Хроники Великих домов. Часть первая. Эпоха перемен

Зал замер, вслушиваясь в речь наглеца. По застывшей тишине невозможно было понять, то ли это молчание возмущения поведением оратора, то ли это скрытое возмущение тем фактом, что им было неизвестно о существовании этого юноши.

- Исходя из этого, я требую от Ерардэра вернуть меч на место, дабы я смог законно принять свой трон, – закончил подросток, требовательно глядя на Ерардэра.

Лицо главы дома Морзано не выражало в тот момент ничего, но в глазах его плескалось множество эмоций. Шок от осознания того, что у Ристофера был ещё один сын, недоумение, от всей этой ситуации, раздражение от столь открытого хамства и желание в ту же секунду стукнуть мальчишку чем-нибудь тяжёлым, чтобы вправить ему мозги раз и навсегда. Ерардэр впал в ступор, не в силах сказать что-либо, неожиданная новость сделала его уязвимым, и он никак не мог понять, кого же видит перед собой: ещё одного брата, или врага, явно заслуживающего наказания. Тишина, казалось, стала осязаемой, никто не мог шелохнуться, словно боясь окончательно разбить что-то хрупкое и ценное.

- Круотер Ристофер Аалая-Морзано,– мягкий спокойный голос словно выплыл, осторожно разрезав затянувшееся молчание. Керлиндер выступил вперёд, спокойно и чуть снисходительно оглядывая подростка.

- Морзано-Аалая, – огрызнулся Круотер, но наместник лишь мягко усмехнулся и продолжил.

- Нет, Аалая-Морзано, – спокойно ответил Керлиндер, – твоя Мать не была связана узами судьбы, ты был рождён вне брака. В данном случае род матери стоит первым вне зависимости от положения и знатности обоих родителей, – по-учительски пояснил он и продолжил, обращаясь ко всем собравшимся, – так вот, этот юноша действительно является незаконно рождённым сыном Ристофера Морзано. Но, как мы все знаем, Ристофер не был посвящённым или признанным домом, а, следовательно, не имеет права наследования. Фактически дом мог избрать любого члена семьи вне зависимости от близости кровной связи с последним Королём. Также напомню, – он выразительно посмотрел на Круотера, – для тех, кто забыл историю Великих Домов, что кинжалы цитаделей хранят в себе Сердце всего дома и выбирают наследника из всех ныне живущих представителей. В таком случае, если бы избранный был жив, но другой посвящённый пришёл получить клинок, у него бы ничего не вышло, дом сделал свой выбор раз и навсегда. Меч мог ждать любого, но он сделал свой выбор и признал истинного Короля в Ерардэре, в чьих руках он сейчас и находится.

- Это ложь! – прокричал Круотер. – Никаких законов не существует, ты придумываешь их в угоду своему Королю, как оправдание для ваших махинаций. А сами вы ничто и никакая сила вам не поможет противостоять мне!

Лицо Керлиндера не дрогнуло. По залу прошло едва ощутимое беспокойство. Гретелия сидела, не шелохнувшись, предоставляя возможность своим внукам самим найти выход из этой ситуации.

- Я Король, я! – продолжал кричать Круотер. – А не сын этой сумасшедшей…

- Что! – послышался рёв у стены. Никто не успел опомниться, как Адриин выскочил вперёд и готов был уже снести наглеца с лица земли, когда путь ему перегородил Керлиндер, останавливая его удар своим клинком.

- Арин, остановись! Успокойся! – кричал он, но Адриин словно не слышал. Он не позволит в этих стенах оскорблять свою младшую сестру, которая потеряла жизнь из-за этого мерзкого дома. Адриин с самого начала был против её брака с отступником, и её смерть только подтвердила его мысли, но он не позволит очернить её память. Множество лет младший Редоме скитался в надежде отомстить, своими руками уничтожить Ристофера, чтобы тот раз и навсегда запомнил, какую боль Морзано причинили его семье. Амирия отвернулась от него: слишком много гнева и жажды мести заняли его сердце. Адриин не мог думать больше ни о чём, вся жизнь его представлялась сплошным крестовым походом, поэтому, когда Ристофер вдруг пал, вся окружающая действительность оказалась бессмысленной. Волоча своё жалкое существование, он вернулся в дом сестры, которая впустила его, надеясь, что теперь, после гибели объекта его ненависти, Адриин сможет, наконец-то, вернуться к жизни. Но у того были другие планы, боль и сердце его оказались не отомщены и подсознательно он искал новую жертву для своей мести, чтобы излить всю горечь этих долгих лет мучений и страданий.

