Месть - цена справедливости

Хочу ответить, что я готова встретиться, но не успеваю. Он поднимается и уходит.

Всю следующую неделю я не нахожу себе места. Хожу по квартире из угла в угол и снова, снова думаю о нём.

Его визитка всё время лежит у меня в кармане. Я уже давно выучила номер наизусть, но всё равно зачем-то ношу её с собой, будто это что-то меняет.

В кафе Максим больше не появляется, но я продолжаю ждать.

Самой решиться позвонить ему первой, оказывается, невероятно трудно. А посоветоваться как себя вести мне, по сути, не с кем.

Наверное, только если с мамой…

— Мам, — звоню я ей на работу. — Ты занята?

— Не очень. Что-то случилось, Даша? — в её голосе сразу появляется тревога. — Саша снова приходил?

— Нет-нет. Думаю, теперь он ещё не скоро объявится. Ты же знаешь, он вспоминает о нас только тогда, когда ему нужны деньги.

— Которых у нас, как всегда, нет…

— Мам, скажи, а как ты поняла, что папа — именно твой человек?

Между нами повисает длинная пауза, и я тут же начинаю жалеть, что спросила её об этом.

Ей наверняка станет интересно, почему я задаю такие вопросы, но рассказать о том, как мы познакомились с Максимом, я, конечно же, не смогу.

— Ты с кем-то познакомилась, дочка? — тихо спрашивает мама.

— Да. И я никак не могу разобраться в том, что чувствую. Он… словно магнит для меня. Я не могу нормально объяснить. Мне хочется видеть его, смотреть на него, быть рядом с ним.

— Ясно.

— Что ясно?

— Ты влюбилась, милая. — Мама сразу же понимает, что я чувствую. — Вы уже встречаетесь?

— Нет. Пока нет. Но он оставил мне визитку. Сказал, что если я захочу увидеться…

— А ты хочешь, — мама произносит это не как вопрос, а как уверенное утверждение.

— Хочу, — признаюсь я. Какой смысл обманывать её и саму себя? — Но я…

— Даша, не оправдывайся. В конце концов, тебе уже давно пора было влюбиться. Ты взрослая девушка, и это нормально — любить.

— То есть ты будешь не против, если у меня кто-то появится? — чувствую, как улыбаюсь. Мне важна поддержка мамы.

— Почему я должна быть против? — Искренне удивляется мама. — Даш, жизнь так скоротечна. Если он оставил тебе визитку, если ты сама этого хочешь, значит, позвони ему.

— Но как-то очень странно, если девушка звонит парню…

— Плевать на все условности. Подумай лучше о том, что может быть именно этот парень сделает тебя счастливой, и ты хотя бы начнёшь улыбаться.

— Спасибо, мам.

Кладу трубку и достаю визитку Максима. Снова верчу её в руках, не решаясь на звонок.

Возможно, лучше написать сообщение? Но что я ему напишу?

Я никогда не писала ни одному парню первому. Однако мама советует взять и сделать.

«Привет. Это Даша. Девушка, которой ты спас жизнь:)» — отправляю сообщение и жду ответа.

«Привет» — ответ прилетает практически сразу же.

Улыбаюсь, радуясь его ответу.

Что ещё спросить? Как дела? Но это банально.

И, скорее всего, я получу в ответ дежурную фразу «нормально».

«Занят?»

«Да».

Да... Звучит, как будто он не хочет со мной дальше переписываться.

Не зная, что ответить на это «да», и кладу телефон на стол.

Не успеваю пожалеть о том, что написала, как телефон вдруг снова тихо пиликает.

Я вздрагиваю и дрожащими пальцами снова беру его в руки.

«Даш, я не люблю переписываться. Давай лучше встретимся?»

Глава 14

МАКСИМ

Всю неделю мысли о ней не дают мне покоя.

Я сижу, укачиваю Матвея и, глядя в одну точку, вспоминаю её глаза. Светлые, прозрачные, словно озеро.

Смотришь в них — и незаметно идёшь ко дну.

Она действительно красивая, с этим не поспоришь.

Но разве красота имеет значение, когда в голове постоянно крутится только одна мысль: как мне найти и наказать её брата?

В кафе я больше не появляюсь: работы слишком много. Кроме того, я не хочу навязывать ей своё общение, пока не пойму, интересен ли я ей.

Я намеренно беру паузу, желая понять, проявит ли она инициативу. И к счастью, мой расчёт оказывается верным.

