До конца рабочего времени было много еще много времени, и разгребя входящую почту Камал полез в сеть искать информацию об интернет-торговле. По протоколу он, как и Ананд, мог торговать на биржах, любых – товарами, акциями, фьючерсами на них, валютными парами или вообще криптой.
Камал сидел за компьютером и не заметил, как Ананд вошёл, потому что был полностью поглощён изучением криптоплатформы, интерфейс которой оказался настолько сложным и запутанным, что даже его будущий опыт инженера искусственного интеллекта не помогал разобраться в нём с первого раза. Ананд подошёл сзади, тронул его за плечо и показал пальцем на экран, а потом на себя, давая понять, что он хочет помочь и что он знает, как это работает.
Камал сначала удивился, потому что не ожидал увидеть Ананда в офисе, но потом обрадовался, потому что вместе они могли сделать гораздо больше, чем порознь. Он встал, уступил место Ананду и начал объяснять, что им нужно сделать, чтобы начать торговать.
Ананд сел за компьютер, и его пальцы, которые никогда раньше не касались клавиатуры, вдруг стали быстрыми и уверенными, как будто он делал это всю свою жизнь. Он открыл терминал, ввёл несколько команд, которые Камал не понял, и через минуту на экране появился интерфейс криптоплатформы с графиками, свечами и индикаторами, которые выглядели так же, как в будущем, только медленнее и с задержками. Скорость интернета все-таки была сильно отличной от того. К чему они привыкли.
«Нам нужно написать бота», - написал Ананд в блокноте, который нашёл на столе, потому что говорить он не мог, а жестами объяснять такие сложные вещи было долго. «Я помню архитектуру торгового движка, который мы использовали в будущем, и смогу воспроизвести его в упрощённом виде, если ты будешь подсказывать формулы и проверять код на ошибки».
Камал кивнул и достал из рюкзака тетрадь, в которой уже начал записывать основные алгоритмы, всплывающие в памяти после долгих ночных воспоминаний. Они сели рядом и начали работать, не замечая, как проходит время, как солнце поднимается выше и садится за горизонт, как зажигаются звёзды и как первые петухи возвещают наступление нового дня.
*
Первую ночь они потратили на то, чтобы написать базовую архитектуру бота. Ананд сидел за компьютером и вводил код, а Камал стоял за его спиной и диктовал формулы, которые помнил наизусть уже много лет, с тех пор как впервые начал работать над системами искусственного интеллекта в лаборатории корпорации «Ренессанс».
Проблема была в том, что их новые тела не были приспособлены для такой работы. Пальцы Ананда, привыкшие только к тому, чтобы держать початки кукурузы и отсчитывать сдачу туристам, быстро уставали и начинали дрожать, из-за чего в коде появлялись ошибки, которые приходилось долго и мучительно искать и исправлять.
К утру первого дня у них был готов примитивный бот, который принимал рыночные данные и накладывал на них разные индикаторы. Конечно, эти функции были даже в бесплатных версиях торговых платформ, но им надо было с чего-то начинать. Ананд смотрел на экран с таким выражением, будто увидел призрака, и Камал понимал его чувства, потому что в будущем они писали таких ботов за несколько минут, используя нейросети, а здесь им потребовалась целая ночь, чтобы получить жалкую пародию на то, что они делали раньше.
«Завтра сделаем лучше», написал Ананд на листе бумаги, устало потирая глаза, которые покраснели от напряжения и нехватки сна.
Весь второй день Камал тестировал их бота и добавил ему функцию рекомендации сделки. Он оставил окно бота включенным и посадил его на график Соланы. Каждые несколько минут бот рекомендовал входить в сделку, и Камал отслеживал его результативность. Пока ему было важно, чтобы количество плюсовых сделок превышало сливы. О конкретной доходности будем думать потом.
Вечером, вместе с закатом пришел Ананд. Он пролистал все логи бота и остался слегка недоволен. «Нужно немного допилить, риск-менеджмент хромает», - написал он.
Камал уступил ему место за компом и решил осмотреться в офисе – за два дня он даже не успел это сделать, настолько его увлек их проект и новая работа. Он успел облазить весь свой небольшой офис, найти старый чайник, заварить чай и выпить три чашки, потому что нервничал так сильно, что руки тряслись, и он не мог сидеть на месте.
