Чёрные Стены

– Говори, кто тебя подослал. – Приказал мне главарь.

– Ринкон, он… – Снова попытался заступиться Престо.

– Молчи, ты же знаешь, что нам нельзя так рисковать. – Перебил его старший мальчик. – Или ты захотел на туранские галеры.

– Да кто меня мог подослать? Я даже не местный. – Попытался защититься я.

– Ага, заметно что не местный, разговариваешь как чудик. – Согласился Ринкон. – Значит ты, mentula, и приплыл с кем-то из работорговцев, на их корабле, а они послали тебя выследить новый товар. Верно?

– Послушай, мы с сестрой вчера лишились дома и родителей. Разве туранцы, или кто ещё, стали бы подсылать кого-то вместе с девчонкой? – Немного приврал я.

– Сестрой? Какой ещё, in culus, сестрой? Что-то я не вижу никакой сестры. – Издевательски произнёс главарь шайки. – У тебя, от страха мозги помутились?

– Это правда, она неподалёку, я могу её привести, показать.

– Ну конечно, ты думаешь я отпущу тебя, чтобы ты всё рассказал своим?

– Тогда пошли со мной. – Предложил я.

Ринкон задумался, он долго стоял, пристально смотря мне в глаза.

– Ладно, но, если я хоть что-нибудь заподозрю, этот нож окажется у тебя в кишках, fellator. – Пригрозил он мне, а затем обратился к остальным. – Если первым сюда войдёт кто-то кроме меня, вы знаете что делать.

Вскоре мы с Ринконом уже направлялись к знакомой церкви, он шёл где-то на полшага позади меня. Хоть мальчишка и повесил нож обратно на тряпичный пояс, но мне всё равно чудилось, что остриё упирается где-то между лопаток. Оставалось только надеется, что Элия смекнёт в чём дело, когда я обращусь к ней как к сестре.

Однако, на деле всё вышло иначе, когда мы уже подходили к дверям божьего дома, те распахнулись и из них вышла Элия в сопровождении мужчины средних лет, судя по виду дворянина или богатого купца. На лице у него играла примерзенькая масляная улыбка, от одного его вида мне сделалось не по себе. Он положил руку на спину Элии, и куда-то её направлял, та растерянно оглядывалась на него.

– Damno! – негромко выругался я.

– В чём дело, это твоя сестра? – Тревожно спросил у меня шёпотом Ринкон.

– Да, я сказал ей ни с кем не разговаривать, а она…

– Cretino. – Я даже не обиделся на оскорбление, Ринкон был прав. – Ну что делать будем.

Я оглянулся по сторонам, спешно пытаясь найти выход из ситуации.

– Жди здесь и приготовься бежать. – Бросил я своему нежеланному спутнику.

Приметив на мостовой камень подходящего размера, который можно было легко вынуть, я подобрал его и побежал за удаляющимся с Элией мужчиной, держа свою находку в руке прямо перед собой.

– Господин! Господин! – Кричал я. – Вы обронили кошелёк!

Тот, обернувшись, и заметив, что я действительно что-то несу в руке, поначалу немного растерялся, но затем его рука метнулась к поясу, где он нащупал свой кошелёк в привычном месте.

– Что… – Ещё больше растерялся он, не понимая, что к чему.

– Вот. – Произнёс я и метнул с нескольких шагов камень ему прямо в лицо.

Похититель Элии взревел как бык, схватившись за рот, судя по всему, я выбил ему несколько передних зубов, по крайней мере, избавив мир от его мерзкой улыбки.

– Бежим! – Я схватил девочку за руку, она не стала сопротивляться.

Рикон уже был наготове, когда мы с ним поравнялись, он тоже припустил со всех ног. Бег босиком по каменной мостовой – не самое приятное занятие, однако страх придавал нам сил, так что уже вскоре мы оказались под всё тем же мостом над речкой Пулито.

– Адэр… зачем?.. – спросила Элия, пытаясь отдышаться.

– Сама поймёшь… когда-нибудь… – Ответил я, так же тяжело дыша, может это было и неправильно, но мне, почему-то, не хотелось лишать её невинного взгляда на мир. – Я же сказал тебе, ни с кем не разговаривать кроме меня. Почему ты ослушалась? – Спросил я когда восстановил дыхание.

– Я хотела поставить свечку за упокой папы и мамы, но денег у меня не было. Это услышал тот господин, он заплатил, а ещё пожалел меня и сказал, что поможет, только не здесь… – По мере своего рассказа, Элия всхлипывать, упоминание о родителях не прошло даром.

