Балкон напротив

— Я уже привык, — сказал он, но я не поверила ему.

— А теперь он вернулся? — спросила я. — Зачем?

— Он сказал, что у него здесь дела. Что он хочет наладить отношения, — усмехнулся Дэвид. — Но я знаю, как это работает. Он появляется на пару недель, делает вид, что мы семья, а потом уезжает, и я не вижу его ещё год.

Я сжала его руку сильнее.

— Может, на этот раз всё будет иначе, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ободряюще.

Он посмотрел на меня, и в его глазах мелькнула тень.

— Не знаю, — сказал он. — Что-то мне подсказывает, что он приехал не ради меня. У него всегда есть другие причины. Он никогда не делает ничего просто так.

Я не знала, что ответить, видела, как ему больно, но не могла ничем помочь. Могу лишь быть рядом.

— Если захочешь поговорить, — сказала я, — я здесь.

Он улыбнулся, и в его улыбке я увидела благодарность.

— Спасибо, Ханна, — сказал он. — Ты единственная, кто не пытается меня жалеть.

Мы еще немного поговорили, я поцеловала любимого в щеку на прощание и на цыпочках вернулась домой. Когда легла в постель, то почти сразу провалилась в сон.

Ночью я услышала грохот. Что-то упало в комнате младшего брата. Сердце ухнуло в пятки, и я вылетела из кровати, даже не успев надеть тапки. Распахнув дверь в его комнату, я замерла.

Свет горел, а Рик стоял на табуретке, балансируя, и лез на верхнюю полку шкафа. Увидев меня, он вздрогнул и чуть не упал, но вовремя схватился за край.

— Ты что, с ума сошёл?! — выпалила я, стараясь, чтобы голос звучал строго, а не испуганно. — Ты время видел? Уже два часа ночи!

— А ты чего не спишь? — огрызнулся он, но в его голосе я услышала дрожь.

— От твоего грохота даже глухой проснулся бы! — я подошла ближе, пытаясь понять, что он там делает. — Зачем ты полез на шкаф? А если бы упал?

— Ни за чем, — буркнул он, но в руках у него была стопка бумажек и старые карандаши.

— Что это? — спросила я, прищурившись.

— Ничего!

— Покажи, или я маме расскажу.

Рик злостно выдохнул, слез с табуретки и протянул мне листы. Я взяла их и развернула.

На его старых детских рисунках были мы. Я, мама, Рик. Но рядом с нами красовалась перечёркнутая и замазанная фигура. Отец. Его лицо было зачёркнуто так сильно, что в некоторых местах бумага порвалась.

Я почувствовала, как сердце сжимается.

— И зачем они тебе? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё кричало.

— Хотел порисовать, — сказал он тихо, отводя взгляд. — Я не мог уснуть. А рисование помогает мне. Как раньше.

Воспоминания нахлынули. Я вспомнила, как он сидел в углу с карандашами и рисовал, пока отец кричал в коридоре. Как он зажимал уши и утыкался в лист, пытаясь убежать от реальности через рисунки. Мы тогда думали, что это прошло, что Рик забыл. Но он не забыл. Он просто молчал. Мама регулярно водила его к психологу, чтобы он перестал заикаться и был спокоен. Прогресс был большой, но последствия у брата все таки остались.

Когда до меня дошло, почему он не спит, я почувствовала, как к горлу подступает комок. Я крепко обняла его, прижимая к себе, и почувствовала, как он весь дрожит.

— Прости, — прошептала я. — Мне жаль, что ты снова не спишь.

— Нет, я... я не специально, — пробормотал он, прижимаясь ко мне сильнее. — Я не хотел тебя пугать.

— Больше никогда он не войдёт в этот дом, — сказала я твёрдо. — Ты же знаешь это, Рик. Мы ушли от него. Мы в безопасности.

— Точно? — его голос был таким маленьким и таким испуганным, что у меня разрывалось сердце.

— Точно. — я отстранилась, заглянула ему в глаза и улыбнулась.

Он молча кивнул, и я увидела, как в его карих глазах зажглась маленькая искорка надежды.

— Спасибо, — прошептал он.

— Ложись со мной сегодня, — предложила я. — Не хочу, чтобы ты один сидел в темноте.

— Правда?

— Правда.

Он взял меня за руку, и мы пошли в мою комнату. Я положила его на кровать, укрыла одеялом и села рядом, гладя его по волосам.

