Развод. Твоё сердце будет разбито

– Ешь фруктовый салат, – ставит перед ним вазочку Клара, делая шаг назад.

– Мне надо с тобой поговорить, я...

Раздаётся звонок в домофон.

– Завтрак принесли, откроешь дверь? – продолжает суетиться возле стола Клара.

Через пару минут Макс заносит на кухню пакет с едой и начинает доставать контейнеры. По кухне распространяется запах запечённого краба и горячих роллов.

– Это божественно, – водит носиком Клара, доставая телефон в пушистом чехле.

– Ты распечатывай, у тебя руки красивые, а я сниму видос.

Макс послушно и медленно распечатывает еду под инструктажем блогерши, последним он открывает картонный контейнер с горячими слойками с шоколадной начинкой.

У Клары звонит телефон.

«Да, любимый», – щебечет она в трубку, поймав взгляд Макса.

«Чем занимается моя куколка?» – слышит Максим голос отца.

«Собираемся завтракать, накрываю стол, сынок спит».

«Вот и отлично, открывай дверь, твой котик пришёл пообедать со своей киской, мур-мур».

«Сейчас, любимый» – бежит открывать двери мужу, накидываясь на него и жадно целуя.

– Ты же такой занятой у меня, как смог вырваться?

– Всё ради тебя, – вручает ей цветы.

– М-мм, как вкусно пахнет!

Клара тянет его на кухню.

– А ты чего кислый такой, Макс?

– Ничего, – сидит нахмурившись.

– Макс, тебе пора бы уже девушку завести. В твои годы без бабы, как без водки за столом, – сказал Прохор, строго и с нажимом, как будто давал указ.

Клара вдруг кашлянула, будто случайно, и бросила на Прохора странную, чуть кривую улыбку.

– Ну а что? – продолжал он, закатывая рукава и подходя к раковине. – В таком возрасте гормоны играют, я себя помню, без подружки тяжко.

– Не дави на него, милый, придёт время, встретит девушку.

– Что это ты его защищаешь, а? Спелись, что ли? – треплет сыну волосы.

– У тебя замечательный сын, умный, красивый, с ним есть о чём поговорить.

– Да-а ты что? – подозрительно оглянул Прохор свою жену, затем расслабился, готовясь к трапезе.

Клара ставит перед ним тарелку с едой, целует его в макушку, а он упирается взглядом в её глубокое декольте и незаметно засовывает палец между грудей.

Клара испуганно бросает взгляд на Макса, но он уставился в телефон, что-то строчит.

Они расселись и принялись есть.

Кларе приходит сообщение:

«Я думал смогу так, но это невыносимо. Нам надо всё обсудить, хочу встречаться хоть иногда».

Клара пишет ответ:

«Поговорим позже».

Глава 8 – Подарок для сына

ДВА ГОДА НАЗАД

– Доброе утро, сладкая, – целуя Клару в голое плечико, Макс запускает руку под одеяло, прижимая её бёдра ближе к своим.

– Доброе, мой тигр, – поворачивается к нему задом, прижимаясь попкой.

– Когда ты уже бросишь этого женатика? Любимая, ну зачем тебе этот старик? Я в сто раз его лучше и моложе, к тому же я люблю тебя, а ты меня.

– Котик, я как раз хотела поговорить с тобой об этом...

– Что-то мне не нравится твой тон, – Макс принимает сидячее положение с серьёзным лицом.

– Ну вот, начинается. Не будь таким букой...

– Ну говори, о чём хотела сказать?

– Я беременна.

– Ого. Неожиданно, – чешет затылок Макс, – что думаешь делать?

– В смысле что делать? Рожать, конечно.

– Ну я так-то не против.

– Какой ты маленький ещё...

– Не понял?

– Ребёнок от него. Я забеременела, когда тебя отец на два месяца заграницу отправил, для изучения языка.

– От своего старпёра, что ли? – взгляд Макса меняется с влюблённого на яростный.