– Ну ладно, ладно, всё. – Я, смутившись от того, что заставил её вспомнить то, чего она не хотела, приобнял и начал поглаживать её по волосам. – Ну всё, можешь не рассказывать.

– Если это твоя сестра, то я монашка из монастыря Босоногой Корнелии. – Заметил Ринкон. – Вы совершенно не похожи.

– Мы… от разных матерей. – Попытался сочинить я новую ложь на ходу.

– Адэр, что ты такое говоришь? – Возмутилась Элия, так и не понявшая всей ситуации. Похоже, тот господин из церкви спас меня от ножа в спину.

Я выжидающе посмотрел на Ринкона, тот стоял, скрестив руки на груди и так же смотрел на меня ответ, а затем внезапно громко рассмеялся во всё горло.

– Ну ладно, мне, в общем-то, всё равно. – Произнёс главарь шайки, просмеявшись.

– Правда? – Удивился я, там, в подземелье, он не показался мне таким добросердечным.

– Да, главное, что тебя не подослали работорговцы, они не стали бы устраивать такое представление, как в большой праздник на главной площади. – Произнёс он всё так же улыбаясь. – Можете пожить у нас.

– Спасибо. – Поблагодарил я.

Теперь я при дневном свете, наконец, смог разглядеть Ринкона. Он действительно был чуть старше меня, несмотря южный говор, его внешность немного отличалась от местных. Чуть светлее, с правильными чертами лица и завивающимися в мелкие кудри чёрными волосами, он немного напоминал жителей островов Энейского архипелага, одним из которых был и Корну, пусть и находившийся в отдалении от основного скопления. Однако, сейчас меня больше заинтересовало другое.

– Слушай, там внизу, ты ругался как пьяный моряк, но не здесь. – Заметил я.

– Да, ты прав, это так. – согласился Ринкон, дав ответ, который ничего не разъяснил.

Глава 6 Ринкон

– Спасибо. – произнёс я, когда мои новые товарищи предложили разделить с ними трапезу.

На обед у Портовых Крыс был хлеб, не самый свежий, и колбаса. Всё это разогревали на костре, держа прямо в руках, притом, судя по тому как оживились остальные ребята, для них это был настоящий пир. Я довольствовался только небольшим ломтем лепёшки и совсем крохотным кусочком колбасы, всё же, мне было неловко, однако я не мог не взять протянутую мне Ринконом еду, даже здесь, в этом далеко не самом благородном обществе, отказаться от искренне предложенной пищи, означало бы оскорбить моих, так сказать, сотрапезников. Элия тоже ела немного, не знаю, думала ли она о том же, или же просто ещё была сыта после завтрака.

После обеда дети снова начали разбредаться по своим делам, первым, конечно же, к выходу устремился Престо. Около костерка остались только мы с Элией, ещё четверо малышей лет шести, один парнишка, выглядевший совсем тщедушно, и, как ни странно, Ринкон. Главарь шайки бережно подобрал оставшийся хлеб и убрал его в отрез парусины, который затем как мешок привязал к верёвке, свисавшей с потолка.

– От крыс. – Пояснил он, заметив мой взгляд. Элия поёжилась при этих словах, да и мне стало не по себе. – Новенький, поможешь мне воды натаскать. – Обратился он ко мне, я бросил быстрый взгляд на Элию. – Да не бойся, не случится ничего с твоей «сестрой». Всё равно тут кроме мелких, только Роза и осталась.

– Роза? – Переспросил я, только тут поняв, что щуплый парень у костра, был совсем не парнем.

Впрочем, по виду Розы, облачённой в бесформенные обноски, со спутанными волосами неясного цвета, вообще было сложно что-то понять. Она же, в свою очередь, даже не обратила на нас внимания, несмотря на то, что разговаривали мы о ней, продолжая отрешённо смотреть на огонь.

Ринкон подойдя к нише в стене, когда-то давно служившей алтарём, взял оттуда дешёвый оловянный масляный светильник. Однако, по тому как осторожно он поджигал фитиль от костра, я понял, что здесь этот предмет является большей ценностью.

– Пошли. – Позвал меня Ринкон, я последовал.

Напоследок заметив, что Элия бросила мне вслед немного обеспокоенный взгляд, но возражать не стала. Медальон, в этот раз, я ей оставлять не стал, лучше его вообще было не показывать остальным лишний раз.

