Хроники Великих домов. Часть вторая. Эпоха Неизбежности

- Сейчас у меня нет на это времени, - резко возразила Эмриссия. - Я будущий наместник дома Морзано, и я не могу подвести Тедора, оказавшись недостойной…

- Быть может, мы спросим у него, считает ли он тебя достойной или нет? – усмехнулся Эридан.

- Я знаю, что он ответит, - покачала головой девушка, - но этот ответ будет скорее от его любви и заботы обо мне, чем от строгого и бескомпромиссного решения Короля. Как бы я ни была слаба, он никогда не примет решение выставить меня за порог или лишить титула, поэтому я не хочу ставить его перед выбором в пользу меня или своей совести. Я стану достойной звания наместника и буду опорой своему брату во всём, в чём только смогу. Он никогда не будет один, я буду его щитом, и мечом, молниеносно разящим его врагов.

Два короля Иль-де-Нарса слушали, не перебивая. Столь жестокие слова из уст юной девушки просто обескураживали. Да, она права, её суждения действительно имеют смысл. Но что-то было не так. В своей погоне за силой Эмриссия что-то упускала, что-то очень важное, без чего она никак не сможет стать самой собой. Что-то, от чего она сама хотела избавиться.

- Знаешь, - снова начал Ардеон, смотря куда-то в чащу леса, словно там и находились ответы на его вопросы, - порой твои усиленные тренировки похожи на побег. Ты бежишь от чего-то, возможно, даже сама не понимаешь от чего. Но побег не принесёт тебе ни счастья, ни облегчения. Он также будет мучить тебя, изнуряя и лишая сил ещё больше, - Видящий медленно обернулся к ней, взглянув в тёмно-зелёные глаза. - Не нужно бегать. Прими всё то, что тебя беспокоит. Встреться со своей болью лицом к лицу, и только тогда ты будешь способна, наконец, двигаться дальше. Да, ты совершенствуешься во многих искусствах, но сердце твоё стоит на месте, и пока ты не развяжешь этот узел, ты будешь неспособна до конца осознать всю свою силу, а значит, и пройти путь, определённый судьбой.

- Меня ничего не тревожит, - глухо ответила Эмриссия, опустив голову, - я просто пытаюсь выполнить свой долг.

- Долг это, конечно, хорошо, - продолжил младший из королей, - но помимо этого нужно ещё и уметь жить. Ты пришла в этот мир для того, чтобы жить, но ты старательно забыла про это, подменив душевный восторг безумной гонкой.

- Я живу, - чуть слышно ответила она, так и не подняв голову. - У меня есть Тедор, я не могу его оставить.

- Научись полагаться на него и идти своим собственным путём рядом с ним, - вмешался Эридан. – Твой брат достаточно силён, чтобы справиться без няньки, а у тебя достаточно много собственных дел, с которыми кроме тебя никто не сможет совладать.

Девушка только кивнула, так и не подняв головы. Очевидно, что Эмриссия так и не была готова полностью согласиться с их доводами, но они хотя бы попытались. Быть может, со временем эти слова и найдут отклик в её душе.

- Солнце почти поднялось, - проговорил Ардеон, - скоро начнётся приветствие солнцу. Мы не можем опоздать на него.

Эридан кивнул, пропускать такое мероприятие не то что бы запрещалось, просто сами жители не любили терять чудесные мгновения утренней красоты и единения. Ардеон прекрасно помнил, как однажды из-за двух купальщиков озера Мриссур он так и не смог насладиться волшебным приветствием новому дню. И вот один из результатов этого союза стоит перед ним. Эмриссия с каждым годом всё больше и больше становилась похожа на его старшую сестру, на его Вьенесс, но душа у неё былаМорзановская - истинное бушующее пламя, готовое подняться до небес, если потерять контроль. Тедорер был другим. Своей сутью он больше был похож на мать, в меру спокойный, в меру вспыльчивый, но Ардеон думал, что с годами это пройдёт, эмоции утихнут, и он действительно сможет стать одним из величайших Королей, которых только видел воинский северный дом. Вот такие были они, его племянники, в самые ранние годы свей жизни вынужденные столкнуться с ужасом и несправедливостью этого мира, и теперь всеми силами пытающиеся выстоять, чтобы сразить все преграды на своём пути и снова вернуть истину в Амбэральские земли.