Первым предполагаемым кандидатом на роль виновника, конечно, был Ерардэр. Но увидев своего племянника, сына своего главного врага, он понял, что ничего не сможет ему сделать. Он был похож на Ристофера, только с более мягкими чертами и яркими живыми глазами, но, в отличие от прошлого Короля, от него незримо веяло силой и величием. Глядя на него можно было без сомнений сказать, что этот человек посвящённый, причём посвящённый Великого Дома, преданно несущего свою судьбу. Адриин ничего не мог ему сделать, не смел даже подумать об этом, когда рядом появился тот, кто идеально подходил на роль виновника всего этого. Байстрюк Ристофера, наглый ребёнок, ничего не сведущий в Великих законах, вот тот, кто идеально олицетворял всё то, что нёс в себе Ристофер. Его оскорбление Аллелии стало последним поводом для него самого. Туча гнева всколыхнулась и затопила сознание, оставив лишь только одну мысль – месть.

Но его клинок неожиданно встретил преграду. Керлиндер со спокойным лицом выступил вперёд, не давая ему добраться до наглеца.

- Отойди, Керер, – прорычал Адриин, – это не твой бой.

- Но и не твой, – абсолютно спокойным тоном ответил наместник, – ты не контролируешь себя, отступись, я разберусь во всём.

Адриин был с этим не согласен, но и сражаться с Керлиндером ему не хотелось.

- Керлиндер, – угрожающе проговорил он, – я не хочу драться с тобой, отойди с моего пути.

- Нет, не могу, – грустно улыбнулся наместник и с лёгкой жалостью осмотрел Адриина. Выглядел тот действительно неважно, словно обезумевший зверь с красными глазами, готовый броситься на любого, кто осмелится ему помешать. Керлиндер же оставался непоколебимым, его скорее пугало, что Адриин может пострадать от своих эмоций, нежели причинить ему вред. Любому посвящённому известно, что когда воин теряет свой самоконтроль, он проиграл, даже не достав оружие.

Ерардэр было хотел уже вмешаться, но Гретелия и Керлиндер мысленным криком остановили его. Сейчас для Адриина всё было красной тряпкой, и стоит Ерардэру вступиться за своего сводного брата, как в мыслях младшего Редоме он сразу же окажется по другую сторону баррикад. Гретелия могла ему приказать, но в его семье тоже был свой глава.

- Адриин, перестань, – струящийся, но в то же время очень твёрдый голос вырвал его из оцепенения. Позади него стояла Амирия, его старшая сестра и глава его семьи. Волей или неволей, он вынужден был подчиняться ей, и хоть главы посвящённых семей редко позволяли себе такое прямое вмешательство, сейчас Адриин был в шаге от безумия и необходимо было остановить его любой ценой.

- Ария я… , – начал он, виновато глядя на сестру.

- Отпусти Керлиндера, он знает, что делает, – глухо произнесла она и отвернулась. Адриин, ещё раз бросив недовольный взгляд на достаточно сильно напуганного Круотера, нехотя поплёлся за сестрой.

Керлиндер мысленно выдохнул. Если бы Адриин не остановился, битвы было бы не избежать, а никому не хотелось начинать новый путь дома Морзано с кровопролития и противостояния. Благо Амирия оказалась умнее и вовремя остановила своего брата. Ерардэр остался в стороне, но это не его бой, его задача защищать семью от внешних сил и восстанавливать истину. А с этой ситуацией наместник вполне был способен совладать в одиночку, пусть даже придётся немного применить оружие для лучшего аргумента.

- Хорошо, – обратился Керлиндер к Круотеру, – хочешь занять трон, сразись сначала со мной, тогда, быть может, у тебя и появится шанс получить корону.

Крамбеор невольно усмехнулся. Как человек, привыкший разгадывать стратегии противников, он легко понял игру Короля и наместника. Круотер был слишком молод, его ум затуманен иллюзиями, и, вкупе с юношеской категоричностью, он просто не способен был слышать и видеть то, что происходит вокруг. Подросток признавал лишь тот мир, в котором закрылся сам, и единственная возможность открыть ему глаза – это уступить место действию и заставить очевидность выступить саму за себя.

