Пилигрим: книга первая

Рон подошёл к военному, который стоял на выходе из больничного блока, и попытался осторожно выяснить, что происходит. Мужчина молча ткнул пальцем куда-то в сторону - то ли на Рона, то ли на койки, - явно давая понять, что не настроен болтать. При этом он невольно оттопырил мизинец: палец был когда-то повреждён и теперь плохо сгибался. Этот нелепый жест почему-то резанул взгляд.

Военный что-то говорил, но Рон уже не слышал. В голове поднялся шум, как при сильном похмелье, перед глазами поплыли сине-зелёные круги. Дышать стало тяжело, стены будто сдвинулись. Рон пошатнулся и рухнул на пол прямо перед военным.

- 你没事吧? - взволнованно проговорил один из пациентов, но Рон не понял ни слова.

Тут же подбежала София.

- Μην βιάζεσαι. Άσε με να σε βοηθήσω, - сказала она, помогая ему подняться.

- Я... я не понимаю, - хрипло проговорил Рон. Он попытался встать на четвереньки, сделал пару неловких движений, но подняться не смог.

- Я не понимаю! - выкрикнул он, будто от громкости что-то могло стать яснее.

Воздух стал тяжёлым, словно густым сиропом. Рон чувствовал, как лёгкие горят, а грудь сжимает невидимая рука. Паника накатывала волнами. Он пытался вдохнуть, но воздух будто ускользал.

- Не могу дышать, - прошептал он умоляющим голосом.

Острая нехватка кислорода разрывала сознание. Перед глазами мелькали странные образы - то расплывчатые, то пугающе чёткие. Галлюцинации накатывали одна за другой, заставляя сердце колотиться всё быстрее.

Потом в ушах раздался долгий пронзительный гул, и всё померкло.

Глава 12: Мария

Я будто второй раз родился - только без радости от этого. Все вокруг кричало, что мне конец, а я вот, сижу, дышу. А она... её нет. И это из-за меня. Я тот баллон и принёс. И ещё умудрился с ней в последние минуты поругаться - на ровном месте.

- Ты совсем не уделяешь мне внимания. После того как мы очнулись от криосна, ты будто меня не замечаешь. Что с тобой стало? - мокрые от обиды глаза уставились на меня, а в голосе прослеживалась легкая дрожь.

- Не неси чепухи, я такой, как и восемь лет назад, когда мы с тобой только встретились.

Мы познакомились ещё на Земле, в маленькой кафешке около лаборатории, в которой я работал. В перерывах между сменами я забегал туда быстро перекусить бургером и картошкой, и снова бежал обратно. Мы были на пороге величайшего открытия, которое в будущем спасло тысячи жизней на погибающей от войн планете. Космический корабль, который пролетит сквозь толщи космоса и создаст колонию людей на новой планете, свободной от войн и распрей. В один из таких дней я, как обычно, забежал в это кафе. Заказав свой стандартный перекус, я пошел на своё излюбленное место у окна, где у единственного стола в этом кафе не шатались ножки. Только подойдя вплотную, я обнаружил, что на моём привычном месте уже сидит симпатичная девушка.

- Вы сидите на моём месте. - зачем-то сказал я.

- На вашем месте? - возмутилась девушка.

- То есть... Я хотел предложить вам сесть за стол вместе. Можно к вам присоединиться? - смущенно проговорил я.

Она оглядела полупустую кафешку, но всё же разрешила мне сесть с ней за стол. Мы проговорили весь вечер до закрытия. Через пару месяцев мы с Марией уже переехали в мою квартиру, предоставленную руководством лаборатории. Меня, как одного из инженеров-проектировщиков корабля, ждало место на спасительном ковчеге. Руководство позволило брать на борт только членов своей семьи, поэтому мы окончательно решились на свадьбу. Мы бы поженились и без этого, но тут как будто сам бог велел.

- Мы летим уже почти месяц, а я тебя видела за всё это время всего несколько раз. Сколько можно торчать в своей мастерской днями и ночами?

Она была права, но гордость не позволяла признать ошибки, и скандал продолжался. В этот раз она сама ко мне пришла, прямо в мою мастерскую, и с ходу начала меня отчитывать. Я интуитивно пытался уйти от разговора, начав ходить по всей мастерской, перебирая что-то на столе, раскладывая в правильной, как мне казалось, последовательности. Практически убегая от словесных кинжалов, летящих в меня, я зашел в подсобку, оборудованную под сушильный шкаф, в котором находилась лабораторная посуда. В нем всегда было очень жарко. Мой взгляд зацепился за предмет, которого ни при каких обстоятельствах не должно было быть в этой подсобке. Я схватил нагревшийся, почти раскаленный, газовый баллон и выбежал с ним в коридор.