Оба короля уже подходили ко дворцу, Эмриссия же семенила за ними чуть поодаль, всё ещё находясь в прострации после услышанного. Девушка ожидала похвалы и восхищения тем, что она действительно на правильном пути. Но реакция дядей удивила её. О каком отдыхе и жизни может идти речь, когда у них так мало времени. Через несколько лет Тедорер уже сможет получить корону, а значит, они вернутся в Амбэралу и будут вынуждены действовать без какой-либо подготовки и тренировки. Поэтому сейчас она должна максимально успеть всё. Тедор, её дорогой Тедорер. Она сможет его защитить, каких бы усилий ей это ни стоило.

Её дяди уже прошли мимо дворца, уверенные, что она следует за ними, когда Эмриссия почувствовала чей-то взгляд, направленный на неё из леса. Это был не просто взгляд, сила которого в большинстве случаев ощутима. Этот взгляд был особенный, в нём чувствовалась мощь и глубокое восприятие этого мира. Он словно огромная сфера поглощал всё в себя и в то же время давал ощущение полноты связи с кждым уголком вселенной.

Эмриссия обернулась, чтобы как раз заметить невысокую детскую фигуру, неожиданно двинувшуюся вглубь леса. На мгновение малышка обернулась к ней, и её ярко-синие глаза встретились с тёмно-зелёными.

- Ардара, - чуть слышно прошептала Эмриссия, узнав в маленькой девочке свою двоюродную сестру. Из-за излишней чувствительности супруги Ардеон с семьёй предпочитали жить на окраине Мир-оре-Арсе, каждый день посещая дворец по делам. Ардара, как и сам Ардеон, несмотря на самый юный возраст из всех детей королевской семьи, пользовалась авторитетом и уважением у всех старших родственников. Как и отец, она унаследовала дар Видящей, а от матери ей передалась часть сущности эмпатика, правда, в отличие от неё, девочка неплохо умела контролировать эту силу и не ощущала дискомфорта, если вокруг находилось достаточно много людей. Тем не менее, Ардару во дворце видели редко. Её отец настаивал на постоянных тренировках, надеясь, что ей не придётся испытать трудности работы со своими способностями, через которые пришлось пройти ему и Уарл. Но эти меры были излишни. Ардара и сама прекрасно понимала, что ей необходимо, и порой действовала совершенно неожиданно для окружающих, точно зная, что и зачем она делает. Вот и сейчас её приход не был случайным, юная Видящая отчётливо понимала, зачем она здесь, и что именно Эмриссия должна была обратить внимание на её присутствие. Ещё раз кивнув своей сестре, Ардара развернулась и медленно побрела в лес, побуждая юную Морзано идти следом за ней.

Времени почти не было, скоро должно было начаться приветствие солнцу, да и её дяди скоро заметят их отсутствие. Однако, Ардара не пришла бы сюда, если бы на то не было серьёзной причины, поэтому, отбросив последние сомнения и мысленно смирившись с взбучкой от старших родственников, девушка стремительно побежала в сторону леса, стараясь не упустить из виду свою сестру.

Дальше они шли медленно: Ардара впереди, Эмриссия чуть поодаль. Несколько раз юная Морзано пыталась звать девочку, спрашивая причину, но юная Видящая хранила молчание, не оборачиваясь. Дочери Амбэралы даже казалось, что она слышала голос сестры у себя в голове, возможно, не совсем голос, словно чувства и эмоции от услышанного задержались в её сознании, а сами слова стёрлись. И в этом потоке красок и чувств Эмриссия упорно пыталась отыскать ответы о том, зачем великая Ардара пришла сюда, пришла именно за ней, точно зная, с какой целью и куда она её ведет. Нет, дочь Ардеона не всегда была такой. Девочка могла заливисто смеяться, откидывая на плечо невероятно длинную чёрную косу, могла веселиться, лазить по деревьям и даже устраивать ловушки своим братьям и сёстрам, ни разу не попавшись, отчего часто удостаивалась тяжёлого взгляда своего отца. Но в эти моменты она не была просто Ардарой, она была Ардарой в высшем её проявлении, какое только было возможно в это мгновение: Ардарой-Видящей, Ардарой-королевой. Каждым её решением управляла Великая сила, направляющая по пути весь мир, поэтому у девочки не было сомнений, она знала куда идёт и куда собирается привести свою сестру. Эмриссия же, несмотря на все окрики и желание получить от дочери Ардеона хоть какой-то ответ, на самом деле не испытывала ни капли страха. Скорее её одолевало любопытство, ожидание неизвестности и попытка понять, зачем и куда собирается вести её юная Видящая. Она доверяла Ардаре также как и Ардеону, и многим другим членам своей семьи.