— Знаешь, — сказала я, — когда я была маленькой, я тоже боялась спать ночью. А потом я придумала себе игру: я считала звёзды и представляла, что каждая из них — это моё желание. И если насчитать миллион, все они сбудутся.

— Миллион? Это много, — пробормотал он, уже почти засыпая.

— Но ты же храбрый, — улыбнулась я. — Ты справишься.

Он уснул через пару минут, а я лежала рядом и слушала его дыхание. В голове крутились мысли о Девиде, о Грейс, о маме, которая каждую ночь не спала, прислушиваясь к каждому звуку.

Я закрыла глаза и с надеждой, что это когда нибудь закончится, крепко заснула.

Глава 6. ШАГ В ПРОПАСТЬ

В школе всё шло своим чередом. Уроки, бесконечная суета в коридорах. На переменах мы с Дэвидом частенько заглядывали в ту самую подсобку уборщицы, где пахло отбеливателем и старой пылью. Он целовал меня, обнимал, но больше не торопил события. Я чувствовала его напряжение, его желание, но он сдерживался. И от этого мне становилось ещё более неловко — будто я должна была ему что-то за его терпение.

На работе с Алексом мы всё так же продолжали соревноваться, но в итоге пришли к компромиссу: остались без «главного», просто работали. Он перестал специально меня задирать, я перестала кидаться в него плюшевыми медведями. Между нами установилось что-то вроде хрупкого перемирия.

— Знаешь, — произнесла я. — Я ошибалась на твой счет. Не такой уж ты и грубиян.

На мое откровение, Алекс лишь усмехнулся.

Мы стояли за прилавком, когда в магазине ненадолго стихло. Я протирала пыль с полок, а Алекс, прислонившись к стене, смотрел в телефон. Тишина висела в воздухе, и я чувствовала, что он хочет что-то сказать.

— Ханна, — начал он, убирая телефон в карман, — ты сказала, что была не права на мой счёт. Я тоже признаю — я был не прав насчет тебя.

Я обернулась, удивлённая его словами.

— И в чём же? — спросила я, откладывая тряпку.

— Ты не такая пустоголовая, как я думал, — сказал он, и в его голосе не было насмешки. Только спокойная констатация факта.

— Ого! Спасибо. — саркастически фыркнула я, но внутри что-то дрогнуло. Это был комплимент. Странный, грубоватый, но комплимент.

— Я просто к тому, — продолжил он, скрестив руки на груди, — что ты умнее, чем кажешься. Поэтому я не понимаю, как ты могла выбрать Дэвида.

Я нахмурилась.

— Что ты имеешь в виду?

— То, что говорю, — Алекс сделал шаг ко мне, и я почувствовала, как он нависает надо мной своей высокой фигурой. В его глазах мелькнула какая-то тень, не злость, скорее предостережение. — Ты правда думаешь, что он с тобой серьёзно? Он известен на всю школу, как главный бабник, Ханна. Каждую неделю новая. Ты знаешь, сколько у него было девчонок до тебя?

— Ну и что? — я скрестила руки, стараясь выглядеть уверенно, хотя внутри всё сжалось. — Он изменился уже давно, говорит, что я особенная и у нас все по-другому.

Алекс усмехнулся, но в этой усмешке не было злорадства. Только горечь.

— Конечно, говорит. Они все так говорят. — Он сделал ещё шаг, теперь он стоял совсем близко, и я чувствовала его запах — кожу и свежий ветер, сердце забилось быстрее. — Он поведёт тебя в ресторан. Будет милым, будет говорить правильные слова. А потом позовёт к себе. И если ты не устроишь ему то, что он хочет... — он замолчал, и его взгляд стал тяжёлым, почти прожигающим. — Он просто вычеркнет тебя. Как всех остальных.

— Ты не знаешь его! — выпалила я, чувствуя, как голос начинает дрожать. — Он не такой!

— Откуда такая уверенность? — спокойно спросил Алекс. — Вы встречаетесь всего ничего. Ты знаешь, что он делал до тебя? Ты знаешь, как он бросал девушек? Нет, ты просто веришь в сказку, потому что тебе хочется, чтобы она была правдой.

Я хотела возразить, но слова застряли в горле. Потому что он был прав. Я не знала. Я просто хотела верить.

— Я лишь говорю правду, — тихо добавил он. — По крайней мере, так было со всеми предыдущими девушками. Хочешь стать ещё одной?

— Кому я должна верить? — прошептала я, чувствуя, как внутри всё переворачивается. — Тебе — незнакомцу, которого я знаю два дня? Или своему парню, который любит меня, а я люблю его?

