В погоне за Луной. Том 2

– Иди к А-Чжао и скажи ему, что…

Человечек тут же оживился, тихонько соскользнул с подушек и крадучись пошел вдоль стены к Чун Чжао.

Глядя на человечка, Бай Шо задумалась о разведенном возле дворца костре, затем – о собравшихся вокруг него ичэнцах. Владыка говорил, что рассеял сердцевину дерева Утун между горожанами, но в их сердцах не было даже намека на силу священного древа. Тогда зачем их созвали на пир с бессмертными и демонами?

Завтра ворота откроются, и участники, наконец, смогут покинуть город. Впрочем… Уже не важно, что задумал владыка, – если он на стороне бессмертных и демонов, значит, все будет хорошо.

Главное, чтобы Бэйчэнь и Му Цзю поверили ей. Они слушали ее на безымянной горе – выслушают и теперь.

В тот же миг с ее ладони незаметно спрыгнули еще два бумажных человечка: один пополз к Бэйчэню, второй – к Му Цзю. Как хорошо, что старец-черепаха многому ее научил – теперь, в критический момент, она была во всеоружии.

Фань Юэ посмотрел на Бай Шо и протянул ей стакан воды.

– Учитель, не торопитесь, не то быстро утомитесь.

– Хороший ученик, – поблагодарила она и залпом его выпила.

Когда человечки добрались до адресатов, глаза Бай Шо вспыхнули. Она уже было вздохнула с облегчением, как вдруг поперхнулась и в ужасе застыла. Ее бумажные человечки обмякли и упали на пол!

«Что происходит?!»

Бай Шо мелко задрожала. Вдруг раздался громкий голос владыки Ичэна.

– Все вы прибыли издалека. Мне жаль, что я не встретил вас лично. Я накажу себя чаркой вина, и вы, прошу, наслаждайтесь яствами и напитками!

Владыка Ичэна опустился на трон, взял наполненный до краев кубок и залпом его осушил.

В зале повисла тишина – владыка Ичэна был так вежлив, что молодые ученики не могли позволить себе ни грамма высокомерия к ненавистным ичэнцам. Все подняли чарки вслед за владыкой и осушили их.

Случайно или нет, но, опуская кубок, владыка бросил в сторону Бай Шо многозначительный взгляд.

По спине девушки пробежал холодок. Она поспешно опустила голову и задрожала. Сильные руки крепко обняли ее, и она решительно подняла глаза на своего юного ученика.

Сидящий неподалеку Чун Чжао заметил это и нахмурился, а выпитое вино показалось невероятно горьким.

Шоуань из школы Бесконечности склонился к владыке и спросил:

– Ваше величество, я слышал от Наньваня-шисюна, что третий фрагмент сердцевины древа Утун получит тот, кого выберет ваш народ. Это правда?

– Кто ты? – покосился на него владыка.

Шоуань кашлянул, заметив, что все взгляды обратились на него. Поправив головной убор, он ответил:

– Я Шоуань из школы Бесконечности.

– Получается, ты ученик-последователь истинного владыки. – Выражение лица правителя Ичэна смягчилось. – Да, сердцевиной будет обладать тот, кого выберет мой народ. Есть ли у бессмертного владыки Шоуаня еще вопросы?

– Простите мою дерзость, – поспешно ответил Шоуань. – Просто военное пиршество всегда было соревнованием между бессмертными и демонами. На этот раз в нем приняли участие ичэнцы. Я был сбит с толку, потому и осмелился спросить… – Под пристальным взглядом владыки голос Шоуаня становился все тише и тише. От его решимости не осталось и следа: он побледнел, на лбу выступила испарина.

Воздух словно сгустился. В зале повисла зловещая тишина.

Все ученики презрительно сплюнули в сердцах. Пусть ичэнцы вели себя спокойно, но их владыка был верховным бессмертным владыкой и совсем скоро мог стать полубогом. Шоуань оказался не из робкого десятка, раз осмелился на глазах у всех подвергнуть сомнению слова градоправителя!