- Какой идиот его сюда поставил?

В тот момент я совсем забыл о ссоре, а Мария от неожиданности замолчала и с удивлением смотрела, как я бегу, обжигая пальцы, с газовым баллоном наперевес. Я бросил его в коридоре, подальше от лаборатории. Мария, бежавшая следом за мной, начала заливать из огнетушителя газовый баллон, чтобы охладить его. Взрыв бы не навредил кораблю, но повредил бы лабораторию, без которой экипажу пришлось бы в разы тяжелее выживать в толщах космоса.

- Похоже, сработало, - проговорил я, глядя на стекающую пену с газового баллона.

Не сработало.

Яркая вспышка и оглушительный всплеск энергии сбил меня с ног. В ушах звенело, а рот наполнился металлическим вкусом. Я лежал на полу еще пару секунд, потом резко соскочил и побежал к тому месту, где стояла Мария. Сердце стучало с такой силой, будто кто-то бил в барабаны. Я подхватил лежащую на полу Марию, стараясь привести её в чувства, умоляя, чтоб она открыла глаза и сказала хоть что-то. Я держал её на своих руках и не мог поверить, что её больше нет. Казалось, что время остановилось. От безысходности я просто кричал, пытаясь заглушить собственные мысли, в которых её уже не спасти. Шум в ушах усиливался, в глазах темнело, и я перестал чувствовать свои руки, а затем и остальное тело.

Резкий щелчок и тишина. Я открыл глаза, и слезы, как из открытого крана, полились на пустой пол.

Я сидел посреди своей каюты совсем один. Поднимаясь с пола и озираясь по сторонам, я ущипнул себя за руку, чтобы убедиться, что не сплю. Что это было?

Я понял, что должен прямо сейчас попасть в свою мастерскую - это начало всего. Мне нужно вернуться туда.

Выйдя из каюты, я увидел, как по коридору идет Мария, и я с детской радостью побежал к ней, подхватывая на руки и обнимая.

- Ты в порядке! Господи, я думал, что потерял тебя.

- Горо, ты чего? Мы виделись час назад? - Она взяла меня за руку и пристально посмотрела мне в глаза. - Что случилось?

Я не стал её пугать тем, что мне привиделась наша ссора, после которой она умерла при странных обстоятельствах. Я сам не до конца понимал, сон это был или галлюцинация. Судя по часам, было еще утро, а значит, с большей долей вероятности, это всё мне приснилось.

- Мне пора бежать, увидимся вечером. - сказала Мария, поцеловав меня на прощание.

Я хотел пойти с ней. Хотел провести с ней остаток дня. Но я должен был убедиться, что она в безопасности. Меня охватило странное предчувствие. Я явственно видел взрыв, его огненные всполохи и раскатистый грохот. Во рту до сих пор чувствуется металлический привкус крови. Меня непреодолимо тянуло вернуться в свою лабораторию. Мне нужны были хоть какие-то ответы.

По дороге в лабораторию мне встретился мой напарник по работе, который пригласил меня посетить лекцию, удивительно схожую по названию с той, что проходила вчера, на что я ему и указал.

- Ты просто перетрудился, - сказал Коля, похлопав меня по плечу. - Тебе бы передохнуть денек-другой.

Я точно был на той лекции. Там еще говорили о необходимости перезагрузки системы жизнеобеспечения корабля для ввода в строй восьмого воздушного фильтра и перехода от резервных генераторов к основным.

Я открыл дверь в мастерскую своей ключ-картой и зашел внутрь. Доступ к ней был только у меня. Это моя личная комната отдыха и кабинет релаксации. Работа очень меня успокаивала и умиротворяла.

Я решил проверить сушильный шкаф, где я в прошлый раз видел баллон с газом. Мне нужно было убедиться, что это всё просто мне привиделось.

Открываю шкаф, убеждаюсь, что неоткуда баллону с газом взяться в этом месте, закрываю шкаф. На душе полегчало. Слишком уж реалистичным был тот взрыв. Приснится же такое.

