«На пределе»

«Ты собралась к нему».

Не вопрос. София не ответила. Телефон зазвонил. Она сбросила.

— Ты чего? — спросила Ника.

— Знаю, что он скажет.

Дамир позвонил снова. София опять сбросила. Через несколько секунд пришло:

«София, не делай этого».

Она смотрела на экран долго.

Потом написала:

«Тогда скажи мне правду».

Ответа не было почти минуту.

Наконец:

«Не по телефону».

Злость вспыхнула мгновенно.

«У тебя было достаточно возможностей».

Отправила. Заблокировала телефон.

— Ты поедешь, — тихо сказала Ника.

— Да.

— Я тебя ненавижу.

— Знаю.

— Геолокацию пришлёшь сразу.

— Хорошо.

— Приедешь — напишешь.

— Хорошо.

— Через десять минут ещё раз.

— Ника.

— Через десять минут.

София вздохнула.

— Ладно.

— Если пропадёшь со связи, я звоню в полицию.

Пауза.

— И Дамиру.

— Нет.

— Да.

— Ника!

— Не обсуждается.

Ника смотрела на неё совершенно серьёзно.

— Выбирай мужчин сколько хочешь. Рисковать собой я тебе не позволю.

Без десяти восемь София уже сидела в машине возле старого карьера. Она несколько раз пожалела, что приехала. Место выглядело ещё хуже, чем на карте. Старая дорога. Высокий бетонный забор. Темнота. Почти никого вокруг. Телефон лежал на пассажирском сиденье. Геолокация включена.

Ника знала, где она. И это немного успокаивало. Совсем немного.

19:52.

София положила руку на ключ зажигания. Она ещё могла уехать. Прямо сейчас. Забыть. Заблокировать Арсена. Заставить Дамира говорить самому. В зеркале заднего вида появились фары. Слишком поздно. Чёрная машина остановилась неподалёку. Арсен вышел. Спокойно. Как будто они договорились встретиться в обычном кафе. София тоже вышла.

— Всё-таки приехала, — произнёс он.

— Ты рассчитывал на другое?

— Думал, Дамир посадит тебя под замок.

— Тогда ты плохо меня знаешь.

— Пока.

— Не думаю, что это изменится.

Он улыбнулся.

— Теперь понимаю, почему ты его зацепила.

— Я пришла не обсуждать меня и Дамира.

— А что?

— Ты прекрасно знаешь.

Арсен достал сигареты. Закурил. София заставила себя стоять спокойно.

— Кто погиб?

Он посмотрел на неё.

— Сразу к главному.

— Именно.

Арсен сделал затяжку.

— Его звали Тимур.

Имя словно что-то изменило. До этой минуты погибший был просто человеком на старой фотографии. Теперь у него появилось имя.

— Кто он?

Арсен не ответил сразу.

Потом посмотрел ей прямо в глаза.

— Родной брат Дамира.

София застыла.

— Что?

— Тимур был его младшим братом.

В груди стало холодно.

— Младше на три года.

София вдруг вспомнила лицо Дамира после сообщения. И теперь его страх обрёл совершенно другой смысл. Не друг. Не случайный знакомый. Брат. Человек, с которым Дамир вырос. Человек, которого он не смог спасти.

— Почему Дамир мне не сказал?

Арсен усмехнулся.

— А ты сама как думаешь?

— Что произошло?

— Гонки.

— Это я уже поняла.

— Дамир тогда был королём трассы.

В голосе Арсена прозвучала старая насмешка.

— Все его знали. Он почти не проигрывал. И маленький братик ходил за ним хвостом.

София нахмурилась.

— Не называй его так.

Арсен слегка приподнял бровь.

— Уже защищаешь семью?

— Рассказывай дальше.

Он усмехнулся.

— Тимур хотел гонять. Давно.

— Дамир разрешал?

— Наоборот.

София удивилась.

— Запрещал?

— Несколько лет.

— Почему?

— Потому что прекрасно понимал, чем всё это может закончиться.

От этих слов стало только хуже.

— Тогда почему Тимур оказался за рулём?

Арсен затушил сигарету.

— Потому что в ту ночь твой идеальный Дамир решил показать характер.

— Что это значит?

— Мы поссорились.

— Кто?

— Все.

Он помолчал.

— Тимур хотел выйти на старт. Дамир снова сказал ему, что тот не готов.

— И?

Арсен медленно улыбнулся.

