то за моей спиной негромко выругался.

Я снова посмотрела на панель. Фамилии располагались по убыванию баллов. Внизу последнего столбца несколько строк были отделены тонкой красной линией. Моей среди них не было, однако разница составляла всего два балла.

Служащие открыли ящики.

Внутри лежали небольшие металлические пластины на цепочках. Каждую вынимали отдельно, называли фамилию и передавали владельцу. Когда очередь дошла до меня, служащий указал на углубление в центре.

— Приложите большой палец и подержите, пока не появится число.

Металл был прохладным. Через несколько мгновений под кожей кольнуло, и на пластине проступила восьмёрка.

Я машинально попыталась почувствовать работу артефакта. Бесполезно: браслеты по-прежнему отделяли меня от всего, что требовало обращения к дару.

— Носить при себе, — добавил служащий. — Чужой пластиной распоряжаться нельзя. При утрате восстановление через дежурного, но это будет стоить вам штрафных баллов.

Я надела цепочку, оставив пластину поверх рубашки, чтобы рассмотреть её лучше. Кулон под тканью лежал чуть выше. Мне не понравилось соседство, но другого места для новой вещи пока не было.

Когда выдача закончилась, Ксарен поднял одну из оставшихся пластин.

— Баллы начисляются за результаты занятий, дополнительные испытания и работу, которую преподаватель сочтёт заслуживающей оценки. Снимать их будут за провалы, невыполненные распоряжения и нарушения. Обычное посещение занятий не считается достижением.

— Общий перечень условий будет? — спросил Корвен.

— Условия отдельных заданий вам сообщат перед началом. Оценивать каждое своё действие по заранее выданной таблице вы не сможете.

Он положил рядом вторую пластину и совместил их краями. На обеих вспыхнули знаки.

— Между личными счетами допускается передача баллов. Соединяете пластины, выбираете сумму боковой отметкой. Владелец отдающей подтверждает перевод пальцем на центральном знаке. Удерживать до завершения свечения. Разорвёте контакт раньше — передача не состоится.

На первой пластине число уменьшилось. На второй — выросло.

Я посмотрела на доску. Одна из строк дрогнула и сместилась выше. Значит, между личными артефактами и панелью поддерживалась постоянная связь, которой не требовалось наше участие. Ни моя блокировка, ни чужое истощение на счёт не влияли.

— Можете ставить баллы на официальные поединки, — продолжил Ксарен. — Ставки и условия закрепляет дежурный до начала. Отказ от такого поединка сам по себе счёт не меняет. Передавать баллы за помощь, сведения или другую услугу тоже разрешено. Максимальное количество баллов при передаче не больше половины от имеющихся на вашем счету.

Один из адептов поднял пластину, рассматривая углубление для пальца.

— А если владельца заставят подтвердить перевод?

По тому, как стихли ближайшие разговоры, этот вопрос интересовал не только его.

— Артефакт не даст списать баллы без вашего прикосновения, — ответил Ксарен. — Но добрую волю от принуждения он не отличает.

— Но академия-то отличает. Украденные баллы вернут?

— Подтверждённые переводы не отменяются. Нарушения разбираются отдельно.

Мэрра медленно повернула пластину обратной стороной.

— Значит, достаточно сломать человеку пальцы, оставив целым один, и заставить заплатить.

— За намеренное увечье отвечать будете независимо от того, сколько получили, — сказал Ксарен. — Как и за применение боевого оружия, магии или нападение после приказа остановиться. На занятиях под командой преподавателя и в лечебном крыле любые попытки отнять баллы запрещены.

— А в остальных местах нам следует рассчитывать на себя? — уточнила она.

— И на тех, с кем сумеете договориться.

Я убрала пластину под рубашку.

На доске моя восьмёрка ничего не значила рядом с результатами лучших. Но для человека, стоявшего под красной чертой, она могла оказаться вполне достаточной причиной поговорить со мной без свидетелей.

***

До обеда почти все разговоры сводились к баллам.

У оружейной площадки двое заключили соглашение о совместной подготовке: один помогал другому с коротким клинком, второй обещал разбирать с ним задания по артефактным схемам. Возле столовой женщина с белой косой предлагала место в своей группе для дополнительного испытания. Требовался кто-то, умеющий работать с тяжёлым щитом; долю награды она обещала назвать после знакомства.

Никто не считал подобные разговоры странными.

Академия только придала числовое выражение тому, что здесь и без неё понимали: знания, сила и чужое участие имеет цену.

После занятия я задержалась у доски. На моей пластине уже стояла девятка — преподаватель начислил балл за оружейную связку, которую удалось выполнить без прежней ошибки на отходе.

Радость оказалась короткой.

Красная черта тоже поднялась.

— Не стоит смотреть после каждого занятия, — произнёс Корвен за моим плечом. — Половина результатов ещё не внесена.

— Я проверяю, насколько выгодно меня грабить.

Он посмотрел на число возле моей фамилии.

— Тем, кто внизу, выгодно в любом случае. Тем, кто выше, тоже, если решат, что это не займёт много времени.

— Благодарю за обнадёживающую оценку.

— Ты сама спросила.

Корвен подошёл ближе к доске, нашёл своё имя и на несколько мгновений задержался у списка дополнительных испытаний. Справа от основных столбцов появлялись время, место и число свободных участников. Возле некоторых заданий оставались пустые строки.

Я проследила за его взглядом.

— Будешь подавать заявку?

— Сначала узнаю условия. За провал там тоже снимают.

Он ушёл, а я ещё немного постояла перед панелью. Мне хотелось записаться хоть куда-нибудь, чтобы не чувствовать, как остальные уходят вперёд. Именно поэтому я не стала этого делать.

