Балкон напротив

— Нет, — сказала я твёрдо. — Я не уйду. Откуда у тебя ключи от моего магазина?

Дэвид замер. На его лице промелькнула тень удивления, а затем оно мгновенно смягчилось. Он сделал шаг ко мне, и его голос стал вкрадчивым, почти умоляющим:

— Хани, это всего лишь шутка. — Он протянул руку, чтобы коснуться моей щеки, но я отшатнулась. — Я просто хотел заставить его понервничать, все равно тебе бы их отдал.

— ЧТО?! — мой голос сорвался на крик. — Шутка? Ты с ума сошёл?

— У нас с ним уже давно тёрки, милая, надо было его на место поставить. Вот и думал, запереть его, но не сделал же этого. — лениво ответил он, пожимая плечами, будто я была учительницей, заставшей его за списыванием, и теперь он придумывает глупые отмазки.

— Этот магазин на моей ответственности ровно столько же, сколько и на его, — я чувствовала, как голос дрожит от гнева. — Ты подставил и меня!

— Давай я вызову тебе такси до дома, — сказал он, перебивая меня. — Сейчас приедет мой отец, и мы будем разбираться, кто разбил мне окно. — Он произнёс это так, будто ему было совершенно плевать на ключи и на то, что он сделал.

— Не надо мне такси, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Я дойду сама.

Он улыбнулся. Эта улыбка, такая тёплая и знакомая, снова заставила моё сердце дрогнуть. Он подошёл ближе, взял мою руку и мягко сжал её.

— Завтра я заеду за тобой, — сказал он, и его голос стал нежным, как будто ничего не произошло.

— Чего?

— Завтра школьный бал в честь начала учебного года, — напомнил он, наклоняясь к моему уху. — Ты идёшь со мной. Мы же пара.

Его горячее дыхание коснулось моей кожи, а голос стал спокойнее. Я почувствовала, как напряжение начинает отпускать. Может, он прав? Может, он просто хотел пошутить? Может, я слишком остро всё воспринимаю?

Но тут же я вспомнила, как он держал горничную за руку. Как кричал на неё. Как хотел закрыть Алекса в магазине. И в груди снова закипела злость.

Я молча взяла сумку, поправила платье, которое, наверное, больше никогда не надену, и, не оборачиваясь, вышла из его дома. Ноги подкашивались, руки дрожали, а в голове звенела пустота.

Мне нужно было скорее закрыть магазин.

Когда я выбежала за ворота его огромного дома и свернула за угол, то столкнулась с ним. Он стоял у мотоцикла, прислонившись к нему, и ждал. В тусклом свете фонаря я увидела его напряжённое лицо, взгляд сразу устремились на меня.

— Ханна! — он шагнул ко мне, и я почувствовала, как в груди разливается облегчение. Я не знала, что он здесь. Но увидев его, я осознала, что не хочу оставаться одна.

— Алекс... — выдохнула я, и в голосе прозвучала такая смесь облегчения и усталости, что он нахмурился.

Он подошёл ближе, взял меня за плечи и внимательно осмотрел. Его глаза скользнули по моему лицу, по растрёпанным волосам и испорченному макияжу, а затем опустились на шею. Я чувствовала его холодную ярость, которую он так тщательно старался сдержать. Он все понял. И кажется, в его глазах читался испуг. Там на коже, были красные пятна — следы от пальцев Дэвида. Моя чувствительная кожа всегда легко покрывалась синяками, и сейчас она была словно карта его прикосновений.

— Он тебя тронул? — спросил Алекс, и его голос стал жёстким, почти угрожающим. Он сжал мои плечи чуть крепче, но не больно. Просто держал, будто я могла упасть.

— Нет... нет, — покачала я головой, чувствуя, как ком подступает к горлу. — Я успела уйти. Но он... он украл ключи, Алекс. Он запер тебя в магазине и хотел... — я недоговорила, потому что сама не знала, что именно он хотел.

Алекс выдохнул, и его лицо немного смягчилось. Он отпустил мои плечи, но его взгляд всё ещё был обеспокоенным.

— Садись, — сказал он, протягивая мне шлем. — Я отвезу тебя домой. Потом закрою магазин.

Я надела шлем и села на мотоцикл, чувствуя, как ноги дрожат. Он завёл двигатель, и мы поехали. Я сидела за его спиной, стараясь не касаться его, но когда он набрал скорость, я невольно крепче обхватила его руками.

