Академия Равессар

— Начинайте.

Я выпустила тонкую струю силы.

Арка ответила едва слышным гулом. На управляющей пластине проступили знаки. Иара следила за ними, время от времени касаясь края большим пальцем.

Ничего страшного не происходило.

Аурная маскировка оставалась на месте. Устройство принимало только то, что я сама направляла наружу.

— Немного больше.

Я увеличила поток.

Гул стал ниже.

По запястьям прошла мелкая дрожь. Такая слабая, что в другое время я, возможно, не обратила бы внимания.

Но пальцы Илвара тоже начинали с запястья.

Я стиснула зубы.

— Достаточно. Удерживайте.

На пластине вспыхнула новая строка.

Иара резко подалась вперёд.

— Астэр.

Ректор подошёл к ней.

Я видела их краем глаза. Видела, как женщина провела пальцем по двум знакам, словно проверяя, не наложились ли они друг на друга.

— Верхний диапазон? — спросил Сарвейн.

— Да. Показания повторяются.

Мне не следовало слушать.

Нужно было удерживать поток и дышать.

Но под ладонями дрожал металл. Сила уходила из тела в устройство, и разум, ещё мгновение назад различавший добровольное действие и насилие, начал путаться.

Я попробовала вдохнуть глубже.

Вышло слишком быстро.

— Вейл, уменьшите подачу, — сказала Иара.

Я попыталась.

Поток дрогнул.

Белый свет под пальцами вытянулся в тонкие полосы, и мне вспомнились линии, сходившиеся к основанию алтаря. Так ясно, что я почти почувствовала запах воска.

— Я хочу остановиться.

Ксарен оттолкнулся от стены.

— Снимаю приём. Вейл, не увеличивайте поток.

Но я уже испугалась того, что не смогла уменьшить его сразу.

Страх ударил изнутри, и сила ответила раньше, чем я успела подумать.

Арка загудела громче.

По полу зажглись защитные линии.

Я отдёрнула руки. Между ладонями и дисками ещё мгновение тянулись две светлые нити, и это короткое сопротивление оказалось хуже всего.

Меня не держали.

Я знала это.

Только тело уже не верило.

— Вейл.

Передо мной появился Ксарен.

Я видела его лицо, но за ним проступала другая комната. Чёрные чаши. Край стола. Рука с пятном крови возле ногтя.

— Смотрите на меня.

Я попятилась.

Пятка задела край платформы.

— Где вы находитесь, Вейл?

Я не смогла ответить.

Сила поднялась снова — не заклинанием, не направленным ударом, а слепым вихрем, которым хотелось оттолкнуть всё вокруг.

Ксарен не приблизился.

— Под ногами платформа. Вы в Равессаре. Проверка закончена.

Я слышала слова по отдельности.

Соединить их не получалось.

За его плечом вспыхнул серебряный свет. Ректор положил ладонь на внешний контур арки. Линии на полу сомкнулись, отрезая платформу от остального помещения.

Иара что-то коротко произнесла.

Один из кристаллов у стены треснул.

Я зажала руки под мышками, словно это могло остановить поток, и всё-таки сорвалась с края платформы на колени.

Удар о камень оказался неожиданно настоящим.

Боль прошла через голени.

Гул стих.

Я уставилась на собственные пальцы.

Ни железа.

Ни крови.

Ладони были свободны.

***

Ксарен присел неподалёку, оставляя между нами достаточно места.

— Проверка закончена, — повторил он. — Не вставайте пока.

Я дышала открытым ртом. Воздух постепенно переставал царапать горло.

Ректор стоял возле арки. Иара проверяла показания на пластине, потом перевела взгляд на разбитый кристалл.

Все трое были на ногах.

— Никого не задело?

Голос прозвучал едва слышно.

— Нет, — ответил Ксарен.

Я кивнула, хотя он ничего не спрашивал.

Стыд пришёл позже страха, но оказался почти таким же тяжёлым.

Я предупреждала о плохом контроле. Произносила это спокойно, как человек, который знает свою проблему и способен её объяснить.

