«На пределе»

Дамир наконец посмотрел на него.

— Тебе заняться нечем?

— В данный момент — нет. Поэтому могу полностью посвятить себя твоему странному состоянию.

— Очень повезло мне.

Рустам сделал глоток кофе и прислонился к верстаку.

— Ты вообще спал?

— Да.

— Врёшь.

Дамир взял инструмент.

— Сколько? Часа два?

Молчание.

— Один?

— Рустам.

Тот поднял ладони.

— Всё. Молчу.

Тишина продержалась секунд десять.

— Она тебя поцеловала?

Дамир медленно выпрямился.

— Я тебя сейчас ударю.

На лице Рустама появилась довольная улыбка.

— Значит, поцеловала.

— С чего ты это взял?

— По твоему лицу.

— И что с моим лицом?

— Такое выражение бывает либо у мужчины, которому подарили машину, либо у мужчины, которому женщина окончательно сломала мозг. Машина у тебя уже есть.

Дамир покачал головой и снова склонился над двигателем.

— Иди работай.

— Я работаю.

— Ты кофе пьёшь.

— Это часть процесса.

Несколько секунд в мастерской раздавался только металлический звон инструментов.

Потом Рустам заговорил уже без улыбки:

— Дамир.

Тот продолжал работать.

— Арсен вчера хотел не просто гонку.

Рука Дамира на мгновение замерла.

— Я знаю.

— Он смотрел на Софию.

Теперь Дамир выпрямился.

Взгляд стал холоднее.

— Он к ней больше не подойдёт.

— Ты уверен?

— Да.

— Зря.

Дамир посмотрел на друга так, что любого другого человек этот взгляд заставил бы сменить тему.

Рустам только поставил стакан на стол.

— Ты вчера приехал туда с девушкой. Затем едва не сорвался на Арсена, когда он просто протянул ей руку. Потом она стояла у трассы и чуть не умерла от страха, пока ты гонял. Не нужно быть гением, чтобы понять: для тебя она не случайный человек.

— Она ни при чём.

— Для тебя — да. Для Арсена теперь всё может выглядеть иначе.

Челюсть Дамира напряглась.

— Он её не тронет.

— Ты не контролируешь Арсена.

— Если он…

Рустам тут же перебил:

— Вот именно. «Если он». Ты уже думаешь о том, что будешь делать.

Дамир отвернулся.

Друг смотрел на него несколько секунд, прежде чем снова заговорить:

— София знает?

— Что именно?

— Про тебя и Арсена.

— Нет.

— А про ту ночь?

Ответа не последовало.

Он и не требовался.

— Ты собираешься рассказать?

— Нет.

Рустам тихо усмехнулся.

— Конечно.

— Ей это не нужно.

— Или ты просто не хочешь, чтобы она увидела тебя другим?

Дамир резко поднял глаза.

— Не лезь.

— Я и не лезу. Просто впервые за очень долгое время ты подпустил кого-то достаточно близко, чтобы у тебя появилось что терять.

— Мне нечего бояться.

— Да?

Рустам кивнул в сторону верстака.

— Тогда почему ты каждые пять минут проверяешь телефон?

Дамир невольно посмотрел туда. Чёрный экран. Ни одного сообщения. Он ненавидел тот факт, что Рустам заметил. И ещё сильнее — то, что друг был прав. Утром Дамир уже несколько раз открывал переписку с Софией.

Писал сообщение.

Стирал.

Начинал снова.

В итоге не отправил ничего.

Абсурд.

Он всегда знал, что сказать женщине. Всегда знал, когда написать, как посмотреть, когда приблизиться и когда отступить. Но сейчас не знал ничего. Потому что вчера всё изменилось. Она сама его поцеловала. До последней секунды Дамир был уверен, что София выйдет из машины. И, наверное, так было бы правильнее. Возможно, какая-то часть его даже надеялась на это. Но потом её пальцы коснулись его лица. И все разумные мысли исчезли. Если бы София не остановилась первой, Дамир не был уверен, что смог бы сделать это сам.

— Она не для твоих игр, — негромко произнёс Рустам.

Дамир поднял голову.

— Я знаю.

Ответ прозвучал слишком быстро.

Рустам внимательно посмотрел на него.

— Вот теперь мне действительно становится страшно.

— Иди к чёрту.

Телефон завибрировал. Дамир мгновенно перевёл взгляд. Рустам заметил это и усмехнулся.