— Держись за меня и не бойся, — сказал он, и его голос звучал тихо, но уверенно. — Я буду ехать помедленнее.

Мы мчались по пустынным улицам. Город был совсем другим ночью — тихим, таинственным, укрытым одеялом темноты и огней. Звёзды на небе искрились, как маленькие алмазы, и ветер бил в лицо, выдувая из головы все тревоги. Я смотрела на пролетающие фонари и чувствовала, как страх уходит, растворяется в темноте. За его спиной я чувствовала себя в безопасности. Никто не догонит, не обидит, не дотронется.

Я положила голову на его спину. Она была тёплой и твёрдой, и я чувствовала его дыхание даже через куртку. Алекс немного вздрогнул от моего прикосновения, но не отстранился. Просто продолжал вести мотоцикл уверенно и ровно.

Так, мы доехали до магазина. Он закрыл его, пока я стояла рядом, всё ещё дрожа от пережитого. Алекс заметил это, снял с себя куртку и без объяснений, накинул мне на плечи. Я словно язык проглотила, и ничего не ответила ему. Она приятно пахла кожей и его парфюмом. Его запах окутал меня и я почувствовала себя спокойнее. Мы вновь сели на его спортбайк и поехали домой. Когда мы остановились у подъезда, я сняла шлем, куртку и протянула их Алексу.

— Спасибо, — прошептала я, и голос дрожал.

— Не за что, — ответил он, принимая шлем. — Ты как?

— Жива, — выдохнула я, чувствуя, как усталость накатывает волной. — И цела. Спасибо тебе.

Он смотрел на меня, и по телу пробежала странная тёплая искра. Он словно хотел сказать что-то ещё, но промолчал.

— Иди отдыхай, — сказал он наконец. — Завтра будет новый день. И школьный бал, да?

— Да, — ответила я пустым голосом, чувствуя, как внутри всё сжимается при мысли о завтрашнем вечере. — Доброй ночи.

— Доброй.

Я развернулась и пошла в подъезд. Сил практически не было и даже дверь, дрожащими руками, мне было тяжело открыть. Когда я обернулась, Алекс всё ещё стоял у мотоцикла и смотрел мне вслед. Повезло, что мама на ночном дежурстве и мне не нужно было красться на цыпочках, чтобы никого не разбудить. Я пошла в душ, пытаясь смыть с себя ужас этого вечера, включила воду и встала под горячие струи, чувствуя, как они обжигают кожу, но не смывают то, что осталось внутри. Слезы смешались с водой, и я потеряла счёт времени. Хотелось стереть с себя его прикосновения. Я судорожно терла кожу мочалкой, пока она не покраснела, но чувство грязи не уходило. В голове крутилась только одна мысль — что со мной не так? Почему он вызывал во мне отвращение, когда должен был быть самым желанным? Я ненавидела себя за это. Что то во мне сжималось и кричало так, что я не могла продолжать. Я сжалась в комок на полу душевой кабины и дала себе разрешение плакать — беззвучно, горько, пока вода не стала ледяной. Не знаю, расскажу ли кому-то об этом. Скорее всего нет.

Не знаю, сколько я там просидела, но когда легла в кровать и уже собиралась уснуть, на телефон пришло сообщение от Алекса:

— Ты как?

— Все хорошо. — соврала я и легла спать.

Глава 9. КРАСАВЧИК

Утро началось с тяжёлой головой и пасмурной погодой за окном. Я почти не спала — ворочалась, перебирала в голове события прошлого вечера, и каждый раз, когда закрывала глаза, передо мной всплывало лицо Дэвида. Его руки на моей талии, его дыхание на шее, его голос, который сначала был таким нежным, а потом превратился в холодный и жёсткий, когда он кричал на горничную.

Я заставила себя подняться, умылась холодной водой, пытаясь смыть остатки вчерашнего макияжа и заодно — воспоминания. На кухне пахло блинами. Мама уже стояла у плиты в своём старом фартуке, несмотря на то, что отработала ночную смену.

— Ну как прошло? — спросила она, пододвигая ко мне тарелку.

Я взяла блин и надкусила, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Всё хорошо, мам. Мы долго гуляли, — ответила я, чувствуя, как внутри всё сжимается от лжи.

— И как все прошло? — мама налила мне чай и села напротив. — Девид хорошо себя вел?

— Да, — кивнула я, отводя взгляд. — Он был... джентльменом. Повёл в ресторан, мы говорили о разном. Всё было замечательно.