Ананд работал как одержимый, вводя строку за строкой и почти не останавливаясь на отдых. Камал приносил ему чай и лепёшки, которые взял с утра из дома, и следил за тем, чтобы Ананд не забывал есть и пить. Он знал, что увлеченные люди могут забывать про еду и им потом будет плохо – во времена интересных проектов он сам был такой.
*
Днем, когда Ананда не было, Камал лазил по различным аналитическим сайтам. Виджай не особо отвлекал его от работы – он приходил утром, чтобы поговорить по телефону со своим прямым начальником из префектуры, а потом уходил домой, полностью переложив текучку на Камала. Камал был рад этому, работы было мало, за день приходило одно-два письма от разных департаментов, да пару раз за день могли позвонить из префектуры. Местные не приходили вообще – Виджай начал принимать их у себя дома. Работа совсем не мешала Камалу заниматься своими делами.
Протокол попаданцев предполагал, что в какой-то момент все попаданцы соберутся вместе и начнут строить финансовую и промышленную корпорацию, которая поможет в будущем выстоять в войне с пришельцами. Камал хотел заранее проанализировать, где им лучше собираться и что конкретно начинать. Вместе с Альбертом из Германии они пытались анализировать страны на предмет их пригодности к их протоколу.
Время шло, и настроение Камала падало. Он видел, что практически все спецы попали в какие-то очень негативные условия – все они были бедны, как церковные мыши, жили в каких-то халупах и занимали самое дно социальной лестницы. Никто из них самостоятельно практически не мог вылезти на какой-то более высокий уровень, который помог бы им организоваться. Он прикидывал, что если ситуация будет продолжаться и дальше в таком состоянии, то им понадобятся годы, чтобы только собраться вместе. А при их нынешнем состоянии многие просто могут не дожить до этого момента.
Лучше всего обстояли дела у них с Анандом – они хотя бы могли сделать нейробота, который мог бы для них зарабатывать деньги. Но и его надо было довести до ума, да и для старта на любой бирже нужен был депозит - из нуля на счете не вырастет ничего. Выхода пока он не видел.
*
К концу второй недели у них с Анандом была готова вторая версия бота, способного не только анализировать рынок, но и совершать сделки по заданным алгоритмам. Они запустили его в тестовом режиме на демо-счете, где виртуальные деньги не имели значения, и стали наблюдать, как бот открывает и закрывает позиции, как маленькие цифры прибыли растут и падают, как рынок реагирует на их алгоритм.
«Он работает», написал Ананд.
- Вижу, - сказал Камал. – Дадим ему поработать сутки, посмотрим на результат, хорошо? - Ананд кивнул.
Они смотрели, как бот открывает и закрывает сделки, и сумма на счете постепенно росла. Домой они не пошли, спали в офисе, периодически вставая и глядя на экран.
*
Бот работал на демосчете, прибыль перевалила за 100%. А они думали, где взять деньги на стартовый депозит и как его завести. Отделение банка было в префектуре, для них добраться до него было проблемой. Да и что они бы завели на счет? Свои 10 баксов, которые скопили за этот месяц? Конечно, миллион начинается с копейки, они оба знали это. И начали планировать поездку в банк.
Но в этот момент объявился Маркус – об этом ему сообщил в чате Альберт, который сидел в интернете со смартфона и всегда, в отличие от Камала, был на связи. Камал сразу же ему написал, и они созвонились через видео.
Маркус выглядел странно – Камал привык видеть его в виде невысокого человека с излишней полнотой, а тут на экране нарисовался худой молодой человек лет 20, который только начал бриться. Но после первых слов Камал успокоился – Маркус был все тем же, жестким и конкретным бизнесменом, который знал чего хотел, и мог этого добиться от своих подчинённых и коллег.
Камал был рад переложить на него часть своих проблем:
- Маркус, мы уже сделали бота для торговли на крипте, доходность и риск-менеджмент сейчас оттачиваем, но они в пределах допустимого. Нам нужен доступ к биржам и кошелек с депозитом, сами мы не скоро сможем их получить завести деньги.
Маркус, а точнее Сергей, как он попросил его называть, выслушал Камала и попросил дать ему время:
- Камал! Я очень рад, что ты на связи и времени с Анандом не теряете. Я буквально только вчера пришел в себя. Дай мне три дня и у тебя будет доступ и депозит, и биржа. Готовься.
Камал не выдержал и побрел на пляж к палатке Ананда поделиться новостью.
