Новая эра всемирного зла

Жеглов взял пакет и внимательно рассмотрел содержимое:

— Отлично, Альберт Моисеевич. Как всегда, глаз алмаз. Отправляйте всё в дактилоскопию, пусть сверят с картотекой. И проверьте армейские части — может, кто‑то из бывших носил такие.

— Уже распорядился, — кивнул Хинштейн. — Через пару часов будут данные.

Он ещё раз поправил очки и, кивнув всем на прощание, вышел из кабинета.

— Сергей, — обратился Глеб к Волкову, — займись камерами. Найди, кто мог их отключить. И проверь все больницы — если кто‑то из них ранен, они могут обратиться за помощью.

— Андрей, — продолжил Глеб, — собери всю информацию о коммерческих банках за последний год. Были ли другие ограбления с похожим почерком? Проверь связи директора банка — может, кто‑то хотел его подставить.

— Антон, ты остаёшься на связи.

Ливанов поднял глаза, слегка покраснел, но промолчал.

— Вот твои задачи, — Жеглов подошёл ближе и заговорил чётко, чеканя каждое слово: — Во‑первых, свяжись с главным офисом банка. Попроси предоставить списки сотрудников, особенно тех, кто имел доступ к хранилищу. Во‑вторых, запроси записи камер наблюдения со всех улиц в радиусе километра от банка за вчерашний вечер и ночь. В‑третьих, составь хронологию событий: когда обнаружили ограбление, кто первый сообщил, какие действия предприняли охранники. И не забудь оформить все запросы официально — с печатью и подписью.

— Понял, товарищ капитан, — Антон схватил блокнот и начал быстро записывать. — Сделаю в лучшем виде.

— И ещё, — добавил Жеглов уже у двери, — если появятся новые данные от Хинштейна или из дактилоскопии — сразу звони мне. Понял?

— Так точно! — Ливанов выпрямился и опять попытался встать по стойке «смирно», но Волков его удержал и усадил на место.

— Ну а я, — заключил Жеглов, — поеду к семье убитого охранника. Иногда самые важные детали всплывают в разговорах с близкими.

Команда вышла из кабинета. Ливанов проводил их взглядом, вздохнул, потёр руки и с удвоенным рвением взялся за работу. Он понимал: пока старшие коллеги ловят бандитов, его задача не менее важна — обеспечить их всей необходимой информацией.

Жена охранника, Марина, встретила Глеба в маленькой квартире на окраине Москвы. Глаза красные от слёз, руки дрожат.

— Расскажите мне о муже, — попросил Жеглов мягко. — Чем он занимался до банка? Где работал раньше?

— Он служил в полиции, — всхлипнула женщина. — Уволился три года назад из‑за травмы колена. Потом устроился сюда — спокойнее, стабильнее.

— Враги? Долги? Проблемы?

— Ничего такого. Он был честным человеком. Разве что… — она запнулась.

— Что?

— За неделю до этого он сказал, что заметил что‑то странное в банке. Какие‑то люди приходили, разговаривали с директором. Но он не успел разобраться — его убили.

Глеб напрягся.

— Какие люди?

— Не знаю. Он не успел рассказать. Только сказал: «Марин, тут что‑то нечисто. Я разберусь».

Это могло быть совпадением. А могло — ключом к разгадке.

К вечеру начали поступать первые результаты.

Микроавтобус был угнан утром того же дня с парковки у торгового центра.

В одной из больниц зарегистрировали мужчину с пулевым ранением плеча. Он ушёл до осмотра, но медсестра запомнила шрам на руке.

Камеры соседнего здания зафиксировали, как микроавтобус свернул в переулок и исчез.

За последний год было три похожих ограбления коммерческих банков в разных городах. Везде — четверо нападавших, автоматы, быстрая работа.

Директор банка имел связи с сомнительными личностями — в прошлом году его подозревали в отмывании денег, но дело замяли.

— Собираем всех, — приказал Жеглов. — Завтра начинаем полномасштабную операцию. Хромого и человека со шрамом — в первую очередь. И проверим связи директора. Похоже, это не просто ограбление. Это часть большой схемы.

За окном темнело. Город жил своей жизнью, не подозревая, что где‑то рядом уже готовится следующий шаг преступников.

Вечер опустился на город, окрасив улицы в сумеречные тона. Глеб стоял у окна своего кабинета на Петровке, глядя, как огни Москвы постепенно загораются один за другим. В голове крутились обрывки информации, детали, свидетельства — всё это нужно было сложить в единую картину.