Ерардэр, отошедший от шока, с интересом наблюдал картину, разворачивающуюся на его глазах. Не каждый день увидишь такую великолепную игру Керлиндера. Будь они в другом месте, он бы точно не удержался от аплодисментов. Его наместник всегда хорошо видел людей, умел находить нужные слова и действия, и сейчас он разыгрывал очередной привычный сценарий, который несколько раз использовал и на Ерардэре. Даже самое непробиваемое ослиное упрямство гибнет под ударом истины, иначе уже ничего не может помочь человеку. Ерардэр не желал вмешиваться в это действие, но кое-что он мог сделать. Когда его не будет, Керлиндер останется за главу дома, и необходимо, чтобы его значимость ничуть не уступала значимости Короля.

- Керлиндер, – уверенно позвал он, и когда юный наместник обернулся, протянул ему меч, всё это время находившийся у него в руках. Глаза Керлиндера расширились от удивления. Меч дома, брат протягивал ему меч дома! Символ правления Королей. Конечно, помимо Ерардэра сейчас он единственный, кто может коснуться этого клинка, но наместник не ожидал такой чести. На глазах у всей семьи Керлиндер принял меч Морзано, светло-синие искры пробежали по мечу. Наместник! Истинный наместник! Он сам словно стал выше, и в до этого спокойных глазах появилась глубокая мудрость и непоколебимое равновесие.

Круотер тоже вытащил меч, простенький клинок, слишком украшенный для того, чтобы быть боевым оружием, слишком массивный, чтобы защищаться от скоростных ударов, слишком неподходящий для молодого воина.

Они встали друг напротив друга, Круотер занёс меч, занимая боевую позицию, Керлиндер же церемониально прижал клинок дома к груди, не желая использовать его в битве. Это был знак его права выступать здесь от имени Ерардэра, и он с честью выйдет победителем из этой ситуации.

Круотер сорвался вперёд, стараясь застать наместника врасплох. Ему отчаянно хотелось доказать, что он ничуть не хуже Ерардэра или кого бы то ни было, и юноша был готов ради этого на всё. Он с детства привык биться, и в своих краях слыл непобедимым. Намного превосходя по силе своих сверстников, Круотер привык побеждать и даже не рассматривал вариант поражения. Лезвие его оружия уже приближалось к наместнику, замершему с закрытыми глазами и прижимающему к груди меч дома.

- Вот, – подумал Круотер, – ещё немного…

Лезвие неслось с ужасающей скоростью, и лишь за какие-то доли секунды, когда Круотер уже мысленно праздновал победу, глаза Керлиндера раскрылись. Даже в такой спешке подросток не мог не заметить, что от взгляда наместника словно полыхнуло жаром. Лёгкое незаметное движение и массивное оружие Круотера рассекло воздух. Промахнулся?! Неужели промахнулся! Он замер, ошарашено оглядывая пустое место, где несколько секунд назад стоял наместник.

- Сумон, – послышался приторно-вежливый голос из-за спины, – вы собираетесь сражаться или я могу уйти?

Круотер обезумел, ещё никогда его не унижали подобным образом, ещё никогда он не был так зол. Беспорядочные удары сыпались во все стороны, но ни один из них не достигал цели. Наместник легко уворачивался, даже не пытаясь использовать своё оружие. Мальчишка был слаб, он не имел никакого представления ни о мире, окружающем его, ни о истинной силе. Круотер не умел контролировать свои эмоции, не умел чувствовать противника, не умел слушать этот огромный и невероятный мир, чтобы увидеть то, что недоступно обычному взору. У него не было шанса.

- Перестань, – в отчаянии закричал подросток, продолжая наносить тяжёлые рубящие удары, – прекрати бегать, сражайся!

Последнее, что смог зацепить глаз Круотера, это как Керлиндер обернулся. Несколько вспышек боли в разных местах, и вот он уже лежит на полу не в силах даже пошевелиться. Керлиндер, завершив последний удар корпусом, медленно поднялся и передал так и неиспользованный меч Ерардэру. Тот кивнул, принимая назад своё оружие, и наконец-то подошёл к обессиленному подростку. Круотер приподнялся на локте, стараясь хоть мельком увидеть то, что происходит. Его грёзы рухнули. Стремясь сюда за победой, он оказался на полу, поверженный наместником, даже не Королём! Круотер был слаб и впервые осознал это слишком хорошо. Всю жизнь привыкший полагаться на физическую силу, он заметил, что помимо этого есть ещё что-то, и это что-то никак не могло оформиться в его мыслях. Эти люди были другими, все они. Что-то незримое выделяло их, заставляя кровь застыть в жилах, если ты перешёл им путь. Обезображенный меч Круотера валялся где-то поодаль. Его прошлого больше не было, а будущее полностью исчезло, сражённое Керлиндером.