Я не могла сказать ей правду. Не могла рассказать, как Дэвид украл ключи, как он устроил нервотрепку Алексу, как он кричал на горничную, как его руки оставляли на моей коже красные пятна. Мама и так слишком много пережила. Я не хотела добавлять ей ещё одну причину для тревоги.

Мама улыбнулась.

— Я рада, что ты счастлива, Ханна, — сказала она, но в её голосе я услышала что-то странное. Словно она не до конца верила мне.

Я быстро закончила завтрак, поцеловала маму в щёку и ушла в свою комнату. Нужно было проветриться. Я вышла на балкон, прислонилась к перилам и закрыла глаза, чувствуя, как прохладный утренний воздух касается лица. Солнце уже поднималось, но ещё не припекало — лёгкий ветерок играл с моими волосами, и я почти успокоилась.

Телефон завибрировал в кармане. Это Грейс. Я вышла на балкон, чтобы мама не услышала.

— Ханна! Ты как? — спросила она. — Я только что встала, но хочу знать всё. Ты говорила, что у вас вчера что-то пошло не так...

Я глубоко вздохнула и начала рассказывать. Голос срывался, я говорила громко, размахивая свободной рукой.

— Это было ужасно! — выпалила я. — Он украл ключи от магазина, Грейс! Представляешь? Он их просто стащил, когда я не видела. Мы поехали в ресторан, он был таким милым, говорил комплименты, я думала, что всё идеально. А потом приехали к нему домой, и он стал... другим. Он хотел меня, и я сначала думала, что хочу тоже, но он напился, стал настойчивым. Я просила его остановиться, а он не слышал. И когда я заметила ключи у него в кармане, я просто... я стащила их у него из-под носа. Представляешь? Я лежала под ним и воровала ключи.

Грейс ахнула на том конце провода.

— Ханна, это же кошмар! А дальше что? Как ты выбралась?

— Алекс кинул камень в окно, — продолжала я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. — Он отключил свет, Дэвид отвлёкся, и я сбежала. Потом он ждал меня за воротами. Я была в этом платье, с растрёпанными волосами, с красными пятнами на шее... Он посмотрел на меня, и я видела, как он разозлился, Грейс. Он довёз меня до дома, закрыл магазин и спас меня.

— Боже, Ханна... — выдохнула Грейс. — Это просто фильм ужасов какой-то…Хорошо, что он приехал.

Я всё ещё чувствовала дрожь в руках.

— Я не знаю, что делать, Грейс. Я не хочу больше его видеть. Но он позвал меня на бал, и я согласилась. Какая же я идиотка!

— Ты не идиотка, — ответила Грейс твёрдо. — Ты просто запуталась. Но послушай меня, Ханна. Ты должна с ним расстаться. Он мудак. Манипулирует тобой. Ты хоть понимаешь как он с тобой поступил? А если бы он так и не остановился? Вокруг столько достойных парней. Взять хотя бы твоего соседа... — в её голосе послышалась хитрая улыбка. — Алекс — красавчик, спас тебя, переживает за тебя. А ты на него даже не смотришь!

— Грейс, прекрати! — закатила я глаза, хотя она не могла этого видеть. — Он просто коллега.

— Ну да, ну да, — хмыкнула она. — Ладно, давай о бале. — Ты собираешься идти с этим опарышем?

— Опарышем? — невольно улыбнулась я.

— А как ещё назвать человека, который ворует ключи и заставляет девушку нервничать? Мудак. — фыркнула Грейс.

— Согласен, — вдруг раздался мужской голос совсем рядом.

Я вздрогнула и резко обернулась. Алекс стоял на своем балконе в домашних штанах и майке, с чашкой кофе в руках. Его короткие темно-каштановые волосы были слегка растрепаны, и он смотрел на меня с легкой насмешкой в зелёных глазах.

— Ты?! — выдохнула я, чувствуя, как щеки заливаются краской. — Ты опять подслушивал?!

— Я вышел выпить кофе, — невозмутимо ответил он, делая глоток. — А здесь такой увлекательный рассказ. Как я мог пропустить?

— Ты специально выходишь, когда я разговариваю по телефону? — возмутилась я, заливаясь краской.

— Нет, — он пожал плечами, но в его глазах мелькнула искорка. — Просто твоя жизнь слишком интересна, чтобы пропускать такие серии.

— Ты слышал всё? — прошипела я, чувствуя, как внутри всё кипит от злости и смущения.