– Пойми, ты ещё ребёнок, что ты можешь мне дать? А он мужчина взрослый и знает, что девушке надо.

– Хахаряшки, побрякушки? – хмыкает Макс, показывая на её тонкие золотые браслеты с бриллиантами, – так я отучусь и буду работать у отца на фирме, я всё заработаю тебе.

– Я сейчас хочу, а не через пять или десять лет.

– У меня есть деньги, я могу дарить тебе золото, что хочешь, скажи? Я куплю.

– А заграницу можешь возить? Машину дорогую купить? Квартиру?

– Пока нет, но...

– Вот и проблема это твоё «но».

– Если бы ты подождала...

– Но я ждать не хочу, к тому же я уже беременна.

Клара встаёт с кровати и начинает собираться. Макс бегает возле неё.

– Ты куда?

– Пора заканчивать наше недоразумение, Макс...

– Прошу, не уходи, я не могу без тебя!

– Я всё решила.

– Он же женат! Думаешь, он бросит жену ради тебя? Кто вообще бросает своих жён...

– Он влюбился. Как мальчишка, как ты сейчас. Он и не такое сделает, – с вызовом произнесла Клара и резким движением смахнула с туалетного столика косметику прямо в сумочку: тушь, румяна, пудра звякнули, ударяясь друг о друга.

Макс подошёл ближе, стоял почти вплотную, растерянный, подавленный, глядя ей в лицо снизу вверх.

– Клара, не делай этого... пожалуйста, – выдохнул он почти шёпотом. Его глаза блестели. В них была и мольба, и страх, и что-то детское, беззащитное.

Клара задержала взгляд на нём на пару секунд. Потом отвернулась.

– Поздно, Макс.

Натянув джинсы и футболку, Клара пошла в прихожую.

– У меня есть квартира, Клара, деньги, пока не столько, сколько тебе надо, но потом будет больше. Раз в год тебя устроит заграницу?

– Нет, – хлопнув дверью, Клара медленно спускается по лестнице, копаясь рукой в сумочке.

– Чёрт, да где же он? – ворчит себе под нос, – а вот...

Достаёт пакетик, где несколько выдранных в «порыве страсти» волосинок Макса.

«Мне скоро это понадобится», – думает она. и прячет в дальний кармашек.

ПРОШЛО ДЕВЯТЬ МЕСЯЦЕВ

– Детка, ну что, готов биоматериал для ДНК-теста? – Прохор заходит в палату к Кларе с новорожденным.

– Да пупсик, минуту...

Вот уже девять месяцев её любовник сам не свой. Он счастлив и одновременно очень беспокоится, что ребёнок может быть не его.

Он не хочет ждать выписки, ему надо удостовериться, его ли это сын. Ведь врачи сказали ему и его жене, что из-за простатита он больше не может иметь детей, а тут такое чудо – он снова стал отцом.

Он чувствует себя самцом, ощущает прилив энергии и всем сердцем, страстно любит свою пассию. Но он точно должен знать, своего ли ребёнка забирает из роддома.

– Врачи сказали, что ты задержишься здесь, у тебя анемия. А я не хочу долго ждать, ты же понимаешь?

Радостная Клара прижималась к любовнику, пряча улыбку в его плече. Последние дни она лихорадочно искала способ, чтобы Прохор не тащил её ребёнка на тест ДНК. Мысль о том, что у него возьмут слюну или не дай бог кровь, сводила её с ума.

Сначала Прохор хмурился:

– Ты уверена? В интернете пишут, что лучше мазок...

– Ах, интернет! – Клара закатила глаза. – Там ещё пишут, что земля плоская! Акушерка лично мне сказала – волосы надежнее.

И, достав пакетик, протянула ему:

– Вот. Я уже собрала. Не хочешь – вези сам, но зачем ребёнка лишний раз тревожить? Такой стресс!