— Даже комментировать не буду.

Но на экране было не имя Софии. Неизвестный номер. Дамир открыл сообщение. И всё внутри мгновенно похолодело. Фотография. Вчерашняя парковка. Он и София возле машины. Снимок был сделан издалека, но достаточно хорошо, чтобы всё было понятно. Они стояли напротив друг друга слишком близко. София смотрела на него снизу вверх. А он — только на неё.

Под фотографией было одно предложение:

«Слабое место тебе не идёт.»

Пальцы Дамира сжали телефон.

Рустам мгновенно заметил перемену в его лице.

— Что?

Дамир молча протянул ему экран.

Улыбка исчезла.

— Арсен?

— А кто ещё?

Рустам тихо выругался. Дамир забрал телефон и тут же набрал номер. Недоступен. Конечно. Он сжал аппарат так сильно, что побелели костяшки пальцев.

— Дамир.

— Не начинай.

— А я как раз начну. Теперь понимаешь?

Да.

Он понимал. Вчера София совершенно случайно оказалась в его мире. Сегодня этот мир уже заметил её. И Дамиру это совершенно не нравилось. Алекс ждал Софию в небольшом кафе недалеко от университета. Она заметила его ещё с улицы, через большое окно. Он сидел за столиком, листал что-то в телефоне и время от времени поглядывал в сторону входа. Знакомый до каждой мелочи.

Привычный.

Надёжный Алекс.

Первым желанием Софии было развернуться и уйти. Не потому, что она не хотела его видеть. Наоборот. Потому что хотела. Потому что рядом с ним слишком остро ощущала собственную вину. Она всё-таки вошла. Алекс заметил её сразу и улыбнулся.

Тепло.

Без игры.

Совсем не так, как улыбался Дамир. И отчего-то от этого стало ещё тяжелее.

— Привет.

Он поднялся ей навстречу.

— Привет.

Алекс привычно обнял её. София ответила, но слишком коротко. Он почувствовал. Она поняла это по тому, как быстро он отстранился.

— Всё нормально?

— Конечно.

Ложь прозвучала почти убедительно.

Почти.

Они сели.

— Я заказал тебе кофе.

София посмотрела на чашку.

Именно тот, который она всегда пила.

— Спасибо.

Алекс некоторое время молча наблюдал за ней.

— Ты сегодня странная.

— Просто не выспалась.

— Поздно вернулась?

Пальцы Софии крепче обхватили чашку.

— Довольно.

— Ника сказала, что вы ушли раньше.

Она подняла взгляд.

— Ты разговаривал с Никой?

— Я вернулся в клуб. Вас уже не было.

Вот он.

Разговор, которого она боялась.

— Мне нужно было домой.

— Я мог тебя отвезти.

— Тебя не было.

— Я вернулся.

— Я не знала, когда ты вернёшься.

— Можно было написать.

В его голосе не было ни злости, ни обвинения. И это оказалось хуже. Если бы Алекс нападал, она смогла бы защищаться. Но он просто хотел понять.

— Прости, — тихо сказала она.

Он помолчал. Несколько секунд они сидели молча. Алекс смотрел куда-то вниз. Его лицо было спокойным, но что-то было не так.

— С кем ты уехала вчера?

София подняла глаза. Вот он этот момент. Когда врать уже просто нет смысла. Ступор. София не знала как начать.

Лицо Алекса почти не изменилось. Только пальцы рядом с чашкой слегка напряглись.

— Понятно.

— Алекс…

— Всё хорошо.

— Не похоже.

Он коротко усмехнулся.

— А что я должен сказать?

София не знала.

— Ничего.

— Тогда почему ты смотришь на меня так, будто ждёшь приговора?

Она опустила глаза. Некоторое время они молчали. Вокруг смеялись люди, шипела кофемашина, звенели чашки, официанты ходили между столами. Но Софии казалось, что всё это происходит где-то очень далеко.

— Между вами что-то есть? — спросил Алекс.

Она замерла. Прямой вопрос. Без возможности спрятаться. София заставила себя посмотреть ему в глаза.

— Я не знаю.

По лицу Алекса на мгновение скользнуло что-то болезненное. Совсем быстро. Но она увидела.

— Это не «нет».

София сжала губы.

— Я не хочу тебе врать.

— Спасибо.

Он произнёс это ровно.

Слишком ровно.

— Алекс…

— Как давно?