Тишину нарушил тихий вздох владыки Ичэна.

– Уверен, все думали так же, как и бессмертный владыка из школы Бесконечности. Я в самом деле просил Цзиньяо провести пиршество в Ичэне. Увидев всех вас, я даже немного позавидовал. Вы восходящие звезды, вы подобны облакам на небе и волнам в море. Нам, простым ичэнцам, далеко до вас.

Все ошеломленно уставились на владыку.

– Завтра город снова будет открыт, и ичэнцы смогут при желании покинуть его.

Слова владыки прозвучали как гром средь ясного неба. Бессмертные и демоны обменялись растерянными взглядами.

Ичэнцы не могут совершенствоваться, в глазах бессмертных и демонов они нецивилизованные варвары. Если бы не этот город, они все давно бы вымерли. Почему владыка Ичэна хочет открыть для них путь во все Три Царства?

– Из-за своего происхождения ичэнцы не могут развивать духовную силу. Несколько поколений моих собратьев были заперты в стенах этого города, и наши дети намного уступают вам в учености и развитии. Владыка уже стар. Вскоре Ичэн будет передан в руки молодых. Именно поэтому я просил господина Цзиньяо провести пиршество в Ичэне. Я хотел, чтобы мой народ увидел вас. Безусловно, в Трех Царствах считают, что ичэнцы жестоки и непредсказуемы. Я хотел, чтобы каждый, глядя на нас, отбросил предубеждения о моем народе. В будущем, когда жители этого города будут путешествовать по Трем Царствам, призываю вас помнить обо всем, что происходило в Ичэне в эти дни. Прошу, позаботьтесь о них, не усложняйте им жизнь, ведь участь их и без того тяжела.

Владыка Ичэна замолчал и окинул бессмертных и демонов умоляющим взглядом.

Так вот почему он собрал их всех здесь, прежде чем решить, кому достанется третий фрагмент!

В Трех Царствах презирают Ичэн. За счет военного пиршества владыка хотел сломать тысячелетнюю блокаду и позволить жителям этого города выйти в большой мир. Бай Шо с изумлением смотрела на взволнованного владыку. Неужели она в нем ошиблась? Он говорил от чистого сердца, голос его звучал искренне. Как тот, кто так любит свой народ, мог позволить нечистой силе сеять в городе хаос? Вдруг он и правда ничего не знал о странных вещах, творящихся в его городе?

«Стоит ли сказать ему, что его наследник одержим злым духом?»

Бай Шо колебалась.

– Ваше величество, вы слишком добры. Если мои братья встретят ичэнца, будьте уверены, Куньлунь защитит их, – заговорил Бэйчэнь.

Владыка Ичэна взглянул на мастера меча – его серьезность и искренность тронули сердце старца.

Наньвань не ожидал, что молчаливый Бэйчэнь вообще откроет рот. Он проклинал его за лицемерие. Поклонившись, Наньвань сказал:

– Школа Поднебесья поступит так же.

Услышав слова старших учеников, все согласно закивали. Владыка улыбнулся и поблагодарил гостей, а затем поднял кубок и произнес тост. Другие ученики вторили Куньлуню и Поднебесью, владыка же оставался спокоен. Поборов сомнения, Бай Шо растерянно подняла свою чарку вместе с остальными.

Ичэнское вино не такое сладкое и терпкое, как вино бессмертных, но и не такое пряное и крепкое, как вино демонов. У него была необычная сладость. Бай Шо пригубила напиток, и по телу разлилось приятное тепло.

Шоуань очень любил выпить – после нескольких чарок глаза его затуманились, и он осмелел. Сделав еще глоток, он усмехнулся.

– Ваше величество! – произнес он, поднявшись с места.

Сидящие рядом ученики явно видели такое поведение не в первый раз и потому не спешили его останавливать.

Шоуань медленно пошел по залу.

– Бессмертный владыка Шоуань хочет сказать что-то еще? – спокойно спросил владыка Ичэна.