А потом не выдержала простого измерения.

Иара повернула пластину к ректору.

— Два устойчивых замера до выброса. Его я в расчёт не беру.

Она говорила быстро, и прежней сухой размеренности в голосе больше не было.

— Диапазон первой–второй ступени. По доступному отклику я бы записала вторую, но верхняя граница…

Женщина оборвала себя, ещё раз посмотрела на знаки.

— За все годы приёмных испытаний я такого не видела.

Ксарен поднялся.

Я осталась на полу.

Ректор не улыбнулся, но его внимание изменилось. До этого он смотрел на меня, как на обычного поступающего, которых видел тысячами. Теперь же я явно уловила его заинтересованность.

— Погрешность? — спросил он.

— Не настолько велика. Контрольные линии целы. Повреждён накопитель, не измерительный блок.

— Запись закрыть. Доступ только по моему разрешению.

— Да, астэр.

Я подняла голову.

Первую или вторую я предполагала сама.

Услышать это от постороннего оказалось совсем другим делом.

Я не чувствовала гордости. Только усталость и неприятное понимание: теперь мою силу внесут в документы, которые останутся здесь, даже если я уйду.

— Значит, испытание я не прошла? — спросила я.

Иара посмотрела на меня так, будто на мгновение забыла о моём присутствии.

Ответил ректор:

— Для отказа по недостатку дара оснований нет.

— А по остальным причинам?

— По остальным я приму решение после окончания приёма.

Он повернулся к Ксарену.

— Отведите Вейл в мой кабинет. К остальным адептам пока не направлять.

Я напряглась.

Сарвейн заметил.

— Там сильнее защита. До тех пор, пока не будет решён вопрос безопасного обучения, вы останетесь под наблюдением.

Не угроза.

Распоряжение, которое уже начали выполнять.

— Пригласите сайра Теренна, — продолжил он. — Пусть дождётся меня с ней. Без исследований и магических воздействий.

Последние слова были сказаны с таким ударением, что я посмотрела на него внимательнее.

— Да, астэр, — ответил Ксарен.

Иара всё ещё держала пластину обеими руками.

— Я хотела бы проверить…

— Показаний достаточно, Тар-Рун. Займитесь контуром.

Она закрыла рот и кивнула.

Я осторожно поднялась.

Колени болели. Это помогало не проваливаться обратно в воспоминание.

За сумкой пришлось идти к стене. Ремень зацепился за застёжку плаща, и я потратила слишком много времени на то, чтобы его освободить. Никто не предложил помочь.

Я была благодарна за это больше, чем могла бы объяснить.

***

В коридоре Ксарен вернул мне клинок.

— До решения ректора никаких самостоятельных упражнений. Почувствуете, что сила снова поднимается без команды, — сообщите сразу.

— Поняла, господин РаХад.

Он посмотрел на меня.

— Эрдан РаХад.

Я замерла с рукой на перевязи.

Эрдан.

Слово происходило из староэльфийского языка, чьи военные формулы пережили давно исчезнувшие армии. Не просто старший по возрасту или положению. Тот, кому поручено вести других: командир, наставник, руководитель.

Я знала перевод.

Не знала, что Равессар сохранил обращение.

— Здесь к военному старшему обращаются «эрдан», — сказал Ксарен. — К преподавателю — «сайр». К ректору — «астэр». С этого момента вы условно зачислены, адепт Вейл. Правила относятся и к вам.

Адепт.

Я ещё несколько минут назад не была уверена, что меня вообще оставят в академии.

— Поняла, эрдан РаХад.

Он коротко кивнул.

— Идёмте.

Ксарен повёл меня не назад, к белой двери, а к боковому проходу. За ним оказался другой коридор — широкий, с тёмными окнами и высокими нишами в стенах.

Зал ожидания остался где-то далеко.

Никто из поступающих не видел ни моего падения, ни разбитого кристалла.

Пока моя неудача принадлежала только четверым.

***

Кабинет ректора находился в центральном корпусе.

Мы пересекли крытую галерею, поднялись по лестнице и остановились перед дверью без ручки. Ксарен приложил ладонь к узкой металлической пластине.