— Мы познакомились неделю назад.

— И?

Она покачала головой.

— Не спрашивай меня «и». Я сама не понимаю, что происходит.

Алекс отвёл взгляд к окну.

— А он понимает?

София невольно вспомнила вчерашнюю ночь.

«Почему тебе не всё равно?»

«Посмотри на меня».

«Спасибо, что осталась».

Она выдохнула.

— Наверное, нет.

Алекс усмехнулся без веселья.

— Почему-то мне кажется, что такие мужчины прекрасно знают, чего хотят.

— Ты его не знаешь.

Слова вырвались раньше, чем София успела подумать.

Алекс медленно повернул голову. Он не выдержал и вспылил.

— А ты знаешь?

Ответить было нечего. В воздухе повисла тишина.

— Прости, — первым нарушил тишину он.

— Это ты меня прости.

София посмотрела на собственные руки. Она даже глаза не смогла поднять.

— Именно поэтому мне так паршиво.

Несколько секунд он просто смотрел на неё.

— Я не хочу, чтобы тебе было паршиво.

София почувствовала, как к горлу подступает тяжёлый ком. Именно так. Именно Алекс. Даже сейчас он думал прежде всего о ней.

— Ты слишком хороший.

Он слегка улыбнулся.

— Обычно после этих слов ничего хорошего не следует.

София тоже невольно улыбнулась. Но ненадолго. Алекс наклонился чуть ближе.

— Я хочу попросить тебя только об одном.

— О чём?

— Не делай вид, что всё нормально только потому, что боишься кого-то обидеть.

София застыла.

— А если я сама не понимаю, чего хочу?

— Тогда разберись.

— Всё так просто?

— Нет.

Он улыбнулся едва заметно.

— Но я не смогу делить тебя с кем-то. Даже если он будет только в твоих мыслях.

София уже собиралась ответить, когда телефон рядом с чашкой завибрировал. Она машинально посмотрела на экран. И сердце мгновенно предало её. Дамир.

«Ты где?»

София не успела перевернуть телефон экраном вниз. Алекс увидел имя. Между ними повисла тяжёлая тишина. Она заблокировала экран. Алекс откинулся на спинку стула.

— Дамир значит.

— Алекс…

— Ответь.

— Не хочу.

— Поэтому уже десять секунд смотришь на телефон?

София почувствовала раздражение. Не на него. На себя.

— Алекс не надо.

— Что именно?

— Мне и так ужасно. Ты даже не представляешь , что у меня сейчас внутри.

Алекс покачал головой.

— А у меня что внутри ты представляешь? Мне значит так здорово и радостно. Я же чувствовал, что что-то не так. Почему ты сразу не призналась?!

Она опустила глаза. Телефон снова завибрировал. Ещё одно сообщение.

«София.»

Только её имя.

Но ей даже не требовалось слышать голос Дамира, чтобы представить, как именно он это произнёс.

Алекс посмотрел на её лицо. На этот раз ничего не сказал. И почему-то это оказалось тяжелее любых слов. София так и не ответила. Ни на первое сообщение. Ни на второе. Третьего не последовало. И это почему-то раздражало сильнее всего.

Алекс встал из-за стола.

– София… я не буду умолять, не буду просить, но и делить тебя ни с кем не буду. Если это конец, скажи сейчас. Или разберись в себе, а потом сообщи мне. Я подожду…

После встречи с Алексом она вернулась в университет, высидела две лекции и не запомнила почти ничего из того, о чём говорил преподаватель.

К четырём часам дня София окончательно решила, что хотя бы до вечера не будет думать ни об Алексе, ни о Дамире. Ни о мужчинах вообще. Решимость прожила примерно двадцать секунд. Выйдя из здания университета, София увидела знакомую чёрную машину.

Она остановилась.

— Нет.

Словно услышав её даже через расстояние, водительская дверь открылась. Дамир вышел. Тёмная футболка облегала плечи, чёрные джинсы подчёркивали длинные ноги, волосы были чуть более растрёпанными, чем обычно. Он поднял глаза. Увидел её.

И всё.

Софии хватило одного этого взгляда, чтобы тело снова её предало. Сердце ускорилось. Живот стянуло напряжением. Перед глазами вспыхнула прошлая ночь. Она разозлилась мгновенно. И пошла к нему.

— Ты что здесь делаешь?

Дамир спокойно прислонился к машине.

— Привет.

— Я спросила, что ты здесь делаешь.