Неожиданно юная принцесса Иль-де-Нарса замерла, впервые оглянувшись на идущую позади Эмриссию. Девушка невольно вздрогнула под глубоким взглядом, полным силы и понимания, так необычно смотрящемся на миловидном детском личике. В этот момент юная Морзано поняла, что она остаётся здесь, дальше ей, по неведомой причине, проход был закрыт. Ардара же, убедившись, что Эмриссия верно поняла её обращение, также медленно двинулась вперёд. Трава загоралась зелёными искрами от каждого её движения, мир словно начинал жить новой жизнью, когда она прикасалась к нему. Юная наследница Иль-де-Нарса в эти мгновения казалась не Великой хранительницей, а маленькой феей, дающей своё волшебство этому миру. Картинка перед глазами плыла, привычные краски цветов вдруг приобретали множество оттенков и вспыхивали, словно языки пламени. Это уже была не лесная поляна, а какой-то неведомый мир, которому Эмриссия просто не могла подобрать слов.

Наконец, Ардара повернулась к ней лицом, и, как только её глаза встретились с недоумевающим взглядом Морзано, мир вокруг вспыхнул. Словно ударная волна пронеслась от Видящей к Эмриссие, и все привычные краски и очертания преобразились. Нет, они всё ещё были здесь, посреди леса, и любой другой, увидевший их со стороны, не заметил бы ничего кроме двух девочек, замерших на краю поляны, но глаза сестёр видели другое. Миллиарды цветных искр проносились перед их глазами, множество вспышек, всполохов, огней окружало их, словно они стояли в центре полыхающего костра. Но огонь не обжигал, он был такой же естественный, как и сама жизнь, и ни на миг не причинял боль. Эмриссия всё смотрела перед собой, не отрывая взгляд от глаз своей сестры. В них словно распахнулся целый мир, купающийся в синеве океанов. Ардара была всем в тот момент и была едина с сущностью того, что составляет саму основу мира. Нет, она не могла вместить всё полностью, но считанные мгновения единения с одной маленькой долей проявления открывали для неё множество важных знаний, одним из которых девочка обязана была поделиться со своей сестрой.

Эмриссия упорно вглядывалась в её глаза, чувствуя, как собственное сознание присоединяется к сестре. Ардара была Видящей и была эмпатиком. Сила, данная ей при благословении и разрешении свыше, могла легко установить единение с близким ей человеком, открывая тайны мира, который видит она сама. Эмриссия была дочерью Видящей и скрытым эмпатиком, не до конца осознающей свои способности, но сейчас этого было более чем достаточно. Их сознания приблизились друг к другу, и вот уже они плывут в потоке света и искр, чувствуя словно физически каждое слово и эмоцию друг друга. И даже в этот момент Ардара была сильнее. Через неё действовал поток, сила которого была огромна, а юная Морзано старалась лишь вместить его настолько, насколько позволяло её сознание.

- Зачем? Зачем? Зачем? - шептал ей поток. - Чего ты хочешь от своей жизни? В чём ты нуждаешься? Что тебя тяготит?

- Не знаю. Не знаю! Не знаю!!! - кричало её сознание, запутавшись в потоке собственных мыслей и чувств. - Я просто хочу защитить Тедора! Хочу быть нужной! Не хочу быть бесполезной как тогда, когда мы сбежали из дома!!!

Последнюю фразу она бы прокричала, если бы в этом мире можно было кричать. Душа её обессилела, девушка всё ещё слишком хорошо помнила ту ночь, помнила напуганных родителей, с которыми так и не успела толком попрощаться, помнила Круотера, который рисковал жизнью, чтобы спасти их. Они были обузой... С самого начала они были обузой, и если бы не они, возможно, никто бы и не стал так подставляться, по крайней мере, хоть кто-то ещё мог остаться жив. Да, когда-то у неё было много мечтаний: она хотела стать прекрасной королевой и хранительницей дома Морзано, достойным воином, знающим законы силы, чтобы не посрамить честь домов Морзано и Иль-де-Нарса, хорошей дочерью и гордостью для своих родителей, преданной сестрой для Тедорера и Акессиэль… Она определённо не хотела потерять его на своём пути, но так получилось. Теперь Эмриссия оказалась ни с чем, у остатков разбитой короны, понимая, что её мечты это слишком много для того, что девушка может себе позволить. Ей нужно было выбирать, и она выбрала. Выбрала то, что позволяло сохранить хотя бы остатки её рухнувшего мира, и за это Морзано отдала всё: все свои силы и умения, всё своё время. Она старалась не думать о тех цветах, которые зарождались порой в её сердце: о родителях, воспоминания о которых приносили как счастье, так и боль, и об Акессиэле, который был слишком далеко, чтобы возлагать на него хоть какие-то надежды. У неё был Тедорер, и этого было достаточно. Эмриссия бросила все свои силы, чтобы уберечь хотя бы его, но, похоже, опять проиграла. Он не нуждался в её защите, её старший брат сам был прекрасным воином и хранителем силы. Да, Тедорер считал её равной себе, но ни в коем случае не собирался делать девушку ни своим щитом, ни своим мечом. Ему не нужен был каратель и хранитель в одном лице, ему нужна была его сестра, в поддержке которой он нуждался больше и больше с каждым днём.

