Псих

Но мысль приходит сама.

Багажник?

Твою мать! Больной ты ублюдок! Решил всё-таки меня прикончить?! Мамочки!

Долблю по стенкам и дверце багажника, всхлипывая и дрожа всем телом от ужаса, уже не пытаясь найти ответы на вопросы, связанные с тем, как он это всё провернул. Маньяки и не на такое способны.

Слышу хлопок двери и шаги. Замираю, и сердце в пятки уходит. Багажник открывается. Понимаю, что на улице темно. Психопат стоит с лопатой в руке и серьёзно смотрит на меня.

– Извиняться будешь? – ледяной тон.

– Извини! – тут же громко пищу, смотря на лопату.

Зачем она ему? Не для того же, чтобы…

– Принято, – он откидывает лопату в сторону и протягивает мне руку.

Смотрю на неё недоверчиво.

– Долго ждать? Я сейчас передумаю, – говорит безразличным тоном.

Я протягиваю дрожащую руку и хватаюсь за его горячую ладонь. Осторожно вылезаю из багажника, как он вдруг резко перехватывает меня и прижимает спиной к себе.

Мой вопль проносится на всю округу, и он резко затыкает мой рот ладонью. Закрывает багажник и кладёт меня на него животом, одной рукой сжимая мои запястья за спиной.

Господи, спаси!

– Ты, конечно, можешь кричать. Тут никого нет, – я сквозь пелену из слёз вижу очертания деревьев. Он меня в лес привез? Кошмар! – Но у меня болит голова, – вздыхает. – И не одна, – смешок. – Невероятно, но ты первая, кому это удалось.

– А? – не понимаю. А потом чувствую эту его вторую и краснею, начиная вырываться.

Боже! За что?

– Лучше тебе не дергаться. Я ещё не придумал, что с этим делать, – ложится торсом на мою спину и шепчет в ухо: – Может есть идеи?

Какие ещё идеи! Чёртов мерзавец!

Отрицательно качаю головой, задеваю его щёку своей. Ощущения однозначно приятные, но страшно до ужаса.

– Хм. Тогда давай подумаем вместе, – поворачивает голову в сторону и несколько секунд смотрит в лес, потом снова поворачивает голову ко мне. – Как тебе принуждение? М-м? – ведёт носом по моей скуле и вдыхает у виска.

Перестаю дышать, чувствуя, как жар распространяется по всему телу, вплоть до ушей. Он убирает ладонь с моего рта, наматывает мои волосы на свою руку и поворачивает её так, что наши взгляды сталкиваются.

– Не нужно… – тихонько всхлипываю, чувствуя, как полились слёзы из глаз. – Пожалуйста, – тело начинает мелко дрожать, и я свожу бёдра сильнее.

Этот психопат хмурится, смотря на мои слёзы, и проводит языком по щеке, собирая их.

Жесть!

– З-зачем, – сглатываю. – Зачем…

Нужно что-то придумать. Он ведь ненормальный! Таким сопротивляться – себе хуже делать.

Думай, Лина, думай!

Шумно вдыхаю, набирая полные лёгкие воздуха. Голова проясняется после нехватки кислорода. Начинаю быстро тараторить:

– Зачем тебе это? Вокруг много девушек, которые готовы помочь, и тебе необязательно кого-то принуждать. Ты ведь красивый. Очень. Правда. Найди себе девушку. Я уверена, что ты будешь счастлив, – и замолкаю, думая, помогла я себе или закопала глубже?..

Он смотрит на меня задумчиво несколько секунд, после чего улыбается так заинтриговано и говорит:

– Кажется, нашёл. Отличный совет, спасибо.

Отстраняется и отпускает меня. Меня накрывает такой волной облегчения, словами не передать.

– Ну вот. Ты молодец, что понял это, – улыбаюсь ему, отлипая от багажника.

В общаге наревусь от счастья. Наконец-то заживу, пока он будет развлекаться со своей девушкой. Бедная.

– Поехали, отвезу, – говорит, садясь в машину.