— А я поздоровался.

— Дамир.

— София.

— Не начинай.

— Это вообще-то ты подошла.

Она остановилась перед ним.

— Ты мне писал.

— Три часа назад.

— Два раза.

Уголок его губ дрогнул.

— Ты считала?

София раздражённо выдохнула.

— Почему ты здесь?

Улыбка исчезла с его лица.

— Хотел тебя увидеть.

Просто.

Без флирта.

Без игры.

Она на несколько секунд лишилась заранее приготовленных возмущённых фраз.

— Зачем?

— Обязательно нужна причина?

— Для тебя — обычно да.

Дамир смотрел на неё внимательно.

— После вчерашнего ты решила, что лучший вариант — сделать вид, будто ничего не произошло?

София почувствовала, как внутри всё напряглось.

— Я ничего не решила.

— Поэтому не отвечаешь?

— Я была занята.

— Я видел.

Что-то в его тоне ей не понравилось.

— Что это значит?

— Ничего.

София прищурилась.

— Ты видел меня с Алексом?

Он промолчал.

Ответа и не требовалось.

— Серьёзно?

— Что?

— Ты поэтому сейчас такой?

— Какой?

— Вот такой.

— Очень содержательно.

София скрестила руки на груди.

— Ты ревнуешь?

Она была почти уверена, что Дамир сейчас усмехнётся, уйдёт от ответа или скажет что-нибудь наглое. Вместо этого он посмотрел ей прямо в глаза.

— Да.

София растерялась.

— Что?

— Ты спросила. Я ответил.

— Ты не имеешь права.

— Не имею.

Он снова согласился слишком легко.

— Тогда почему…

— Потому что права и чувства — не одно и то же.

София смотрела на него, не зная, что сказать. Дамир оттолкнулся от машины и сделал шаг ближе.

— Я видел, как он смотрит на тебя ещё тогда.

— И?

— Мне это не нравится.

— Это твои проблемы.

— Полностью согласен.

— Тогда зачем ты рассказываешь об этом мне?

Дамир подошёл ещё немного.

— Потому что вчера ты сама меня поцеловала. Потому что ты отвечаешь на каждый поцелуй. Даже если сейчас я тебя поцелую… ты ответишь.

Щёки Софии мгновенно вспыхнули.

— Не смей использовать это против меня.

Он нахмурился.

— Я не использую.

— Именно это ты сейчас и делаешь.

— Нет. Я просто не позволю тебе делать вид, будто этого не было.

— Я и не делаю вид!

— Тогда почему убегаешь?

— Я не убегаю!

— Ты не отвечаешь.

— Потому что я разговаривала с Алексом!

— Три часа?

София отступила на шаг.

— Ты себя вообще слышишь? Мы не встречаемся, Дамир. Я не обязана отчитываться перед тобой, где была и с кем.

— Знаю.

— Тогда прекрати вести себя так, будто имеешь на меня права.

После этих слов он неожиданно замолчал. Жёсткость в его лице исчезла.

— Я не хочу иметь на тебя права.

София замерла. Дамир выдержал короткую паузу.

— Я хочу, чтобы ты сама выбрала быть рядом.

Слова ударили куда-то прямо под рёбра. Люди проходили мимо. Кто-то смеялся, кто-то разговаривал по телефону, проезжали машины. Но София слышала только его голос.

— Не говори так.

— Почему?

— Потому что…

Она запнулась.

— Потому что что?

— Потому что ты ничего обо мне не знаешь.

— Узнаю.

— Это не игра.

— Я не играю

Дамир смотрел на неё слишком серьёзно.

— Потому что, если бы это была игра, я бы уже давно ушёл.

София сглотнула.

— Ты всегда получаешь то, что хочешь?

— Нет.

— По тебе не скажешь.

— Просто ты ещё ни разу не видела, как я проигрываю.

Эти слова мгновенно вернули её мыслями к гонке. К серой машине Арсена. К тому, как он едва не столкнул Дамира с трассы. К странному напряжению между мужчинами.

— Вот об этом я и хотела спросить.

Дамир понял сразу.

Она заметила по тому, как изменился его взгляд.

— Про Арсена.

Его лицо стало закрытым.

— Не здесь.

— Почему?

— Потому что не здесь.

София невесело рассмеялась.

— Вот опять.

— Что?