– Ладно-ладно. Ты права... Глупости какие-то. Да и чем волосня плоха? Вон сколько торчит у него, не убудет...

Прохор берёт заветный пакетик и прячет в борсетке.

Подменить волосы её ребёнка на волосы сына своего любовника – это был идеальный вариант. А тут ещё такой подарок судьбы – пока не выписывают.

– Я присмотрел новую квартиру, в хорошем районе. До развода поживёте там.

Квартиру он снял на первом этаже, чтобы долго не подниматься и не спускаться. Не мозолить соседям глаза в лифте.

– Кисуля, ты же не злишься, что я решил на ДНК сдать? Ну... сама понимаешь, просто хочется быть уверенным, – неуверенно пробормотал Прохор, теребя край футболки.

– Не грузись, котик, всё нормально, – Клара улыбнулась и ласково провела пальцами по его шее. – Конечно, я тебя понимаю. Хочешь убедиться – убедись. Я же знаю, что это твой малыш.

– И ты правда сильно меня любишь? – он обнял её за талию и заглянул в глаза, как подросток, ждущий «да» на признание.

– Даже представить не можешь, насколько, – ответила она, коснувшись его щеки. – Я каждый день благодарна судьбе за тебя. За тебя и за нашего сына.

– Я так мечтал ещё об одном ребёнке, – вздохнул Прохор. – Чтобы возвращаться с работы, а дома... тебя встречает маленький любящий человечек. Мои дети давно выросли, а жена так и не смогла мне родить. Все меня убедили, что проблема во мне. Сделали меня крайним. Это так унизительно для мужчины. Я тебе верю, детка. Просто я всегда всё проверяю, мне так спокойнее.

– Проверяй, любимый, это не проблема, – довольная Клара отвлеклась и полезла в сумочку за телефоном выложить очередной ролик, который она подготовила перед сном.

– Ну я тогда поеду, а то у меня назначено, боюсь опоздать.

– Да, пупсик, поезжай, – поцеловав любовничка, Клара с облегчением улеглась на удобной кровати.

– Не забывай, когда вас выпишут, мой сын приедет к нам в гости, знакомиться с тобой и своим братом.

Клара сглотнула ком в горле и поменялась в лице. Она не ожидала так быстро увидеть Макса. Как смотреть ему в глаза? Какая реакция у него будет, когда он её увидит и узнает, что тот «старпёр» – его отец? Ох, как же это пережить? Лишь бы не потребовал объяснений.

Через несколько дней позвонил Прохор и сообщил, что готовы результаты. Радостный и счастливый поздравил Клару, пообещав в подарок за сына новый внедорожник.

Клара сразу же сняла видео, где спрашивает у своих подписчиков, какой внедорожник они бы посоветовали купить девушке. Её ролик засыпали комментариями и лайками.

Теперь она сможет вертеть своим любовником как хочет. Она родила ему сына, она молода и красива, дарит себя этому престарелому ловеласу, тратит на него свою молодость и время, поэтому он просто обязан как следует отплатить ей за это счастье.

Достав из сумочки заранее купленные гормоны, для подавления лактации, Клара почитала инструкцию и выпила сразу две таблетки.

– Не обижайся на мамочку, малыш, просто я не хочу ходить с обвисшими сисями.

Клара встала и пошла за приготовленными бутылочками смеси для новорожденных. Их готовят для мам, у которых ещё не пришло молоко или его мало.

СПУСТЯ ДВЕ НЕДЕЛИ

Прохор пригласил Максима пообедать в дорогой ресторан. В кармане у него был конверт с результатами ДНК-теста, и он сразу, как только сели за стол, попросил сына:

– Только не суди меня, ладно? То, что я скажу – это нормально. Я тоже человек и имею право быть счастливым.

Он открыл конверт, мельком глянул на бумагу и тут же убрал её обратно, как будто она только подтверждала то, что он уже и так для себя решил. Потом, не дожидаясь заказа, заговорил про свою «особенную женщину». Сказал, что влюбился, по-настоящему, и собирается разводиться с матерью Макса.