Едем молча. Мы ехали час, и это по пустым ночным дорогам. Ну и завёз он меня, конечно. Хорошо, что всё так закончилось.

Тормозит у общаги. Хватаюсь за ручку двери, даже не думая прощаться с психом, но она заблокирована. Осторожно поворачиваюсь к нему.

– А?

– Данил.

– А?

– Меня зовут Данил. Спокойной ночи, Золотая, – и дверь щёлкает.

Быстро вылезаю и шустренько бегу в общагу, по дороге думая. Я вроде не глупая, но ни черта не понимаю. Что это значит? Зачем представился? Вообще-то, мне пофиг, как его зовут. Другой вопрос, откуда он знает мои имя и фамилию?..

9

Когда я зашла в общагу, случилось страшное – меня не впустили. Комендантский час, видите ли. И как бы я не упрашивала, все без толку… Суровая коменда нам попалась.

Гребаный ублюдок! Как там его? Ах, Данил... Гори в аду, Данечка!

Пыхтя от злости и сжимая кулаки, я выхожу на крыльцо общаги. Тяжело вздыхаю, поднимая голову к небу. Ни одной звёздочки, сплошная тьма.

– Ненавижу… – шепчу сквозь зубы, хотя в тишине ночи это звучит довольно громко.

– Кого?

Вздрагиваю и резко поворачиваю голову вправо, хватаясь за сердце.

Твою ж мать, напугал…

Психопат стоит, облокотившись на капот своей машины, пока ветер играет с его тёмными вьющимися волосами. Одна его рука в кармане, второй он подносит зажжённую сигарету к губам.

Фу.

Тебя, – думаю, но вслух не скажу.

Сверлю его взглядом, полностью игнорируя его вопрос. Что он тут до сих пор делает?..

Неужели… он знал?!

Неужели ждёт меня, чтобы снова поиграть на моих нервах?

Неужели он меня не понял там в лесу?

Неужели это его очередная ловушка?

Тревога потихоньку начинает расползаться по венам. Страх снова оказаться в лапах ублюдка пробирается в каждую клеточку моего тела. Сглатываю, мысленно прикинув, куда бежать в случае опасности.

– Т-ты кого-то ждешь? – спрашиваю осторожно, заикнувшись.

– Да, – скользит взглядом по моим голым ногам, а потом резко смотрит в глаза. – Свою девушку.

– О… – выдыхаю от облегчения. Моя душа сегодня бегает из сердца в пятки и обратно. Дурацкий аттракцион. – Понятно.

Стою, переминаясь с ноги на ногу от его пронизывающего взгляда, и не знаю, куда себя деть. Разглядываю в темноте очертания домов, деревьев… да чего угодно, лишь бы не смотреть на этого шикарного психа. Краем глаза вижу красный уголёк от его сигареты, которую он выбросил.

Он ещё и плохие привычки имеет...

Никак не могу решиться попросить у него телефон, но его девушки ещё нет, как и остальных прохожих, поэтому решаюсь:

– А... – поворачиваю голову в его сторону и замолкаю. Между нами метров десять. Он неотрывно смотрит на меня своими тёмными холодными глазами, пугая до дрожи и поднимая из моей груди очередную волну паники. Сил мне придаёт мысль, что иначе мне придётся где-то сегодня бомжевать. – Дай, пожалуйста, свой телефон. Мне нужно позвонить подруге. Тут… – нервничаю. – В общем, меня не пустили в общагу и…

– И подруга тебя впустит в общагу? – перебивает.

– Да нет…

– Да или нет?

– Да блин, Данил, серьезно! – не выдерживаю. – Мне некуда идти, а всё, между прочим, из-за тебя! – пугаюсь того, что повышаю на него голос и продолжаю спокойно: – А подруга… ну не знаю, денег бы в окошко сбросила там… на гостиницу и такси, – выпаливаю, откровенно злясь на него и боясь одновременно. Странные чувства.

Он приподнимает бровь на такую мою тираду, но через секунду его лицо снова становится безразличным.