Я подошел к своему рабочему столу, на котором стоял ноутбук. В углу стола стояли пустые пробирки, карандашница с несколькими перьевыми ручками, большая полулитровая кружка, из которой я обычно пью кофе. Такой объем избавляет от необходимости каждый раз бегать и наливать новую порцию. Я уселся в кресле, наполнил кружку свежесваренным кофе и принялся цедить его маленькими глотками. Не знаю, сколько времени я просидел там, и уже даже собирался уходить, как вдруг заметил, что на ноутбуке моргает лампочка, будто бы он включен. Я никогда не оставляю включенным ноутбук, боюсь, что перегреется и важные данные с него могут быть утеряны. Видимо, в этот раз всё же забыл выключить.

Я открыл ноутбук, и на нем тут же загорелся экран. От увиденного на экране я замер, вскочив со стула.

На абсолютно белом фоне было напечатано большими чёрными буквами слово "СТОЙ". И я встал. Замер, не смея пошевелиться.

Кто мог это написать? Доступ к мастерской только у меня. Ключ-карта всегда со мной, прикреплена на брелок-ретрактор на моём поясе.

За дверью раздался сильный грохот, будто поезд промчался мимо лаборатории. Я еще несколько секунд стоял неподвижно, а затем решился выйти и посмотреть, что произошло. Длинный коридор, визуально разделенный вдоль на две части рядом колонн, стоящих на расстоянии нескольких метров друг от друга, на полу которого были заметны царапины, похожие на следы от маленьких когтей. Создавалось впечатление, что пол подметали метлой с металлическими прутьями. Я вышел из лаборатории, закрыв за собой дверь. Я не мог понять, как кто-то проник туда без моего ведома. Баллон в сушильном шкафу, надпись на экране компьютера - в обоих случаях кто-то тайно побывал внутри. Я неспешно отдалялся от своей мастерской в раздумьях, как вдруг услышал голос Марии, которая с кем-то громко спорила. Я был уже достаточно далеко, чтобы она меня не заметила, но и разговор оставался разборчив.

- Что с тобой стало? - с небольшой, еле заметной дрожью в голосе говорила она своему собеседнику.

- Не неси чепухи, я такой, как и восемь лет назад...

Это был мой голос. Не может быть. С кем она говорит?

И тут я вспомнил вчерашний разговор, а точнее, нашу с Марией ссору. После которой и был тот злосчастный взрыв.

Я подошел ближе и спрятался за колонной, стоявшей в нескольких метрах от входа в мастерскую. Дверь была открыта, и я отчетливо видел стоящую посреди кабинета Марию. Вдруг я увидел выходящего мужчину из моей мастерской, с газовым баллоном в руках, и понял, что смотрю сам на себя. Я знал, что сейчас произойдет, и нужно срочно как-то это предотвратить.

Моя копия с баллоном наперевес стремительно приближалась, и я инстинктивно отступал назад, пытаясь укрыться за массивной колонной. Внезапно я ощутил, как моя спина соприкоснулась с чем-то твердым - кто-то стоял прямо за мной.

Сердце заколотилось сильнее, и в голове мелькнула мысль: "Попался!" Резко обернувшись, я увидел своё собственное лицо с кровавой раной, тянущейся от виска до подбородка, где кровь уже успела запечься. Одежда была грязной и местами порванной.

- Вот черт! - вскрикнул он, явно не ожидая меня увидеть.

Я замер, не зная, как вести себя в этой странной ситуации. Не каждый день встретишь свою раненую копию, следя за другой своей копией. Внутри меня разливалось странное чувство, похожее на смесь тревоги и страха.

Внезапно мой двойник со шрамом лопнул с характерным звуком, как мыльный пузырь. Мои глаза от удивления чуть не выскочили из орбит. Он просто исчез, как будто и не было его. На то место, где только что был мой двойник, упала плазменная зажигалка, как будто её кто-то незаметно подбросил в воздух.

Мои руки начали неметь, как в прошлый раз после взрыва. Затем онемение охватило ноги, а вскоре и всё тело. Перед глазами сгустилась тьма, уши наполнились пронзительным свистом. Раздался щелчок, и наступила тишина. Я ничего не видел, но почувствовал, как упал с высоты. Я открыл глаза и увидел, что нахожусь в каком-то складском помещении один. Лишь легкое покалывание в затылке напоминало о произошедшем. Возможно, приложился головой о пол, а возможно, это последствия этих странных телепортаций и метаморфоз.

Тот за кем я следил... я отчетливо видел кем он был. Каждое его движение я помнил так ясно, словно оно было моим собственным. Я видел себя из прошлого, словно отражение в зеркале. Но вот вторая моя копия - с огромной раной на лице. Кто он? Из будущего? А я сам тогда кто - из прошлого или из будущего? Ведь мы втроем находились в одном и том же времени.