*
Через три дня Сергей скинул им доступ к бирже, на кошельке было заведено тысяча баксов. «Вот шельма, - восхищенно подумал Камал, - третий день в мире, а у него уже есть штука баксов». А Ананд неизвестно что подумал, говорить он не мог, а писать ему было неудобно.
Торговать они начали вечером, когда Ананд вернулся с пляжа. Сумерки стремительно падали за окном. Вентилятор лениво крутился под потолком, слегка разгоняя застоявшийся воздух. Ананд подцепил бота, и они стали ждать.
Первая сделка состоялась через пятнадцать минут после запуска. Бот купил Солану, подождал, пока цена поднимется, и продал позицию, зафиксировав прибыль в размере двенадцати долларов. Камал и Ананд сидели перед экраном и не верили своим глазам, потому что эта маленькая сумма значила гораздо больше, чем просто двенадцать долларов. Она означала, что их план работает, что они не зря провели эти дни без сна в пыльном офисе, что их знания и опыт из будущего могут быть применены здесь и сейчас.
Вторая сделка прошла через двадцать минут, третья через десять, а потом бот разогнался и начал торговать каждые пять-семь минут, открывая и закрывая позиции с такой скоростью, что Камал перестал успевать следить за экраном. Ананд сидел рядом, смотрел и что-то помечал в блокноте.
Они просидели в офисе всю ночь, не выходя на улицу и не отвечая на сообщения в общем чате. Камал сказал своей матери, что у них много работы в связи с новыми запросами из префектуры, и что он не сможет прийти домой до тех пор, пока всё не сделает. Ананд вообще не стал никому ничего объяснять, потому что его родители привыкли к тому, что он пропадает на несколько дней и потом возвращается, как ни в чём не бывало.
На третьи сутки бот принёс им первую тысячу долларов чистой прибыли. Камал посмотрел на баланс кошелька и почувствовал, как его глаза защипало от слёз, потому что эта тысяча долларов была для них не просто деньгами, а доказательством того, что они могут изменить ход истории даже из этого маленького офиса на краю Индии.
«Сергей будет доволен», написал Ананд, и его лицо, обычно бесстрастное и усталое, осветилось улыбкой.
К концу недели баланс кошелька достиг двадцати тысяч долларов. Бот работал без остановки, торгуя двадцать четыре часа в сутки, и каждые несколько часов приносил от пятидесяти до двухсот долларов прибыли в зависимости от рыночной волатильности и настроения толпы, которую алгоритм научился предсказывать с удивительной точностью.
Камал и Ананд почти не спали всё это время, потому что боялись оставить компьютер без присмотра и пропустить момент, когда алгоритм ошибётся и начнёт терять деньги. Они по очереди дежурили у экрана, пили литры чая и ели лепёшки с острым соусом, которые приносила мать Камала, когда заходила проверить, не умер ли её сын от переутомления.
Когда на экране появилась цифра 20 000 долларов, Камал не поверил своим глазам и пересчитал баланс три раза, чтобы убедиться, что это не ошибка и не глюк старого компьютера. Ананд сидел рядом и смотрел на экран с выражением глубокого удовлетворения, которое бывает у человека, который сделал всё, что мог, и даже больше.
- Пора докладывать Сергею, - сказал Камал, - отключаться пока не будем.
Ананд кивнул.
*
Я довольно щелкнул пальцами и откинулся на спинку кресла. Ребята из Индии сделали невозможное – нашли компьютер и сделали работающего бота. Конечно, именно для этих целей мы и делали закладки в нашу подкорку, чтобы она могла всплыть в нужное нам время. Но реальный результат пока показали трое – мой инсайд принес нам начальные деньги и продолжал приносить небольшие суммы каждый день, и торговый бот Камала и Ананда открыл нам дорогу к реализации нашего проекта. С деньгами нам всем будет гораздо лучше. Пока бот удваивал депозит каждые два дня, но на определённой сумме прирост снизится. «Надеюсь, до этого еще далеко», - подумал я, деньги нам нужны в большом количестве.
Я вышел из кабинета и заглянул к Алине, она что-то быстро печатала в компе, но, быстро закончив, подняла ко мне голову.
- Случилось что-то хорошее? – улыбаясь, спросила она. – Вы так и светитесь, того и гляди подпрыгивать будете.