Пока Макс переваривал эти слова, Прохор положил перед ним коробочку с теми самыми часами, о которых он мечтал уже несколько месяцев. Дорогие, стильные – такие, какие носят успешные мужчины. В голове что-то замкнуло: он будто на миг потерял ориентир. Вроде надо было возмутиться, задать вопросы, хотя бы выглядеть шокированным. Но вместо этого он просто открыл коробочку и молча надел часы на запястье. Они сидели идеально.

– Только маме пока ничего не говори, – попросил отец. – Я всё сделаю сам, аккуратно. Обещаю, не оставлю её без поддержки. Всё будет по-человечески.

Макс пожал плечами, взглянув на блестящий циферблат.

– Это ваше дело. Разбирайтесь сами, я влезать не хочу.

Прохор буквально засиял, будто сбросил с плеч груз. Он тут же предложил сыну встретиться на следующей неделе – на ужин в квартире, где теперь жил с Кларой. Хотел, чтобы они подружились.

Макс просто кивнул. Часы на руке приятно оттягивали запястье.

***

В духовке готовый гусь с яблоками и картошкой, в холодильнике стоят салаты и закуска к вину. Обеспокоенный Прохор не находит самого вина и собирается спуститься в винный магазин возле дома, купить бутылочку хорошего, дорогого красного.

Выходя в подъезд, он наталкивается на сына. Макс, шатаясь и улыбаясь отцу, держится за перила.

– Ооо... пап, здаров. А вот и я!

– Ты что, пьян? – Прохор в шоке смотрит на сына.

– Ты же не собираешься читать мне лекцию? Мы вчера с друзьями забурились в клуб, а сегодня...

– Макс, я же предупреждал, что сегодня мы ждём тебя на ужин, я собирался познакомить тебя со своей будущей женой, ты не мог не бухать хотя бы день?

– Да я щас умоюсь и всё...

– Умоется он, тьфу! Быстро под холодную воду! Хорошо, что рано пришёл, моих нет дома, гулять пошли. Через час тебя ждали. Я сам только с работы.

– Да всё окей... Ща...

– Слушай, это почти год назад тебя подружка бросила... а ты всё бухаешь. Может пора заканчивать? Ты мужик или тряпка? Иди в квартиру, скоро приду.

Макс молча заваливается в прихожую, разувается. Отец закрывает за ним дверь. Держась за косяки, он доходит до ванной и умывается холодной водой.

– Вкусно пахнет, – ведёт он носом в сторону кухни, – полежу пять минут, всё равно никого нет...

Заходит в спальню. Ничего не видно, проваливается в темноту. Заваливается на кровать.

Кто-то поворачивается и кладёт на него руку, потом голову на плечо.

– Мм-м... Любимый, ты уже приехал? – Макс улавливает знакомый запах, начиная приходить в себя. – Сколько времени? Твой сын скоро?... – резко одёргивает руку, и они оба подпрыгивают на кровати.

Включается светильник.

– Ты? – произносят одновременно Клара и Макс.

И слышат, как в прихожей открывается дверь. Подскакивают и ошарашенный Макс вылетает из комнаты.

– Протрезвел? – строго спрашивает отец Макса, ставя бутылку вина на столик.

– Я нормально. А это кто там в комнате вашей спит?

– В смысле?

– Ну, там девушка спит, а ты сказал, что твоя... невеста гуляет с ребёнком.

– Не понял?

Из спальни выходит причёсанная, уже в нарядном платье Клара.

– Милый, вы уже приехали! – как ни в чём не бывало она подходит к Прохору и целует его в губы.

– А ты что не на улице? Где мой сын?

– Так с ним няня, а я решила поспать, ночью-то не вышло, – прилипает к Прохору Клара.

– Няня? Откуда?

– Я договорилась, чтобы мы могли спокойно поужинать, – отвечает таким тоном, словно это само собой разумеющееся.