— Ты требуешь от меня честности, Дамир. Приезжаешь сюда. Говоришь, что ревнуешь. Напоминаешь мне, что я сама тебя поцеловала. Хочешь, чтобы я признала, что между нами что-то происходит.

Она шагнула ближе. Сердце билось так сильно, что ей казалось, он наверняка слышит.

— Хорошо. Происходит.

Дамир замер. Но София уже не могла остановиться.

— Меня к тебе тянет. Сильно. Настолько сильно, что это меня бесит. Я думаю о тебе чаще, чем должна. Вчера я чуть не сошла с ума, пока смотрела на эту гонку. А потом сама тебя поцеловала.

В глазах Дамира появилось что-то тёмное, глубокое. Но он не улыбнулся. Не пошутил. Не перебил. Просто слушал.

— Вот тебе моя честность, — сказала София. — Теперь твоя очередь.

Между ними повисла тишина.

— Расскажи мне про Арсена.

Дамир отвёл взгляд.

И от одного этого движения внутри Софии что-то неприятно сжалось.

— Вот именно.

Она медленно кивнула.

— Именно об этом я и говорю.

София развернулась. Его пальцы сомкнулись вокруг её запястья. Не грубо. Скорее инстинктивно. Она посмотрела вниз. Дамир тут же отпустил.

— Подожди.

— Зачем?

— Потому что всё не так просто.

— Никто не говорил, что должно быть просто.

— Есть вещи, которые я вообще никому не рассказываю.

— Тогда не требуй от меня, чтобы я рассказывала тебе всё.

Дамир сжал челюсть. София видела, как он борется с собой. Ей впервые казалось, что его главный противник сейчас — не она.

— Арсен связан с частью моей жизни, которую я давно закрыл, — наконец сказал он.

— Очень информативно.

— София.

— Что?

Он выдохнул.

— Я пытаюсь.

Всего два слова. Но в них было столько непривычной для него растерянности, что София замолчала. Дамир провёл ладонью по затылку.

— Несколько лет назад я постоянно участвовал в гонках.

— Это я уже поняла.

— Нет. Не так, как сейчас.

— А как?

Он посмотрел куда-то мимо неё.

— Тогда мне было всё равно, чем закончится очередная гонка.

По спине Софии пробежал холод.

— Почему?

Дамир усмехнулся, но в этой усмешке не было ничего весёлого.

— Вот это уже следующий вопрос.

— И на него ты не ответишь?

Он посмотрел на неё.

— Сегодня — нет.

София почти вспыхнула. Но остановилась. Потому что впервые увидела: это не было попыткой создать вокруг себя загадочный образ. Ему действительно было тяжело. Там, в прошлом, находилось что-то, к чему Дамир не хотел возвращаться.

— Хорошо, — тихо сказала она.

Он явно не ожидал.

— Хорошо?

— Не привыкай.

На губах Дамира появилась едва заметная улыбка.

София ненавидела то, как быстро от неё теплело внутри.

— А Арсен?

Улыбка исчезла.

— Когда-то мы гоняли вместе.

— Вы были друзьями?

— Нет, я бы так не сказал.

Слишком быстро.

— Соперниками?

— Что-то вроде.

— И почему он появился сейчас?

Дамир помолчал.

— Не знаю.

София внимательно смотрела на него.

На этот раз он говорил правду.

— Вчера он специально пытался вытолкнуть тебя с трассы.

— Да.

София ошеломлённо уставилась на него.

— И ты говоришь об этом так спокойно?

— Я это заметил.

— И всё равно согласился участвовать?

— Мы уже обсуждали это.

— Нет. Я на тебя кричала, а ты издевался.

— Я не издевался.

— Ты улыбался!

— Потому что ты была очень красивая, когда злилась.

София несколько секунд просто смотрела на него.

— Ты неисправим.

— Возможно.

— Я серьёзно.

— Я тоже.

Её взгляд сам собой опустился к его губам. Всего на секунду. И этого оказалось достаточно. Дамир заметил. Разумеется. Тишина между ними мгновенно стала другой. Ещё несколько секунд назад София готова была спорить до хрипоты, а теперь слишком отчётливо чувствовала расстояние между их телами. Его дыхание. Собственное сердцебиение. Дамир медленно поднял руку. Но не коснулся её.

Остановился.

— Разрешишь?

София замерла. Он спросил. После всех её претензий. После слов о том, что она ненавидит, когда он всё решает сам. Теперь Дамир ждал разрешения. И почему-то это оказалось гораздо опаснее любой его самоуверенности.