Она сама пишет мне сообщение, и я тут же, немедля, перехватываю инициативу на себя.

В воскресенье просыпаюсь со странным ощущением, будто упускаю в поисках этого ублюдка какую-то важную деталь. Вот только никак не могу понять какую.

Он словно сквозь землю провалился.

Но намеренно ли он затаился и решил спрятаться?

Мои парни сказали, что у него долги. То же самое я понял из разговора с Настей.

А это значит, вероятнее всего, ищу его не только я один.

Если это действительно так, в этом случае мне будет сложнее. Но я не намерен опускать руки.

Иначе нельзя. Я должен заставить его ответить за то, что он делает с моей сестрой.

Матвей начинает возиться в кроватке. Я смотрю на племянника, и злость понемногу отступает. Невольно улыбаюсь ему.

На душе сразу становится спокойно и тепло.

Детям гораздо легче, чем взрослым. Их печали быстро забываются, будто память сама стирает всё плохое, способное навредить им в будущем, и бережно сохраняет только светлые моменты.

Я очень надеюсь, что все мы сможем сделать его счастливым.

И хоть сейчас рядом с ним нет матери, всё равно я верю, что Настя обязательно поправится и примет этого ребёнка.

А как иначе? Материнский инстинкт никто не отменял.

Уверен, позднее она встретит хорошего парня, и жизнь наладится. Только рано пока об этом. Ей вылечиться надо.

Лечащий врач уверяет, что шансы на выздоровление у Насти высокие. У неё послеродовая депрессия, и лечение поможет ей выкарабкаться.

Главное, что сестра прислушивается к врачам и выполняет их рекомендации.

Мои мысли снова возвращаются к Даше. Она вызывает во мне слишком противоречивые чувства.

С одной стороны, я понимаю, что не имею права втягивать её в эту историю и использовать ради нужной мне информации.

С другой — я убеждаю себя, что цель оправдывает средства…

Как разобраться в себе, если я окончательно запутался?

Телефон в кармане издаёт короткий сигнал.

«Привет. Это Даша. Девушка, которой ты спас жизнь:)».

«Привет».

«Занят?»

«Да».

Вероятнее всего, она растеряется от такого ответа. Но я пишу одно-единственное слово только потому, что сам хочу предложить ей вариант, от которого она вряд ли откажется:

«Я не люблю переписываться. Может, лучше встретимся?»

Начинаю прикидывать, куда можно её пригласить, но Даша опережает меня.

«Хорошо, давай. Завтра я свободна. Если хочешь, можем, погулять в парке».

«Договорились. Адрес я помню. Выходи завтра в шесть».

Ухмыляюсь. Надо же, парк…

Обычно девушки, понимая, что я не бедный парень, ждут от меня приглашения в ресторан. А эта девушка предлагает обычную прогулку.

Любопытно.

На следующий день я то и дело поглядываю на часы, чтобы не опоздать на встречу.

Подъезжаю даже чуть раньше назначенного времени.

Увидев её в условленном месте, я на несколько секунд теряюсь.

Признаться, я ждал, что Даша будет одета более откровенна. Но я ошибся.

Навстречу мне идёт милая девушка с естественной красотой и такой искренней улыбкой, что на мгновение я забываю об истинной причине нашей встречи.

На Даше лёгкое струящееся платье, которые прикрывает коленки и ничего лишнего. Ни кричащей бижутерии, ни дорогой сумки.

Волосы аккуратно собраны в косу. Никакой сложной причёски, залитой лаком, и толстого слоя косметики на лице.

Всё в ней выглядит просто и естественно.

Глядя на неё, я невольно сразу же вспоминаю Настю. Моя сестра, наоборот, стремилась выглядеть старше своих лет.

— Привет, — улыбается и краснеет.

— Привет. Рад видеть тебя, — смотрю на неё и боюсь признаться самому себе сейчас, что реально рад этой встрече.

— Я тоже рада видеть тебя, — смущается.

А дальше всё происходит как-то слишком естественно. Мы гуляем, болтаем о погоде, о природе, об увлечениях.

Затем идём в небольшое кафе, где отлично готовят мясо.

Она рассказывает мне про свою учёбу, работу.

Но мне это, конечно, совсем неинтересно. Я хочу иметь информацию совершенно о другом.

Я не знаю, как подвести к главному, и потому начинаю издалека.