Я почувствовала, как защита проверяет его.

Не касаясь меня напрямую, она всё же заставила кожу на руках покрыться мурашками.

Внутри оказалось светлее, чем я ожидала.

Большое окно выходило на внутренний двор. Вдоль стен стояли шкафы, часть за стеклом, часть с глухими створками. Между ними висели карты, не все похожие на географические. У дальней стены находился широкий стол.

Два кресла стояли так, что сидевший в любом из них видел и вход, и окно.

Я выбрала ближайшее к двери.

Ксарен это заметил, но ничего не сказал.

Защита здесь ощущалась повсюду: в камне, в оконной раме, даже в тонкой металлической полосе вдоль плинтуса. Несколько контуров накладывались друг на друга, и я быстро перестала пытаться их разделить.

Через несколько минут дверь открылась снова.

Вошёл мужчина с пепельно-русыми волосами, небрежно собранными на затылке. Высокий, худощавый, с сонным выражением лица. В одной руке он держал закрытую книгу, в другой — очки.

Дракон.

Ещё один.

— Вейл, — представил меня Ксарен. — Сайр Терен Илларт. Магическая физиология.

— Добрый день, — произнёс дракон.

Он посмотрел сначала на меня, затем на Ксарена.

— Астэр велел дождаться его здесь?

— Да. Наблюдать за состоянием. Не исследовать.

Терен чуть приподнял брови.

— Он сказал именно так?

— Именно.

— Какое недоверие.

Ни обиды, ни насмешки в голосе не было. Скорее ленивое признание очевидного.

Он поставил книгу на столик и сел напротив меня.

Ксарен задержался у двери.

— Если что-либо изменится, вызывай.

— Разумеется.

Когда дверь закрылась, я поняла, что снова сжимаю ремень сумки.

Сайр Терен посмотрел на мои руки.

Потом на лицо.

— Тошнота есть?

— Нет.

— Зрение не двоится?

Я покачала головой.

— Боль в груди?

— Нет.

— Хорошо.

Он помолчал.

— Когда поток перестал подчиняться, вы сначала почувствовали жар или давление?

Я перестала дышать на середине вдоха.

Так спрашивал Илвар.

Не теми же словами. Не тем же голосом.

Но с тем же вниманием к последовательности ощущений.

Терен подался вперёд.

— Это важно для различения…

И остановился.

Я смотрела на книгу возле его локтя, ожидая, что он сейчас откроет её и начнёт записывать.

Дракон откинулся обратно.

— Впрочем, астэр запретил исследования. Оставим.

Он взял книгу.

Несколько секунд я не могла отвести от неё взгляд.

Но Терен открыл её ближе к середине и продолжил чтение. На странице виднелись схемы магических каналов какого-то существа, совсем не похожего на человека.

Я сидела напротив, прислушиваясь к каждому шелесту бумаги.

Через некоторое время он, не поднимая головы, указал на столик у окна.

— Вода в кувшине. Обычная, без добавок.

Я не спросила, почему он уточнил.

Поднялась и налила себе сама.

***

Ректор вернулся, когда свет во дворе заметно потускнел.

С ним пришли Ксарен и Иара. Артефактор несла узкий футляр, но поставила его на край стола, не открывая.

Терен закрыл книгу.

— Новых выбросов не было. Жалоб, требующих немедленного вмешательства, тоже.

— Благодарю, сайр Илларт.

Дракон встал. На мгновение мне показалось, что он всё-таки задаст тот вопрос.

Вместо этого он кивнул мне и вышел.

Сарвейн занял место за столом.

— Вейл, ваша подготовка и дар позволяют допустить вас к обучению. Существующая проблема — контроль.

Я держала стакан обеими руками.

— Я за этим и пришла.

— Да. Но первый курс начинается не с магических упражнений. На нём вам предстоит выполнять распоряжения, переносить нагрузку и находиться среди тех, кто не будет учитывать ваши особенности.

Он говорил ровно. Без попытки напугать.