Волков вошёл без стука, бросил на стол папку с документами и устало опустился на стул.

— Ну что? — обернулся к нему Глеб.

— Микроавтобус, на котором уехали нападавшие, был угнан утром того же дня с парковки у торгового центра «Аврора», — начал старлей. — Оставил его там какой‑то курьер, вышел на пять минут за кофе — а машины нет. Номер замазан грязью, но камеры зафиксировали, как он сворачивает в переулок за банком и исчезает. Дальше — след обрывается.

Глеб подошёл к карте города, разложенной на столе, и отметил место.

— Переулок ведёт к старым складам, — пробормотал он. — Там десятки заброшенных зданий, можно спрятать хоть полк.

— Ещё кое‑что, — Волков достал блокнот. — В больнице № 12 сегодня утром был случай: мужчина с пулевым ранением плеча. Не стал дожидаться осмотра, ушёл. Медсестра запомнила шрам на руке — длинный, от локтя до запястья. Говорит, выглядел он напугано, но держался твёрдо.

Жеглов замер. Шрам. Тот самый, о котором говорила кассирша.

— Отлично, — кивнул он. — Это наша первая реальная зацепка. Проверь все больницы, поликлиники, частные клиники — кто ещё мог обратиться с огнестрельным ранением за последние сутки. И свяжись с криминалистами — пусть проверят кровь с места преступления. Если она принадлежит одному из нападавших, получим ДНК.

Волков кивнул и вышел. Глеб повернулся к Смирнову, который как раз вернулся с допроса директора банка.

— Что там? — спросил Жеглов.

— Директор, Борис Ильич Марков, — скользкий тип, — поморщился следователь. — Всё отрицает, говорит, что ничего не знал, что это просто ограбление. Но вот что интересно: за последний год было три похожих случая в других городах — Нижний Новгород, Казань, Воронеж. Везде — четверо нападавших, автоматы, быстрая работа, минимум следов. И везде банки, связанные с одним и тем же холдингом — «ФинИнвест».

Глеб нахмурился.

— «ФинИнвест»? — переспросил он. — Не тот ли это холдинг, что пару лет назад фигурировал в деле о выводе средств за границу?

— Он самый, — подтвердил Смирнов. — Тогда дело замяли, но слухи ходили, что часть денег так и осталась «в тени».

— Значит, это не просто ограбление, — медленно проговорил Жеглов. — Это часть большой схемы. Кто‑то методично зачищает следы. И наш банк — следующая точка.

Он подошёл к доске, на которой были развешаны фотографии с места преступления, портреты свидетелей, схемы. Взял маркер и начал соединять линии: банк — «ФинИнвест» — старые ограбления — раненый со шрамом — хромой бандит.

— Антоша! — крикнул он в сторону двери. — Найди мне всё, что есть на «ФинИнвест»: владельцы, акционеры, сотрудники, партнёры. Особенно тех, кто связан с силовыми структурами или криминалом. Смирнов, проверь связи Маркова — кто его прикрывает, кто мог дать наводку. А я поеду к семье убитого охранника ещё раз. Возможно, он успел кому‑то рассказать о своих подозрениях.

Марина открыла дверь сразу, будто ждала звонка. Глаза всё так же красные, но в них появилась какая‑то решимость.

— Вы что‑то узнали? — спросила она.

— Есть зацепки, — осторожно ответил Глеб. — Но мне нужно больше информации. Ваш муж, перед тем как заметил что‑то странное в банке, с кем‑нибудь говорил об этом? Может, звонил кому‑то?

Женщина задумалась, потом кивнула.

— Да, за день до этого он звонил своему старому другу, Игорю. Они вместе служили в полиции, потом потеряли связь, а тут вдруг встретились случайно. Он сказал: «Игорь, тут такое творится, надо бы разобраться». Но Игорь тогда был занят, обещал перезвонить позже. А потом… — голос её дрогнул, — потом уже было поздно.

Жеглов достал блокнот.

— Имя, фамилия друга? Где живёт?

— Игорь Валентинович Соколов, живёт в Химках, на улице Маяковского, 17. Он сейчас работает охранником в торговом центре «Европа».

— Спасибо, — Глеб положил руку ей на плечо. — Мы найдём тех, кто это сделал. Обещаю.

К полуночи группа снова собралась в кабинете Жеглова. На столе дымились чашки с кофе, пахло сигаретным дымом — Волков нервно курил у окна.

— Итак, — начал Глеб, — что у нас есть?