— Расскажешь немного о себе? — перехожу к интересующей меня теме после того, как мы успеваем обсудить всякие пустяки

— Расскажу. Но потом и ты поделишься чем-нибудь о себе, договорились?

Я соглашаюсь.

— Даже не знаю, с чего начать… — Даша на несколько секунд задумывается. — Ничего интересного в моей жизни не происходит. Учёба, работа, постоянная суета. В последнее время почти все силы уходят на работу.

— Наверное, совмещать непросто?

— Есть такое… — на её лице появляется печальная улыбка. — А когда начнётся учебный год, станет ещё тяжелее.

Она устремляет взгляд куда-то вдаль и замолкает, погружаясь в собственные мысли. Похоже, делиться ими со мной ими она совершенно точно не собирается.

— Зачем тогда так надрываешься? Денег не хватает? — продолжаю расспрашивать её, стараясь казаться просто любопытным. — На новый телефон копишь? Или на планшет? Может, мечтаешь о дизайнерской сумочке?

Последнюю фразу произношу с улыбкой. Обычно девушки мечтают только о таком.

Я ведь не первый день живу и знаю, чего хотят женщины.

— Нет, ничего не угадал, — она качает головой. — Я совсем не гонюсь за модой. У меня и телефон не последней модели, и одежда без известных логотипов. Так что работаю не ради этого.

— Тогда ради чего?

— Неважно, — тихо отвечает она, опуская глаза.

Теперь Даша старательно избегает моего взгляда. Но я совершенно точно вижу, что её настроение портится.

— Ты стала грустной… — задумчиво произношу я. — Почему? Расскажи. Мне действительно интересно, — не отступаю.

— Хочу закрыть кредит и помочь маме расплатиться с долгами. Она занимала деньги на ремонт квартиры.

— Закрыть мамины кредиты? — даже не могу скрыть своего удивления. — Но разве у твоей мамы нет мужа? Обычно такими проблемами занимается мужчина.

— Папы не стало несколько лет назад, — Даша говорит это совсем тихо, но всё равно слышу.

Она смотрит на свои руки, а точнее, пальцы, которые нервно теребят салфетку.

Только сейчас, когда она говорит про то, что папы не стало, я вспоминаю, что ребята уже говорили мне об этом.

Но эта деталь вылетела из головы.

— Прости, — говорю совершенно искренне.

— Тебе не за что извиняться. Ты ведь не знал.

Она снова поднимает на меня глаза и пытается улыбнуться, а я, как последний дурак, не могу отвести взгляд от её лица.

Нет, даже не так. Я не могу отвести взгляда от её губ.

— Вы живёте вдвоём? Или у тебя есть братья, сёстры? Мама так и не вышла замуж?

— Нет. А из братьев и сестёр… Есть брат, но…

Она снова не торопится рассказывать, что дальше, а я всё больше нервничаю.

Что за ерунда. Почему каждое слово приходится из неё вытягивать через допрос.

— Вы не общаетесь? — осторожно подсказываю я.

— Можно и так сказать. Мы не ладим, — резко отвечает она, давая понять, что не хочет развивать эту тему.

— Почему?

Со стороны я наверняка выгляжу человеком, которому просто любопытно. Но на самом же деле её ответ меня неприятно цепляет.

Плохие отношения между Дашей и братом способны разрушить весь мой план.

Однако такого поворота я не предусмотрел.

— Максим, хватит о семье! — неожиданно резко говорит девушка. И я, если честно, даже теряюсь от смены её тона.

Хм, а девочка с характером? Плевать! И ни таких обламывали.

— Ок. Это просто светская беседа, — пожимаю плечами и стараюсь казаться равнодушным.

— Я не хочу это обсуждать. Давай больше не будем говорить о родственниках, хорошо? Тем более с братом я уже давно не общаюсь.

Мне кажется, Даша говорит не всю правду.

Она утверждает, что давно не поддерживает связь с братом, однако её слова расходятся с информацией, которую собрали ребята. По их данным, он приходил совсем недавно.

И доверять я склонен именно им. У моих людей нет причин что-либо выдумывать или искажать — они лишь сообщают мне то, что удалось узнать.

— Кофе? — иду на уступки и напоминаю, что мы на свидании.

— Нет, спасибо. Слишком поздно для него. Лучше чай.

Киваю и подзываю официанта. Он приносит нам чай, но я даже не притрагиваюсь к нему.