Подобрав три старых деревянных ведра, стоявших у стены, мы выдвинулись в путь. Поначалу я недоумевал зачем Ринкону светильник, если мы идём за водой, однако, когда он направился в противоположную от выхода сторону, я понял, что мы явно направляемся не к колодцу или реке. Благодаря тусклому свету, я смог разглядеть зияющий темнотой проход, ведущий в неизвестные мне недра.

Похоже, Портовые Крысы жили у одного из входов в знаменитые подземелья Нюциттии, о которых до этого мне приходилось только слышать. Запутанная сеть переплетённых древних штолен, катакомб, тоннелей и проходов неясного назначения. Говорили, что здесь сгинуло немало отчаянных голов, заблудившись в поисках некого древнего сокровища, которое, якобы, было спрятано ещё до основания города. Так или иначе, спускаться сюда действительно не стоило без человека, хорошо ориентирующегося в запутанных тёмных переходах. Да и то, даже те, кто пользовался этими подземельями, могли запомнить только лишь, относительно, малую их часть, есть сравнивать с общим масштабом.

Мерцающий слабый свет от оловянного светильника Ринкона выявил множественные ниши вдоль стен, многие из них были пусты, хотя кое-где можно было заметить одинокую кость или часть человеческого черепа.

– Древние захоронения. – Пояснил мой новый приятель. – Мелкие боятся сюда заходить, что к лучшему, дальше заблудиться проще простого. Ты, надеюсь, не из пугливых?

– Не дождёшься. – Ответил я, при этом пытаясь не выдать, что мне, всё же, было немного жутковато. – Элии, пока, не рассказывай.

– Ладно. – Согласился Ринкон. – Кстати, осторожнее, тут желоб в полу, не споткнись.

Я кивнул, всё же, строители древности всё продумали так, чтобы храм не затопило, если поднимется уровень воды или начнутся ливни. Возможно, здесь была предусмотрена и какая-то вентиляция, поскольку из-за костра ещё никто не задохнулся. Впрочем, сейчас я задумывался над этим в последнюю очередь.

– Хорошо, что ты покрепче остальных, можешь два ведра унести. – Заметил Ринкон, когда мы углубились в катакомбы. – Раньше мне приходилось делать по три ходки, всё же без света тут не пошастаешь.

– Так стащили бы бочку и поставили у себя, можно надолго воды натаскать. – В том, что большинство вещей в убежище Крыс ворованные, у меня сомнений не было.

– Надо же какой умный нашёлся. А как ты её вниз спустишь? У нас там, если ты заметил, не Столичные Ворота. – В этом он был прав, однако, насчёт воровства ничего так и не возразил.

– Так чем ты тут занимаешься, ну кроме того, что таскаешь воду? – Попытался выведать я у него.

– Обычно, хожу на площадь или в порт, там можно наняться в посыльные или в носильщики, если возьмут. Остальные, почти тем же промышляют, только в носильщики их не берут, мелкие ещё. Кто-то таскает по-мелочи что-нибудь у лавочников, в основном еду, но я их, обычно, за такое гоняю, оно того не стоит, чтобы за лепёшку под плети пойти или что ещё похуже. Правда, когда уж совсем в кишках пусто несколько дней, то и за морковку в драку полезешь. – Признал он погрустнев. – Другое дело – это иноземцы, если что-то собираешься умыкнуть, то лучше не у местных. Обычно, сюда приезжают по делам и надолго не останавливаются, а значит, скорее всего и к страже не пойдут.

– Значит, ваши ещё и занимаются тем, что срезают кошельки? – Спросил я.

– Эй, даже не думай об этом! – Ринкон резко остановился и серьёзно посмотрел мне в глаза. – Все цирюльники под каморрой или Манчини ходят.

– Цирюльники? – Переспросил я.

– Да, так их называют, вроде как срезают лишнее. – Подтвердил мой собеседник. – Но только работа эта требующая ловкости, да и, как уже сказал, если сунешься в это дело без разрешения, то за тобой быстро придут.

– Так что же тогда можно красть? – Удивился я.

– Одежду, в основном, платки. Да и то, такое случается не часто, это надо пробраться в таверну, следить за теми, кто выпьет лишнего и, если повезёт, он может что-нибудь забыть на столе.

– А может и не забыть. – Поддразнил я Ринкона.

– Может и не забыть, – согласился он – тогда весь вечер впустую. А иногда и везёт, недавно я вызвался доставить багаж для одного умбрийца, тогда удалось у него стащить две рубашки. – Не без гордости сообщил собеседник.