– Могу отвезти и дать денег на гостиницу.

– Но… – остаться в долгу у возможного маньяка?.. – Можно просто телефон. Пожалуйста, – подхожу к нему, оставляя между нами метр и протягивая руку в его сторону. И улыбаюсь так, будто это точно поможет мне.

Этот маньяк переводит взгляд на мою руку, приподнимает уголок губ и берёт её в свою, начиная медленно водить большим пальцем по ладошке.

– У меня нулевой баланс, – говорит и смотрит прямо в глаза. Мне кажется, или там пляшут смешинки? Он же врёт, да?

Резко выдергиваю руку и отхожу на шаг.

– Ладно. Тогда… – говорю, когда он отталкивается от машины и открывает пассажирскую дверь, как бы приглашая меня внутрь. – Тогда подождём твою девушку, уверена, она у тебя хорошая и не откажет мне, – сцепляю свои ладони в замок от переизбытка сегодняшних эмоций и всё ещё нервно улыбаюсь.

– Она не придёт.

– Как… – оглядываюсь на крыльцо общаги, как вдруг этот ненормальный хватает меня за руку и запихивает в свою тачку, закрывая дверцу. Пока он обходит машину, я пытаюсь выйти наружу, но дверь не реагирует. Что за машина такая, блин? Он садится за руль.

Божечки. Мне снова страшно. Я снова в его машине. Как так-то?

«Ни чему тебя жизнь не учит, Линка! Нашла у кого помощи просить, сидела бы на крылечке молча до утра, ничего бы не случилось. А теперь?»

– Она уже здесь, – странно окидывает меня взглядом и выезжает на дорогу.

Зажмуриваюсь и пытаюсь его понять. Он что, воображаемую девушку завёл? Ха… да ему лечиться нужно! Кто ему права выдал?

Но потом он берёт мою руку в свою, подносит её к своему лицу и целует пальцы своими горячими губами, одновременно ведя машину одной рукой. Я смотрю на него широко раскрытыми глазами и просто по щелчку пальцев понимаю – влипла.

– Не делай так, – осторожно забираю свою руку, несмотря на странность ситуации, всё ещё надеясь, что у него есть кто-то другой. – Твоя девушка может заревновать.

– Безмозглая идиотка, – произносит на выдохе. – Ты и есть моя девушка, Адель.

Приехали!

– Но ты не предлагал! – резко восклицаю.

– А нужно? – и такое искреннее удивление, что в его голосе, что в выражении лица, что я начинаю смеяться.

Всё. Крыша поехала.

– Боже…

Но рано радуюсь. Резко крутанув руль в сторону, он тормозит у обочины, отчего меня ведёт в его сторону, и я заваливаюсь к нему на колени.

– Вот как? – издает смешок, поворачивая мою голову на своих коленях так, что теперь я смотрю в его глаза. – А ты согласишься?

– Нет! – и зажмуриваюсь от страха, а он пальцами убирает мои растрепавшиеся волосы с лица. И делает это так нежно, непривычно для этого тирана, что я замираю.

– Поэтому не предлагаю, – отстранёно говорит, потом ведёт своим большим пальцем по моим губам. Приятно.

Лина! Очнись!

– Я не хочу, – открываю глаза и прямиком в бездну.

И тут же его пальцы переходят на мою шею, сдавливая. Несильно, но ощутимо, и моё сердце снова охреневает от такого контраста настроения этого ублюдка Данечки.

– Тогда… – отодвигает своё водительское кресло, отчего я неожиданно вскрикиваю, и приближает своё лицо к моему. – Вернёмся к тому, с чего начали. Я просто использую тебя.

Никаких сил на сопротивления. Да и они бессмысленны. Он по всем физическим показателям опережает меня. Но так просто я сдаться не готова.

– Можно мне подумать?

Он приподнимает бровь. Смотрю в его тёмные карие глаза. Потом опускаю взгляд на его шею. Наконец могу рассмотреть татуировку так близко. Мой организм так вымотался от переизбытка сегодняшних эмоций, что его заряд плавно приближается к нулю.