- Да, хорошие новости, - ответил, - а для тебя новая задача. – И продолжил: - В Индии есть два товарища – Камал и Ананд. Камал есть в нашем чате, Ананда нет. Их нужно перевести в Россию в наш офис и как-то легализовать тут, чтобы им не пришлось периодически возвращаться в Индию. Сможешь в этом помочь?
- Интересные у вас задачки, господин директор, - удивилась Алина. – Они вообще кто – эти двое?
-Эти двое, - повторил я, - очень нужные нам люди тут. И очень важные. И, кстати, у них нет телефонов. Надо им как-то организовать все это. Может, Олега еще подключить – он может по своим каналам поможет? Или, может, агентство какое-то есть в Индии – через них действовать?
- Может быть, - согласилась Алина. – Я подумаю, - продолжила она. – И, конечно же – квартира, ноутбуки и так далее?
- Ага, - сказал я, - и так далее. Жизнь-то налаживает, Алиночка! Все будет хорошо!
- Да я и не сомневалась, - уверила меня Алина.
Я вышел из ее кабинета и подошел к окну. За окном был теплый Нижний. Сентябрь был без дождей, бабье лето радовало глаз, и на душе тоже было хорошо. «Вот ведь – одна прекрасная новость», - и сразу дико хорошее настроение.
Глава 10
10
Машка сидела на подоконнике в своей комнате и смотрела в окно на хмурое красноярское утро. За окном моросил дождь, какой бывает в конце августа, уже холодный и противный.
Ей хотелось домой.
Не сюда, в эту двухкомнатную хрущёвку со старыми обоями в цветочек и мизерной кухней, на которой вдвоем было уже тесно. А туда, на Луну, в её личные апартаменты с искусственным климатом, где никогда не было дождей, а за окном-экраном - любой пейзаж, какой захочешь. По щекам потекли слезы.
Она, Аманда Бхаа, руководитель проекта по разработке витакапсул в 23 веке, один из лучших диагностов, мать четырех детей, семи внуков и 11 правнуков, которой в прошлом году стукнуло 92 года, была заперта в теле 11-летней девочки. Хотелось орать, но за стенкой были мать с отцом, а их она видеть не хотела. За тот месяц, что она провела в этом теле, ей надоело все в этом мире – родители, с которыми было невозможно разговаривать, коррекционная школа, куда ходила Маша, ее старший брат, который учился на маляра в ближайшем ПТУ. Маша стиснула губы и зажмурила глаза, чтобы не разреветься еще сильнее. Рукавом вытерла слезы.
В комнату заглянула мать - невысокая, полноватая женщина с усталыми глазами.
- Машка, ты чего сидишь? Опять в телефоне своём? Ты бы хоть уроки сделала, а то вон двойку вчера принесла, отец расстроился.
- Сделаю, мам, - ответила Аманда.
Голос был чужой - тонкий, детский, с какой-то сипотцой, потому что Мария Селиверстова, в теле которой она теперь жила, вчера на перемене орала дурниной, как и все её одноклассники. По-другому в школе не получалось.
Мать ушла, но через минуту вернулась.
- Ты сегодня странная какая-то. Не заболела?
- Нормально всё, мам. Просто задумалась.
- Задумалась она, - проворчала мать. - Ты бы лучше над математикой задумалась, а то в коррекционной школе - и то двойки.
Дверь закрылась. Было время сериала, родители были вместе почти 20 лет и, какие бы они ни были, договариваться между собой умели. Вечерние сериалы они смотрели вместе, но поочерёдно - два дня папины по НТВ, два дня мамины по первому каналу.
Аманда закрыла глаза и сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.
Коррекционная школа.
Триста лет вперед она защищала докторскую диссертацию по биомеханике и регенеративной медицине. Она создала десяток патентов, которые до сих пор - то есть до того будущего - использовались во всех витакапсулах системы «Ренессанс». Она лично настроила более тысячи капсул для вип-клиентов корпорации. А здесь она была Машкой, тупой девчонкой из коррекционной школы, которая не может решить уравнение с одним неизвестным, потому что в этой школе не проходят даже этого.
Она открыла глаза и посмотрела на потолок, потолок был серым, серо было и за окном.
«Сколько можно? - подумала она. - Месяца я уже здесь, и думала, что вообще одна попала в этом мире. Слава богу, Маркус - то есть Сергей - вчера вышел на связь. И где он? В Нижнем Новгороде. Она смотрела по карте – по прямой было почти четыре тысячи километров, на самолете 6 часов с пересадками или 4 прямым рейсом. «А на поезде четверо суток», - грустно подумала она. Но основная проблема была не в расстоянии – у нее не было причин ехать в Нижний – она всего лишь несовершеннолетняя девочка из коррекционной школы. Если она уедет или Маркус ее заберет, то это будет побег или похищение. Нужно придумать легенду.