– Ваше величество, будьте уверены, я сообщу обо всем учителю. С этого дня школы Бесконечности и Поднебесья также будут защищать ичэнцев! – воскликнул Шоуань, похлопав себя по груди.

Все выдохнули с облегчением – к счастью, он вел себя вполне прилично.

– Думаю, благодаря школам Бесконечности и Поднебесья мой народ отринет страхи, ведь, путешествуя по Трем Царствам, они будут в безопасности.

– Да… – рыгнув, проговорил Шоуань. – Именно так.

Почувствовав расположение владыки Ичэна, он еще сильнее возгордился.

– И все же… Ваше величество, пиршество это немного расстроило Шоуаня… Надеюсь, ваше величество примет правильное решение!

– Вот как? Что же произошло?

– Я слышал, что первые два фрагмента сердцевины древа Утун были спрятаны на безымянной горе. Один фрагмент достался бессмертным, а второй – демонам. О лисах мне говорить нечего, всем известно, что его высочество Му Цзю обладает несравненной духовной силой и славится во всех Трех Царствах. Но как этот мальчишка смог завоевать ваше расположение? Думаю, все согласятся со мной в том, что сердцевина должна принадлежать владыке Бэйчэню и Наньваню-шисюну!

«Владыка Бэйчэнь, Наньвань-шисюн. Вот к чему ведет этот жалкий пьяница!» – мысленно возмутилась Бай Шо.

Шоуань с презрением посмотрел на Чун Чжао.

– Зачем ученику из забытой школы в Восточном море сердцевина священного древа?

Школа Бесконечности всегда зависела от Поднебесья, поэтому неудивительно, что Шоуань выступил за Наньваня. Слова его тронули сердца бессмертных. Никто из учеников не высказывал вслух свое недовольство тем, что на военный пир прибыл гость с Туманного острова. Они лишь перешептывались и с презрением указывали на чужака. Обычно спокойный Чун Чжао смутился, почувствовав на себе насмешливые взгляды.

Бэйчэнь слегка нахмурился. Не успел он вымолвить и слова, как раздался голос владыки.

– Перед гробницей чужеземца наш бессмертный брат помог унять скорбь Жун Сяня – он внес большой вклад в выполнение этой непростой задачи, поэтому справедливо, что он получил фрагмент…

– Ваше величество! – Шоуань был сильно пьян и не заметил, что он бесцеремонно перебил владыку. – Бэйчэнь шэнь-цзюнь[12] и Наньвань-шисюн тоже были там! Разве они не помогли усмирить Жун Сяня?

– Помогли.

– Если так, почему часть священного древа получил именно этот мальчишка?! Ваше величество, речь не о справедливости, а о том, что все должно служить сильнейшим! Разве мы не могли сами решить, кому достанется фрагмент?

Шоуань не был глуп, а алкоголь придал ему смелости. Он добился того, чтобы все бессмертные, находившиеся в зале, поддержали его.

Бэйчэнь нахмурился – он прекрасно понимал, что волнует Шоуаня. Это Бэйчэнь сделал так, чтобы Чун Чжао получил фрагмент, и владыка Ичэна знал об этом. Едва он открыл рот, как владыка властно махнул рукой и произнес:

– Я передал фрагмент сердцевины ученику Туманного острова, и совесть моя чиста.

Поняв, что его слова не трогают правителя Ичэна, Шоуань потерял самообладание и повысил голос.

– Ваше величество, уже завтра Ичэн будет открыт. Школа Туманного острова в упадке и не сможет защитить ваш народ!

«Бесстыдство! Он грозится отобрать фрагмент священного древа у Чун Чжао, потому что тот может поставить под угрозу безопасность ичэнцев, когда они отправятся в путешествие по Трем Царствам!» – гневно подумала Бай Шо.

Если бы Фань Юэ не удержал ее, она давно бы налетела на Шоуаня с тумаками.