— Я спросил Тимура, сколько ещё лет он собирается жить в тени старшего брата.

София почувствовала неприятный холод.

— Ты специально его провоцировал.

— Я просто сказал правду.

— Нет.

— Он был взрослым мужиком, а Дамир продолжал обращаться с ним как с ребёнком.

— И что произошло?

Арсен смотрел на неё.

— Тимур спросил брата, считает ли тот его слабаком.

София уже боялась продолжения.

— А Дамир?

— Разозлился.

Арсен пожал плечами.

— Толпа смотрела. Адреналин. Гордость.

— Что он сказал?

Вместо ответа Арсен достал телефон. Открыл старое видео. На экране было темно и шумно. Толпа. Машины. Музыка. Совсем молодой Дамир. Рядом — парень с похожими чертами. Темнее волосы. Моложе. Он стоял напротив Дамира и что-то эмоционально говорил. Звук был плохим. Но София услышала.

— Я не ребёнок!

Голос Тимура. Дамир ответил что-то, чего не разобрать.

Тимур снова:

— Ты всю жизнь будешь решать, что я могу?!

Потом голос Дамира. Чёткий. Резкий.

— Хочешь, чтобы я перестал считать тебя ребёнком?

Пауза.

Дамир бросил ему ключи.

— Докажи.

Видео оборвалось. София не могла пошевелиться. Два коротких слова. Докажи. Она представила, сколько раз Дамир повторял их себе после той ночи.

— Через сколько произошла авария? — спросила она.

— Семь минут.

София закрыла глаза.

— Кто был во второй машине?

Арсен не ответил.

Она посмотрела на него.

— Ты?

Улыбка исчезла.

— Да.

Теперь всё встало на место.

— Ты гонял с Тимуром?

— Там было несколько машин.

— Не уходи от ответа.

Арсен напряг челюсть.

— Да.

— И что произошло?

— Он потерял управление.

— Просто так?

— На скорости бывает.

София смотрела на него. Слишком уклончиво.

— Вчера ты пытался вытолкнуть Дамира с трассы.

Арсен замолчал.

— Ты сделал то же самое с Тимуром?

— Осторожнее.

— Ответь.

— Я его не убивал.

— Я спросила не это.

— Он полез вперёд там, где не должен был.

— Ты задел его машину?

Тишина. Этого оказалось достаточно.

— Ты задел.

— Мы соприкоснулись.

— И?

— Его развернуло.

София почувствовала, как внутри всё падает.

— Он врезался в отбойник?

Арсен отвернулся.

— Да.

— Ты остановился?

Молчание.

— Арсен.

— Я развернулся позже.

— Позже?

— Я не понял, насколько серьёзный удар.

София отступила на шаг.

Она пришла сюда за правдой.

А получила чужую попытку переложить вину.

— Ты не хотел меня предупредить о Дамире.

Арсен усмехнулся.

— Что?

— Ты использовал Тимура.

— Не говори ерунды.

— Его смерть.

София почувствовала злость.

— Ты прислал мне фотографию погибшего брата Дамира не потому, что переживаешь за меня.

Она покачала головой.

— Ты хотел сделать больно ему.

Лицо Арсена стало холодным.

— Ты ничего не понимаешь.

— Тогда объясни.

— Дамир виноват не меньше.

— Возможно.

Ответ Софии заставил его замереть.

— Я не собираюсь его оправдывать.

Она снова посмотрела на телефон Арсена.

— Он дал Тимуру ключи. Он сказал «докажи». Он старший брат и наверняка будет обвинять себя до конца жизни.

София посмотрела Арсену прямо в глаза.

— Но машину Тимура задел ты.

Арсен сделал шаг к ней.

— Осторожнее.

— Почему? Правда перестала нравиться?

— София.

— Нет.

Она почувствовала страх. Но не отступила.

— Ты хотел, чтобы я увидела чудовище в Дамире.

София покачала головой.

— А показал мне двух молодых идиотов, которые решили, что человеческая жизнь дешевле их гордости.

Арсен сжал челюсть. И в этот момент вдали раздался рёв двигателя. София обернулась. Сердце узнало машину раньше, чем разум. Чёрный автомобиль резко свернул на дорогу. Остановился. Дверь открылась. Дамир вышел. И по одному его лицу София поняла:

Он в ярости.

Но первым делом посмотрел не на Арсена.

На неё.

С головы до ног.

Словно проверял, цела ли.