С каждым моим умозаключением картина происходящего прояснялась на столько, на сколько и становилась более запутанной. Это вызывало у меня леденящее ощущение, словно холод пробирался в самую душу.

В складском помещении корабля, куда я попал, царил страшный беспорядок. Ящики были перевернуты, коробки разорваны, а их содержимое разбросано. Создавалось впечатление, что на склад проникла группа грабителей, которые искали что-то определенное, но так и не нашли.

Я уже бывал здесь пару раз. Здесь хранятся инструменты и оборудование для ремонта, а также расходные материалы.

На металлическом полу узкой полосой тянулась тропинка из царапин, как та, что была в коридоре, около моей лаборатории. Словно след от шлифовальной машинки, она вилась, извиваясь, и исчезала в темноте. Я изучал эту тропинку, как вдруг услышал, как навстречу мне с мерзким скрипом товарняка, сорвавшего стоп-кран, двигалось что-то массивное. Существо ворвалось на склад и на полной скорости, натыкаясь и сбивая массивные ящики, промчалось мимо меня. Я едва успел спрятаться. Кажется, оно меня не заметило. Передо мной предстало создание, ростом почти в три метра, вдвое превосходящее по ширине обычного человека. Огромное количество маленьких, хаотично двигающихся конечностей, словно у гигантской сороконожки, царапали металлический пол.

Оно не имело ничего общего с животными, что я когда-либо видел. Его тело казалось бесформенной аморфной массой, лишенной четких очертаний. Единственным намеком на присутствие головы служил капюшон - мешковина, небрежно наброшенная на верхнюю часть, лишь условно обозначая место, где у этого существа могла быть голова.

Пробежав по дорожке, оставленной тысячами маленьких когтей, существо скрылось в глубине помещения, погружаясь в темноту. В металлической стене склада зияла огромная рваная дыра, достигающая метра в диаметре. За ней начинался небольшой тоннель, уходящий в неизвестность.

Я решил, что с меня увиденного достаточно, и пора сматываться, но подойдя к выходу понял, что дверь заперта. Судя по всему, существо врезалось и повредило механизм входных дверей. Выбраться из помещения у меня не вышло. Видимо единственный выход отсюда, это самоубийственный путь через тоннель.

Я заглянул внутрь, всматриваясь во тьму.

"И с чего я взял, что там есть выход? Если я решился на это, мне нужно хотя бы какое-то оружие от этого... Животного?"

В одном из разбитых ящиков я обнаружил водопроводные трубы из металлопласта. Взяв одну из них, я с силой переломил её ногой, превратив в импровизированное копьё. Там же нашёл большой фонарь, с огромной ручкой, больше походивший на автомобильную фару, засунутую в большую пивную кружку.

Я стоял перед входом в тёмный тоннель, и сердце моё замирало от нерешительности. Что, если за этим мрачным проходом скрывается лабиринт из бесконечных развилок? Как найти нужную тропу в этом таинственном лабиринте?

Почему-то я решил, что в этом тоннеле обязательно должен быть лабиринт с извилистыми и запутанными проходами, которые однозначно заведут меня в ловушку.

Мне нужно придумать способ отмечать пройденный путь. В голове всплыли образы из старых приключенческих книг, которые я читал еще на Земле. Там герои часто использовали различные знаки и символы, чтобы не потеряться в опасных приключениях.

Среди беспорядка на складе я нашел набор разноцветных детских мелков.

"Кому вообще пришло в голову взять их на космический корабль?"

Я достал один из мелков и, глубоко вдохнув, сделал первый шаг в темноту тоннеля. Каждый шаг вперёд я отмечал, оставляя на стенах небольшие знаки фиолетового цвета. Это был мой путь к свету.

Тоннель то расширялся до нескольких метров в диаметре, то сужался до узкого прохода, где можно было протиснуться, лишь пригибаясь. Впереди показалась развилка. Я решил свернуть налево и, чтобы не сбиться с пути, нарисовал стрелку на стене.

Я замедлил шаг и прислушался. В тишине раздавался лишь тихий шорох моих шагов. Внезапно резкий запах ударил мне в нос, заставив зажмуриться. Два тела в лабораторных халатах лежали на земле в неестественных позах, словно их небрежно швырнули, как тряпичных кукол. Судя по всему, они лежат здесь уже давно.