Эмриссия была нужна им, нужна им всем такая, какая есть. Нужна со всем тем, что долгие годы считала бесполезным, но это было не так. В её мире, её доме и семье достаточно Великих воинов, и пусть её воинский путь также достоин, но в ней есть что-то ещё, на что не способен никто, кроме неё, и у младшей Морзано нет права отказываться от этого дара.

Она часть этого мира, она дочь, сестра, а в будущем жена и мать. Она одна из тех, кто хранит самое большое сокровище этого мира, которое сияет у каждого в сердце, но далеко не все способны открыть его этому миру. Те прекрасные цветы, которые Эмриссия столько лет выдирала из своей души, считая за слабость, дарили больше силы, чем годы тренировок во владении астратами. Их цвет и аромат дарили жизнь, гармонию и спокойствие, которые порой практически невозможно отыскать в этом мире, но они были. Были у неё, а Морзано столько лет так бессовестно отталкивала свой путь. Она королева, и если она не вступит на этот путь, все близкие и дорогие ей люди лишатся той самой невероятной силы, которую Эмриссия может даровать лишь своим присутствием рядом. Её свет должен нести благо, она должна сиять! Рождённая женщиной, даже идя по пути воина, она не должна забывать о сокровище, что хранится в её душе. Тедорер и Акессиэль станут Великими воинами, но лишь с ней рядом они смогут стать непобедимыми, словно скалы, зная, что в их сердцевине всегда будет гармония и покой. Им нужен якорь, и нет человека, кто был бы способен занять это место, кроме неё. Она просто не могла подвести их. Это был её путь, её истинный путь, и девушка не может позволить себе отпустить себя, понимая, что есть те, кто слишком зависим от состояния её души. Да, пусть будет получаться не сразу, но она научится, она обязательно научится бережно нести свет своей души этому миру.

Она, Эмриссия Вьенесс Морзано, будущая королева дома Морзано, окончательно и бесповоротно принимает свой путь. Пусть сейчас он останется лишь на краю её сознания, пока эмоции юности не утихнут в её душе, но когда-нибудь оно проснётся, чтобы снова зацвести в своем истинном сиянии и величии.

Когда Эмриссия открыла глаза, мир всё ещё пылал вокруг неё. Видимо её собственные способности Видящей окончательно пробудились в этот момент. Она посмотрела на Ардару, нежно улыбнувшуюся ей, даря невольное воодушевление, которое часто ощущаешь глядя на то, как улыбаются дети. В чёрных волосах маленькой принцессы запуталась прекрасная корона Иль-де-Нарса, словно состоящая из живого света. Мир силы короновал её вне зависимости от обстоятельств, признавая её право на звание Видящей и принцессы дома Голубых лесов. Чуть выше её головы пылала ещё одна корона довольно странной формы, сделанная словно из древесины и листвы. Эмриссия никогда не видела ничего подобного, но догадывалась, что этот титул, очевидно, перешёл Ардаре от её матери вместе со способностями эмпатика, в которых она была гораздо более талантлива, чем Уарл.