— Всё, — спокойно ответил он. — И про то, как ты стащила ключи у него из-под носа — смелая тактика, кстати. И про то, как ты сбежала. И про то, что ты собираешься идти с ним на бал после всего, что он сделал.

— Это не твоё дело! — огрызнулась я.

— Я не говорю, что моё, — он сделал ещё глоток кофе и посмотрел на меня уже серьёзно. — Но Грейс права. Он мудак.

— Я знаю, — выдохнула я, чувствуя, как гнев уступает место усталости.

— И она права насчёт остального, — добавил он, и в его голосе мелькнула лёгкая усмешка.

Я замерла.

— Что значит «насчёт остального»?

Алекс ухмыльнулся, а глаза сверкнули.

— Что я красавчик. Она это сказала. Очень громко. Я слышал.

— Ты не должен был этого слышать! — мои щёки вспыхнули огнём. Я чувствовала, как уши горят от стыда. — Грейс просто... она просто...

— Просто говорит правду? — он поднял бровь. — Видимо, ты с ней согласна, аж покраснела.

— Я не краснею! — пискнула я, чувствуя себя полной идиоткой. — И вообще, ты не должен слушать мои разговоры!

— А ты не должна говорить так громко, — спокойно ответил он, поднося кружку к губам. — Но если хочешь — я могу уйти.

— Уходи! — выпалила я, но в голосе не было злости.

Алекс усмехнулся, развернулся и зашёл в комнату, но перед тем как скрыться, бросил через плечо:

— Передай Грейс, что я ценю её оценку. Приятно знать, что у меня есть поклонница.

Я закатила глаза и засмеялась. Тут послышался голос Грейс из телефона:

—Он все слышал, да?

—Да. — ответила я, и мы обе громко рассмеялись.

— Я скоро приеду. Мы вместе решим, что делать с твоим балом. И с твоим опарышем тоже.

— Грейс, — перебила я, чувствуя, как тепло разливается в груди. — Спасибо, что ты есть.

— Всегда, — мягко ответила она. — Через час буду у тебя.

Я положила телефон и облокотилась на перила, глядя на тихую утреннюю улицу. Внутри все еще бурлили эмоции, но голос Грейс немного успокаивал.

В этот момент из комнаты Алекса донеслось:

— Надень что-нибудь розовое.

— АЛЕКС! — заорала я, но он уже скрылся, и я услышала, как он смеётся у себя в комнате.

Я, не сдерживаясь, засмеялась. Несмотря на всё, что произошло, утро началось смехом. И это было приятно.

Через час раздался звонок в дверь. Я открыла — Грейс стояла на пороге с огромной сумкой в руках, полной косметики и одежды. На её лице сияла широкая улыбка.

— Ну что, — сказала она, — побежали по магазинам? И не вздумай отказываться от бала. Я уверена, что ты будешь там самой красивой. И если Дэвид тебя обидит — я лично надеру ему задницу.

Я улыбнулась и впустила её в дом.

Мы репетировали танец с начала учебного года. И я не знала, чего ждать от этого вечера. Но рядом с Грейс я чувствовала себя сильнее. И даже мысль о Дэвиде не казалась такой пугающей.

Сегодня знаменательный день в жизни каждой ученицы нашей школы — Бал в честь начала учебного года. Мы с Грейс не были такими ответственными как наши одноклассницы, которые чуть ли не за месяц придумали себе наряды, поэтому за покупками пошли только сейчас. Подруга полчаса крутилась перед зеркалом и никак не могла определиться между двадцатью платьями, которые пересмотрела. Подруга не очень любит одеваться в женственном стиле — обычно она ходит в спортивках и джинсах, — но теперь у неё появилась возможность пойти на бал с любимым парнем, Робом, и она очень переживает, что будет выглядеть не соответствующе.

— Грейс, это уже двадцатое платье! — простонала я, падая на пуфик в магазине. — Остановись на чём-то одном!

— Я не могу! — воскликнула она, вертясь перед зеркалом в очередном наряде. — Я не выгляжу глупо? А если я буду слишком вызывающе выглядеть? А если слишком скучно?

— Ты выглядишь шикарно в любом платье, — улыбнулась я. — Но если хочешь моё мнение... вот это, — я указала на оливкового цвета платье, которое она отложила в сторону, — тебе идёт больше всего.

Грейс скептически посмотрела на него, но взяла в руки.

— Оно слишком... воздушное, что ли.

— Именно! — подскочила я. — Оно подчеркивает твои глаза и делает образ мягче. И вообще, Роберт не сможет оторвать от тебя взгляд.