– Можно, – тихо говорит через какое-то время, убирая руку с моей шеи, и проводит пальцами по ключицам.

Я расслабляюсь, веки тяжелеют. Отдаленно слышу:

– Ты же понимаешь, что я с тобой сделаю в случае неправильного ответа?

– Угу… – мычу и проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь от звонка будильника. Еле разлепляю глаза и плетусь в душ. Опять эти идиотские сны.

– Лада, подъём, – трясу подругу, проходя мимо её кровати. Она лишь мычит что-то неясное в подушку, переворачиваясь на другой бок.

Как же хочется спать… Во сколько я вчера легла? Кажется, в общагу после посвята я прибежала в десятом часу.

На завтрак Лада нам готовит яичницу на нашей одноконфорчатой плите и говорит:

– Ага, ты бы видела этого… психа! Когда ты ушла, он посмотрел на диджея, и музыка остановилась. Потом на ведущую, и конкурс закончился. Все просто стали собираться домой! Лина, это кошмар! Его все слушаются, – она нарезает колбасу и засовывает кусочек себе в рот, а другой протягивает мне. – Я пришла сразу после тебя, но ты уже спала.

– Да уж. Жуть, – говорю, неосознанно жуя колбасу.

– Да, Линка, я что-то переживаю за тебя. Он какой-то злой вчера был, но влепила ты ему красиво, – усмехается Лада, принимаясь нарезать помидор. – Кстати, Адель прикольно звучит. Никогда не задумывалась над таким сокращением. А за что ты ему врезала? Назвал полным именем? – тараторит она.

– Мне конец.

– Эх. Как бы то ни было, я с тобой! – и подруга обнимает меня.

Идём до универа мы потихонечку, смотря по сторонам. Пока где-то кто-то ни кричит:

– Данил! Ну куда ты бежишь, сынок?

И я торможу. Тормозя заодно и подругу.

– Лина?

– Его зовут Данил.

– Кого? Психа? – спрашивает Лада, таща меня снова к универу, словно на буксире. – Да, я знаю. Мне вчера Влад сказал.

– Лада? – ошарашенно её останавливаю и поворачиваю к себе. – А я вчера никуда из общаги не пропадала ночью? – спрашиваю с надеждой, заглядывая ей в глаза. – Мне, кажется, он меня похищал этой ночью, и даже сделал своей девушкой, – хнычу. – И я обещала подумать, – закрываю лицо руками. – Боже. Капец.

– Оу… – она гладит меня по спине и обнимает. – Это наверняка сон. Как бы он в общагу пробрался?

– Нет, Лада, нет… – верчу головой в её объятиях.

Вся на измене, держась за Ладу, я дохожу до универа. Поднимаясь на второй этаж, где у нас будет наша первая пара, мы слышим смех. В конце коридора стоит толпа парней и девчонок. Парни ржут, толкая кого-то, а подходя ближе, мы замечаем розового среди них.

– Я смотрю, ты смелый, да? – говорит какой-то высокий блондин и толкает Влада на рыжего полного парня в косухе.

– Отвали! – кричит розовый, поднимая свой рюкзак, но рыжий пинает по нему, отбрасывая в сторону. Влад шумно выдыхает, поднимая рюкзак снова и сжимая кулаки. Девушки смеются.

Рука Лады сжимает мою сильнее и начинает дрожать. Я не могу это так оставить. Вот придурки. И где розовый дружков своих потерял?..

– Эй! – кричу, подходя ближе и держа подругу за руку. – Вы чего творите?

Нам перегораживает дорогу какой-то лысый бугай в спортивном костюме.

– Опа! – и ржёт. – Ещё одна. Глядите парни – зелёная!

Всё внимание переходит к нам. Блондин приказывает рыжему держать Влада, а сам направляется в нашу сторону. Но тут одна из девушек испуганно произносит:

– Стой, Макс, у одной из них мутки с Психом, не надо.

С Психом?.. Это она про меня, что ли?.. Так всё же мерзавец и есть тот самый «Псих»?..