— Кровь с места преступления принадлежит мужчине, — доложил криминалист. — Группа — B(III) Rh+. В базе данных совпадений пока нет, но мы проверяем частные клиники и нелегальные медцентры.

— Раненый со шрамом, — добавил Волков, — действительно обращался в больницу № 12.

Медсестра описала его как высокого, худощавого, лет 35–40. Больше ничего.

— Хромой, — подхватил Смирнов, — это сложнее. Но я нашёл в базе данных одного типа — Виктор Дронов, судим за разбой, получил травму колена в драке два месяца назад. Сейчас нигде не работает, живёт на съёмной квартире в Бирюлёво.

— Проверь его связи, — приказал Жеглов. — И узнай, не появлялся ли он в последнее время в районе складов за Кузнецким Мостом. Волков, свяжись с Игорем Соколовым — другом убитого охранника. Возможно, тот знает больше, чем мы думаем.

Телефон на столе зазвонил. Глеб поднял трубку.

— Капитан Жеглов слушает.

— Глеб Егорович, — раздался голос дежурного, — только что поступило сообщение: на складе № 47 за Кузнецким Мостом замечен подозрительный микроавтобус. Очевидцы говорят, что из него выносили какие‑то мешки.

Жеглов выпрямился.

— Адрес подтверди, — коротко бросил он. — И вызывай спецназ. Мы выезжаем.

Он положил трубку и посмотрел на команду.

— Похоже, — сказал он, — мы нашли их логово.

Волков затушил сигарету, Смирнов застегнул куртку. В глазах оперативников загорелся знакомый азарт — азарт охоты.

— Оружие проверить, — отдал приказ Жеглов. — Бронежилеты надеть. И помните: там могут быть заложники. Действуем аккуратно, но решительно.

Машины выехали со двора управления с включёнными мигалками. Город расступался перед ними, огни светофоров мигали красным, словно предупреждая: впереди опасность. Но Глеб знал: на этот раз они не уйдут.

Глава вторая. Операция на складе

Машины с мигалками мчались по ночным улицам, сирены разрезали тишину, заставляя прохожих оборачиваться. Глеб Жеглов сидел на переднем сиденье, вцепившись в ручку двери. В голове крутились мысли: «Что там, на складе? Сколько их? Есть ли заложники? Раненый со шрамом — он там? А хромой?»

— Сергей, — обернулся он к Волкову на заднем сиденье, — свяжись с группой спецназа. Пусть берут периметр, но не лезут внутрь без команды. Сначала — разведка.

— Есть, — кивнул Волков, доставая рацию.

Смирнов, сидевший рядом с Глебом, хмуро смотрел в окно.

— Если это их логово, — пробормотал он, — значит, там не только добыча. Там документы, оружие и возможно — списки сообщников.

— Или ловушки, — добавил Жеглов. — Дронов, если это действительно он, не станет сидеть и ждать, пока мы его возьмём. Он подготовился.

Склад № 47 стоял на окраине промзоны — длинное кирпичное здание с зарешёченными окнами, ржавыми воротами и покосившейся вывеской «Груз. Хранение». Вокруг — пустырь, редкие фонари и мусорные баки.

Машины остановились в двухстах метрах. Оперативники в бронежилетах рассредоточились и заняли позиции. Командир спецназа, майор Гришин, подошёл к Жеглову.

— Вижу движение внутри, — тихо сказал он. — В окне второго этажа мелькнул свет. И звук — будто двигатель завели.

Глеб прищурился. Действительно, из‑под ворот пробивалась тонкая полоска света, а где‑то в глубине здания слышалось приглушённое гудение.

— Значит, они готовятся к отъезду, — прошептал он. — Не будем давать им времени. План такой: группа А заходит с фасада, группа Б — с тыла. Мы со Смирновым и Волковым — в центре. Огонь только в крайнем случае. Нам нужны живые языки.

Майор кивнули отдал распоряжения. Спецназовцы двинулись вперёд — бесшумно, пригибаясь и перебегая от укрытия к укрытию.

Ворота оказались не заперты, а лишь слегка прикрыты. Один из бойцов осторожно толкнул створку и скользнул внутрь. За ним — остальные.

Внутри было темно и пыльно. Пахло мазутом, гнилью и металлом. Вдоль стен — стеллажи с ящиками, какие‑то механизмы и бочки. В дальнем конце — лестница на второй этаж, откуда доносились голоса.

Глеб поднял руку, подавая знак остановиться. Прислушался.