Только убедившись, перевёл взгляд на мужчину.

— Отойди от неё.

Арсен усмехнулся.

— Наконец-то.

Дамир приблизился.

— Я сказал: отойди.

— А то что?

— Арсен.

В его голосе было что-то настолько холодное, что Софии стало не по себе.

— Дамир…

Он не услышал.

Или сделал вид.

— Ты всё-таки решил появиться, — продолжил Арсен. — А я уже рассказал Софии вашу семейную историю.

Дамир побледнел. Всего на секунду.

— Закрой рот.

— Почему? Она имеет право знать.

— Не от тебя.

— Тогда надо было самому набраться смелости.

Дамир резко шагнул вперёд. София встала между ними.

— Хватит.

Он посмотрел на неё.

— Я просил тебя не приезжать.

— А я просила тебя рассказать правду.

В его глазах что-то дрогнуло.

— София…

— Тимур был твоим братом.

Тишина. Дамир словно перестал дышать. Услышать имя брата из её уст оказалось тяжелее, чем он ожидал.

— Младше тебя на три года.

Он опустил взгляд.

— Да.

— Почему ты мне не сказал?

— Потому что не мог.

— Но Арсен смог.

Дамир резко повернулся к нему.

— Что именно ты ей рассказал?

— Правду.

— Ты вообще не знаешь значения этого слова.

Арсен рассмеялся.

— Я показал видео.

Дамир застыл. София увидела, как из его лица словно ушла кровь.

— Какое видео?

Но он уже понял. По её глазам.

— То самое, — ответил Арсен. — Где старший брат бросает младшему ключи и предлагает доказать, что тот наконец вырос.

Дамир рванулся к нему. Удар пришёлся Арсену в лицо. София вскрикнула.

— Дамир!

Арсен отшатнулся, потом бросился в ответ.

Они сцепились.

— Прекратите!

Никто не слушал.

— Дамир!

На этот раз он замер. Всего на мгновение. София подбежала и схватила его за руку.

— Хватит!

— Отойди.

— Нет!

— София.

— Нет!

Она встала прямо перед ним. Положила ладони ему на грудь. Сердце под её пальцами колотилось бешено.

— Посмотри на меня.

Он продолжал смотреть через её плечо.

— Дамир.

София коснулась его лица.

— На меня.

Его взгляд наконец опустился. И она увидела там не злость.

Боль.

Голую.

Почти детскую.

Такую, от которой у неё сжалось сердце.

— Поехали отсюда, — тихо сказала она.

За спиной Арсен усмехнулся.

— Конечно. Увози её. Только не забудь рассказать, как твой брат кричал тебе из машины.

Дамир дёрнулся. София удержала.

— Не надо.

— Он не имеет права…

— Знаю.

Она смотрела только на него.

— Не надо.

Несколько мучительно долгих секунд Дамир боролся с собой. Потом разжал кулаки. Арсен сплюнул кровь.

— Спроси его, София, почему он после этого снова вернулся к гонкам.

Она замерла. Дамир тоже.

— Что?

— Ты слышала.

Арсен улыбнулся.

— После смерти брата он клялся больше не садиться на старт.

Он посмотрел на Дамира.

— А теперь снова гоняет.

София перевела взгляд на мужчину рядом.

Дамир молчал.

— Почему? — спросила она.

Ни слова.

Арсен тихо рассмеялся.

— Вот видишь? Его тайны ещё не закончились.

София почувствовала, как внутри снова поднимается тревога. Но сейчас хватит. Она взяла Дамира за руку.

— Поехали.

На этот раз он не сопротивлялся. Первые десять минут они ехали молча. София смотрела в окно. Дамир — на дорогу. Он не гнал. Это почему-то поразило её сильнее всего. После ссоры. После драки. После имени брата, которое снова заставили звучать вслух. Дамир ехал спокойно.Словно боялся скорости. Телефон Софии завибрировал.

Ника.

«ТЫ ГДЕ?»

София быстро ответила:

«Всё нормально. Уехала. Я с Дамиром.»

Три точки появились мгновенно.

«Слава Богу»

Следом:

«Потом расскажешь ВСЁ.»

София убрала телефон.

— Куда мы едем? — спросила она.

— Не знаю.

Она повернулась.

— Очень обнадёживает.

Уголок его губ едва дрогнул. Но улыбка не появилась.

— Хочешь домой?

София подумала.

— Нет.