Алекс посмотрел на меня долгим взглядом. В его глазах я не увидела обиды — только усталость.

— Ты права, — сказал он ровно и отошёл. — Дело твоё. Я просто предупредил.

Он уткнулся в телефон, и между нами снова повисла тишина. Я смотрела на него и чувствовала, как внутри борется злость, обида и странное сомнение. Может, он не хотел меня обидеть? Может, он правда пытался предупредить?

Но эта мысль исчезла, когда дверь магазина распахнулась, и на пороге появился Дэвид.

Он был в своей любимой чёрной кожаной куртке, волосы, как всегда, уложены назад. Увидев меня, он улыбнулся своей мальчишеской улыбкой, от которой у меня в животе взорвались бабочки. Но стоило ему перевести взгляд на Алекса, как улыбка померкла.

— Привет, — обрадовалась я, подходя к нему.

— Привет, Ханс, — он чмокнул меня в щёку, но его глаза были устремлены за мою спину, прямо на Алекса. На лице Дэвида мелькнула едва заметная усмешка, и он, слегка прищурившись, обратился к нему:

— Какие люди...

Алекс оторвался от телефона. Его лицо, ещё минуту назад казавшееся спокойным, стало напряжённым. Челюсть сжалась, в глазах мелькнула холодная искра.

— Чего ты тут забыл? — спросил Алекс ровно, но в его голосе я услышала металл.

— Я за своей девушкой пришёл, — ухмыльнулся Дэвид, обнимая меня за плечи.— Мы идём в ресторан. А ты, — он посмотрел на Алекса с вызовом, — постой тут, за прилавком. Как настоящий продавец.

Он говорил так, будто Алекс был ниже его по статусу, будто он чем-то хуже, только из-за работы. Я почувствовала как напряжение повисло в воздухе. Это разозлило Алекса — вена на его лбу вздулась, руки сжались в кулаки. Я была шокирована словами своего парня и даже не знала, что на это сказать.

Алекс шагнул вперёд. В его движениях появилась опасность — он двигался быстро, но плавно, как хищник, готовый напасть в любой момент. Схватив Дэвида за воротник рубашки, он притянул его к себе, так что их лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга.

— Ты думаешь, что ты крутой, да? — прошипел Алекс почти шёпотом, и в его голосе было столько угрозы, что у меня по спине пробежали мурашки. — Что ты можешь брать всё, что захочешь?

Дэвид не испугался. Он, наоборот, рассмеялся, но его тёмно-синие глаза стали холодными и жёсткими.

— Неужели ты всерьёз думаешь, что можешь мне что-то сделать? — усмехнулся он. — Ты никто, Алекс. Просто продавец в дешёвом магазинчике. Ты не стоишь даже моего взгляда.

— Заткнись, — прошипел Алекс, и его пальцы сильнее сжали воротник рубашки Дэвида. Никогда не видела Алекса таким, эта картина меня пугала.

Я видела, что ещё секунда — и он его ударит. А Дэвид? Он стоял с лёгкой улыбкой, будто наслаждался тем, что может вывести Алекса из себя. Я испугалась, злые мужчины до дрожи меня пугали. Он знал, что Алекс не позволит себе ударить при мне — или просто ждал, что ударит, чтобы потом нажаловаться.

— Алекс, — я положила руку ему на плечо, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, хотя сердце колотилось как бешеное. — Я хотела попросить тебя — закрой магазин сегодня, ладно? Я уйду немного раньше. Ты не против?

Алекс медленно перевёл взгляд на меня. Его дыхание было тяжёлым, но в глазах постепенно угасала ярость. Он отпустил воротник Дэвида так, что тот отшатнулся.

— Иди, — сказал Алекс, уже спокойнее, но в голосе всё ещё звенело напряжение. — Я закрою.

— Умный выбор, — усмехнулся Дэвид, поправляя воротник. — Давай, Ханна. Не заставляй меня ждать.

— Подожди, — остановила я его. — Я не могу уйти в школьной футболке. Дай мне минуту переодеться. — Я повернулась к Алексу. — Я быстро.

Я забежала в подсобку. У меня там лежал рюкзак, в который я заранее положила платье, чёрное облегающее платье — длиной до середины бедра, с глубоким вырезом на спине, — и быстро переоделась. Затем сняла распущенные волосы с резинки, встряхнула их, и они рассыпались по плечам мягкими локонами — я накрутила их утром, и они ещё держали форму. Достала из кармана маленькую косметичку, быстро подвела глаза и нанесла блеск на губы. Надела чёрные туфли на каблуках — и посмотрела на себя в зеркало.