— …уходим через десять минут, — донёсся хриплый голос. — Мешки в фургон, оружие — в тайник. Если менты придут, пусть ищут ветер в поле.

— А раненый? — отозвался другой. — Он не доедет.

— Бросим у дороги. Нам свои шкуры дороже.

Жеглов сжал кулаки. Значит, раненый всё‑таки здесь. И его собираются бросить.

— Разделимся, — шепнул он своим. — Волков — бери двоих и проверь первый этаж. Смирнов — со мной наверх. Действуем быстро, но аккуратно.

Они двинулись к лестнице. Ступени скрипели под ногами, но голоса наверху заглушали любые звуки.

Наверху оказалось просторное помещение — бывший офис. Стол, стулья и карта города на стене. У окна — двое: крупный мужчина с автоматом и тот самый тип со шрамом на руке. Рядом с ними — мешок, из которого торчали пачки денег.

Раненый лежал на полу — бледный, в окровавленной рубашке. Он тяжело дышал, но глаза были открыты.

— Вставай, — бросил ему крупный. — Поедешь с нами.

— Не могу, — прохрипел раненый. — Нога…

Крупный выругался и поднял ногу, чтобы пнуть его, но не успел.

— Стоять! — громко сказал Жеглов, выходя из‑за угла. — Руки вверх, или стреляю!

Оба бандита обернулись. Крупный рванулся к автомату, но Смирнов уже прыгнул вперёд и сбил его с ног. Шрамолицый потянулся к пистолету, но Волков, появившийся с другой стороны, приставил к его виску ствол.

— Спокойно, — процедил он. — Одно движение — и ты без головы.

Крупного скрутили и заломили руки за спину. Шрамолицый замер, бледный, с расширенными глазами. Раненый слабо улыбнулся.

— Ну наконец‑то, — прошептал он. — А то эти гады меня бросить хотели.

Глеб подошёл к крупному. Тот, несмотря на наручники, смотрел с вызовом.

— Фамилия? — жёстко спросил Жеглов.

— Пошёл ты, — огрызнулся бандит.

— Хорошо, — Глеб достал фотографию убитого охранника. — Посмотри на этого человека. Он умер, потому что вы решили поиграть в крутых. Теперь твоя очередь. Говори: кто заказчик? Где следующий удар?

Крупный сглотнул. Взгляд скользнул по фотографии, а потом — по лицам оперативников.

— Я не знаю, — пробормотал он. — Нам дали наводку. Сказали: «Банк на Кузнецком, хранилище открыто, охрана слабая». Платили хорошо.

— Кто платил?

— Посредник. Мы его звали «Бухгалтер». Никогда не видели лица — только голос по телефону.

— Адрес? Номера́?

— Ничего нет. Он сам нас находил.

Глеб переглянулся со Смирновым. «Бухгалтер» — явно не настоящее имя. Но это уже зацепка.

Пока спецназ обыскивал склад, Волков нашёл в одном из ящиков папку с документами.

— Глеб, — позвал он, — смотри.

В папке лежали копии финансовых отчётов банка, списки сотрудников и схемы сигнализации. И — самое главное — черновик письма на имя Маркова: «Если не закроете дело, следующий удар будет по вашей семье. Вы знаете, кто мы».

— Марков знал, — тихо сказал Жеглов. — Он всё знал. И молчал.

— Надо брать, — кивнул Смирнов. — Пока он не сбежал.

— Нет, — покачал головой Глеб. — Сбегать он не будет. Он ждёт, что мы придём. И подготовит ловушку. Нам нужно действовать умнее.

Он подошёл к раненому. Тот смотрел на него с надеждой.

— Ты можешь помочь, — сказал Жеглов. — Если расскажешь всё, что знаешь, получишь смягчение. Кто такой «Бухгалтер»? Где его искать?

Раненый заколебался, потом кивнул.

— Он держит контору на Арбате, — выдохнул он. — Офис «СтройИнвест». Но это прикрытие. Настоящий бизнес — отмывка денег. Марков с ним связан по уши.

К утру группа вернулась на Петровку. Бандитов увезли в изолятор, а документы передали криминалистам. Глеб стоял у окна, глядя, как рассвет окрашивает крыши домов в розовый цвет.

— Что дальше? — спросил Смирнов, наливая кофе.

— Дальше, — повернулся к нему Жеглов, — мы идём к Маркову. Но не с обыском. С предложением. Скажем, что знаем про «Бухгалтера», предложим сделку: он сдаёт его — мы закрываем глаза на остальное. Если откажется — пойдёт как соучастник.