Чем дальше я шёл, тем труднее было отрывать ноги от липкого пола. Воздух становился всё более тяжелым и густым, словно невидимая сила давила на меня со всех сторон. Я почувствовал, как сердце начало биться быстрее, а дыхание стало прерывистым.

Впереди показался очередной поворот. Я осторожно заглянул за угол и увидел, что тоннель уходил в темноту. Сделав несколько шагов вперед, я почувствовал, как холод пробежал по моей спине. Что-то здесь было не так.

Внезапно, словно не замечая моего присутствия, из-за угла выскочило существо с ярко-красными глазами, почти светящимися в темноте, и черной тканью на голове, похожей на плащ с капюшоном.

"Битва с боссом... Жаль, это не компьютерная игра, я бы сохранился перед началом."

Любое загнанное в угол животное будет атаковать. Я же пытался ослепить фонариком монстра с красными глазами. Самая бредовая идея, что могла прийти в затуманенный страхом и паникой разум.

Существо испугавшись света, шипело от боли, но всё же атаковало. Острый коготь оставил глубокий след на моём лице, прежде чем исчезнуть в темноте. Фонарь, который раньше всегда был со мной, теперь превратился в груду осколков.

Рана, полученная в этой схватке, не позволяла мне оставаться во мраке. Я достал копье, которое даже не успел использовать, и обрывки своей рубашки, пропитав её тем, что покрывало пол на протяжении всего моего пути. Чиркнув зажигалкой, которую я подобрал, фактически у самого себя, зажег импровизированный факел. Оказалось, что существо боится огня. Оно заметалось, а затем побежало от меня в глубь темноты.

Факел осветил помещение, больше походившее на пещеру.

Ещё одно тело лежало в дальнем углу. В форме военного. Мужчина лежал на боку, неестественно выгнув шею. На груди - глубокие рваные раны. Рядом, на полу, в расстёгнутой кобуре, покоился компактный кинетический пистолет. Тяжёлый, стальной, с шершавой рукоятью. Оружие для ближнего боя. Для экстренных ситуаций.

Я бросился к нему, падая на колени, хватая оружие дрожащими пальцами. Металл был ледяным, тяжёлым, обнадеживающим. Я проверил магазин. Полный.

Снят с предохранителя? Нет, флажок стоял в верхнем положении, упёрся в красную метку.

"Так. Снимаешь флажок вниз. До щелчка. Всё".

Я попытался сдвинуть переключатель большим пальцем. Механизм поддался с глухим сопротивлением, но не до конца. Застрял.

Переведя дыхание, я попытался снова. Пальцы скользили по маслу, оставленному на рукояти предыдущим владельцем. Флажок дёрнулся, заклинил.

"Чёрт. Чёрт!"

Я сжал пистолет обеими руками, приложил усилие. Металл стонал, но предохранитель не сдвигался. Либо механизм повреждён при падении, либо требовал специфичного нажатия, кнопки разблокировки, которую в панике невозможно нащупать.

В лабиринте, где каждый поворот скрывал новую опасность, я погнался за существом. Оно могло вывести меня к выходу. В одном из коридоров я увидел фиолетовую стрелку и надпись "НАПРАВО", написанные моим почерком. Но я этого не писал. Я понял, что это был я из будущего.

Почему же мы не можем просто связаться друг с другом напрямую? Когда я встретился с ним лицом к лицу, он лопнул, словно мыльный пузырь. Возможно, нужно избегать встречи с самим собой, чтобы не нарушить ткань времени.

Я свернул в ту сторону, куда указывала стрелка и почти сразу нашел выход из этого странного тоннеля, которым оказалось техническое пространство между стенами помещений корабля.

На мой таймстрим пришло сообщение от Марии:

[Не забудь, сегодня твоя очередь готовить ужин.]

Но я уже получал его. Возможно мой таймстрим синхронизировался со всеми таймстримами моих копий.

- Вот черт. Мария.

Глава 13: Призрак

- Ты что, выключил рацию? - Бен подскочил к Смирнову вплотную, так, чтобы шум выстрелов не заглушал слова. - Мы только что перехватили шифр повстанцев.

- Где твой шлем? - вместо ответа рявкнул Смирнов.

- Шкипер, ты должен это увидеть! Базальт... - Бен запнулся, и лицо Смирнова тут же побелело.

- Что с ним? Он жив?

- Хуже... - Бен сглотнул, подбирая слова. - Он нас предал.

Михаил так сжал цевьё винтовки, что перчатки натянулись на костяшках, а пальцы побелели.

- Нет! Не может быть! - выкрикнул он, будто пытаясь перекричать стрельбу.