Нет у меня никаких муток с ним!

Блондин хмурится, сплёвывает себе под ноги и разворачивается, снова идя к розовому.

– Ну тогда тебе достанется больше всех, мразь! – ржёт этот Макс и ударяет Влада кулаком в живот.

Лада собирается броситься к нему, но бугай перегораживает снова дорогу. Потом поднимает взгляд куда-то над нашими головами и отходит к стене. Остальные также отходят к стенам, и только мы с подругой да согнувшийся розовый остаёмся посреди коридора.

Справа от меня проходит Псих, проводя своей рукой по моей спине, этим вызывая мурашки страха, и направляется в сторону розового. Поворачивается к блондину и, взяв его за челюсть, припечатывает затылком в стену.

Кажется, послышался хруст...

Мои колени подогнулись. Девушки сорвались с места, как и рыжий с бугаем, а Лада побежала к розовому, забив абсолютно на всех.

Псих бьёт того снова о стену, а после сжимает его шею, но не так, как некогда мою. Он его душит реально.

Реально, мать вашу!

Блондинистые волосы стали покрываться алым цветом на затылке, а глаза слезиться, но он стойко выдерживает свою участь. А после Псих хватает его за волосы и тащит ко всё ещё сидящему на полу Владу.

– Извиняйся, – меня начинает трясти от этого голоса.

Мамочки!

– П… про… – блондин кашляет, задыхаясь, и не может произнести слово. Тогда Псих заводит его руки за спину, садится за ним на корточки и начинает ломать ему пальцы.

Один.

Жуткий крик раздаётся одновременно со звонком на пару.

Влад отходит от шока первый.

– Данил, хватит! Все норм, переживу!

Два.

Блондин скулит, и по его щекам льются слёзы. На дрожащих ногах я подхожу ближе. Наткнувшись на глаза Психа, на ту кровожадность, с которой он смотрит на этого Макса, я отшатываюсь.

Боже…

И это чудовище хочет быть моим парнем?..

Три.

– Успокойся! – кричит на него розовый.

Блондин утыкается лбом и весь трясётся от боли, а Психу хоть бы что.

– Даня… – шепчу, но он не реагирует.

– Да перестань же ты! – кричит Лада и начинает рыдать.

Розовый встаёт.

– Не подходи, – произносит Псих, когда Влад направляется к нему.

Четыре.

– А! Пр… прости! – выпаливает Макс кое-как, сквозь слюни и слёзы, всё ещё задыхаясь.

– Всё-всё, простил. Спокойно, брат, – говорит розовый, выставляя руки вперёд, но псих встаёт, разворачивается и идёт ко мне.

– Пожалуйста, брат, – отвечает Владу, не оборачиваясь, и останавливается, смотря мне в глаза. – Ты подумала?

10

В горле ком. Не произнести ни слова. Грёбаная, удушающая аура чудовища окутала весь коридор. Не выбраться. Чёртов психопат прожигает меня взглядом. Он ждёт ответ. А есть ли он у меня, этот ответ?..

За секунду пульс ускоряет ритм до двухсот. Я на пределе. Смогу ли я согласиться на это? Есть ли у меня выбор?..

И пока я думаю обо всём этом, он тяжело вздыхает. Его тело расслабляется, и он выдает:

– Молчание – знак согласия, – пальцами приподнимает мой подбородок и чмокает меня в нос. Что-то внутри ударяется о рёбра. – До вечера, Адель.

Трындец…

Разворачивается, засовывая руки в карманы своей чёрной толстовки и накидывает капюшон. Проходя мимо блондина, отпинывает его с дороги. – Съебись, – и идёт дальше по коридору.

Перевожу взгляд на ребят. Лада больше не плачет. Она широко раскрытыми глазами смотрит на меня.

– Иди ко мне, – Влад прижимает подругу к себе, поглядывая на валяющегося и стонущего Макса. – Испугалась?

Мы втроем сидим на подоконнике и ждём окончания первой пары. Лада, сбегав до ближайшей аптеки, притащила мне валерьянку, а розовому обезболивающее.