— Риск, — нахмурился Волков. — Он может предупредить «Бухгалтера».

— Может, — согласился Глеб. — Но у нас есть козырь: раненый. Он уже дал показания. Если Марков попытается скрыться, мы его возьмём по горячим следам.

Телефон на столе зазвонил. Жеглов поднял трубку.

— Капитан Жеглов слушает.

— Глеб Егорович, — раздался голос дежурного, — только что поступило сообщение: директор банка Марков найден мёртвым в своём кабинете. Причина — отравление. Рядом — пустая ампула.

Глеб замер. Смирнов и Волков переглянулись.

— Место оцеплено? — глухо спросил Жеглов.

— Да. Криминалисты уже выехали.

— Едем туда, — он положил трубку и посмотрел на команду. — Похоже, «Бухгалтер» решил зачистить следы. И теперь он знает, что мы идём по его следу.

За окном окончательно рассвело. День обещал быть тяжёлым. Но Глеб знал одно: на этот раз он не отступит. Игра только начинается.

Глава третья. Операция на складе (продолжение)

Машина с оперативниками мчалась к офису банка. Жеглов сжимал в руках папку с документами, найденными на складе, и мысленно прокручивал возможные сценарии. Смерть Маркова могла быть самоубийством — но слишком уж вовремя она случилась.

— Слишком гладко, — пробормотал он, глядя в окно.

— Что? — переспросил Смирнов.

— Всё слишком гладко. Отравление, ампула рядом… Будто специально для нас оставили.

— Думаешь, инсценировка? — нахмурился Волков.

— Не знаю. Но проверим каждую деталь.

Офис Маркова находился на пятом этаже бизнес‑центра. У дверей уже стояли следователи, криминалисты и врач. Дежурный охранник нервно курил у лифта.

— Капитан Жеглов, МУР, — показал удостоверение Глеб. — Что тут у вас?

— Директор банка найден мёртвым в своём кабинете, — отчитался следователь. — Причина — отравление. Рядом — пустая ампула с маркировкой «Цианид калия». Секретарша зашла в 10:15, увидела тело, вызвала нас.

— Она где?

— В соседней комнате. Допрашиваем.

Глеб вошёл в кабинет. Просторное помещение с панорамными окнами, массивный стол, кожаные кресла. На полу, возле кресла, — тело Маркова. Лицо искажено, пальцы судорожно сжимают край стола. Рядом — маленькая стеклянная ампула, а на ней — едва заметные отпечатки пальцев.

Криминалист, склонившийся над телом, поднял голову:

— Смерть наступила 30–40 минут назад. Яд действовал быстро. Следов борьбы нет. Дверь была заперта изнутри, окно закрыто.

— Значит, либо самоубийство, либо убийца знал, как войти и выйти незаметно, — тихо произнёс Жеглов.

Он подошёл к столу. Бумаги в беспорядке, сейф открыт — но деньги и документы на месте. На мониторе компьютера — открытая страница с электронной перепиской. Последнее письмо, отправленное 10 минут назад:

«План Б активирован. Марков устранён. Следы зачищены. Ждите дальнейших инструкций».

Адрес получателя был скрыт.

Девушка лет 25, бледная, с дрожащими руками, сидела в соседнем кабинете. Глаза красные — то ли от слёз, то ли от шока.

— Вы последняя, кто видел Маркова живым? — мягко спросил Глеб, присаживаясь напротив.

— Да… — прошептала она. — Он вызвал меня в 10 утра. Сказал, что нужно срочно подписать документы. Я принесла папку, он начал читать, потом вдруг резко встал, сказал: «Подожди за дверью, я позвоню». Я вышла, ждала минут десять… Потом решила проверить — дверь была заперта. Я постучала, но никто не ответил. Толкнула — а он… он уже лежал на полу.

— Он вёл себя как‑то странно перед этим?

— Нет. Только… — она запнулась. — За час до этого ему звонили. Он очень разозлился, кричал в трубку: «Я не буду этого делать! Вы не можете меня заставить!» Потом швырнул телефон об стену.

— Кто звонил?

— Не знаю. Он не назвал имени. Но после этого он стал какой‑то… загнанный. Будто знал, что что‑то случится.

Жеглов записал всё дословно.

— Спасибо, — кивнул он. — Оставайтесь пока здесь. Вас ещё вызовут для уточнений.