В комнату без стука вошёл брат - Денису было семнадцать лет, и он считал себя уже сильно взрослым. Он учился в ПТУ на маляра и очень хотел побыстрее закончить и уйти в армию. Аманда предполагала, что он мечтает остаться там по контракту – контрактникам давали место в офицерской казарме, а женатым давали денег на съем квартиры. Об этом ему рассказал сосед с верхнего этажа, который как раз и был таким контрактником. «Нормальный план для него, - снисходительно подумала Аманда, - не век же ему с родителями в двушке жить. Ну, ладно я свалю скоро, им троим попроще будет».
- Чего сидишь? - спросил он, доставая из кармана дешёвый вейп.
- Хочу и сижу.
- О, слышь, ты с кем разговариваешь? - Денис обиженно надул губы. - Я старший брат.
- Старший, который не может отличить акриловую краску от масляной, - спокойно ответила Аманда.
Денис опешил. Он даже не понял, что это было оскорбление. Потому что слов таких не знал, чему их только маляров учили, - подумала Аманда.
- Ты чё, совсем дура? - спросил он с искренним недоумением.
Аманда промолчала.
Денис повозился ещё минуту, понял, что сестра сегодня не даст ему повода для привычной перепалки, и вышел, хлопнув дверью.
Аманда взяла телефон - старый смартфон с треснувшим экраном, который мать отдала ей «для связи». Зашла в группу «Посланцы из будущего ЛунаСити». Ничего нового. Только вчерашняя переписка с Сергеем.
Она написала ему снова: «Сергей, я больше не могу. Я придумала легенду – типа в школе проходило новое тестирование на интеллект, и у меня самый высокие баллы по области. Типа я гений, но по анатомии и биохимии, а не по математике. И ты представитель фонда, который эти тесты проводил и забираешь меня в Нижний Новгород для дальнейшего обучения. Обязательно родителям скажи, что полный пансион плюс небольшая стипендия будет. Еще им скажи, что я будущее российской науки – у них такое в сериалах бывает, они поверят и быстрее отпустят. Вот их номера телефонов».
Ответ пришёл через десять секунд: «Классная идея, заряжаю Алину, работаем. Держись пока там».
«Легко сказать - держись», - подумала Аманда и спрыгнула с подоконника.
- Мам, я погуляю!- крикнула она в коридор.
- Через час чтобы была! И без глупостей!
Аманда вышла на улицу. Дождь усиливался. Она надела капюшон и пошла к остановке, сама не зная куда. Просто чтобы идти, а не находиться в одном пространстве со своими родителями.
На следующий день вечером мама зашла, когда она делала уроки. Ну как делала - сидела над открытым учебником. На письменные ей хватало пятнадцать минут, а устные она не делала – достаточно было пролистать учебники, чтобы прослыть в классе зубрилкой.
- Дочка, мне сегодня звонил какой-то мужчина из Нижнего Новгорода, - начала мама неуверенно. – Якобы из какого-то образовательного фонда… - Маша смотрела на нее и не перебивала. – Говорит, что у вас в школе было какое-то тестирование и у тебя самые лучшие результаты во всем крае, - неуверенно закончила она.
- Сергей Александрович? – радостно сказала Маша. – Да, было у нас тестирование, сказали, что это новый тест на гениальность, я все сделала, там легко было. – Подтвердила она.
- Еще он сказал, что хочет забрать тебя в Нижний Новгород в Центр Одаренных детей. Ты будешь там учиться, и жить в интернате. Тебе полностью оплатят перелет, проживание и питание и даже будут платить стипендию.
- Хорошо, мама, когда я вылетаю? Или выезжаю?! – обрадовалась Маша.
- Сергей Александрович скинул мне какие-то документы, я распечатала на работе. Одна я такое решение принять не могу – папа придет с работы, будем вместе с ним решать.
- А что за документы? - спросила Маша.
- Договор на обучение и доверенность - Сергей Александрович будет твоим законным представителем. Я спросила нашу бухгалтершу, она посмотрела, вроде никаких подвохов нет. Мы даже этот ЦОД нашли в интернете.