Сначала следовало разобраться с тем, что уже мешало на обычных занятиях.

***

Мэрра рассказала о малых залах после обеда, когда застала меня над схемой вчерашнего прохода.

Я нарисовала перегородки, носилки и путь, по которому отступала. На бумаге было хорошо видно, где мне следовало оставить больше места Дариану. Теперь хотелось несколько раз повторить движение, не задевая соседние кровати и табуреты.

— В нижнем переходе спроси у дежурного, — сказала Мэрра. — Там можно получить зал на свободное время. Только сначала покажи допуск, иначе развернут обратно.

Она не предложила пойти вместе, а я не попросила. Мне хотелось хотя бы полчаса провести без чужих взглядов и комментариев.

Нижний переход я нашла не сразу. Пришлось вернуться от лестницы, которая вела к закрытому служебному коридору, и уточнить дорогу у проходившего адепта.

Дежурный сидел за столом возле доски с номерами помещений. Прочитал назначение целителя, выслушал объяснение и выдал деревянную пластину.

— Седьмой зал, полчаса. Работа без партнёра и без оружия. Время заканчивается по общему сигналу в коридоре, не по вашему ощущению. После вернёте номер.

Я поблагодарила и пошла искать дверь.

Помещение оказалось небольшим: ровный каменный пол с нанесёнными линиями, скамья, маты у стены и две деревянные стойки. Высокое окно пропускало достаточно света, чтобы не зажигать лампы. У порога лежал лист для отметок о повреждениях.

Я проверила стойки, нашла уже записанную трещину на одной из них и оставила вещи на скамье. Дверь оставила приоткрытой.

Работать начала медленно. Представляла заднюю рукоять носилок, делала шаг в сторону, освобождая путь носильщику, затем возвращалась. Вчера я пыталась уйти слишком далеко одним движением. Сейчас сократила шаг, попробовала ещё раз и почувствовала разницу.

Так было проще удержать равновесие.

Я повторила связку, постепенно переставая смотреть под ноги.

Дверь открылась шире.

Первым вошёл высокий демон с тёмными волосами, стянутыми кожаным шнурком. За ним — широкоплечий человек с короткой бородой. Я видела обоих утром у доски, но имён не запомнила. Третий, сухой полукровка с узким лицом, остался на пороге.

Демон посмотрел на деревянный номер возле моей сумки.

— У тебя ещё много времени?

— До сигнала зал мой.

— Тогда успеем поговорить.

Он закрыл дверь, но полукровка тут же придержал её ногой. Между косяком и створкой осталась узкая щель.

Мне это не понравилось.

— Если насчёт занятия, обратись к дежурному. Я не могу передавать свой номер.

— Занятие нам не нужно, Вейл.

Демон достал из-под воротника счётную пластину. На ней стояло число чуть выше моего.

— Три балла. Переведёшь сейчас — спокойно закончишь свои упражнения.

Я посмотрела на его спутников. Человек отступил от двери, освобождая место демону, но одновременно встал между мной и выходом. Полукровка следил за коридором.

Они пришли не обсуждать условия.

— Почему я должна тебе что-то переводить?

— Потому что три лучше, чем все девять. Я не собираюсь отправлять тебя под черту, если ты не заставишь потратить на тебя лишнее время.

Он произнёс это без угрозы в голосе. Как будто предлагал разумную уступку, которую следовало оценить.

— А завтра ты придёшь ещё раз?

— Это будет зависеть от того, как пройдёт сегодняшний разговор.

Я медленно опустила руки. До сумки было два шага, но оружие в ней всё равно оставалось бесполезным: достать боевой клинок означало дать им именно то нарушение, которым можно прикрыть всё остальное.

— Ты ведь видел меня на проверках, — сказала я. — И решил, что можно обойтись без риска.

Демон едва заметно улыбнулся.

— Я видел, что у тебя хорошая школа. Поэтому мы разговариваем втроём.

Человек возле двери хмыкнул.

— Дорвен, она тянет время. Дежурный всё равно не станет отменять перевод.

Я запомнила имя.

Дорвен протянул ладонь.

— Доставай пластину. Чем раньше закончим, тем больше времени останется на занятие.

Я двинулась к скамье, будто собиралась взять что-то из сумки. Демон чуть повернулся, следя за мной. Между ним и человеком появился узкий проход.

Я шагнула туда.

Человек поймал меня за левую руку выше локтя. Я не стала тянуться в противоположную сторону: приблизилась, развернула корпус и ударила основанием ладони ему под нос.

Он отшатнулся, хватка ослабла.

Я вырвала руку, но до двери не добралась. Дорвен перехватил меня сбоку и толкнул к скамье. Бедро ударилось о край; пришлось опереться правой ладонью, чтобы не упасть.

Плечо прострелило болью.

— Могла обойтись тремя, — сказал он.

Я ударила его ногой в колено. Неудачно: он успел повернуться, и вместо сустава я попала в бедро. Демон выругался, схватил меня за ворот и развернул к стене.

Я успела подставить левое предплечье, не дав удариться лицом. Попыталась уйти под его рукой, но человек с разбитым носом уже подошёл с другой стороны.

На этот раз они действовали вместе.

Одну руку прижали к камню, вторую потянули назад. Я ударила затылком, не попала, попробовала наступить человеку на стопу. Он лишь сильнее вывернул локоть.

— Держи её спокойно, — сказал Дорвен. — Мне нужен палец, а не сломанная кисть.

Его рука полезла под ворот рубашки.

Я дёрнулась так резко, что в плече что-то болезненно натянулось. Дорвен вытащил цепочку счётной пластины, не заметив спрятанного глубже кулона, и поднёс свой артефакт к моему.