– Хорошо, но недолго, я не доверяю своего ребёнка чужим людям. Познакомься, Макс. Это моя будущая жена Клара. Она знаменитая блогерша, – гордо заявляет отец сыну.

Макс застыл, как вкопанный, холодная волна мурашек побежала по его телу. Побледнев, он не сводил глаз со своей бывшей девушки весь вечер...

Глава 9 – Новая Дина

ПРОШЁЛ МЕСЯЦ. НАСТУПИЛ СЕНТЯБРЬ

«Надо учиться жить дальше» – думаю я, перелистывая наши с мужем последние, редкие фотографии в моём телефоне. Очередной раз смахнув по экрану, мне открывается фотография Прохора с его новой женой, которую я отскринила из её сети. Увеличиваю и рассматриваю их счастливых. В груди нарастает боль.

Инесса настаивает на том, что мне нужно поменять причёску, перекрасить волосы, сменить гардероб и закрутить роман с Адамом.

Наверное, она права. Но я так не могу. Я так люблю своего Прохора, у меня кроме него никого за всю жизнь не было! Ну... кроме той одной ночи с Адамом. И что мне делать? Хватать Адама и с головой в эти отношения? Нет, не верю я, что это поможет. Да и эгоистично получается – использовать одного для того, чтобы забыть другого.

А вдруг Инесса дело говорит? Может хотя бы волосы покрасить и подстричься? Ай, всё зря, всё равно я для своего мужа как устаревшая машина, которые он меняет раз в три года. Вот и до меня очередь дошла.

Так промаявшись до обеда, я всё-таки решила сменить имидж и предварительно позвонив своему парикмахеру, отправилась на стрижку.

Без Инессы и дочери я бы, наверное, совсем опустила руки. Они каждый день звонят, подбадривают – без них было бы куда тяжелее.

А через три часа я уже сидела в парикмахерском кресле, Инесса – рядом, и мы вместе с мастером придумывали мой новый образ.

Только мастер взяла ножницы – звонок. Сын.

«Максим? Привет».

«Ма, привет, я что звоню, где моя белая рубашка, в которой я в институт хожу?»

В голове лихорадочно прокручиваю содержимое шкафов – ах да, постирала и засунула подальше, ведь лето же было, не носил он её. Объясняю, куда заглянуть.

«А где кеды из нубука, чёрные?»

Снова мысленный переворот всех полок.

Инесса, уловив голос Максима, бросает на меня убийственный взгляд:

– Ты ещё этому засранцу съезди вещи постирай и погладь, – хочет отобрать у меня телефон. – Скажи, что тебе некогда и положи трубку.

– Да ладно, это же мой сын... – прикрываю динамик ладонью.

– Предатель и засранец, вот он кто! Дай сюда, – забирает телефон.

«Некогда матери, занята она, тебе не пять лет, сам найдёшь» – прошипела в трубку Инесса и скинула вызов.

– Как-то грубо ты с ним, – грустно вздыхаю.

– Правда? А он не грубо с матерью родной? Дина, хватит ему угождать, ведь он по-свински с тобой поступил.

– Ну он же просто спросил...

– А он позвонил тебе за всё это время хоть раз, чтобы спросить, как ты себя чувствуешь, не надо ли тебе чего?

– Нет... – опускаю глаза.

– Ну вот.

– Должно быть, ты права... Как всегда права.

– Ладно, девочки, не ссоримся, сделаем небольшой перерыв на чай, – мастер Люся откладывает ножницы и расчёску, – стрижка готова, тут на раз-два! Хех, чаю попьём и будем краситься.

***

Хорошо, что у меня есть моя работа. Иначе вешалка. Благодаря ей мне приходится быть собранной и хорошо выглядеть. Адама Георгиевича сегодня нет на месте, да и он оставил попытки сблизиться со мной. Правильно говорила Инесса, надо быстро брать быка за рога, а сейчас уже что...