Он бросил на неё короткий взгляд.

— Почему?

— Потому что если я выйду сейчас, ты снова закроешься.

Дамир сжал руль.

— София…

— Нет.

Она смотрела на него.

— Я больше не согласна на «не сегодня».

Он ничего не ответил. Через некоторое время свернул с основной дороги. Впереди показалась тёмная гладь воды. Озеро. Дамир остановил машину на небольшой пустой площадке возле берега. Выключил двигатель. Сразу стало очень тихо. Тёмная вода едва отражала луну. Где-то в деревьях шелестел ветер. София посмотрела вокруг.

— Почему сюда?

— Здесь тихо.

Всего два слова. Она кивнула. Наверное, сейчас им действительно нужна была тишина. Прошла минута. Может, больше. Дамир сидел, глядя перед собой. Потом произнёс:

— Тимур был моим младшим братом.

София ничего не сказала. Он усмехнулся. Без радости.

— Хотя ты теперь знаешь.

— Я хочу услышать от тебя.

Дамир повернул голову. Посмотрел на неё. И что-то внутри него словно сдалось.

— Он был младше меня на три года.

Голос стал тихим.

— Всего на три.

Он улыбнулся одними губами.

— Но я всю жизнь вёл себя так, будто между нами лет десять.

София слушала.

— Когда мы были детьми, он постоянно лез куда не надо. Дрался. Падал. Разбивал колени. Терял вещи.

Дамир смотрел куда-то в темноту.

— А потом приходил ко мне.

Перед глазами словно оживали воспоминания.

— Почему к тебе?

— Потому что я всегда всё исправлял.

Он пожал плечами.

— По крайней мере, ему так казалось.

Тимур маленький. Разбитая губа. Испуганные глаза.

«Маме не говори».

И Дамир, которому самому девять, но который уже уверен, что обязан защищать младшего.

— Я привык, что если у него проблема, я решу.

Голос стал глухим.

— Если кто-то обидел — разберусь. Если он что-то сломал — починю. Если влип — вытащу.

Дамир опустил глаза на руки.

— А в ту ночь я не вытащил.

У Софии защемило сердце.

— Ты не мог…

— Мог.

Ответ последовал резко.

— Дамир.

— Не надо меня оправдывать.

Он посмотрел на неё.

— Пожалуйста.

В его глазах было столько боли, что София замолчала.

— Машины появились у меня раньше гонок, — продолжил он. — Тимур торчал со мной в гараже. Постоянно. Я мог выгнать его десять раз — через пять минут возвращался.

На этот раз улыбка была настоящей.

Короткой.

Тёплой.

И от этого стало ещё больнее.

— Он хотел делать всё, что делал я.

Пауза.

— Вообще всё.

Улыбка исчезла.

— Когда я начал гонять, он тоже захотел.

— Ты запрещал.

— Да.

— Почему?

Дамир посмотрел на неё так, будто ответ был очевиден.

— Потому что это мой брат.

София почувствовала ком в горле.

— Я видел аварии. Видел, как люди не возвращались домой. Видел, чем заканчивается одна ошибка.

Он отвернулся.

— И всё равно сам продолжал.

— Почему?

— Потому что думал, что со мной такого не случится.

Горький смешок.

— Самоуверенный идиот.

София не перебивала.

— Тимур бесился. Говорил, что я лицемер. Что сам рискую, а ему запрещаю.

— Он был прав?

— Отчасти.

Дамир провёл ладонью по лицу.

— Но я лучше умру лицемером, чем снова увижу ту ночь.

Последняя фраза прозвучала почти неслышно.

— Что произошло перед гонкой?

Он закрыл глаза.

София видела, сколько усилий ему стоит продолжать.

— Арсен начал его цеплять.

— Я знаю.

— Нет.

Дамир покачал головой.

— Ты видела несколько секунд видео.

Он стиснул челюсть.

— Это длилось весь вечер.

Арсен спрашивал Тимура, сколько ещё тот будет ходить за старшим братом. Называл ребёнком.

«Маленьким Дамиром».

Говорил, что Тимур никогда не станет хорошим гонщиком, потому что старший брат слишком боится выпустить его из-под своей юбки.

— Тимур терпел, — сказал Дамир. — Долго.

Он усмехнулся.

— Для него — очень долго.

— А потом?

— Спросил меня перед всеми, считаю ли я его слабым.

София знала следующую часть.

И всё равно боялась её услышать.