– Правда? – Удивился я. – Что-то не похоже. – Рубашка самого Ринкона выглядела так, будто была его ровесницей, а может и старше.

– Ты что, думаешь мы себе всё это оставляем? Продаём, конечно, я вот всё ношу старику Ави из фараанского квартала, он даёт самую справедливую цену, по сравнению со остальными. – Судя по тону, «справедливой» цена было только в сравнении с тем, что могли предложить другие скупщики.

– Фараанин? Справедливую? – Переспросил я, этот народ был не из тех, кого принято было обвинять в излишней щедрости, скорее наоборот.

– Конечно, старик умнее остальных, он знает, что если попытается меня обмануть, то в следующий раз я к нему не приду, плохо будет если их всех выселят, доходили такие слухи до меня. Местные уже так не заплатят, а рисковать попасть на плавучие доски ради пары медяков, оно того не стоит. – Помолчав он добавил. – А ещё, если поймают с краденым, то сразу высекут, а уж потом будут разбираться что да как.

Исходя из всего рассказанного предводителем Крыс, выходила довольно мрачная картина. Хотя, не то чтобы я ожидал чего-то другого, но после того, как мне без проблем удалось, в первый же день своего бродяжничества, обокрасть имперский военный галеон, мне казалось, что на воровстве можно, если не разбогатеть, но, хотя бы, прожить. Однако, если верить Ринкону, сулило это занятие больше проблем, чем благ.

– Хотя, иногда и удаётся неплохо разжиться, если пробраться на склад или ещё куда. – Видимо, мой собеседник догадался о чём я подумал. – Так нам удалось унести неплохой кусок парусины, наши его теперь как одеяла используют. Но обычно мы хватаем еду и по-быстрому сматываемся.

– Склады? Серьёзно? Кто-то только что говорил, что лучше иной раз не рисковать. – Заметил я.

– Так мы и не лазим туда, где хранятся дорогие товары, которые лучше охраняются.

Катакомбы уже давно закончились и теперь нас окружали глухие стены, в тусклом свете казавшиеся чёрными, иногда в них виднелись ответвления, а порой встречались и настоящие перекрёстки. Мы уже несколько раз успели повернуть, пожалуй, в одиночку я здесь бы очень быстро запутался. Сам по себе, проход был довольно узкий, так что нам приходилось идти друг за другом. А затем, внезапно, мы с Ринконом вышли в просторный тоннель, ну или, по крайней мере он казался таким после тесноты. Хотя, в любом случае, он был настолько большой, что здесь без проблем могла проехать запряжённая повозка.

– Что б меня! – Поразился я. – Для чего вообще тут этот императорский тракт?

– Да кто б его знал. – Ответил Ринкон. – Ну, точнее не знаю для чего его построили, но сейчас… – тут собеседник замолчал и осмотрел меня с ног до головы. – Слушай, сколько тебе вообще лет? – Внезапно спросил он.

– Десять. – Честно ответил я.

Главарь кивнул, что-то прикинув в уме, мне же это говорило о том, что, по крайней мере до десяти он умел считать.

– Ты выглядишь крепким, есть одно дельце, надо будет прийти сюда ночью, сам всё увидишь. – Не стал он раскрывать подробностей.

– Ладно, надеюсь оно того стоит. – Согласился я, хотя всё ещё немного сомневался. – А тебе самому сколько?

– Двенадцать. – Ответил он, моя первая догадка о его возрасте оказалась верна. А ещё, он не только знал когда родился, но и умел считать до дюжины, что, подозреваю, было редкостью среди Портовых Крыс.

Мы снова нырнули в один из проходов, только теперь уже с противоположной стороны.

– Ринкон, могу я тебя спросить кое о чём?

– Ну давай, смотря о чём. – Настороженно ответил он.

– Давно ты стал… – я немного замялся, не зная какое слово лучше подобрать – жить здесь?

– Где здесь? – Только и усмехнулся он. – Так и спрашивай прямо, давно ли я стал бродяжничать? Два года назад, мне тогда тоже было десять. – Ринкон замолчал, я уже решил, что больше он мне ничего не расскажет, когда тот продолжил. – Мои родители с откуда-то с Энейских островов, точнее не скажу, они никогда и не рассказывали, тем более, что родился я уже здесь. Отец был купцом, не самым богатым и успешным, но на жизнь хватало. Когда мне было пять, мама умерла от холеры, сестре только год исполнился, отцу с нами приходилось нелегко, но он справлялся. По крайней мере до тех пор, пока не разорился.