Она недоверчиво примерила его и замерла. Платье сидело идеально: открытые плечи и лёгкая, но пышная юбка, которая кружилась при каждом движении. Грейс выглядела в нём как фея.

— Ну... — она покрутилась перед зеркалом. — Может, ты и права.

Я торжествующе хлопнула в ладоши. Спустя долгих, мучительных два часа мы наконец-то подобрали ей идеальный вариант.

Ещё немного погуляли и уже ближе к обеду опять поехали ко мне. Мама встретила нас на кухне с большим пирогом и тёплой улыбкой.

— Девочки, проходите! — сказала она, ставя перед нами тарелки. — Быстренько за стол.

— Спасибо, миссис Дрейк, — улыбнулась Грейс. — Мы вас не сильно потревожим?

— Что вы, — махнула рукой мама. — Успеете на ваш бал. Я уже чайник поставила.

Мы пили чай и болтали о всякой ерунде — о школе, о платьях, о том, как странно выглядели наши одноклассники в средних классах. Мама смеялась вместе с нами. Мне было так хорошо в этот момент — словно мы просто обычная семья, без тревог и страхов.

После ужина мы закрылись в моей комнате и начали главное — превращение. Грейс достала свою огромную косметичку и разложила её на кровати.

— Итак, — сказала она, поправляя волосы. — Ты первая.

Мы красили друг друга, делали причёски и болтали о своём, о девичьем. Грейс рассказывала смешные истории про Роберта, а я слушала и смеялась, стараясь не думать о том, что всё ещё не получила сообщения от Дэвида. На часах уже было 17:30, а он так и не написал, когда заедет.

Грейс уложила мои светлые волосы в мягкие локоны, которые рассыпались по плечам, а затем я нанесла лёгкий макияж — немного туши, блеска для губ и чуть-чуть румян. Я надела платье, которое мы выбрали вместе: тёмно-синее, пышное, с открытыми плечами и корсетной шнуровкой на спине. Оно было сексуальным, но сказочным — идеальный баланс, который подчеркивал мою фигуру, но не выглядел вызывающе. Когда я посмотрела в зеркало, я почти не узнала себя.

— Ты выглядишь как принцесса! — выдохнула Грейс. — Алекс точно будет в шоке. И Дэвид... хотя, — она закатила глаза, — ему это не понравится, потому что на тебя будут смотреть все остальные.

Я засмеялась, но внутри почувствовала лёгкую тревогу. Где же Дэвид?

В 17:45 я взяла телефон и увидела сообщение: «Я буду позже, дела. Доедешь сама?» Никаких извинений. Никакого объяснения. Просто сухая фраза.

Меня будто облили холодной водой. Я смотрела на экран и чувствовала, как внутри закипает разочарование. После всего, что случилось прошлой ночью, он даже не удосужился приехать за мной? У меня не было сил злиться. Только пустота и обида.

Я проигнорировала его сообщение. Просто убрала телефон в клатч и улыбнулась Грейс.

— Всё нормально, — сказала я. — Он напишет, когда освободится.

— Ханна, — Грейс посмотрела на меня с беспокойством. — Ты же...

— Ничего страшного, — перебила я. — Поедем с Робом. Я посижу на заднем сиденье, если не помешаю.

— Конечно, не помешаешь! — воскликнула она и крепко обняла меня. — Слышишь? Ты никогда не помешаешь.

— Спасибо.

Хорошо, что мне в принципе было с кем доехать. В такой особенный день оставил меня. Мы вышли из дома, и Роберт уже ждал нас в машине. Увидев нас, он застыл на мгновение.

— Грейс... — выдохнул он, глядя на подругу с таким выражением, что я невольно улыбнулась. — Ты... ты просто невероятная.

Грейс зарделась, и я поняла, что мы не ошиблись с выбором платья.

— Ханна, ты тоже выглядишь отлично, — добавил Роберт, но все его внимание сосредоточено на Грейс, и мне было приятно, что у моей подруги есть такой парень.

— Спасибо, — ответила я, садясь на заднее сиденье.

Мы поехали к школе. Я сидела сзади, не чувствуя себя лишней, ведь Грейс и Роберт то и дело оборачивались ко мне, вовлекая в разговор. Роберт рассказывал о своих баскетбольных планах на этот год, Грейс шутила, что он станет капитаном и что нам придется стоять в очереди за автографами. Я улыбалась, но внутри всё ещё ныла пустота — Дэвид не приехал.