Я внимательно наблюдаю за Дашей, стараясь угадать, что она сейчас чувствует.

Между нами повисает ощутимое напряжение.

И дело не только в том, что девушка упорно не желает впускать меня в свою жизнь. Есть ещё что-то, чего я пока не могу понять.

Некоторые детали никак не складываются в единую картину, но продолжать расспросы нельзя. Если стану давить, она окончательно закроется.

Поэтому осторожно перевожу разговор на другую тему. Сейчас главное — не вызвать у Даши подозрений и не оттолкнуть её от себя.

Глава 15

ДАША. НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ СПУСТЯ.

Отношения с парнями у меня никогда не складывались.

Мне постоянно попадались или сыночки – корзиночки или слишком самоуверенные придурки, которым от меня требовалось лишь одно.

Но Максим, как мне кажется, совсем другой.

Он не лезет ко мне с приставаниями, старается удивлять меня, и никогда не намекает на то, что за это внимание я ему что-то должна.

Я жду каждой встречи с ним.

Я наслаждаюсь каждой минутой рядом с ним.

Внезапно понимаю, что уже и не помню, когда в последний раз чувствовала себя по-настоящему счастливой.

Я сейчас, скорее из тех, кто просто плывёт по течению своей непростой и никчёмной жизни, смирившись с мыслью, что мне ещё много лет выбираться из долгов.

Когда мы встретились с Максимом в парке, в какой-то момент мне показалось, что у нас ничего не получится.

Когда он заговорил о моей семье, я растерялась и почувствовала стыд.

Глядя на него, мне нетрудно догадаться, что он в отличие от меня из обеспеченной семьи.

И когда он начинает расспрашивать меня о семье, я просто не знаю, что ему рассказать.

Правду? Но она не такая, чтобы о ней говорить.

Ведь всё, что я могу ему рассказать — это то, что лето в самом разгаре, а в моём гардеробе всего два платья.

О том, что у меня нет отца, а мама от навалившихся проблем и бед выглядит гораздо старше своих лет.

А ещё я могу рассказать о брате — мерзком человеке, которого я всей душой ненавижу…

Мне было стыдно признаваться в этом. И в итоге пришлось слегка нагрубить.

Когда Максим расспрашивал обо мне и моей семье, мне казалось, что для каждого из нас этот разговор имел разное значение.

Максим не подозревал о моих проблемах и, скорее всего, задавал вопросы лишь из обычного любопытства.

А мне совсем не хотелось откровенничать: воспоминания о собственной жизни причиняли лишь боль и разочарование.

Да и могло ли быть иначе? Мне совершенно нечем гордиться.

Мы с мамой жили очень скромно. В нашем доме уже давно не появлялись ни сладости, ни фрукты, ни даже свежие овощи.

Совсем недавно мне пришлось краснеть перед моей подругой Мирой, которая пришла в гости вместе с маленьким сыном. Я заварила чай, а вместо угощения поставила на стол банку варенья.

Мальчик очень удивился, узнав, что других сладостей у нас нет.

— А конфет разве нет? — простодушно спросил он.

— Нет, — резко ответила Мира, заметив моё смущение. Затем смягчила голос и, сочувственно взглянув на меня, добавила: — Попробуй для разнообразия варенье.

— Мам, а разве можно жить без конфет? Тётя Даша, хочешь, я в следующий раз принесу свои? Вместе поедим.

— Конечно, хочу, — ответила я, украдкой смахивая набежавшую слезу.

С тех пор Ваня уже трижды прибегал ко мне и протягивал конфеты.

Я была уверена, что это Мира передавала их через сына, потому что сама стеснялась предложить помощь напрямую.

Но даже за такую деликатную заботу мне было бесконечно стыдно перед ней.

Погрузившись в воспоминания, я не заметила выбоины в асфальте. Нога подворачивается, и я лечу.

Но не носом в асфальт, а прямо в руки Максиму.

— Осторожнее, — говорит он мне, обнимая меня за талию.

Медленно поднимаю глаза и встречаюсь с его глазами.

Он внимательно смотрит мне в лицо, словно пытается понять, испугало ли меня его неожиданное прикосновение.

Но в его глазах нет ни равнодушия, ни привычной мужской самоуверенности.

В них читаются искренний интерес, волнение и едва сдерживаемое желание не останавливаться на этом случайном объятии.

Его рука всё ещё лежит на моей талии, надёжно удерживая меня рядом.