София едва заметно кивнула.

Он осторожно отвёл с её лица прядь волос.

Только это.

Но когда кончики его пальцев скользнули по щеке, кожа мгновенно покрылась мурашками. Дамир заметил. Его взгляд потемнел.

— Не смотри на меня так, — прошептала София.

— Как?

— Ты прекрасно знаешь.

Уголок его губ поднялся.

— Где-то я это уже слышал.

София сразу вспомнила их вчерашний разговор в машине.

— Ненавижу тебя.

— Нет.

Одно короткое слово.

Тихое.

Уверенное.

Слишком уверенное.

— Не будь так уверен.

— Я и не уверен.

— Тогда зачем сказал?

Он немного приблизился.

— Потому что если бы ты меня ненавидела, вчера просто вышла бы из машины.

София сглотнула. Он был прав. И именно поэтому она злилась.

— А сегодня?

Его взгляд снова опустился к её губам.

— Сегодня я понятия не имею, что ты сделаешь.

София чувствовала его дыхание. Ей понадобилось всё самообладание, чтобы не сделать то же самое, что вчера. Не сократить расстояние самой.

— Я тоже, — честно призналась она.

Телефон завибрировал именно в этот момент. София вздрогнула и отступила. Дамир прикрыл глаза.

— Серьёзно?

Она неожиданно рассмеялась. Напряжение немного ослабло.

— Возможно, вселенная что-то пытается тебе сказать.

— Например?

— Что тебе следует держаться от меня подальше.

Дамир открыл глаза.

— Плохо старается.

София достала телефон. На экране высветился неизвестный номер. Она нахмурилась.

— Кто? — спросил Дамир.

— Не знаю.

Она открыла сообщение. И улыбка исчезла с её лица. На экране была фотография старой аварии. Разбитая машина возле отбойника. Кузов был искорёжен настолько сильно, что София невольно задержала дыхание. Снимок явно сделали несколько лет назад.

Под ним стояла фраза:

«Хочешь узнать, кто такой Дамир на самом деле?»

По позвоночнику прошёл холод.

— Что там?

Дамир был уже совсем рядом. София не ответила. Телефон снова завибрировал. Новое сообщение.

«Спроси его, почему после той ночи он перестал гонять.»

Сердце ударило сильнее.

София медленно подняла глаза на Дамира.

Он увидел её лицо и нахмурился.

— София?

Третья вибрация.

Она посмотрела на экран.

«И спроси, кого он тогда не смог спасти.»

София перестала дышать.

— Дамир…

Он взял телефон из её дрогнувшей руки. Прочитал. И в этот момент София увидела на его лице то, чего раньше не видела никогда.

Не раздражение.

Не ярость.

Не холод.

Страх.

Настоящий.

Живой.

Он промелькнул всего на мгновение, прежде чем Дамир снова стал непроницаемым.

— Кто тебе это прислал?

— Не знаю.

— Раньше этот номер писал?

— Нет.

Дамир пролистал сообщения и посмотрел номер. Его челюсть напряглась.

— Арсен? — тихо спросила София.

Он не ответил.

— Дамир.

— Поехали.

— Куда?

— Я отвезу тебя домой.

— Я не собираюсь домой.

Он поднял на неё взгляд.

— София.

— Нет.

Она забрала телефон.

— Ты только что говорил, что пытаешься быть со мной честным. Так будь.

— Не сейчас.

— Здесь написано о тебе.

— Я вижу.

— «Кого ты тогда не смог спасти». Что это значит?

Дамир отвернулся. И в эту секунду София поняла. Он знал. Это была не выдумка Арсена. Не бессмысленная провокация. За этими словами действительно стояла какая-то история.

— Кто погиб? — тихо спросила она.

Дамир застыл.

— Дамир, кто погиб?

Он на секунду закрыл глаза.

А когда снова посмотрел на Софию, в его взгляде было столько боли, что все слова в её голове исчезли.

— Не спрашивай меня об этом.

— Почему?

— Потому что я не могу.

— Или не хочешь?

Он смотрел прямо на неё.

— Потому что если я начну рассказывать, тебе придётся узнать обо мне вещи, после которых ты, возможно, никогда больше не посмотришь на меня так, как сейчас.

У Софии похолодели руки.

— Позволь мне самой это решить.

Он долго молчал. Очень долго. Потом произнёс: