Бывшие. ( Не) желанная жена

— Я? — я фыркнул от нелепости. — Да мне от этого специалиста только работа и нужна! Да и… зачем мне к мужику приставать? Вы что, из меня совсем извращенца делаете?

— Камал! — грозный окрик отца вернул меня в реальность. Я стиснул зубы, чувствуя, как краска заливает щёки. Сорвался. Опять.

— Простите, — пробормотал я, опустив голову. — Так где наш специалист? Когда придет? И можем ли мы быть уверены, что это не очередная подстава от Бадаева? Вдруг его люди?

— Мы на все сто процентов уверены в лояльности этого человека, — ответил отец, и его взгляд странным образом скользнул к большому окну, за которым виднелся город. — И это не мужчина.

Я машинально проследил за его взглядом и увидел её. Она стояла у окна в противоположном конце кабинета, спиной к нам, рассматривая панораму. Стройная фигура в идеально сидящем деловом костюме тёмно-синего цвета. Каблуки. Аккуратно собранные наверх волосы. Со спины — просто элегантная, уверенная в себе девушка.

«Красивая», — мелькнула мысль, и тут же её затмила волна раздражения. «Вот именно. Красивая. Обычно такие только штаны просиживают, делая вид, что работают. Неужели старики в отчаянии наняли чью-то беспомощную дочку? Зачем мне эта обуза? Мне нужен боец, а не декорация!»

_____________________

Ая Сашина

"Развод. Потому что люблю" (16+)

https://litnet.com/shrt/1FvE

Торт ложится на лицо мужа очень удачно! Ровненько посередине! Жаль, что небольшой…

Когда лакомство летит на пол, Илья поднимает руку и начинает протирать глаза.

-Не переживай, милый… Я всё еще здесь! Твоя любовница тоже. Никто никуда не уйдет, пока я не выясню, что происходит!

Глава 10

Она обернулась на наш разговор. Чёткий профиль, высокие скулы, губы, поджатые в нейтральную линию. И взгляд… Спокойный, изучающий, без тени смущения.

— Добрый день, — кивнула она, и уголки её губ дрогнули в чём-то, что было далеко от настоящей улыбки.

Я окинул её критическим взглядом с головы до ног. Слишком молода. Слишком… ухоженная для инженерного ада, в который нам предстояло нырнуть.

— Вы уверены, что она справится? — вырвалось у меня, и я сам услышал презрительные нотки в своём голосе. Я не знал, чья она дочь, и мне было плевать. Мне нужен был спасательный круг, а не ещё один груз.

Она слегка приподняла бровь. Этот едва уловимый жест почему-то взбесил меня ещё сильнее.

— Камал! — отец вскочил, лицо его побагровело от возмущения. — Ты как разговариваешь?!

— Отец, дядя Вагаб, я уважаю ваше решение, — я попытался взять себя в руки, но слова лились сами, подогретые усталостью и злостью. — Но мне нужен работник! Рекламируйте чью-то дочку в другом месте. И если это ради того, чтобы меня с кем-то свести, — я прямо посмотрел на девушку, — вы ошиблись адресом. Меня интересует только работа, а не романтика в стиле «офисных заморочек».

В кабинете повисла гробовая тишина. Мага замер с открытым ртом. А девушка… она не смутилась, не покраснела. Она медленно усмехнулась. И в этой усмешке было что-то леденящее.

— Мне начать плакать или устроить истерику для полноты картины? — её голос был низким, ровным, без единой дрожи. — Я могу уйти. Без проблем. Найти работу — не вижу в этом непреодолимой сложности.

— Отлично, — выдохнул я, чувствуя прилив дурной, саморазрушительной решимости. — Выход там.

— Сумо? — вдруг прошептал Мага, и в его голосе было неподдельное, оглушающее изумление.

Я резко обернулся к нему. У нас же было негласное правило — не вспоминать о «мышке». Никогда. К чёрту, он сейчас произнёс это имя при её отце!

— Здравствуй, Мага, — сказала девушка, и её лицо наконец ожило — появилась лёгкая, почти неуловимая улыбка. — Давно не виделись. Ты совсем не изменился, разве что… причёску поменял. Но тебе идёт.

— Да ладно? — Мага рассмеялся, какое-то напряжение с него спало. Он подошёл и протянул ей руку. — С возвращением. Не ожидал тебя здесь увидеть. Дядя Вагаб, да вы хитрец! Ни слова не сказали, что Сумо возвращается!

— Думаешь, я знал? — проворчал дядя Вагаб, но в его ворчании сквозила отеческая гордость. — Позавчера сделала сюрприз, появившись на пороге дома.

— Наша Сумая умничка, просто золото, не ругайте её, — с лёгким упрёком сказал мой отец, и его взгляд на меня стал говорящим: «Ну, сынок, влип?»

А я… Я стоял как вкопанный. Мозг отказывался складывать картинку воедино. Эта… эта самоуверенная, холодная красотка… и та тихая, незаметная Сумая? Не может быть. Они были полными противоположностями. Где очки? Где эта покорно опущенная голова? Где неуверенная улыбка?

— Я не планировала изначально устраиваться сюда, — её голос вернул меня в реальность. Она говорила спокойно, как о погоде. — Потому и не предупреждала. Но отец сказал, что у вас «небольшие проблемы». Вот я и здесь. Помогу разгрести завалы и пойду искать работу по душе.

Её взгляд, скользнувший по мне, был абсолютно пустым. Ни злорадства, ни боли, ни интереса. Как будто я был частью мебели. И это… это бесило невероятно. Так же, как и раньше, её тишина и спокойствие.

— То есть ты не планируешь остаться? — переспросил Мага.

— Нет, Мага, — она покачала головой. — Я только согласилась помочь. Не хочу работать там, где меня будут уважать за то, что я «дочь Вагаба». Пойду туда, где оценят мои навыки.

— Ты всегда была умной, — Мага усмехнулся. — Не сомневаюсь, что ты отличный специалист. Хотя… — он игриво поднял брови, — блат?

— Никакого блата! — возмутился дядя Вагаб, подходя и обнимая дочь за плечи защищающим жестом. Его лицо светилось. — Моя Сумо — умница. Сама, своими силами. За год сдала экзамены за три курса. Два года пахала в неплохой фирме. Вы только посмотрите, как она работает, и сами всё поймёте!

— Пап, прекращай, — она мягко высвободилась из его объятий, и в её глазах мелькнуло то самое, знакомое мне по прошлому, смущение, но лишь на секунду. — Именно из-за этого я и не хочу здесь задерживаться. И если Камал не против, — она наконец-то прямо посмотрела на меня, и в её взгляде был лишь деловой вызов, — то было бы неплохо начать. Думаю, в отделе накопилось немало. И найдите мне, пожалуйста, толковую помощницу, хоть стажёрку. Я сама обучу её всему необходимому.

— Только пришла и сразу в бой? — покачал головой мой отец с одобрением. — Может, вечером заглянешь на ужин? Асуман будет рада.

— Дядя Давид, я бы с удовольствием, но сейчас не время. Как разгребём самое сложное — обещаю, загляну к тёте Асуман. А пока передайте ей от меня большой привет и что я по ней скучала. Ну а мы, — она повернулась к Маге, — пошли работать? Мага, введёшь в курс дела? Или мне к тебе обращаться надо — «Магомед Исрафилович»?

— Для тебя, наша Сумо, всегда только Мага, — он с комичной галантностью подставил локоть.

— Ты всё тот же шутник, — она хмыкнула, взяла свою сумку со стола, приняла его руку и, не оглядываясь, вышла из кабинета. Чёткий стук её каблуков затих в коридоре.

А я остался стоять посреди кабинета, чувствуя себя полнейшим идиотом. Мозг наконец-то, с опозданием, выдал осознание: это была она. Та самая. Но… не та. Совсем. Та, что за два года брака не сказала мне и десяти лишних слов. Та, что в конце так спокойно и жёстко взорвала нашу общую жизнь, взяв всю вину и ответственность на себя, и ушла. Я тогда… я тогда испытывал странную смесь облегчения и… уважения. Да, именно уважения. Она поступила как сильный человек, пока я метался в сомнениях. А потом я позволил себе забыть. С головой ушёл в работу, в попытки наладить то, что развалилось с Венерой. И вот она вернулась. И она была не «бывшей женой». Она была… Сумаей. Специалистом. Соперником. И это пугало и притягивало одновременно какой-то нездоровой, запретной силой.

— Удивлён? — отец хлопнул меня по плечу, вырывая из ступора. В его глазах читалось и понимание, и какая-то отеческая ирония. — А я рад, что она здесь. Она и тогда, живя с нами, проявляла ум и характер. Просто была скована. А сейчас… сейчас она знает себе цену.

— А я вот нет, — грустно вздохнул дядя Вагаб, глядя на закрытую дверь. — Я столького недодал. Так много ошибся. А когда спохватился… оказалось, ей уже не нужны были ни моя поддержка, ни мои советы. Она сама справилась со всем. И я виноват, что она научилась так хорошо скрывать всё внутри. Сравнивая с той маленькой девочкой, которая смеялась во весь голос… — он замолчал, смахнув невидимую пылинку с лацкана пиджака. — Но, как говорится, что выросло — то выросло. Она сильная. И выдержит любое давление. Даже твое, Камал, — он посмотрел на меня, и в его взгляде было предупреждение.

— Чего встал? — вернул меня к реальности отец. — Иди. Покажи ей отдел, введи в курс наших «небольших проблем». И помни мое предупреждение.

Я кивнул, ничего не сказав, и вышел. В коридоре было тихо. Где-то там, в эпицентре руин моего инженерного отдела, теперь была она. Сумая. Которая, судя по всему, не собиралась быть «мышкой». И впервые за много дней, сквозь усталость и злость, во мне зашевелилось нечто острое и незнакомое — азарт. И тревога. Глупая, иррациональная тревога.

___________________

Ася Акатова

"После развода" (16+)

https://litnet.com/shrt/6irr

Муж изменил и бросил меня с дочкой. Каялся. Но ушёл. Через 10 лет моя дочь полюбила его приёмного сына. А муж клянется, что заново влюбился в меня...

Глава 11

Я шёл по коридору к инженерному отделу, и каждый шаг давался с трудом, словно под ногами была вязкая смола. В ушах всё ещё звенели слова отца и дяди Вагаба, а перед глазами стоял её новый, отполированный до блеска образ. «Она сильная. Выдержит любое давление. Даже твоё».

Давление. Яростное, глупое слово. Так она воспримет моё руководство? Как давление? Как очередную попытку доминировать?

Чёрт!

Мысли путались в мерзлом клубке. Изначальная злость на ситуацию медленно перетекала в другое, куда более неприятное чувство — неловкое, колючее осознание того, что мне придётся с ней работать. Не просто видеть мельком на семейных ужинах, а ежедневно взаимодействовать. С бывшей женой. Я не мог просто отвернуться.

Во-первых, по единодушному мнению старших, она разбирается в деле. Во-вторых, она имела полное право находиться здесь как дочь одного из основателей. Я был в ловушке собственного прошлого и профессиональной необходимости.

Я замер перед дверью отдела, где теперь кипела, судя по всему, новая жизнь, и сделал глубокий, шумный вдох, пытаясь собраться. Затем вошёл.

Мага и она сидели в кабинете главного инженера — том самом, куда я собирался временно переселиться. Через стеклянную стену было видно, как они разговаривают. Не просто обсуждают дела, а именно разговаривают — спокойно, с лёгкими улыбками. Картина была настолько мирной и… обыденной, что выглядела почти издевательством на фоне моего внутреннего шторма.

Я прокашлялся, привлекая внимание, и открыл дверь. Разговор мгновенно оборвался. Два пары глаз уставились на меня. Я застыл под её взглядом — спокойным, оценивающим, без тени былой робости — и почувствовал себя нелепо и неуместно. Я не знал, что сказать. Мы расстались не как враги, это правда. Но прошлое… Оно висело между нами тяжёлым, невидимым занавесом. И мне, если честно, было мучительно стыдно за того мальчишку, которым я был тогда. Стыдно и… неловко.

— Чего застыл-то, памятник? — меня вывел из оцепенения голос Маги. — Садись. Мы тут с Сумо старые добрые времена вспоминаем. Как тусили раньше.

Тусили? У меня в памяти не возникало ни одной подобной картинки. Да, она иногда мелькала на общих сборищах, тихое пятно в углу. Но чтобы быть частью нашей компании, нашей шумной тусовки… Этого не было. Или я просто не замечал?

— Кто прошлое помянет, тому в глаз, — пошутила она с лёгкой, почти неуловимой улыбкой. Но улыбка эта была какая-то… универсальная. Для всех и для всего. Не искреннее веселье, а социальная маска, надетная по случаю.

— Ну ты даёшь! — Мага с комичным возмущением развёл руками. — Верни прежнюю Сумо! Та со мной хоть мило болтала, а ты за пять минут уже дважды попросила перейти к работе. Рабочая лошадка!

— Боюсь, как бы начальство с первой же минуты не выгнало, не дав и шанса, — она произнесла это чуть тише, покосившись на меня. В её тоне не было страха, лишь лёгкая, игривая ирония. — Говорят, гендир у вас последнее время ходит злой-презлой, как дикий зверь. Как бы под горячую руку не попасть.

— С этим даже спорить не буду! — Мага с пафосом вздохнул, и они оба переглянулись, кивнули друг другу и синхронно вздохнули с преувеличенной усталостью. Настоящие актёры! Сплелись против меня за пять минут!

— Я смотрю, вы ни капли не боитесь, раз сидите тут и даже на шаг не приблизились к работе, — съязвил я, проходя к креслу начальника. Оно показалось мне внезапно чужим.

— Да брось, Камал, — откинулся Мага на спинку стула. — Сумо только приехала. Давай хоть все вместе сходим на обед. Разомнёмся.

— Не стоит, — тут же, мягко, но недвусмысленно, отрезала Сумая. — Сейчас точно не до этого. Как-нибудь потом, в другой раз. Лучше объясните, что к чему. С чего начнём?

— Кроме того, что от нас сбежал, как крысы с тонущего корабля, весь инженерный отдел, мы тебе ничего внятного сказать не можем, — развёл руками Мага, и в его жесте была искренняя досада. Я же сидел, сцепив пальцы в тугой замок, и слушал. Мне было тяжело — не физически, а морально. Тяжело собраться и влиться в их непринуждённый, почти дружеский диалог. Я никогда не думал, что Мага был так близок с Сумаей. Мне всегда казалось, мы относились к ней одинаково — как к неизбежному, тихому фону нашей жизни. Оказывается, я ошибался. Грубо и глупо ошибался.

— Ясно. Значит, вы как руководители даже не в курсе, что творилось у вас под носом? — её вопрос прозвучал не как упрёк, а как констатация печального факта.

— Наше дело — стратегия и контроль общий, а не за каждым инженером по пятам ходить! — проворчал Мага с обидой, и на его лице появилось знакомое выражение — будто его незаслуженно оскорбили, и если сейчас же не загладить вину, он расплачется. Вечно он использовал этот дешёвый приём с девушками!

— Я-я-ясно, — она улыбнулась, и в этой улыбке появился первый проблеск чего-то живого — лёгкого, почти невидимого огонька. — Знаешь ведь, что со мной твои штучки не работают? Можешь хоть головой об стену — мне всё равно. — Она хлопнула глазами. Быстро, почти мило.

Мило? Я серьёзно только что подумал это слово по отношению к Сумае? К той, кого я звал «мышкой» и «скучной»?

— Ты всё та же вредная, — с преувеличенной скорбью вздохнул Мага, но в его глазах танцевали искорки. — Ты ещё разнесёшь наш отдел к чертям собачьим со своими «разборами полётов». Я-то это на своей шкуре знаю. И мало не покажется тем, кто тебя сюда пригласил. Как бы твой отец и твой бывший свёкор не пожалели о своём решении.

— Почему? — я нахмурился, наконец вступая в разговор. Что такого может сделать Сумая? Ей всего двадцать пять. Какой у неё может быть авторитет, чтобы пугать опытных бизнесменов?

— А ты сам не знаешь? — Мага удивлённо округлил глаза. — Сумо, когда она входит в раж…

— Хватит, Мага, — она мягко, но твёрдо остановила его. В её голосе прозвучала лёгкая, едва уловимая усталость. — Чем слушать твою воздушную болтовню, я пойду разбираться с тем, что мне предстоит. Чем быстрее начну, тем быстрее завершу. Вы сидите. Соберёмся, когда я хоть что-то разгребу. И да, — она уже повернулась к выходу, — про помощницу для меня не забудьте, пожалуйста. Хотя бы с элементарными навыками. Даже если это студентка.

— Есть, босс! — громко, по-военному, козырнул Мага.

— Умничка. Будь всегда таким послушным мальчиком. Может, когда-нибудь я забуду про тот день. — Она подмигнула ему, затем кивнула мне — коротко, по-деловому — и вышла из кабинета.

— Сумо! — возмущённо воскликнул Мага, подскочив с места, но не пошёл за ней. Он плюхнулся обратно в кресло, и мы оба, словно по команде, повернулись к стеклянной стене.

Она поставила сумку на свободный стол, обвела взглядом помещение — быстрый, сканирующий взгляд хищника, оценивающего территорию, — и начала обходить его. Подходила к шкафам с документами, вынимала папки, бегло пролистывала. Лицо её постепенно хмурилось. Она откладывала документы в разные стопки с такой сосредоточенной серьёзностью, что стало даже немного не по себе. Минут десять мы с Магой молча наблюдали за этим безмолвным спектаклем.

— Окрепла, мышка, — вдруг тихо, с лёгкой усмешкой произнёс Мага, поворачиваясь ко мне. — Она ещё устроит нам с тобой настоящий ад. Вот увидишь.

— Откуда такая уверенность? — я прищурился, поддаваясь на его провокацию, но внутри меня что-то ёкнуло. — Что такого особенного она может сделать? Почему ты думаешь, наши отцы получат от неё выговор?

Мага посмотрел на меня так, будто я только что сказал, что земля плоская.

— Ты серьёзно? Это же Сумо. Со своим гипер-мозгом. Она ещё в школе программу щёлкала как семечки, пока все остальные пыхтели над учебниками. Сколько раз она нас выручала!

— Нас? — я не понял.

— Ну, в школе же. С домашками.

— Ты же всегда сам решал, — пробормотал я, чувствуя, как под ногами начинает уходить привычная почва. Сумая и «гипер-мозг»? Эти два понятия в моей голове отказывались соединяться.

— Ага, щас! — фыркнул Мага. — Я все твои и свои домашки ей отдавал. А она возвращала всё сделанным через пару часов. Ты что, правда думал, что я настолько гений, чтобы и с вами тусить, и за двоих уроки делать?

«М-м-м…» — я промычал что-то невнятное, не в состоянии говорить. Я смотрел теперь на неё по-другому. На ту, что за стеклом методично разбирала чужой бардак. И чувство, которое поднималось внутри, было острым и неприятным. Обидой? Да, пожалуй. Глупой, запоздалой обидой. Оказывается, моя тихая, незаметная жена вела своё, интересное существование, о котором я не имел ни малейшего понятия. Мой лучший друг знал её с какой-то другой, живой стороны, был с ней близок больше, чем я мог предположить. Мага знал ту Сумаю, о которой я даже не догадывался.

Или… не хотел знать.

Потому что это было проще. Гораздо проще видеть в ней просто «дочь Вагаба», тихую девочку в очках, которую заставили выйти за меня. А не человека. Не умную, интересную девушку с «гипер-мозгом».

Это осознание било по самолюбию сильнее, чем любая профессиональная неудача. И заставляло смотреть на неё теперь совсем другими глазами.

__________________________

Лика Ланц

"Предательство не повод сдаваться" (16+)

https://litnet.com/shrt/_qq6

Муж предал и сбежал, квартиру отняли за долги, с работы попросили уйти по собственному желанию... Я думала, моя жизнь рухнула, и теперь остается просто выживать.

Но мир не без добрых людей… да и я еще могу удивлять! Причем, не только себя, но и окружающих!

Я – разведенка, которой прилично за 40, но это совершенно ни о чем не говорит!

Глава 12

С утра я твёрдо решил: перебираюсь в инженерный отдел. Там сейчас фронт работ, а свои директорские обязанности я смогу выполнять и оттуда, отец обещал подхватить часть вопросов. Сумаю после вчерашнего дня не видел — самому показываться на глаза было как-то неловко, а она, видимо, меня и не искала. Просидел вчера допоздна, пытаясь разобрать завалы в своём кабинете, чтобы сегодня с чистой совестью окунуться в инженерные дебри.

— Сумо не видел? — ближе к обеду в кабинет заглянул Мага. Он тоже вчера засиделся допоздна и сейчас выглядел помятым, с синевой под глазами. Мы оба уже несколько ночей не спали нормально.

— Нет, — хмуро ответил я, не отрываясь от монитора. Я и сам с утра то и дело выглядывал в коридор, ловя движение у дверей отдела. Её нигде не было. Вроде должна быть здесь, как образцовый работник, но её нет. В голове зашевелилась ехидная, ядовитая мысль: «Неужели проспала? Всё же не умеет работать, а пришла сюда покрасоваться за счёт отцовского имени?»

— Странно, — прошептал Мага, опускаясь в кресло. — Ладно, придёт как придёт. Я был в отделе кадров. Три человека на собеседование пришли. Двое — откровенно подозрительные, отказал, даже не слушая. А одна… девчонка совсем, на помощницу претендует. Оставил анкету для Сумо. Пусть сама посмотрит, если появится. Решать ей.

— Уверен, что не подослана? — переспросил я, всё ещё не в силах отогнать паранойю.

— Девчонка слишком… зелёная. Неуверенная, глаза бегают. Не думаю, что Бадаев стал бы посылать такую на такое дело. Слишком рискованно.

— Ну, смотри. Если… — я не успел договорить.

Дверь кабинета с силой распахнулась, и ворвалась она. Фурия в спортивных штанах, с небрежным пучком на голове, из которого выбивались пряди. Лицо было сосредоточенным, почти суровым. Сумая стремительно подошла к столу и с глухим стуком поставила передо мной папку с документами.

— Подписывай. Быстро!

— Что сделать? — я оторопело посмотрел на неё, не понимая такой резкости.

— Срочно подписывай этот приказ и отдай команду остановить все работы на объекте «Горизонт»!

— Причина? — напрягся я, уже листая документ. Взгляд выхватывал строчки: «…в связи с выявленными критическими несоответствиями… немедленная приостановка…»

Мага встал и подошёл ближе.

— Какие некорректные чертежи? О чём ты?