Бессмертные уже было начали негодующе перешептываться, но разом замолкли, услышав бесстыдные слова Шоуаня. Да, все они завидовали Чун Чжао, но угрожать владыке Ичэна безопасностью невинных горожан – верх неприличия.

Да и кто пойдет на такое? Кто осмелится обменять будущую безопасность народа Ичэна на право владения сердцевиной священного древа?

Несколько бессмертных поспешно встали из-за столов и, покраснев от стыда, поклонились.

– Ваше величество, мы не осмелимся на подобное!

Владыка молчал. Опустив глаза, он рассеянно поигрывал кубком. Глядя на него, никто не мог понять, о чем он задумался. Бессмертные смутились. Шоуань – идиот! Тупее свиньи!

– Вот оно как… Вот что бессмертные называют справедливостью. Лицемеры. Вы лишь прикидываетесь добродетельными и справедливыми, а сами заставили нас тысячелетиями сидеть в этом городе, – проговорил восседавший на троне владыка Ичэна и вздохнул.

В этом вздохе все услышали глубокую печаль, но в голосе правителя появились ледяные нотки. Бай Шо встревоженно подняла голову.

«Что происходит? Из-за выходки Шоуаня владыка Ичэна только что проклял весь бессмертный род?» – недоумевала Бай Шо.

Слова владыки резали без ножа. Пристыженный бессмертный не смог не возразить:

– Ваше величество, Шоуань был груб, но вы не смеете оскорблять весь бессмертный род.

– Однако вы меня оскорбили. И что теперь? – холодно улыбнулся владыка Ичэна, подняв глаза на гостей.

Вдруг лицо одного из бессмертных побелело, у него закружилась голова. Выплюнув сгусток крови, он пошатнулся и рухнул на пол.

– Ланьшу!

Все были в ужасе – стоящий рядом с Ланьшу бессмертный попытался помочь ему, но обнаружил, что не может пошевелиться. Изо рта его хлынула кровь, и он тоже упал как подкошенный.

За ним последовали все бессмертные, включая Наньваня.

– Что происходит?!

У Бэйчэня и остальных тоже закружилась голова.

Только Бай Шо ничего не почувствовала – и вдруг ощутила, как по ее тонким духовным жилам заструилась сила.

Рядом раздался какой-то звук. Девушка обернулась и увидела, как ее юный ученик побледнел и упал.

– Муму! – Бай Шо достала из сумки флакончик с лекарством и влила его в рот Фань Юэ, но это не помогло. Она обернулась и крикнула:

– А-Чжао! Это владыка Ичэна!

Бэйчэнь, Чун Чжао и Му Цзю обнажили духовные мечи и направили их на правителя.

Тут лицо демона-лиса побелело, и из уголка рта потекла струйка крови. Колесо Нирваны в его руках задрожало.

– Владыка, что ты наделал?

Сидящий на троне правитель Ичэна бесстрастно наблюдал за гостями. Он взмахнул рукой, и трое мужчин тут же упали на землю, захлебываясь в собственной крови.

– А-Чжао! – Бай Шо побежала к Чун Чжао, но какая-то сила остановила ее – она не могла даже шевельнуться. Она в ужасе глядела, как владыка Ичэна сошел с трона и двинулся в ее сторону.

В вине не было яда. К тому же, несмотря на то что в городе до сих пор действовала подавляющая силы печать, эти ученики были лучшими представителями своих школ – они ежедневно употребляли огромное количество эликсиров, и обычные снадобья просто не могли им навредить. Как же владыке Ичэна удалось их отравить?

И почему на них яд подействовал, а на Бай Шо – нет?

Владыка Ичэна медленно приближался к Бай Шо. Остановившись, он удивленно изогнул брови и коснулся ее лба.

– Вот оно как. Ты, девочка моя, даже не способна к совершенствованию. И похоже, стала полубессмертной только потому, что пользовалась эликсирами.

«Неспособна к совершенствованию?»

Бай Шо совсем растерялась.