Отпустив очередную клиентку, смотрю на часы: без десяти час. Можно идти на обед. Я потянулась за телефоном, и он тут же позвонил.

Это Адам.

– Добрый день, самая красивая женщина в мире, обедать собираешься?

– Добрый, вот, только отпустила клиентку, собираюсь сходить в кафе рядом с клиникой.

– Тогда выходи, я только подъехал, очень голоден. Сходим вместе.

Очень неожиданно. Я думала, что Адам очень быстро остыл ко мне, а он... Хотя, может, просто поговорить хочет? Быстро умываю лицо, наношу блеск, хватаю сумку – и на выход.

Но вот незадача – он привёз меня в тот самый ресторан. Тот, где мы с Прохором отмечали годовщины, обсуждали планы, смеялись над глупостями... Сжала зубы – надо зайти. Дурацкая затея была пойти с ним в ресторан.

Последние несколько раз, когда мы были здесь, он уже был с этой своей молодой любовницей. А до этого он постоянно отвлекался на телефон, торопливо расплачивался, целовал меня в лоб со словами: «Извини, срочно по работе». Тогда я и подумать не могла, что он переписывается с любовницей и торопится к ней.

Чувствую, как слёзы подступают, мысленно переключаюсь на свой отпуск и немного легчает, когда в голове всплывают картинки моря, белого песка и...

– Ты грустная, – говорит Адам, отодвигая стул с лёгким скрипом.

Сажусь, натягиваю на лицо что-то вроде улыбки – кривоватое, ненадёжное.

– Со мной не надо притворяться, – Адам почувствовал моё плохое настроение, – женщине можно побыть слабой и грустной, тем более в твоём положении, а я предлагаю тебе мои крепкие плечи и мягкую жилетку, если надо.

И, чёрт возьми, он прав. Что-то внутри разжимается, будто я должна была услышать именно эти слова.

В этот момент официант материализуется у стола с розами – алыми, пышными.

– Цветы, достойные только тебя, – Адам делает полупоклон, как дуэлянт после удачного выстрела.

– Это... слишком, – касаюсь лепестков. – Не надо было... Но всё же спасибо, они прелестны.

– Твоя улыбка стоит миллион таких букетов.

Официант исчезает за спиной, бормоча что-то про вазу.

Адам вдруг наклоняется ближе, его брови изгибаются домиком:

– Дин, ну может хватит бегать от меня?

– А ты знаешь, ты, наверное, прав, – лёгкая улыбка коснулась моих губ.

– Правда? – встрепенулся Адам, – это прекрасно.

Официант поставил цветы в вазу. Мы заказали обед. Адам взял мою руку, второй рукой телефон и начал кому-то звонить.

– Извини, это срочно, – никуда не уходя и не выпуская моей руки, он поговорил с какой-то важной клиенткой и назначил ей приём.

Потом посмотрел на меня:

– Сегодня после работы приглашаю тебя в мою берлогу.

– Зачем? – испуганно смотрю на него.

Но тут же расслабляюсь, наши глаза встречаются, и мы улыбаемся друг другу.

– Приготовлю ужин, а ты отдохнёшь, я выбрал фильм, посмотрим.

– Звучит заманчиво. Но давай отложим на пару дней, чувствую себя не очень.

– Ну тем более, я поухаживаю, – накалывает на вилку кусочек мяса и протягивает её к моим губам. Мне ничего не остаётся, как открыть рот и взять зубами этот кусочек.

Другой рукой убирает прядь волос с лица, слегка приближается.

– Ты сменила прическу, – его взгляд скользит по моим волосам, в уголках губ играет улыбка. – Идет тебе... Хотя сегодня она, кажется, единственное, что у тебя в порядке.

– Спасибо... но давай всё же не сегодня... – отвечаю, и в голосе невольно звучит та грусть, что уже неделю сидит у меня под ребром.