Когда мы подъехали к школе, я увидела, что зал уже полон. Огни, музыка, нарядные люди — всё выглядело как в сказке. Но в груди я чувствовала холодную тяжесть.

Вдруг телефон завибрировал. Я достала его и увидела ещё одно сообщение от Дэвида:

«Я буду в 20:00. Жди.»

Я выдохнула, чувствуя, как внутри смешивается облегчение и злость. Почему я вообще жду его? Почему я всё ещё надеюсь, что он приедет? Но я убрала телефон в клатч и посмотрела в окно на сверкающий огнями зал.

Сегодня бал. И я не хочу думать о Дэвиде. Я хочу просто танцевать и забыть обо всех проблемах.

— Мы приехали! — объявила Грейс, выходя из машины. — Вперёд, принцесса. Наш бал нас ждёт.

Я усмехнулась и вышла из машины, чувствуя, как ночной воздух касается моих открытых плеч. Мы зашли в зал, и музыка обняла нас, словно старая подруга.

Я огляделась в поисках знакомых лиц. Вдруг я увидела его — Алекс. Он стоял у стены в чёрном костюме с галстуком, держал бокал пунша в руке и выглядел таким небрежно-элегантным, что у меня перехватило дыхание. Беседовал с парнями и девушками, которых я не знала, и улыбался своей белоснежной улыбкой.

Я покачала головой, прогоняя глупые мысли. И пошла танцевать.

Глава 10. СУПЕРГЕРОЙ

Зал утопал в мягком золотистом свете. Огромные люстры с хрустальными подвесками отражали сотни маленьких огоньков, которые танцевали на стенах и лицах гостей. Воздух был наполнен ароматами духов, шампанского и едва уловимым запахом весенних цветов — кто-то из организаторов украсил сцену гирляндами из живых роз. Музыка гремит, но не оглушает, а словно обволакивает, заставляя тела, двигаться в ритме.

Мы встретились с нашими одноклассниками у входа. Девчонки визжали, обнимались, разглядывали наряды друг друга и делали комплименты.

— Ханна, ты просто богиня! — воскликнула Лиза, разглядывая моё тёмно-синее платье. — Это платье создано для тебя!

— А ты посмотри на Грейс! — подхватила Меган. — Оливковый — это её цвет! Роберт, наверное, уже язык проглотил!

— Девочки, вы все выглядите шикарно, — улыбнулась я, чувствуя, как настроение поднимается.

— А где Дэвид? — спросила одна из одноклассниц, оглядываясь по сторонам.

Я замялась, но Грейс тут же вмешалась:

— Он скоро будет. А пока мы будем веселиться без него! — она схватила меня за руку и потащила в центр зала. — Идём танцевать!

Диджей — старшеклассник Крэм, которого все называли просто Крэми, — включил «Cake by the Ocean» группы DNCE. Знакомый ритм заполнил зал, и мы зажигали как в последний раз. Грейс трясла головой, размахивая руками, Роберт стоял рядом и улыбался, глядя на неё с такой нежностью, что у меня защемило сердце.

Мы танцевали, смеялись, подпевали. Я чувствовала, как музыка проникает в каждую клетку тела, выгоняя тревогу и обиду. На мгновение я даже забыла, что Дэвида нет рядом.

К нам подошли баскетболисты — Майкл, Джон и ещё несколько парней из команды. Они были уже слегка навеселе, но ещё держались.

— Ханна, ты сегодня просто огонь! — крикнул Майкл, перекрикивая музыку.

— Спасибо, — улыбнулась я.

— А где твой благоверный? — спросил Джон, и в его голосе послышалась пьяная усмешка. — С телками как обычно. У него там повеселее, чем тут… — пробормотал Джон.

Моё сердце подскочило. Я почувствовала, как к горлу подступает комок.

— Заткнись, — резко сказал Майкл, толкнув Джона вбок. — Не обращай внимания, Ханна. Он просто дурак.

— Да, Ханс, забудь про него и веселись! Юхуууу! — закричала Грейс, встряхивая бутылку шампанского, которую она где-то раздобыла, несмотря на запрет алкоголя.

Радостные возгласы раздались в поддержку. Пробка вылетела в потолок, и Грейс, не дожидаясь бокала, сделала глоток прямо из горлышка, а затем начала поливать шампанским всех вокруг.

Я улыбнулась и последовала совету подруги. Никто не испортит мне этот вечер.