— Я был злой.

Дамир сглотнул.

— На Арсена. На Тимура. На себя. На весь этот вечер.

Он сжал руки.

— И вместо того чтобы увести брата оттуда…

Голос сорвался. Дамир замолчал. София не торопила.

— Я бросил ему ключи.

Он закрыл глаза.

— И сказал: «Хочешь, чтобы я перестал считать тебя ребёнком? Докажи».

Тишина.

София почувствовала, как к глазам подступают слёзы.

— Он улыбнулся.

Дамир тоже улыбнулся. Только в этой улыбке не было ничего живого.

— Господи, София… Он так улыбнулся.

Дамир посмотрел на неё. Глаза блестели. Но он не позволял себе моргнуть.

— Знаешь, почему?

Она покачала головой.

— Потому что всю жизнь ждал, когда я скажу, что верю в него.

У Софии перехватило дыхание.

— А я сказал это самым неправильным способом из всех возможных.

Дамир отвернулся.

— Он сел в машину не потому, что хотел умереть.

Голос стал совсем хриплым.

— Он сел туда потому, что его старший брат наконец дал ему шанс доказать, что гордится им.

Слеза всё-таки скатилась по щеке Софии. Она вытерла её.

— Дамир…

— Семь минут.

Он смотрел на тёмную воду.

— От того момента, как я бросил ему ключи, до удара прошло семь минут.

София закрыла глаза.

— Я был впереди.

Он продолжал, будто иначе уже не смог бы остановиться.

— Потом услышал по рации крики.

Резко повернулся. В зеркале увидел, как его машину разворачивает. Нет. Машину Тимура. Он до сих пор мысленно называл её своей. Потому что ключи были его. Решение было его. Вина — тоже.

— Я развернулся.

Дамир смотрел в одну точку.

— Даже не помню как.

Когда он добрался, машина уже стояла в отбойнике. Передняя часть смята. Дверь заблокирована. Тимур внутри. Живой.

— Он был в сознании? — прошептала София.

Дамир замер.

Она сразу пожалела.

— Прости. Не отвечай.

— Был.

Одно слово.

И в нём столько боли, что София перестала дышать.

— Он смотрел на меня.

Дамир опустил голову.

— Это хуже всего.

Пальцы задрожали.

— Если бы он уже…

Он не договорил.

Не смог.

— Но он смотрел.

Дамир быстро провёл ладонью по глазам.

— Я разбил стекло.

София перевела взгляд на его левую руку.

На татуировку, закрывающую кожу от плеча до кисти.

— Дверь заклинило, — продолжил он. — Ноги зажало. Я пытался вытащить его через окно.

Дыхание стало тяжелее.

— Он говорил мне уйти.

У Софии задрожали губы.

— Почему?

Дамир коротко рассмеялся.

— Потому что почувствовал бензин раньше меня.

Он закрыл глаза.

Теперь София словно сама видела эту ночь. Молодой Дамир по локоть внутри разбитого автомобиля. Тимур. Кровь на лице. Страх. И всё равно младший брат пытается спасти старшего.

— Он сказал: «Дамир, уходи».

Голос Дамира дрогнул.

— А я орал на него, чтобы он заткнулся.

София закрыла рот ладонью.

— Я обещал, что вытащу.

Он замолчал.

Мгновение.

Ещё одно.

— Я всегда его вытаскивал.

Последнее слово сломалось. София больше не смогла сидеть на расстоянии. Она придвинулась ближе. Но не прикоснулась. Пока нет. Дамир должен был сам решить.

— Я дёргал дверь, пока кожа на руке не начала гореть.

Он посмотрел на левую руку.

— Вот отсюда шрамы.

София почувствовала холод.

— Татуировка…

— Закрывает часть.

Она смотрела на тёмные линии рисунка совсем иначе.

Раньше видела красивую татуировку.

Теперь — то, что находилось под ней.

Память о ночи, которую Дамир носил прямо на коже.

— Рустам меня оттащил, — продолжил он. — Я ударил его. Потом ещё раз.

Губы дрогнули.

— Потому что думал, что успею.

София уже плакала молча.

— А потом машина загорелась.

Он остановился.

Больше ничего не требовалось.

Вся оставшаяся часть истории поместилась в тишину.

— Что последнее сказал Тимур? — едва слышно спросила София.

Дамир закрыл глаза.

Очень долго.

— «Уходи».

София почувствовала, как сердце болезненно сжалось.