Я не узнала себя. Платье облегало фигуру, открывало плечи и спину. Светлые волнистые волосы падали на обнажённую кожу, а лёгкий макияж делал взгляд глубже и выразительнее. Я выглядела взрослой. И уверенной.

Когда я вышла из подсобки, Дэвид уже стоял у входа. Увидев меня, он присвистнул — громко, на весь магазин.

— Ну, Ханна... — протянул он, медленно оглядывая меня с ног до головы. Его тёмно-синие глаза загорелись голодным огнём. — Вот это да. Ты выглядишь как... богиня. Я знал, что платье сядет идеально.

Он подошёл ко мне, взял за талию, притянул к себе и поцеловал в шею — прямо при Алексе.

— Ты моя, — прошептал он мне в ухо. — Сегодня я тебя никуда не отпущу.

Я почувствовала, как по спине пробегают мурашки. С одной стороны, это было приятно — быть желанной. С другой — в его голосе было что-то, что заставляло меня нервничать.

Алекс замер за прилавком. Он смотрел на меня, и я на мгновение увидела удивление на его лице. Парень явно не ожидал такого преображения. Его взгляд скользнул по моей фигуре — по изгибу талии, по открытым плечам, по локонам, которые касались ключиц. На его лице мелькнуло что-то, чего я не могла разобрать. Восхищение? Или... что-то другое?

Но тут же его глаза потемнели. Он перевёл взгляд на Дэвида, который всё ещё держал меня за талию, и я увидела, как сжались его челюсти. В его взгляде появилась сталь, а на скулах заиграли желваки. Он смотрел на нас, и я чувствовала его напряжение.

Но он ничего не сказал. Только отвёл взгляд и сделал вид, что проверяет кассу.

Дэвид улыбнулся, явно довольный собой. Он открыл передо мной дверь, и я, взяв его под руку, вышла из магазина. Перед тем как сесть в машину, я обернулась.

Алекс стоял у окна и смотрел нам вслед. Его руки были скрещены на груди, лицо — каменное. Но в его глазах я видела холодный огонь, который он пытался скрыть. Он смотрел, как Дэвид открывает передо мной дверцу машины, видел, как я сажусь, видел, как Дэвид наклоняется ко мне и целует в губы перед тем, как захлопнуть дверь.

Я отвернулась. Внутри меня боролись две силы: восторг от внимания Дэвида и странное напряжение оттого, что он наговорил Алексу. Машина тронулась с места, и я почувствовала, как город начинал исчезать за окном.

Алекс смотрел на дорогу, пока машина не скрылась за поворотом. Он сжал кулаки, до боли в пальцах и стиснул челюсть до скрежета зубов.

— Будь осторожна, Ханна, — прошептал он, оставшись один в пустом магазине.

Глава 7. СУПЕР-ПЛАН

Он открыл передо мной дверь, и мы вышли в прохладный вечерний воздух. Машина мягко тронулась, и город поплыл за окном. Огни фонарей мелькали, отражаясь в лужах, а в салоне играла тихая музыка — что-то джазовое, тягучее.

— Ты сегодня просто невероятная, — сказал Дэвид, переводя взгляд с дороги на меня. — Я давно хотел пригласить тебя в это место.

— Какое? — улыбнулась я, чувствуя, как таю от его комплиментов.

— Моё любимое. Там подают лучший стейк в городе. И десерты, просто обалденные.

Мы приехали в ресторан на окраине — уютный, один из самых элитных в городе, с приглушённым светом и живой музыкой. Нас провели к столику у большого панорамного окна, откуда открывался вид на ночной город. Зажгли свечи, подали меню в кожаных обложках, и Дэвид заказал бутылку красного вина, хотя я почти не пила.

— Ты только попробуй, — сказал он, наливая мне бокал. — Это очень лёгкое.

Вино оказалось сладким, почти как сок, и я сделала несколько глотков, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло. Боюсь представить, сколько оно стоит.

Мы говорили обо всём на свете. Он рассказывал о своих баскетбольных победах, я — о книжках, которые люблю читать. Девид смеялся над моими историями о том, как я в детстве боялась темноты, а я улыбалась, когда он показывал мне фотографии щенка, которого они с семьёй взяли, когда он был маленьким. Я смотрела на него и думала: «Неужели это всё правда? Неужели я здесь, с ним, и он действительно меня любит?» Всё было как в сказке.