– Линка, это жесть… – шепчет подруга, помогая мне пить воду. – Он ломал ему пальцы, пока тот не извинился. Я в шоке. А если бы ты отказала ему? Боюсь представить… – она понимает, что ни хрена меня не успокаивает. – Блин, просто нервничаю.

– Лада! Он бешеный! Он меня точно прибьет… – дрожу, глотая воду из бутылки. – А сначала поиздевается… – голос превращается в писк от напряжения и паники.

Она гладит меня по голове, успокаивая, пока розовый, смотря на нас, хмурит брови.

– Мда… – вздыхает она. – Мы что-нибудь придумаем. Тише-тише, – она поворачивается к Владу. – Вы с ним знакомы? Чего этот Псих вообще пришёл из себя рыцаря строить? Одного защитил, а другого покалечил. Изверг…

– Не рада, что он вступился? – спрашивает Влад. – Он мой брат, – выдаёт устало, облокачиваясь о стену и прикрывая глаза.

– Конечно рада! Но… Чего?! – вскрикивает подруга.

От громкого крика я зажмурилась и потерла виски. Лада это заметила. Кажется, меня больше ничем не удивить. Моя психика устала качаться на качелях.

– Прости, – говорит она, обнимая меня, и снова в сторону Влада: – Какого… ты не говорил? Я думала, мне там или послышалось, или это конфигурация речи! – громким шёпотом выдаёт.

– Да я сам его пару месяцев всего знаю! – таким же громким шёпотом. – Что теперь всем рассказывать, что мой родной брат – тот самый Псих?

– Родной… – шепчу я и, не удержавшись, начинаю смеяться.

– Пару месяцев?! – вскрикивает подруга одновременно со звонком.

– Да, блин, долгая история, – он почесал затылок, соскакивая с подоконника и держась за живот. – И, вообще, мы не очень-то и общаемся, – надевает потрепанный рюкзак. – Я попробую поговорить с ним про тебя, Лина, но не обещаю, что получится. Все, я погнал, увидимся, – и помахал нам, уходя к своим друзьям.

– Как у вас с ним? – киваю в сторону розового.

– Как видишь. Пока никак, – выдыхает Лада.

В обед я, Лада и розовый с Маратом и Дарьяном сидим вместе в столовке. Тех уродов, что накинулись на Влада, мы больше не видим. Марат с Дарьяном наперебой заверяют нас, что жалеют, что их не было рядом. Так бы они одолели местных мажорчиков и спасли своего друга.

Это так забавно звучит, что мы с Ладой закатываем глаза, улыбаемся, и настроение поднимается. А далее мы обсуждаем учебу.

– А вам тоже Давыдова реферат задала? – спрашивает Марат.

– О, ещё такая тема… как её там? Пракц… пранци… – пытается вспомнить Влад.

– Ц-ц, две пары прошло, а вы уже устали? Бессовестные, – говорит подруга, наматывая на вилку спагетти.

Я вздыхаю:

– У меня вообще ноут сгорел, печаль.

– С моего напишешь, – отвечает подруга.

Я вижу, как она поворачивается в мою сторону, смотря куда-то над моей головой, и её лицо становится похоже на злого надутого хомячка. Я, не выдержав, ржу, чуть не захлебнувшись, так как пью сок в этот момент.

Внезапно рядом со мной на стол опускается поднос с едой, и стул отодвигается. А потом кто-то садится рядом, и я, повернувшись, натыкаюсь на лицо Психа. Вспоминаю, что этот кошмар теперь мой парень и резко закашливаюсь с полным ртом сока, поливая своего парня словно из лейки.

Убейте меня кто-нибудь… Это фиаско…

И всё повторяется, как и в тот холодный день июня.

Вот я бегу. Коридор, поворот, коридор. Он следует за мной. Сегодня я в юбке и мне легче взбираться по лестнице, перепрыгивая через ступеньки.