Я чувствую исходящее от него тепло, и от этого простого прикосновения сердце начинает биться так часто, что, кажется, Максим наверняка слышит его стук.

Наверное, мне следует поблагодарить его за помощь, осторожно высвободиться из объятий и сделать шаг назад.

Но я не хочу.

Напротив, мне хочется придвинуться ещё ближе, прижаться к нему и хотя бы ненадолго забыть обо всём на свете.

Я замечаю, как его взгляд скользит по моему лицу и на мгновение задерживается на губах. От этого внутри всё замирает.

«Поцелуй меня», — кружится единственная мысль, бесконечно повторяющаяся в моей голове.

Я не решаюсь произнести эти слова вслух, однако, кажется, они написаны у меня на лице.

Максим будто слышит мою безмолвную просьбу.

Он медленно наклоняется ко мне, оставляя возможность отстраниться.

Но я остаюсь на месте и лишь сильнее сжимаю пальцами ткань его рубашки.

В следующее мгновение его губы касаются моих.

От этого поцелуя мысли смешиваются, а окружающий мир словно перестаёт существовать.

Я больше не слышу шума улицы и не замечаю прохожих. Есть только его мягкие, тёплые губы и удивительная нежность, от которой у меня слабеют колени.

Сначала Максим целует меня осторожно, почти невесомо, словно боится напугать или перейти невидимую границу. Он будто ждёт моей реакции и спрашивает разрешения без единого слова.

И я отвечаю ему.

Несмело подаюсь навстречу и закрываю глаза, позволяя себе полностью раствориться в этом мгновении. Почувствовав мой ответ, Максим становится увереннее. Его объятие делается крепче, а поцелуй — глубже и настойчивее, но всё ещё остаётся бережным.

По телу пробегает горячая дрожь. Мне хочется вновь и вновь ощущать прикосновение его губ и оставаться в этих объятиях как можно дольше.

Я знаю Максима совсем мало. Возможно, мне следовало бы проявить осторожность, остановиться и вспомнить обо всех своих страхах. Но сейчас я не хочу думать о последствиях.

Я позволяю ему целовать меня, потому что сама так хочу.

*****************

МАКСИМ

Я и сам не понимаю, почему вдруг решаю её поцеловать. Я ведь не хотел торопиться.

Но это желание возникает настолько внезапно, что сопротивляться ему я не могу, а главное — не хочу!

Я пользуюсь моментом, да. Но я уверен, что наши мысли одинаковы.

Ещё мгновение назад Даша едва не падает, а теперь я удерживаю её за талию и ощущаю тепло её тела.

Она смотрит на меня широко распахнутыми глазами, и в её взгляде смешиваются растерянность, смущение и затаённое ожидание.

Мой взгляд невольно опускается к её губам.

Я осторожно касаюсь ладонью щеки Даши и убираю выбившийся из косы локон.

Её кожа пылает от румянца, согревая мою руку, и в этот момент я отчётливо понимаю, что никогда прежде мне не хотелось поцеловать девушку так сильно, как сейчас хочется поцеловать Дашу.

Рядом с ней всё кажется совершенно новым и неизведанным.

Я медленно наклоняюсь к ней, всё ещё оставляя возможность отстраниться. Но Даша не делает этого.

Сначала я касаюсь её губ осторожно, почти невесомо, боясь напугать своей поспешностью. Она на мгновение замирает, словно не знает, как поступить, но затем постепенно расслабляется в моих объятиях и робко отвечает на поцелуй.

От её несмелого движения внутри меня всё переворачивается.

Я обхватываю её лицо ладонями и продолжаю целовать — то нежно и бережно, то увереннее и настойчивее.

Мне совсем не хочется отпускать Дашу и заканчивать этот поцелуй. Кажется, я могу бесконечно ощущать мягкость её губ и чувствовать, как постепенно исчезает её скованность.

Однако спустя несколько мгновений разум всё-таки напоминает мне, что нельзя окончательно терять контроль.

С огромным трудом я заставляю себя остановиться.

Какая же она нежная… И вместе с тем удивительно страстная.

— Сладкая… — выдыхаю я слово, с неохотой отрываясь от её губ.

Это единственная ассоциация, которая приходит мне в голову, когда я думаю об этой девушке.

И я понимаю, что не вру и не преувеличиваю свои ощущения. Потому что после поцелуя с ней мне действительно невероятно сладко.