Вспышка любопытства заставила юную Морзану прервать нить взглядов и посмотреть вверх над собой. Над ней парили три короны, каждая из которых пылала своим невероятным светом и сиянием. Первая и самая близкая, естественно, вторая корона дома Морзано, корона наместника, о чём свидетельствовал узорчатый рисунок. Вторая корона была похожа на ту, что была на голове у Ардары, правда менее помпезная – корона Иль-де-Нарса, корона младшей Видящей и Спящей Короны - звания, которые Эмриссия также унаследовала от своей матери. А вот третья корона вызывала вопросы. Светлая, почти белая, с голубыми вспышками силы и несколькими вставками сияющих голубовато-снежных камней. Если бы Морзано не знала, то смело заявила бы, что эта корона принадлежит дому Мюриэле, но видя её у себя над головой, девушка засомневалась. Третья корона, так вполне могла выглядеть третья корона западного воинского дома, корона супруги или супруга действующего Короля или Королевы… Но это казалось нереальным. Откуда силе могут быть ведомы такие вещи?! Ардара только улыбнулась, на её вопрошающий взгляд и, глубоко вздохнув, полностью скрыла из их сознаний видение того мира, где Эмриссия смогла наконец-то примириться с самой собой. Теперь две улыбающиеся принцессы стояли на поляне, всё ещё впитывая в себя остатки силы.

Это место тоже не было простым. Там внизу под землёй находился круглый зал Кер-носе-Мане, хранящий самые сокровенные тайны Великих домов. Поэтому именно здесь Ардара и могла открыть свой дар полностью, несмотря на то, что сила других домов была ей чужда. Не давая утихнуть восторгу, поселившемуся в душе, девочка крепко обняла Эмриссию, прежде чем стремительно скрыться в чаще леса, оставив юную Морзано наедине со своими мыслями и вновь открывшимися чувствами.

Столько лет прошло, а он всё ещё помнил. Помнил каждый миг, каждую секунду тех событий, что раз и навсегда изменили его жизнь. Боль и отчаяние сменились безнадежностью, когда, безутешно рыдая, он уснул на руках у Ардеона, лишившись всех сил, неспособный более поддерживать себя в сознании. Тедорер не знал, как младший из королей смог довести их обоих до Иль-де-Нарса. Он помнил лишь как проснулся в комнате, которую занимал во дворце, когда они с родителями и сестрой приезжали сюда, и увидел над собой обеспокоенное лицо Вириам.

- Тедорер, - осторожно проговорила Королева, но на тот момент он был не в состоянии обратить на это внимание.

- Где Мриса? - через силу проговорил старший Морзано, охрипший от рыдания голос отказывался слушаться его, но это было неважно. Сейчас ему просто необходимо было убедиться в том, что она жива, что его сестра по-прежнему в порядке, и у него осталась хоть какая-то часть его прошлого счастливого мира. Осталась та, кто сможет разделить с ним его боль и отчаяние.

Получив от Вириам ответ на свой вопрос, Тедорер, превозмогая боль во всём теле и недовольные высказывания Королевы, упорно двинулся к выходу из комнаты, твёрдо уверенный в своей цели. Ему было безразлично то, какие травмы он получил, и можно ли ему было вообще подниматься с постели. Он должен был быть там, со своей сестрой, должен быть рядом, чтобы уберечь и защитить её от любой опасности. Эмриссия - это всё, что у него осталось, и старший Морзано не намерен был рисковать.

Медленно, опираясь на каменные стены, он двинулся к соседнему входу, закрытому длинными плетями цветущих растений. Войдя внутрь, Тедорер увидел её, и тут же понял, как ослаб сам. Словно убедившись в том, что его сестра жива, его тело, наконец-то, сбросило экстренный тонус, дав ощутить ему собственную слабость и усталость. Эмриссия лежала на своей кровати, забывшись болезненным и беспокойным сном. На щеках её всё ещё не высохли слёзы, а лицо опухло от беспрестанных перепадов отчаяния. Медленно, стараясь сохранить силы, Тедорер приблизился и сел на кровать рядом с ней. Эмриссия была так же разбита, как и он сам, но она была здесь, теперь они были вместе, они выжили.

Словно почувствовав его присутствие, юная Морзано открыла глаза. На мгновение её взгляд заметался по комнате в поисках самого дорогого для себя человека, и, лишь заметив присутствие Тедорера, девочка облегчённо выдохнула. Им не нужно было ничего говорить. Своё собственное отчаяние она видела в его глазах, они оба всё понимали и знали, что чувствует каждый из них. Повинуясь собственному отчаянию, Тедорер крепко обнял сестру, прижимая к себе. Эмриссия также вцепилась в него, словно боясь, что их вот-вот разлучат. Так они и лежали без сил, разделив на двоих своё горе и отчаяние. Они потеряли всё, кроме друг друга, и только вместе они смогут идти вперёд. Смогут, но не сейчас. Сейчас им просто нужно было поверить, что они есть, что всё, что случилось, не окажется страшным сном, от которого можно проснуться. Что им нужно жить, и они научатся жить когда-нибудь. Огромные крылья раскрылись за их спинами, но этого не увидел никто, даже те, кто способен был видеть. Серые тяжёлые перья покровом закрывали их, но это ненадолго. Серая завеса рано или поздно отступит под натиском жизни, и крылья их примут новый, свой собственный цвет.