– Тебе интересно, как я это сделал?

Она с трудом кивнула, злобно глядя на правителя.

– На самом деле я никого не отравлял.

Вероятно, тут таилось нечто более страшное – потому-то владыка Ичэна и был так терпелив с Бай Шо.

«Не отравлял? Тогда что с ними произошло?!» – лихорадочно думала девушка.

Чувствуя, как по ее жилам растекается теплая сила, она немного успокоилась. Вдруг ее осенило.

– Они съели последний фрагмент священного древа?!

Сердцевина священного древа Утун – величайшая драгоценность фениксов, в ней заключена мощь, равная полубогу. Сердцевину можно использовать для совершенствования не только духовного оружия, но и духовной энергии. Однако сила сердцевины настолько велика, что даже тот, кто смог достичь совершенствования и стал верховным бессмертным владыкой, едва ли рискнет воспользоваться ею. Нет в мире ни одного яда, который сравнился бы с сердцевиной священного древа и подействовал бы на бессмертных и демонов – на лучших из лучших представителей своих школ.

Сила сердцевины слишком велика. Едва она потекла по жилам бессмертных и демонов, они не смогли этого вынести. Они захлебывались в крови не из-за отравления, а потому, что сила сердцевины разрушала их духовные сосуды!

Бай Шо – единственная полубессмертная во дворце владыки Ичэна, и сила священного древа стала для нее лишь тонизирующим эликсиром.

– Ты в самом деле очень умна. Как жаль, что ты лишь полубессмертная. Девочка моя, тебя ждет достойная смерть – ты станешь жертвой во имя моего народа.

«Жертвой? Какой жертвой?!»

Бай Шо в ужасе распахнула глаза.

Что он задумал?!

Она чувствовала, что оказалась в центре какого-то зловещего заговора, но времени на вопросы у нее не осталось – владыка Ичэна взмахнул рукой, у Бай Шо потемнело в глазах, и она мягко упала на пол.

Прежде чем лишиться чувств, она вдруг осознала, что ичэнской принцессы, которая все это время защищала Фань Юэ, нигде не было видно.

Когда Бай Шо потеряла сознание, к владыке подошел Учжао.

– Ваше величество, все готово.

– Начинайте.

Учжао нерешительно взглянул на правителя.

– Ваше величество, вы в самом деле собираетесь сделать это? Чжэнь Юй не заслуживает доверия. Если он убьет потомков бессмертных и демонов, в Трех Царствах не останется места для нашего народа.

– Не волнуйся. Послезавтра этот город больше не будет тюрьмой для ичэнцев, – медленно проговорил владыка Ичэна, глядя в ночную тьму.

В павильоне Цифэн на острове Утун Цзиньяо тоже всматривался в небо. Вдруг черную твердь прорезал яркий шлейф падающей звезды, и сердце владыки сжалось от тревоги. Он чуть качнул рукой, зеркало дрогнуло, изображение не появилось, и водную гладь заволокло густым туманом.

Цзиньяо нахмурился и снова качнул ладонью, направляя в чашу поток духовной силы. Водное зеркало задрожало, но туман не рассеялся.

Цзиньяо уже стал полубогом, и потому не было в мире ничего, что не открылось бы его взору. Помешать ему мог лишь кто-то с более мощной духовной силой. Скажем, тот, кто установил в Ичэне защитный барьер. Вот только он знал лишь о том, что на город была наложена подавляющая силы печать, иначе не позволил бы со спокойной душой войти в город бессмертным и демонам.

– Владыка Ичэна! – возгласил Цзиньяо, но никто ему не ответил.

Он открыл глаза и резко изменился в лице.

– Кто-нибудь, позовите старейшину Фэн Сяня!

В это же время в лесах Утуна солдаты-фениксы заметили чужака и сковали его потоками духовной силы.

– Кто осмелился проникнуть в заповедные земли?!

Мужчина со стоном упал.

В лунном свете солдаты подошли поближе и, приглядевшись, вскрикнули от удивления:

– Бессмертный владыка Наньвань?!