Я залетаю в первую попавшуюся дверь. Раздевалка, кажется. Какие-то шкафчики. Иду быстрым шагом дальше, проходя мимо них. Стараюсь не издать ни звука. Страшно, боже, как мне страшно.

Вот что за дура! Опозорила его! Своего парня! Идиотка!

Дверь раздевалки хлопает, и я вздрагиваю, увеличивая темп. Мне конец. Иду дальше и захожу в помещение с душевыми кабинками. Лечу к одной из них. К самой дальней. Осторожно захожу в неё и за шторочку встаю, спиной к боковой стене, вытягиваясь как струна от натяжения. Только я от напряжения. Шаги попадают в ритм моего сердца. Душа опять вышла на прогулку. Он рядом. Задерживаю дыхание. Зажмуриваюсь. Поздно. Он отодвигает шторку.

Дьявол!

Распахиваю глаза и громко на выдохе:

– Прости, пожалуйста! Это случайность! – я смотрю в стену перед собой, боясь взглянуть на монстра.

Псих делает шаг в мою сторону, а я от него, вдоль стеночки скольжу. Ещё его шаг, следом мой. И тут он поднимает свою руку, а я от страха кричу и закрываюсь руками, но тут же чувствую, как на меня начинает литься вода. Сначала холодная, но почти сразу становясь теплой.

Напряжение в теле лопнуло. Весь мой страх как рукой сняло. И так легко стало. Точно с катушек лечу. Или это апатия наступила?..

Я повернулась к мерзавцу, а он стоит, безразлично взирая на меня. Облокачивается плечом о стену у входа в кабинку, весь такой сухой, и руки его в карманах. Его любимая поза. Определённо.

– Ты совсем ку-ку? – спрашиваю, чувствуя, как одежда становится тяжёлой от воды.

Его взгляд меняется. Становится живым. Он усмехается и разглядывает меня с ног до головы. Юбка прилипла к моим бедрам, а сквозь белую рубашку…

– А-а! – визжу и прикрываю грудь руками, вспоминая, что без бюстгальтера, а Псих ведь как раз туда пялится.

За что!?

Моментально краснею, а этот сумасшедший тип широко улыбается, вынимая руки из карманов, и начинает снимать толстовку, оставаясь в одной футболке. Мои глаза широко распахиваются, а тело покрывается мурашками.

– Даня… – тихо шепчу, вжимаясь в стену.

Он решил пойти в наступления сразу, как мы начали «встречаться»?

Бросает свою чёрную толстовку на скамейку и подходит ко мне. И пока я притворяюсь статуей, он выключает воду и смотрит на меня.

– Снимай рубашку, – и такое у него выражение лица весёлое. – И её тоже, – кивает на юбку.

Грёбаный маньяк!

– Что такое, золотце? – цепляет пальцем горловину рубашки, пытаясь заглянуть внутрь, но я резко дёргаюсь в сторону, не убирая рук от груди. – Стесняешься своего парня?

– Данил… – сглатываю. Моё тело дрожит от холода. Мокрая ткань неприятно липнет к телу. – Если ты вдруг забыл, то… мы… мы только начали встречаться, – а сама думаю, вот психопат озабоченный! Я встречаться, вообще-то, не хотела!

– И что это значит? – делает задумчивое лицо, впиваясь в меня взглядом.

– Э… ну… – боже, дай мне сил... Стою красная, как свекла, и пытаюсь учить психа отношениям, серьезно? Была не была! – Это значит, что сначала парень с девушкой должны узнать друг друга получше. Походить на свидания, в кино там или парк, кафе или просто погулять. Сначала обнимаются, целуются, а потом уже… – и резко затыкаюсь. Какого черта я это говорю?!

– То есть… – берёт меня за подбородок и ведёт большим пальцем по губам, размазывая по ним капли воды, что стекают с моей макушки до пят. – Сначала целуются, а потом уже...

В смысле? Он решил пропустить всё, что до этого?

– Мне пора, дай пройти, – вырываю подбородок из его лап и протискиваюсь между ним и стеной. Зубы стучат от холода.