Тем временем, в большом зале главной цитадели Мир-оре-Арсе стоял настоящий гул. Все члены правящей семьи громко и с ужасом обсуждали случившееся. Эридан уже готов был поднимать всех воинов и идти войной на Амбэралу. Вериус, всё ещё не пришедший в себя от смерти дочери, настаивал на том, чтобы раз и навсегда оставить детей в Иль-де-Нарса и оборвать все связи с домом Морзано и всеми другими королевствами. Инниан была полностью согласна с мужем. Она готова была позволить всем домам Амбэралы спокойно уничтожить себя, лишь бы это не коснулось её собственной семьи. Вириам же, к удивлению многих, была в корне не согласна с родителями. Тедорер и Эмриссия - наследники своего дома, и они должны вернуться к нему хотя бы потому, что сила дома Голубых лесов пусть и была им близка, всё же не являлась настолько родной, насколько вырастившая их мощь северного воинского дома. Они просто не смогут выжить здесь, быть теми, кем они появились на свет. Эти двое никогда не отрекутся от своего пути, и правящая Королева точно осознавала это. Вириам ещё помнила глаза сестры, упорно доказывающей ей, что, несмотря на опасность, она ни за что не отречётся от своего выбора, и знала, что дети Вьенесс будут такими же.

Наконец, в самый разгар жарких споров дверь в зал с грохотом отворилась, и на пороге появился Ардеон. Однако, никто из присутствующих так и не заметил его, поглощённые собственными дискуссиями. Оценив обстановку, Видящий громко цикнул, заставляя всех замереть и непонимающе посмотреть на новопришедшего. Ардеон мысленно усмехнулся, почему именно он унаследовал от силы способность быстро останавливать хаос в собственной семье? Не говоря ни слова, он прошёл к одному из кресел недалеко от трона Вириам, с которого она давно уже встала в порыве спора, и, медленно присев, оглядел замерших родственников, жадно ждущих его ответа.

- Я говорил с Керлиндером, наместником Ерардэра, - громко заявил он. - Сквозь зеркало капель я смог увидеть его. Он был в храме своего дома, я видел меч в его руках, и клинок сиял светом истинного наместника. Керлиндер не предатель, он не виновен в смерти собственного брата, но он предположил, что к этому причастен кто-то из его семьи, раз проход в цитадель оказался открыт. Сейчас он выставляет себя отступником и причастным к трагедии, чтобы вывести на свет истинного предателя и сделать всё, чтобы подобная трагедия больше не повторилась. Если заговорщик решит нанести новый удар, наследники всё равно останутся в безопасности. Чем меньше людей будет знать о том, что они живы, тем безопаснее для них самих.

- То есть наместник надеется, что наследники всё-таки вернутся в Амбэралу? - требовательно спросил Вериус.

- Да, - жёстко отрезал Ардеон, - и я обещал ему, что мы сможем подготовить их согласно заветам нашей семьи и знаниям, что хранит в себе Сердце Истоков. Когда Тедорер и Эмриссия займут престол, они будут готовы, будут достаточно сильны и могущественны, чтобы вернуть жизнь своему королевству.

- Но если они не захотят возвращаться? – упрямо спросила юная Лимиам, которой, как будущей Королеве уже разрешалось присутствовать на подобных мероприятиях.

- Спроси их сама, - усмехнулся Ардеон, - я думаю, что ты получишь более чем исчерпывающий ответ.

Юная принцесса фыркнула на его слова, а Видящий мысленно рассмеялся: настолько эта ситуация была похожа на привычное ему противостояние Вириам и Вьенесс. Вот только Эмриссия не Вьенесс, и она будет готова на всё, чтобы пойти по своему пути, и если Лимиам попытается вмешаться, то семейный конфликт может перерасти в настоящее противостояние. У юной Морзано осталась одна опора - Тедорер, мнения же всех прочих людей она сможет с лёгкостью проигнорировать, а Лимиам никогда и не была авторитетом у амбэральской принцессы.