— Сегодняшнее не должно повториться в жилом корпусе или на тренировочной площадке.

— Я понимаю.

— Поэтому зачисление остаётся в силе при условии ношения стабилизирующих ограничителей.

Иара открыла футляр.

Внутри лежали два широких разомкнутых браслета.

Тёмный металл, почти чёрный. По краям — потёртое серебро. Руны отличались от тех, которыми были покрыты современные артефакты: теснее, глубже, с непривычно вытянутыми знаками.

Я поставила стакан.

Очень осторожно.

— Они из личного собрания астэра, — сказала Иара. — Обычные учебные ограничители для ваших показателей не подходят. Эти рассчитаны на работу с магом первой ступени.

Я смотрела на внутреннюю поверхность ближайшего браслета.

Гладкую.

Достаточно широкую, чтобы охватить предплечье.

— Они запирают резерв?

— Нет. Энергия внутри тела продолжает двигаться свободно. Ограничивается выход наружу.

Я подняла глаза.

Иара, приняв мой взгляд за просьбу пояснить, придвинула футляр ближе к себе.

— При небольшом потоке вы почти не почувствуете сопротивления. При увеличении браслеты нагреваются и сжимаются. Попытка продавить установленный предел причинит боль. Стабилизирующий контур сглаживает резкие скачки прежде, чем они превращаются в выброс.

— А если не остановиться?

— Можно повредить артефакт. Или себя. После повреждения выход силы станет неконтролируемым.

Аурная иллюзия держалась на внутреннем рисунке энергии.

Если Иара говорила правду, маскировка сохранится.

Я цеплялась за эту мысль, потому что на остальное смотреть пока не могла.

— Их можно снимать?

— Не самостоятельно. Для снятия нужен ключ и ритуальное размыкание контуров. Ослаблять ограничение будем по мере того, как вы научитесь управлять потоком.

— Кто решает, когда?

— Я, — ответил ректор. — По заключению вашего куратора и главного артефактора.

Ксарен стоял у окна.

Сарвейн посмотрел на него.

— Личное сопровождение Вейл поручено эрдану РаХаду.

Демон коротко склонил голову.

Ни возражений, ни заметного удовольствия.

— До конца первого месяца вы можете отказаться и покинуть академию, — продолжил ректор. — Если ограничители уже будут установлены, мы снимем их перед уходом. Сами артефакты остаются собственностью Равессара.

Я посмотрела на него.

— Почему вы готовы их предоставить?

Вопрос прозвучал тише, чем я хотела.

Сарвейн не стал делать вид, что не понял.

— Потому что выпускник с вашим даром способен выполнить работу, за которую другим не заплатят даже за попытку.

Три заказа.

Я вспомнила формулировку договора.

— Вам нужны годы обучения и контроль, — сказал он. — Академии нужен результат. Пока наши интересы совпадают.

В этом не было утешения. Зато не было и обещания заботиться обо мне просто так.

Я снова посмотрела на браслеты. Металл на руках. Чужой ключ. Необходимость просить разрешение, чтобы вернуть себе доступ к собственной силе.

В груди стало тесно.

Я поставила ноги ровнее, чувствуя подошвами пол. Здесь было окно. Дверь не заперли после моего вопроса. Мне сказали, что произойдёт. Назвали условия. Оставили право отказаться.

На алтаре ничего этого не было.

— Мне нужно знать, как пройдет фиксация артефактов, — сказала я Иаре.

Она не переспросила.

— Сначала измерю предплечье лентой. Затем замкну браслет. Настройка займёт несколько минут. Начнём с левой руки, если вы согласны.

Я перевела взгляд на Ксарена. Затем на Сарвейна

Они не уговаривали, просто ждали. Можно было встать, забрать сумку и уйти. Никто пока не отнял у меня этого права.

За воротами я снова осталась бы с силой, которую боялась, и людьми, от которых пряталась.

Я расстегнула манжету.

Пальцы слушались плохо, поэтому на маленькую пуговицу ушло больше времени, чем следовало.

Потом закатала рукав и положила левую руку на край стола.

— Начинайте.