— Ты даже не представляешь, как я счастлив, что ты у меня есть, — сказал он, взяв меня за руку поверх стола. — Ты не такая, как все. Ты особенная, Ханна. Я никогда не чувствовал ничего подобного.

Я поверила ему. В тот момент я верила каждому слову.

Он вёл себя идеально. Улыбался, заглядывал в глаза, поправлял прядь волос, которая выбилась из причёски. Я забыла о грубом предупреждении Алекса, о его странном взгляде, о том, как он смотрел на меня через окно магазина. Дэвид — он здесь. И он мой.

— Пора возвращаться, — сказал он, когда официант убрал наши тарелки. — Или нет? Может, поедем ко мне? Тут как раз недалеко.

— Давай, — ответила я, чувствуя, как внутри разливается сладкое предвкушение.

Но в этот момент голос Алекса снова вспыхнул в моей голове: «Он тебя использует. Ты будешь очередной». Я тряхнула головой, прогоняя мысли. Я готова. Дэвид — лучший парень на свете. Я больше не могу упустить такой шанс. Несмотря на то что он уже выпил достаточно, все равно сел за руль. Дом Дэвида оказался огромным. Внутри пахло деревом и приятным ванильным диффузором, повсюду были картины в позолоченных рамах и антикварная мебель. Нас встретила женщина в униформе, которая взяла наши вещи и неслышно исчезла. Семья Дэвида была богата — и это чувствовалось в каждой детали, от мраморных полов до хрустальных люстр.

— Проходи, — сказал он, ведя меня по широкой лестнице на второй этаж.

Его комната оказалась просторной и светлой. Огромная кровать с балдахином, мягкий ковёр, стены украшены постерами с баскетболистами и парой абстрактных картин. Я чувствовала себя неуютно в этом пространстве — слишком идеальном, слишком чужом. Но так ведь всегда непривычно, когда приходишь к кому-то в гости первый раз. Тем более Дэвид был здесь, и это всё, что имело значение.

— Сейчас я приду, отойду на минуту, — сказал он и вышел, оставив меня одну.

Я стояла посреди комнаты, рассматривая книжные полки и статуэтки, когда телефон зазвонил. На экране высветилось: «Неизвестный номер». Я сбросила, но он настойчиво продолжал звонить. Сдавшись, я подняла трубку:

— Алло?

— Алло, Ханна, — в спешке произнёс знакомый голос. — Девид украл ключи от магазина. Я уже еду. Ты должна их забрать. Они наверняка у него в кармане.

— Что? Алекс? — я замерла, чувствуя, как внутри нарастает паника. — Как ты узнал мой номер? С чего ты взял, что Девид их украл?

— Нет времени, — голос Алекса звучал напряжённо. — Ты должна поверить мне. У меня есть план. Только укради наши ключи. Завлеки его, глазками похлопай — и он растает. Открой в себе соблазнительницу.

— Если это шутки какие-то, я убью тебя! — прошептала я, но Алекс уже сбросил.

Я спрятала телефон в маленькую сумочку, когда дверь открылась, огляделась в поиске ключей, но Дэвид вошёл, прервав мои поиски. В руках у него был бокал с виски — судя по запаху, не первый. В его тёмно-синих глазах горел странный огонь, и походка стала чуть менее устойчивой.

— Кто звонил? — спросил он, поставив бокал на столик.

— Никто, — ответила я, стараясь улыбнуться. — Грейс просто спросила, как дела.

Дэвид не стал переспрашивать. Он подошёл ко мне, обвил руками, притянул к себе и прижался губами к шее.

— Ты так вкусно пахнешь, — прошептал он, и я почувствовала запах виски на его дыхании. — Я так хотел тебя.

Он поцеловал меня, уложив на кровать. Его горячее дыхание обжигало шею, он лежал на мне, и я чувствовала тяжесть его тела. От этого мне стало не по себе. Мысли были только о ключах. Не мог он их украсть, это бред. Он расстегнул мне платье, оголив плечи, и я слышала, как он тяжело дышит.

— Дэвид... — начала я, но он не остановился. Он был где-то в другом мире — пьяным, возбуждённым, и он просто брал своё.

Я лежала на спине и чувствовала его руки, его губы, но внутри всё сжималось. Как бы ни старалась, не разделяла той страсти, которую испытывал он. Только тяжесть, только голод, который он никак не мог насытить.