– Что случилось? – Подтолкнул я Ринкона продолжить рассказ, о чём тут же пожалел.

– Пираты. – Это слово резануло меня подобно ножу. – Из-за этих тварей он пошёл по миру. Жалко, что этот Ворон вчера так легко отделался, я так хотел увидеть, как он болтается в петле.

– Так как вышло, что ты стал бродяжничать? – Я постарался вернуть Ринкона к прежней теме. При этом, чувствовал, что меня немного мутит.

– Ах да. – Парень, как будто очнулся от своих мыслей. – Когда отец разорился, он стал занимать деньги у каморры, но вернуть их уже не мог. Имущество давно было заложено, так что ему предложили другой способ как вернуть долг, а именно продать одного из детей в рабство, либо меня на галеры, либо сестру, чтобы её вырастили для… для… – Тут Ринкон запнулся, по пламени от светильника было понятно, что его руки дрожат.

– Я понял. Можешь не продолжать, если не хочешь. – Поспешил я его остановить.

– Да нет, всё в порядке. – Сказал он, хотя по нему было заметно, что всё совсем не так. – Никогда не забуду глаза в тот момент. Он долго сидел, смотря то на меня, то на сестру, то на этих из каморры. Клянусь, в какой-то момент, он готов был наброситься на них, даже с голыми руками, но потом он просто сказал: «Забирайте девочку». Именно так и сказал, он не смотрел на сестру, даже имени её тогда не произнёс, она была уже просто «девочка». Меня, тогда будто громом поразило, в глазах потемнело, а когда я снова пришёл в себя, никого уже не было вокруг. Я так и простоял там, не заметив, как каморра уводит Иоланду, не заметив, как и ушёл мой отец. В ту же ночь, он умер, сердце не выдержало. Дом забрали, так я и оказался на улице.

– Ты на него злишься? – Спросил я.

– Нет, уже нет. Поначалу – да. Но, когда поживёшь на улице, становишься… немного другим. – Так и не смог подобрать правильного слова Ринкон. – Отец тогда пытался спасти хоть одного из нас, а если бы ещё и полез в драку, то сделал бы всё только хуже. Хоть мне и самому мерзко от того, что я стал так думать. – Он долго молчал. – И ещё, Адэр, пообещай, что никому не расскажешь. Обещаешь?

– Обещаю. – Меня удивило, что Ринкон готов был откровенничать со мной, хотя и знал всего ничего. Хотя, скорее всего, он всё это держал в себе на протяжении двух лет, а теперь решил выговориться.

– На один единственный миг, когда отец отдал им сестру, я почувствовал облегчение, я был рад, что меня пронесло. – Сказал он изменившимся голосом.

Я не знал, что ему ответить, любые слова не могли бы ничего изменить к лучшему. Можно было сказать, что понимаю его, но это было ложью, всё же, я оставался десятилетним мальчиком, и мои представления о мире только складывались. Мне, воспитанному на рассказах матери о славных предках и героических романах, трудно было это принять, даже несмотря на то, что я и сам уже стал на тёмную дорожку соглашательства со своей совестью. Впрочем, в тот момент, я, конечно же, ни о чём подобном и не думал.

– И что было дальше? – Спросил я после продолжительного молчания.

– Я бродяжничал в порту, конечно, я понимал, что меня могут в любой момент схватить работорговцы, но и возможности прокормиться здесь было больше. Первое время, я воровал еду у лоточников, пока те меня не запомнили и не начинали звать стражу, как только видели, так что я стал перебиваться чем получиться. Со временем, как-то, ко мне начали прибиваться и остальные, сам не знаю как так вышло. Через год с нами уже были Пино, Престо, Бассо, Гастон. Кстати, Престо и нашёл тот старый храм. Мы тогда стащили у рыбаков немного их улова и жарили рыбу на костре, который под мостом развели, а ему всё не сиделось на месте, он тогда зачем-то полез в кусты и исчез.

– Да, знаю каково это. – Усмехнулся я.

– Поначалу, мы боялись заходить далеко, однако, чем дальше мы здесь жили, тем больше свыкались. Даже с тем, что у нас в соседях древние мертвецы. – Закончил Ринкон.