Вернувшись в кабинет, Глеб подошёл к разбитому телефону. Поднял трубку — на дисплее высветился последний набранный номер.

— Волков, — позвал он, — проверь этот номер. Узнай, кому принадлежит, где зарегистрирован. И свяжись с IT‑отделом — пусть восстановят удалённую переписку Маркова. Особенно за последние три дня.

— Есть, — лейтенант достал блокнот.

Смирнов тем временем осматривал сейф.

— Смотри, — позвал он Жеглова. — Здесь лежит папка с пометкой «Проект «Феникс». Внутри — схемы, расчёты, списки счетов. И одна запись от руки: «Если со мной что‑то случится — ищите в «СтройИнвесте» на Арбате. Там всё».

Глеб взял папку и быстро пролистал. На одной из страниц — схема здания, выделен подвал, а рядом надпись: «Хранилище».

— «СтройИнвест», — повторил он. — Тот самый офис «Бухгалтера». Значит, Марков знал, где искать концы. И кто‑то это понял.

К полудню группа собралась в кабинете Жеглова. На столе — фотографии с места преступления, распечатки переписки и карта города с отмеченными точками.

— Итак, — начал Глеб, — что мы имеем?

Марков был убит цианидом. Версия самоубийства сомнительна — письмо, отправленное после смерти, говорит о том, что кто‑то имитировал его действия.

Перед смертью ему звонили. Номер пока неизвестен, но Волков проверяет.

В сейфе найдена папка «Проект Феникс» — похоже, это кодовое название схемы отмывки денег. Ключевое место — офис «СтройИнвеста» на Арбате.

Раненый бандит дал показания: «Бухгалтер» держит контору там. Марков с ним связан.

Последнее указание Маркова: «Ищите в СтройИнвесте». Там всё».

— План такой, — продолжил Жеглов. — Сергей, ты с IT‑шниками разбираешься с перепиской. Найди любые упоминания «Бухгалтера», «Феникса», «СтройИнвеста». Андрей, свяжись с налоговой — запроси все данные по «СтройИнвесту»: владельцы, счета и сделки за последний год. А я поеду к семье Маркова. Возможно, он что‑то говорил жене или детям.

Телефон на столе зазвонил. Глеб поднял трубку.

— Капитан Жеглов слушает.

— Глеб Егорович, — раздался голос дежурного, — только что поступило сообщение: офис «СтройИнвеста» на Арбате только что взорван. Есть жертвы.

В кабинете повисла тишина. Волков замер с блокнотом в руке, а Смирнов сжал кулаки.

— Адрес подтверди, — глухо сказал Жеглов.

— Арбат, дом 27. Взрыв в подвале, обрушение перекрытий. Пожарные уже на месте.

— Едем туда, — он положил трубку и посмотрел на команду. — Похоже, «Бухгалтер» решил зачистить все следы. Но мы знаем, что искать. В подвале было хранилище. И там, скорее всего, остались документы.

Волков бросил блокнот на стол, а Смирнов встал, застёгивая куртку.

— Оружие проверить, — отдал приказ Жеглов. — Бронежилеты надеть. И помните: там могут быть ещё ловушки. Действуем быстро, но осторожно.

Машины выехали со двора управления. Город жил своей жизнью — люди шли на работу, дети бежали в школу, в кафе пахло кофе. Но для Глеба Жеглова и его команды день снова становился боевым. Игра с «Бухгалтером» вступила в новую фазу. И на кону теперь были не только деньги, но и правда о смерти Маркова.

Глава четвертая. Взрыв на Арбате

Глеб закрыл дверь квартиры, сбросил ботинки и устало выдохнул. Часы показывали 21:17 — поздний час даже для оперативника. В прихожей его уже ждал Шарапов. Он сидел столбиком, как верный пёс, и внимательно смотрел на хозяина.

— Ну что, — улыбнулся Глеб, наклоняясь, чтобы погладить кота за ушами, — опять ждал? Молодец. Тапочки где?

Шарапов важно кивнул, развернулся и потрусил в спальню. Через минуту он вернулся, таща в зубах домашние тапочки Жеглова — старые, потрёпанные, но любимые.

— Хороший мальчик, — похвалил Глеб, обуваясь. — А теперь мячик?

Кот фыркнул, будто говоря: «Опять эти игры?», но послушно побежал за мячиком, который тут же принёс и бросил к ногам хозяина. Глеб бросил его в сторону кухни — Шарапов рванул за ним, ловко поймал на лету и торжественно принёс обратно.