Бессмертный владыка Наньвань распластался на земле, все его тело было испещрено глубокими ранами, кости переломаны, но он продолжал слабо дышать.

Один из солдат помог ему подняться.

– Наньвань, господин! Вы же должны быть на военном пиршестве! Что вы тут делаете?!

– Быстрее… Отведи меня к Цзиньяо и учителю…

Изо рта Наньваня хлынула кровь. Он не удержался на ногах и потерял сознание.

– Господин Наньвань!

Солдаты растерянно переглянулись.

– Что-то случилось в Ичэне!

– Скорее! Нужно доложить старейшинам и Цзиньяо!

Придерживая Наньваня, фениксы скрылись в лесу.

В павильон Цифэн прибыли старейшины бессмертных и демонов. Цзиньяо, собиравшийся рассказать всем о случившемся в Ичэне, вдруг увидел солдат-фениксов и Наньваня.

– Наньвань? – Лицо главы школы Поднебесья потемнело. Он кинулся проверить пульс своего ученика.

Сердце его сжалось от ужаса – духовный сосуд Наньваня был уничтожен, он едва держался на духовных лоскутах своей души.

– Владыка Цзиньяо! – воззвал глава Поднебесья. Он забыл обо всем и молил о помощи.

Цзиньяо тут же пустил в грудь Наньваня поток духовной силы, и тот с огромным трудом открыл глаза.

– Наньвань, что случилось? – спросил глава Поднебесья, от гнева его глаза налились кровью.

– Учитель… Учитель… Господин… Цзиньяо…

Наньвань умирал.

– Наньвань, я здесь. Говори.

– Господин, по дороге в Ичэн ученик Поднебесья столкнулся со злым духом. Он ранил меня и принял мой облик, чтобы… Чтобы пробраться в Ичэн…

– Злой дух проник в Ичэн под твоим именем? – Лицо Цзиньяо вытянулось, когда он вспомнил, как наблюдал за Наньванем в зеркало. – А те, кто пошли с тобой?..

Наньвань поднял на владыку полные скорби глаза.

– Мои братья… Они все… Мертвы…

Сплюнув сгусток крови, Наньвань вцепился в рукав Цзиньяо.

– Учитель… Ученики других школ… В Ичэне… В опас…

Он не смог договорить и лишился чувств.

– Наньвань! – вскричал глава школы Поднебесья.

– Не волнуйся, я защитил его своей духовной силой.

Цзиньяо яростно сверкнул глазами.

– Хотел бы я посмотреть, как злой дух осмелился бросить вызов не только бессмертным, но и демонам!

Мгновение спустя несколько лучей света вылетели из павильона Цифэн и направились в далекий Ичэн.

Темнота поглотила сознание Бай Шо, но она чувствовала, как кто-то поднял ее тело. Сколько ее несли на руках, она не знала. Наконец ее швырнули на землю.

От удара о каменные плиты все ее тело пронзила боль – она нахмурила тонкие брови, но так и не смогла поднять веки. Вдруг кто-то пустил ей в лоб поток духовной силы. Она резко распахнула глаза, собираясь закричать, но ей зажали рот. Девушка похолодела от ужаса, но тут до нее донесся знакомый голос:

– Учитель, не бойся, это я.

«Муму!» – радостно подумала Бай Шо.

Ее глаза наполнились слезами. Обернувшись, она увидела своего юного ученика – он крепко прижимал ее к себе, спрятавшись в тени.

– Хозяйка, не шумите.

Они видели, как дворцовая стража выносила из зала бессмертных и демонов и куда-то бросала их тела.

– Муму, ты не пострадал? – удивилась Бай Шо.

Фань Юэ кивнул.

– Но ты же потерял сознание тогда, в зале!

– Мне не одолеть владыку Ичэна, – честно ответил Фань Юэ. – Я испугался, что тебе грозит опасность, поэтому притворился, что лишился чувств, чтобы потом помочь тебе.