Глава 16

СПУСТЯ ТРИ НЕДЕЛИ

Наши встречи случаются всё чаще, и каждый день я звоню ей сам, с надеждой увидеться.

И теперь уже дело даже не только в её брате. Дело в ней самой.

Я не знаю, как справиться со своими эмоциями и желаниями, которые испытываю рядом с Дашей.

В мои планы не входило увлекаться этой девушкой, но всё идёт не так, как я запланировал.

Её манящие губы лишают меня рассудка. Боюсь, однажды самообладание окончательно мне изменит — я увезу её к себе и сделаю своей без остатка.

По-хорошему мне следовало бы остановиться, но Даша отвечает на каждую мою ласку, и это окончательно лишает меня самообладания.

В моих руках она словно робкий бутон, который медленно раскрывается, превращаясь в прекрасный цветок.

Она с такой трепетной искренностью откликается на мои прикосновения, что меня начинает злить реакция собственного тела на эту девчонку.

Я не хочу испытывать к ней ничего подобного, но испытываю.

Когда я целую её, она неизменно закрывает глаза. А я, наоборот, продолжаю смотреть на неё, стараясь навсегда запомнить этот чистый, неподдельный отклик.

Я хочу Дашу. Хочу так сильно, как не хотел ни одну из девушек прежде.

Но мне нельзя поддаваться этому желанию, потому что это увлечение девушкой грозит разрушить всё, что я задумал в отношении её семьи.

Именно поэтому я всё чаще возвращаюсь к тяжёлым воспоминаниям о Насте и только тогда снова начинаю чувствовать под ногами твёрдую землю.

Даша о брате ничего не рассказывает. Она по-прежнему старается избегать темы семьи, чем сбивает меня с намеченной цели.

Теперь, когда я ни на миллиметр не продвинулся в своём поиске, я начинаю понимать, что выбрал неправильный путь. Даша не поможет мне в вопросе поиска её брата.

Когда я снова думаю о её брате, я никак не могу понять, как дети, выросшие у одних родителей настолько разные?

Ладно, хватит о нём. О нас нужно подумать. При сложившихся обстоятельствах пора завязывать с этими отношениями, даже если я сам этого не хочу.

У меня нет выбора, потому что в чувствах с Дашей притворяться становится всё сложнее.

Ведь чем больше узнаю её, тем тяжелее обходится мне эта внутренняя борьба.

Лучше сосредоточиться на поисках и попытаться узнать всё через Настю. В последнее время она всё чаще сама заговаривает об отце своего ребёнка, а я внимательно слушаю, стараясь не упустить ни одной детали.

Недавно лечащий врач позволил мне на несколько часов привезти сестру домой.

Тогда я больше всего я волновался из-за её встречи с ребёнком.

Боялся, что Настя испугается, растеряется или совсем не захочет к нему подходить. Однако всё прошло гораздо спокойнее, чем я предполагал.

— А Матвей где? — неожиданно спросила она, когда я проводил её в соседнюю комнату.

— Он у родителей, в их спальне, — ответил я, чувствуя, как от волнения сердце начинает биться быстрее.

— Я могу его увидеть? — она смотрела на меня с такой надеждой в глазах, что я даже на миг растерялся.

— Конечно. Если ты сама этого хочешь, — поцеловал сестру в висок и открыл дверь в родительскую спальню.

Я вёл сестру к сыну на дрожащих ногах. Глядя, с каким интересом она посмотрела на сына в моей душе зародилась надежда на будущее.

Мы подошли к детской кроватке, Настя остановилась рядом и долго молча смотрела на малыша.

Я решил выйти, чтобы не мешать им, но сестра вдруг схватила меня за руку.

— Не уходи, пожалуйста. Я пока… боюсь оставаться с ним наедине. Вдруг он заплачет.

— Хорошо, я останусь, — я был готов согласиться на что угодно, лишь бы Настя осталась пообщаться с сыном. — А если он вдруг заплачет, не теряйся и постарайся его успокоить. Ты ведь его мама, он обязательно это почувствует.

— Мама… — задумчиво повторила Настя.

Не знаю, какой смысл она вкладывала в это слово, но взгляда от Матвея больше не отводила.

— Можешь взять его на руки, покачать. Только если сама захочешь, я не заставляю. Сейчас ты нужна ему больше всех. Рядом с мамой малыши обычно быстро успокаиваются.