— Остановись, — попросила я тверже, но он не слышал.

— Ты хотела этого, — прошептал он, целуя меня в грудь. — Я знаю что хотела. Не притворяйся.

Паника начала волной окутывать меня. Краем глаза я заметила ключи в заднем кармане его джинсов. Металл блеснул в тусклом свете — наш ключ от магазина, с брелком в виде стеклянного гномика.

Не может быть. Он действительно украл их. Зачем?

Отвращение накрыло меня с головой. Это было не просто разочарование. Это было чувство, что меня использовали, обманули, сделали дурочкой. Все эти слова о любви, все эти жесты — они ничего не значили. Я была просто следующей девушкой в его списке. Он хотел только одного, и я была игрушкой, которую он хотел сломать. Моё сердце колотилось от страха и отвращения. Я не знала, как остановить его. Паника окутывала меня. Он был намного сильнее меня, больше, против него я бессильна. Мне просто нужно было, чтобы он остановился.

Но я не могу позволить себе быть замеченной. Я должна успеть.

Аккуратными движениями я вытащила ключи из его кармана, пока он был слишком занят другими вещами. Они были холодными и твердыми в моей руке. Я зажала их в кулак, пряча под спиной.

— Дэвид, — повторила я. — Пожалуйста, остановись.

Он будто не слышал. Или просто не хотел слышать. Он уже почти полностью снял с меня платье и продолжал целовать мою шею, грудь. Его руки сжимали мои бедра всё крепче. Я чувствовала себя беспомощной, запертой в этом доме, в этой комнате, под тяжестью его тела. Хотела закричать, но боялась.

Где же Алекс? Где его супер-план?

Ну же... Ну где он?!

В этот момент раздался грохот — что-то разбилось в соседней комнате. Резко, будто кто-то кинул, что-то тяжелое. Свет погас. В комнате стало темно, только лунный свет пробивался сквозь высокое окно, отбрасывая длинные тени на стены.

Глава 8. ДЕРЖИСЬ ЗА МЕНЯ

Дэвид оторвался от меня с неохотой, выругался сквозь зубы и пошёл посмотреть, что случилось. Если это суперплан Алекса, то каким бы он сумасшедшим ни был, он сработал. Я лежала на кровати, чувствуя, как дрожат руки, как сердце колотится где-то в горле. Внутри всё кричало от отвращения, но я заставила себя подняться, накинуть платье и последовать за ним, предварительно спрятав ключи в сумку.

Спустя пару минут я услышала крики ссоры. Голос Дэвида звучал жёстко, агрессивно, и я ускорила шаг.

В коридоре стояла горничная — молоденькая девушка, почти моя ровесница, — и Дэвид держал её за руку так сильно, что её пальцы побелели. Её глаза были наполнены слезами, она дрожала, пытаясь вырваться, но он не отпускал.

— Как это случилось?! — орал он. — ЭТО ТЫ СДЕЛАЛА?! ОТВЕЧАЙ!

— Нет... мистер Гроуден, я не знаю, как так... — её голос срывался.

— БЕСПОЛЕЗНАЯ ШВАБРА!

— Дэвид, прекрати! — крикнула я, выходя вперёд. — Отпусти её!

Он обернулся, и его тёмно-синие глаза на мгновение стали холодными, почти чужими.

— НЕ ЛЕЗЬ, ХАННА! — рявкнул он и переключился на охранника. — А ты где был?!

— Сэр, я не знаю, как так вышло, — оправдывался мужчина в униформе. — Я внимательно следил за камерами, но вдруг одна из них отключилась, а потом...

— ВЫ ОБА УВОЛЕНЫ! — перебил его Дэвид, и в его голосе звенела сталь. — Перед отцом сами отчитываться будете.

Он отшвырнул от себя горничную, и она чуть не упала, схватившись за стену. Я видела, как она всхлипывает, пряча лицо, и внутри всё перевернулось. Это был не тот Дэвид, которого я знала. Или я просто не хотела его знать?

Он указал на разбитое окно — кирпич валялся на полу, осколки стекла разлетелись по ковру. Но я смотрела на него и чувствовала, как внутри нарастает отвращение.

— Ханна, уходи, я буду разбираться с этим беспорядком, — сказал он уже спокойнее, но его голос всё ещё звучал напряжённо.

Я не сдвинулась с места. В груди пульсировала злость и обида, которые я больше не могла скрывать.