«Чего и требовалось ожидать от этого монстра! Такой умный!»

Бай Шо поблагодарила небеса за то, что Фань Юэ потерял память, но при этом – как ни удивительно – не растерял свои духовные способности. Он все еще оставался полубогом. Несмотря на то что он тоже выпил вина, в которое была подмешана сердцевина священного древа, это не причинило ему ни малейшего вреда.

– Учитель, глядите, – воскликнул юный Фань Юэ, указывая куда-то вдаль.

Бай Шо повернула голову и ошеломленно распахнула глаза.

В лунном свете она разглядела обнесенный высокими каменными стенами круглый бассейн, наполненный кровью, вокруг которого сваливали тела бессмертных. Вдруг из багровых вод вынырнуло чудовище с человеческом телом и змеиным хвостом – то самое, на которое они наткнулись прошлой ночью!

Возле пруда высились четыре столба, испещренные замысловатыми письменами. На них подвесили Бэйчэня, Наньваня, Чун Чжао и Му Цзю. Сочившаяся из выгравированных символов темная энергия обращалась в цепи и обвивала их тела.

У Бай Шо волосы дыбом встали от невыразимого ужаса. Неужели правитель вступил в сговор со злыми силами?! Очевидно, что это каменное сооружение создавалось не один день. Владыка Ичэна – величайшее зло! Что ему нужно? Зачем он захватил столько бессмертных и демонов?

Бросив в общую кучу последнего ученика, стража покинула каменное сооружение. Когда шаги затихли, Бай Шо выскочила из тени и побежала к Чун Чжао.

– А-Чжао! Бэйчэнь! Му Цзю! – громко звала она, но они не шелохнулись. – Муму, что же делать?!

Фань Юэ чуть качнул ладонью, и к их лбам потянулись три потока духовной энергии – Наньваня он терпеть не мог, и, поскольку Бай Шо не назвала его имени, решил не тратить на него свои силы.

Когда потоки коснулись их лбов, Чун Чжао и двое других медленно открыли глаза.

– Что за отвратительное место?! – воскликнул Му Цзю. Он лихорадочно огляделся, оценил оковы и принялся изучать устрашающее каменное сооружение.

– Молчи! Говори тише! Это тайное обиталище, созданное владыкой Ичэна.

Му Цзю замолчал. Сконцентрировав свою духовную силу, он попытался освободиться от оков, вот только подействовало это в обратную сторону – тело его пронзила острая боль, и изо рта хлынула кровь.

– Что происходит? Почему мой сосуд поврежден? Чем владыка отравил нас?!

Лицо Му Цзю исказилось от ужаса – он понимал, что из-за поврежденного духовного сосуда он не сможет дальше совершенствоваться. Это хуже смерти! Бэйчэнь и Чун Чжао тоже попытались освободиться, но и их рты тут же наполнились кровью, а на лицах отразился страх.

Бай Шо закричала:

– Вам нельзя использовать свои силы! Владыка Ичэна добавил в вино сердцевину древа Утун – это она вредит вашим духовным сосудам!

– Что?! Сердцевина вредит моему сосуду?! – Му Цзю прищурился и с подозрением посмотрел на Бай Шо. – Ты тоже пила вино, почему с тобой-то все в порядке?

Бай Шо развела руками.

– Я и мой ученик не настолько совершенны, как вы.

– Если с тобой все в порядке, почему бы тебе не спасти нас?! – взревел Му Цзю.

– Да знаю я, что нужно вас спасать! Ты чего такой нетерпеливый?! – Бай Шо нахмурилась и перевела взгляд на Чун Чжао. – А-Чжао, я спасу тебя!

– Неблагодарная! – Увидев, что Бай Шо бежит к Чун Чжао, Му Цзю закатил глаза.

Едва девушка потянулась к духовной цепи, как та вдруг ожила и вонзилась ей в грудь.

– А-Шо! – прохрипел Чун Чжао. – Берегись!