Тут, я услышал тихое журчание воды, похоже мы пришли. И действительно, когда прошли чуть дальше, перед моими глазами предстала настоящая подземная река, хотя, приглядевшись, я понял, что была она искусственного происхождения. Тогда, я ещё ни разу в жизни не видел бассейнов, так что даже не знал с чем сравнить.

– Для чего это здесь? – Спросил я у Ринкона.

– Тише. – Произнёс он почему-то шёпотом. – Смотри. – Он указал на высокий поток и чуть поднял светильник.

Было темно, но всё же я смог различить небольшие отверстия.

– Над нами старые дома, – начал, всё так же тихо, пояснять мой спутник – через эти дырки спускают кувшины на верёвке и набирают воду, которая течёт сюда по акведуку.

– То есть у них колодцы прямо в доме? – Удивился я.

– Что-то вроде того.

Старясь не шуметь, мы наполнили вёдра и направились обратно, идти было действительно не так уж близко, особенно, если учесть, что до этого Ринкону приходилось делать по три ходки. Тяжёлые вёдра затрудняли разговор, но, всё же, меня слишком волновал один вопрос.

– Ты узнавал, что стало с твоей сестрой? – Спросил я.

– Да. Её продали туранцам. – Отвечал он короткими, рублеными фразами, на ходу с ведром полным воды разговаривать было неудобно. – Там у них какие-то места есть. В них девочек обучают для гаремов. Это всё что я знаю.

Весь обратный путь мы проделали молча.

Глава 7 Ночная прогулка

Принеся воды, остаток дня мы просидели у тлеющего костра. Насколько я понял, разводили его только когда собиралась вся шайка, всё же дрова были роскошью для бездомных детей. Как топливо использовали всё, что только могло сгодиться: солома, навоз, ветошь. В остальное же время, когда кто-то находился в убежище, пользовались масляным светильником и глиняными лампами, самодельными, обожжёнными на солнце.

Хотя, обычно, большую часть дня, заброшенный храм пустовал, все уходили на свой привычный промысел, а малыши лет пяти-шести собирали плавник вдоль реки вместе с Розой. Эта девочка, единственная среди Портовых Крыс, до появления Элии, показалась мне самой странной из всех. По ней было сложно сказать сколько ей лет, за весь этот день она не произнесла ни одного слова, когда ей давали еду, она жевала её с отсутствующим видом, будто делая это по привычке, а не потому что ей надо было питаться. Большую часть времени она просто сидела в тёмном углу, обхватив руками колени и смотря в темноту невидящим взглядом.

Мы же, с Ринконом и Элией остаток дня провели у тлеющего костра. Не то, чтобы у нас было много общих тем для разговора, поэтому, в основном, просто молчали глядя на угли. Со временем и остальные начали возвращаться в убежище с добычей. Сегодня на ужин у нас был хлеб и немного вяленой рыбы. Мальчику по имени Бассо удалось даже откуда-то стащить кувшин разбавленного вина. Конечно, здесь на юге, принято давать детям воду с парой ложек вина, для здоровья. Однако, даже по местным меркам беспризорники слишком рано приобщались к вину.

Когда мне предложили немного отхлебнуть, Ринкон посмотрел на меня и слегка покачал головой, сам он пить не стал, Элия и Роза тоже отказались. Когда уже все начали разбредаться по своим углам, главарь шайки подозвал меня.

– Насчёт того дела. Лучше выйти сейчас, они приходят когда стемнеет, правда, точного времени я не знаю.

– Хорошо. – Согласился я. – Только ты мне расскажешь всё, наконец?

– Увидишь. – Только и произнёс Ринкон, меня это уже начинало немного раздражать.

Он снова прихватил свой светильник, мы направились в катакомбы и через некоторое время уже стояли в большом тоннеле, прислонившись к прохладной стене, ожидая неизвестно чего.

– Адэр, а кем был твой отец? – Спросил меня Ринкон.

– Рыбаком, поначалу, а затем стал матросом имперского флота. – С каждым днём у меня появлялось всё больше причин скрывать свою истинную личность.

– Правда? Матросом? – В голосе моего нового товарища чувствовалось возбуждение. – Он и с пиратами, значит, сражался?

– Да, сражался. – Подтвердил я, не став уточнять при каких обстоятельствах.

– Значит, он вчера… – Тут Ринкону стало неловко за своё любопытство.

– Да.

– Прости меня, я не хотел. – Смутился он.

– Ничего, ты же не знал. – На самом деле, подозреваю, что сейчас я чувствовал себя более неловко, чем сын купца, ставшего сиротой, возможно, стараниями и моей семьи.