— Всё объясню, но сначала — остановка работ. Это первоочередное, — её голос был твёрдым, без колебаний. — Пока мы здесь сидим, на объекте, возможно, уже идёт монтаж по бракованной документации. Я подготовила предписание. Его нужно подписать и запустить в действие в течение часа. Чем быстрее, тем лучше.

— Сумо, подожди…

— Всё потом! Сначала это! — она ткнула пальцем в лежащие передо мной бумаги и наконец подняла на меня глаза. В них не было истерики, только холодная, неумолимая решимость. — Ты можешь отменить приказ, когда выслушаешь меня и решишь, что я ошибаюсь. Но сейчас тебе ничего не будет стоить остановить работы на один день. Риск нулевой. А промедление может стоить всего.

Несколько секунд я молча смотрел на неё, взвешивая. В её словах была железная логика. Если она ошибается — я получу повод показать отцу, кого он привёл, и она уйдёт. Я избавлюсь от этого странного напряжения. А если она права… то окажется не «дочкой папы», а единственным человеком, который увидел катастрофу, пока мы все спали.

— Хорошо, — я кивнул, ощущая, как сердце начинает биться чаще. Взял ручку и размашисто подписал документ.

Она едва заметно кивнула, без слов схватила подписанный приказ и вылетела из кабинета так же стремительно, как и появилась.

— Займись, — коротко бросил я Маге, а сам набрал отца, чтобы предупредить о решении. Не стал говорить, что это инициатива Сумаи. Сначала нужно понять масштаб.

Спустя пятнадцать минут мы с Магой шли в конференц-зал.

— М-да, — хмыкнул Мага, нервно взъерошивая волосы. — Сумо начала выбивать почву из-под ног, и не только у Бадаева. Я нервничаю, друг. Чувствую, она сейчас на наши головы ещё одну гору проблем свалит.

— Посмотрим, — пробормотал я, но внутри всё тоже сжалось в тугой комок.

В конференц-зале она уже ждала, склонившись над разложенными бумагами. Её домашний, почти небрежный вид контрастировал с абсолютно деловой, сосредоточенной атмосферой, которую она создавала вокруг себя.

— Садитесь уже, — бросила она, не поднимая головы. — И лучше рядом. Не хочу тратить время, бегая с бумажками из одного конца стола в другой.

— Грубиянка, — вздохнул Мага с наигранной обидой.

— Приму как комплимент, — парировала она без тени улыбки. — Так, за работу. Это, — она щёлкнула по планшету, и на большом экране всплыли таблицы, — данные по закупкам материалов через нашего основного подрядчика. Обратите внимание на графу «соответствие ГОСТ». В сорока процентах случаев материалы либо не соответствуют заявленным спецификациям, либо их качество вызывает серьёзные сомнения. При этом оплата проведена полностью, по максимальной стоимости. Кто утверждал эти акты приёмки?

С каждым её словом у меня холодели кончики пальцев. Я перевёл взгляд на Магу. Он перестал строить шутовские рожи, его лицо стало каменным, глаза сузились. Мы оба прекрасно понимали, что это значит. Предательство. Системное и наглое.

— Старый замтех по снабжению, Рашид, — глухо ответил Мага. — Ушёл «по состоянию здоровья» месяц назад.

— Так и думала, — кивнула Сумая. Её палец снова коснулся экрана. Следующий слайд — сложная схема с ярко-красными пометками в ключевых узлах. — Второе. Я сравнила рабочие чертежи, что лежали в нашем архиве, с теми, что ушли на производство и, что важнее, на согласование в надзорные органы. Они отличаются. Здесь всё подробно расписано, посмотрите, — она протянула нам распечатанные листы с сравнительным анализом. — Расчёты под эти изменения были подогнаны. И подписаны они… — она сделала паузу, давая нам вглядеться в знакомую подпись в уголке чертежа, — нашим бывшим главным инженером. И подписал он их за три дня до своего «внезапного» увольнения.