- Он прямо сейчас встречается с главарем повстанцев, - Бен выдержал паузу. - Шкипер, я бы сам не поверил, если б не видел своими глазами.

- Веди.

Они шли по узкому окопу минут десять, потом взобрались на гребень каньона. Бен достал винтовку с тепловизором и поводил прицелом по холмам, время от времени подкручивая настройку дальности.

- Вот! - он ткнул пальцем в сторону склона. - Чуть выше двух третей той горы.

На той стороне каньона виднелся небольшой блокпост перед входом в пещеру - его укрепили ящиками и крупными красными валунами. Из щели между ящиками выглядывало дуло зенитной установки. По периметру расхаживали охранники, то и дело переговариваясь по рации.

Внезапно из ниоткуда появилась группа повстанцев - они вели двоих пленных: военного и женщину в красном платье. У обоих руки были связаны за спиной, на головах - чёрные мешки. Повстанцы грубо затолкали их в пещеру и скрылись следом.

Смирнов замер. Он прильнул к биноклю и долго возился, пытаясь поймать фокус.

Из пещеры вышли Волкер и Бизон - один из самых разыскиваемых преступников Федерации. Бизон был высоким, сутулым, в потрёпанном, но аккуратном кителе поверх скафандра.

Смирнов молча смотрел в бинокль, потом медленно опустил его. Бен поднял голову, и в его серых глазах читалась растерянность, смешанная с тревогой.

- Шкипер, что будем делать?

Смирнов не ответил. Он достал тактический планшет. Экран отбрасывал на лицо тусклый зеленоватый свет. На карте пульсировала красная точка с координатами.

Он нажал клавишу связи с орбитальным фрегатом. Канал не сразу отозвался - ионосферные помехи то и дело обрывали сигнал.

- "Гром-Два", "Гром-Два", это "Шкипер".

- "Гром-Два" на связи, - наконец пробился металлический голос оператора.

- Цель: квадрат сорок четыре-Дельта. Координаты отправляю пакетом. Залп. Огневой вал.

- Принято, "Шкипер". Огневой вал через тридцать секунд.

Тишина. Бен замер, будто перестал дышать, и смотрел на Смирнова с немым вопросом в глазах.

Тридцать секунд. Тридцать ударов сердца, отдающихся в висках. Смирнов закрыл глаза. Перед внутренним взором всплыло: Стив на Земле учит его держать бейсбольную биту. Потом - как они вдвоём чинили марсоход, пока вокруг выла пылевая буря.

Сначала небо над каньоном вспыхнуло неестественно ярким багровым светом. Потом пришёл звук. Низкий, тяжёлый гул отдавался в груди, заставляя вибрировать рёбра. Земля под ногами пошла волной.

С гребня каньона взметнулся столб плазмы и расплавленного реголита. Ударная волна прокатилась по пустоши, срывая верхний слой почвы и швыряя обломки камней. Смирнов инстинктивно вжал голову в плечи, прикрыв руками, сжатыми в кулаки, забрало шлема. Свет был таким ярким, что даже сквозь фильтры резало глаза.

А потом наступила тишина.

Только мелкая красная пыль медленно оседала в слабой гравитации - будто кружились невесомые хлопья пепла.

Смирнов опустил руки. Каньона больше не было. На его месте чернела огромная дымящаяся воронка; края её светились от жара.

***

Когда Смирнов открыл глаза, первым делом он почувствовал холод - он будто впивался в кожу мелкими иголками, заставляя тело вздрагивать. Капитан лежал на неровной каменистой поверхности, припорошённой инеем. Вокруг стояла тишина, только где-то вдалеке посвистывал ветер, пробираясь в узкие расщелины. Тусклый свет, падавший сверху, выхватывал из темноты очертания стен. Пещера. Он в пещере. Без скафандра, без снаряжения - только в лёгкой форме, словно его просто выдернули из привычного мира и бросили сюда.

Смирнов поднялся, чувствуя, как затекшие мышцы сопротивляются каждому движению. В голове гудело, но он заставил себя собраться. Пещера была невысокой: местами потолок опускался так низко, что приходилось пригибаться. Стены покрывали странные узоры, похожие на следы коррозии. Пол, усыпанный мелкой щебенкой и пылью, выглядел неестественно ровным. Капли воды, стекавшие по камням, замерзали, превращаясь в тонкие сосульки, тускло поблёскивавшие в слабом свете. Сталактиты по краям пещеры почти касались сталагмитов.