— Даже тогда…

Она не закончила.

Дамир понял.

— Да.

Голос стал почти шёпотом.

— Даже тогда этот идиот переживал за меня.

Он рассмеялся сквозь боль.

— Всю жизнь я должен был защищать его.

Дамир наконец посмотрел на Софию. В глазах стояла влага, которую он больше не пытался спрятать.

— А в единственный момент, когда это действительно было важно, защищал меня он.

София не выдержала.

Взяла его за руку.

Дамир сначала напрягся.

Потом позволил.

— Именно поэтому я виноват, — продолжил он. — Не только потому, что дал ключи.

Он сжал её пальцы.

— Я был его старшим братом.

— Дамир…

— Я знал, как сильно для него важно моё мнение. Знал, что он сделает почти что угодно, если я скажу «докажи».

Голос стал жёстче.

— И всё равно сказал.

София смотрела на него сквозь слёзы.

— Ты совершил ошибку.

— Он умер.

— Я знаю.

— Нет.

Дамир качнул головой.

— Ты не понимаешь.

— Тогда объясни.

Он резко повернулся к ней.

— Как объяснить то, что каждое утро после этого ты просыпаешься и думаешь: я жив, а он нет?

София замерла.

— Как объяснить, что мать смотрит на тебя и видит одного сына вместо двух?

Голос сорвался.

— Что ты приходишь домой, а его комнаты больше никто не открывает?

София сжала его руку крепче.

— Что ты годами ловишь себя на мысли: сейчас позвоню ему — и только потом вспоминаешь, что номера больше нет?

Дамир отвернулся.

Слеза скользнула по его щеке.

Он зло стёр её.

— Я не имел права пережить его.

— Не говори так.

— Почему?

— Потому что это неправда.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что Тимур просил тебя уйти.

Дамир застыл. София говорила тихо.

— В последние минуты своей жизни он хотел, чтобы ты жил.

Дамир закрыл глаза. Слова попали туда, куда он годами никого не пускал.

— Не делай из этого…

— Я ничего не делаю.

София приблизилась.

— Я не скажу тебе, что ты ни в чём не виноват.

Он открыл глаза. Явно не ожидая.

— Ты дал ему ключи. Ты сказал эту фразу. Ты совершил ошибку, с которой тебе придётся жить.

Дамир молчал.

— Но ты не управлял машиной Арсена.

Его челюсть напряглась.

— Ты не толкал Тимура в отбойник.

— Если бы я не…

— Знаю.

Она перебила мягко.

— Если бы.

София смотрела прямо в его глаза.

— Ты можешь построить из этих «если» целую жизнь.

Он усмехнулся горько.

— Уже построил.

— Я вижу.

Она подняла руку. Остановилась возле его лица. Дамир посмотрел на неё. София коснулась его щеки. Тёплая кожа. Щетина под пальцами. Дамир закрыл глаза. И впервые не отстранился от чужого сочувствия.

— Ты наказываешь себя, — прошептала она.

— Наверное.

— Гонками тоже?

Он открыл глаза. Вопрос попал точно.

— Почему ты вернулся?

Дамир отвёл взгляд.

— Арсен появился несколько месяцев назад.

— Зачем?

— Сначала просто провоцировал.

— А потом?

Пауза.

— Вернулась Лера.

София нахмурилась.

— Кто?

— Наша сестра.

София удивилась.

— У вас есть сестра?

— Есть.

Он усмехнулся без радости.

— Хотя после Тимура она долго считала, что брата у неё больше тоже нет.

София почувствовала боль от этой фразы.

— Она винит тебя?

— Да.

— Уехала после его смерти?

— Почти сразу.

Дамир смотрел в окно.

— Несколько месяцев назад вернулась. И примерно тогда же снова появился Арсен.

— Думаешь, это связано?

— Не знаю.

— Но поэтому ты вернулся на гонки?

— Не только.

Он стиснул челюсть.

— Я хотел понять, чего Арсен добивается.

— И решил делать это именно тем способом, который чуть не уничтожил тебя?

— Похоже.

— Очень умно.

Уголок его губ дрогнул.

— Я не говорил, что умный.

— Нет. Только ведёшь себя так, будто всегда всё контролируешь.

— Привычка.

София смотрела на него. Теперь многое становилось понятнее. Его страх потерять контроль. Его желание решать за других. Его почти болезненная реакция на опасность, когда дело касалось человека рядом.