- Так это же замечательно? Значит, я смогу там учиться?
- Мы с папой поговорим, как он решит, так и будет. И еще. Сергей Александрович, сказал, что направит к нам свою сотрудницу, она прилетит уже завтра - покажет все документы, фотки учебных классов, программу обучения.
Вечером она выловила родителей на кухне.
Отец - Сергей Селиверстов (какое совпадение имён, подумала Аманда) - работал разнорабочим на заводе. Сейчас он сидел в футболке, перед ним стояла тарелка борща и бутылка пива. Мама мыла посуду. Маша села перед отцом и дождалась, пока он доест и допьет. Еще в детстве мать приучила ее - пока отец не поест после работы, к нему ни с какими вопросами не приставать. Голодный папа был вредным и раздражительным. А после еды всегда добрел и даже иногда делал поделки с маленькой Машей в садике и начальных классах.
- Пап, мам, я поговорить хочу, - сказала Мария, когда отец допил пиво и воззрился на нее.
Отец поднял голову. Лицо у него было усталое.
- Говори.
- Я участвовала в тестировании от центра одаренных детей и заняла там первое место. Мне предлагают там учиться - это в Нижнем Новгороде. Сказали, что потом смогу поступить куда захочу - в универ или институт. Сказали. Что все, кто там учатся без проблем проходят на бюджет куда хотят. Я очень хочу там учиться, отпустите меня, пожалуйста, - глаза опять стали на мокром месте. «Вот гадские гормоны», - подумала Аманда.
Отец удивился:
- Мать конечно мне рассказала, но… Каких ещё одарённых? Ты в коррекционной школе учишься. У тебя двойки.
- У меня двойки, потому что мне там скучно, - ровно сказала Аманда. - И мне не интересно, что там преподают, мне биология и химия интересны, а все остальное - фигня.
Отец сказал:
- Завтра приедет представительница их фонда, послушаем, что скажет. Тогда и решим.
- Там еще общага бесплатная и стипендию платить будут - добавила Аманда.
- Иди уже… - Сказал папа и добавил непонятно, - сон в руку.
- Что? - не поняла мать.
Мария провела весь день, как на иголках, дожидаясь вечера и прихода Алины.
Мать отпросилась с работы пораньше и, начиная с двух часов дня, они вместе с Марией намывали квартиру, чтобы не ударить в грязь лицом перед тетей из фонда. Отец пришел в пять, Дениса отправили гулять с наказом раньше девяти не приходить, Алина пришла в шесть.
Когда мать распахнула двери на пороге стояла среднего роста блондинка в короткой куртке и светлых джинсах. Мать провела ее в зал, где уже за столом сидел отец. Ради такого случая он надел рубашку и был в наглаженных штанах. Папа так на работу не ходил. Мама тоже надела свое парадное платье. «Прям как сватовство», - хихикнула Аманда, ее слегка потряхивало, но это от нервов. Она присела рядом с папой, скромно положив руки на колени, но когда Алина присела к столу и открыла свой планшет, папа сказал:
- Погуляй дочка, мы тут сами порешаем, что нам Алина Николаевна скажет, - закрыл за Амандой дверь.
Подслушивать было нехорошо, и Маша опять залезла на кухне на подоконник и вышла в сеть.
В группе с Алиной висело ее сообщение: «Улетела в Красноярск, вернусь через двое суток, могу отвечать с запаздыванием». Маша зашла в ее профиль - полистала фотки: На аватарке Алина была помоложе и не такая строгая, у нее обнаружилась взрослая дочь 17 лет и сын - ровесник Маши. В группе без Алины было оживленно - народ переписывался вовсю - делился моментами, которые их удивляли или бесили в этой жизни. В личке висело сообщение от Авроры Ричи из Италии - она сообщала, что тоже в ближайшее время вылетает, и скидывала информацию, которую нарыла по современной медицине. Информация была в виде файла, и смотреть на телефоне его было неудобно. В конце Аврора написала - «в общем, я вижу, что нам не хватает местного спеца, который бы разбирался в текущей обстановке - в производителях оборудования и лекарств. Я уже написала Маркусу. Он сказал, что как только определимся, кто нам нужен - сразу даст задание на подбор. У них уже есть кадровое агентство, с кем они сотрудничают. Должны будут подобрать быстро. И с помещением надо определиться, - закончила она. - Очень жду, когда увидимся вживую!»