На пути обратно мы немного посмеялись, вспомнили старые истории. Но когда он подвёз меня к офису, я увидела Вику. Она стояла с каменным лицом, крепко сжимая толстую папку.

– Мам, – ее голос звучал слишком официально для родной дочери.

Мы садимся, и она одним движением вываливает на стол груду документов. Бумаги шуршат, как осенние листья.

– Это твое. По закону.

– Что...? – неуверенно беру верхние листы. Первые же строчки бьют по сознанию, как удар током.

Быстро листаю страницу за страницей, и с каждой новой цифрой в голове складывается страшная мозаика: Прохор, оказывается, был не просто скуп – он откровенно обобрал меня. Если учесть, что у Максима теперь есть та... вторая доля этого сумасшествия, то выходит, из всего нашего общего он великодушно выделил мне жалкие крохи. Двадцатую долю, а то и меньше.

Поднимаю глаза.

– Мам, я просто не знала, зачем он всё это на нас с Максимом записывает, – подаёт мне ручку, – тебе надо просто подписать, это твоё по праву.

У меня начинают катиться слёзы. Как он всё заранее предусмотрел... и своё, и моё перевёл на детей, чтобы я не смогла отсудить. Я совсем не знаю своего мужа.

– Боже правый, Вика... – пальцы дрожат, перебирая бумаги. – Не думала, что твой отец способен на такое... – смахиваю предательскую слезу тыльной стороной ладони.

– Подписывай, мам.

– Но как же ты? – в голосе звучит тревога. – Это же твоя доля...

– О, не волнуйся, – дочь делает легкий взмах рукой, будто отмахиваясь от назойливой мухи. – Я припасла себе лакомый кусочек. Да и муж у меня не из тех, кто считает копейки. Эти акции – теперь твои. Сорок пять процентов против Максимкиных сорока четырех. Ну же, расписывайся! – её глаза блестят от предвкушения. – Ох, как бы я хотела увидеть папину рожу, когда он это узнает! – на губах играет хищная улыбка.

– Доченька, может не стоит? – голос звучит почти умоляюще. – Ты же знаешь, какой он, когда в бешенстве... Это будет грандиозный скандал.

– Как раз поэтому – стоит, – Вика твёрдо кладет руку поверх моей. – И даже очень стоит.

Дрожащей рукой я подписываю.

– Не забудь зарегистрировать акции, – подсказывает мне дочь, – я могу с этим помочь.

– Хорошо.

Продолжаю перелистывать и подписывать. Вижу за какие крупные суммы куплено имущество, среди которого огромный торговый центр с большим доходом, у меня округляются глаза, я трясу головой, шепча под нос «немыслимо, просто немысллимо».

– Да, мама, вот так и живём, никто не знал, что папа сделает такое. Доход с торгового центра идёт на счета отца. Ты в праве перевести их на свои. Вот будет шуу-уума, – улыбается она.

– Ты себе что оставила?

– Несколько офисов в Москва-Сити. Там приличный доход. Я скоро переведу его на себя, надо проучить папашу.

– Может не надо, Вика?

– Не волнуйся за него, у Макса не меньше имущества, чем у меня, так что они будут жить безбедно.

– Не нравится мне всё это...

– А чего ты боишься-то? Это по закону должно было и так тебе принадлежать.

На миг пронеслась мысль, что дочь права, Прохор наглым образом меня обманул, а виноватой почему-то чувствую себя я.

– Ну я пойду, тебе, наверное, работать надо.

– Да, клиентка уже ждёт за дверью...

Дочь меня поцеловала и ушла, я спрятала документы в шкафчик и вышла в коридор.

– Проходите...

***

Прохор купался в золотом дожде успеха – бизнес рос как на дрожжах, инвестиции приносили жирные проценты, а в постели грела молодая жена. И главное – при разводе он ловко увёз из общего гаража весь «феррари», оставив бывшей разве что «запаску». Эта мысль согревала его по утрам лучше кофе.