Перед глазами проскользили тёмные полы плаща. Круотер поднял взгляд и ужаснулся. Рядом с ним, опустившись на колено, сидел Ерардэр Морзано. Невольно по телу подростка прошёл холодок. Теперь он искренне боялся этого человека, и если для наместника Круотер оказался никем, то теперь Король просто уничтожит его за посягательство на корону. Однако лицо Ерардэра было на удивление спокойным и полным умиротворения. Он внимательно разглядывал подростка, стараясь увидеть что-то, недоступное взорам других. Круотер замер, ожидая своего приговора, боясь даже шелохнуться под взглядами этих людей.

- Ты сделал ошибку, – начал Ерардэр, и голос его прозвучал одновременно твёрдо и успокаивающе, – ты попытался посягнуть на силы, неподвластные тебе, силы, к которым ты не испытываешь ни привязанности, ни уважения. Естественно, что они оттолкнули тебя, приведя к поражению. Никакую крепость нельзя взять прямым ударом, основанным только лишь на глупом упрямстве и безрассудстве. Если ты не будешь идти вместе с этим миром, он уничтожит тебя, как болезнь на собственном теле. Ты сделал ошибку, но не ошибается тот, кто ничего не делает. Твой путь был не прост, но он привёл тебя сюда, и у тебя всё ещё остался выбор. Сейчас твой прошлый путь окончен, а новый ты выберешь сам. Ты всё ещё остаёшься Морзано, что бы ни произошло, ты всё ещё часть этого дома. Ты можешь вернуться к своей судьбе. Если ты готов учиться и бороться с самим собой, ты можешь стать другим. Можешь занять своё место среди членов дома Морзано как истинный посвящённый, а можешь блуждать в тумане, так и не найдя смысл своего существования. Ты мой брат и я не хочу терять тебя даже не успев встретить, но твоя воля свободна и выбор этот можешь сделать только ты сам. Я предлагаю тебе остаться в доме и начать учиться под предводительством Гретелии и Керлиндера или отправиться восвояси и больше никогда не появляться в этих стенах.

Ерардэр поднялся и медленно пошёл в центр зала. Керлиндер, стоявший напротив, в этот момент видел, как быстро начало меняться лицо подростка. Изумление и непонимание сменились растерянностью. Круотер был ещё слишком юн, и едва ли мог предвидеть свой путь. Возвращаться ему было некуда. По информации Керлиндера, его мать давно уже была замужем, и королевский байстрюк явно не вписывался в её новую семью. Круотер был разрываем противоречиями: с одной стороны, принадлежность к древнему роду тянула его в храмы и залы, а привычка жить в обычном мире, далёком от каких-либо законов, пугала его перспективой вечно быть запертым в этом странном обществе с его непонятными законами и традициями. Но было одно различие, различие, определяющее всё. В том, привычном ему мире, его уже никто не ждал. Он никому не был нужен. А здесь, нужен ли он этим людям как насмешка над их благородством? Они были сильны, сильны и величественны, и подсознательно Круотеру хотелось почувствовать себя частью этого мира. Не как враг и насмешник, а как один из них, владеющих частью мудрости этого мира. Сердце отозвалось криком, сомнения были отброшены, у него больше нет другого пути.

- Ерардэр, – громко окрикнул Круотер, наконец, поднимаясь на ноги. В ответ на это, глава дома остановился и обернулся, ожидая продолжения, – я прошу тебя обучить меня тому, что подобает знать члену дома Морзано, чтобы впредь я мог достойно занять своё место в семье.

- Ты уже часть этого дома, – улыбнулся Ерардэр, – я рад, что ты вернулся домой.

Взять на себя обучение Круотера вызвался Крамбеор, слишком этот нахальный и глупый мальчишка напоминал ему его самого, когда он после долгих скитаний всё-таки осознал ценность законов силы и своей семьи. Тапеллания вместе со своей семьёй отбыла вскоре, любезно попрощавшись со всеми. Поймав взгляд Керлиндера, она слегка кивнула ему, признавая его талант и право на звание наместника. Гретелия же внешне кажущаяся привычно холодной и отчуждённой, была безумно горда обоими своими внуками. Эта парочка сумеет возродить дом, теперь у неё не осталось никаких сомнений.

Когда зал, наконец, опустел, Керлиндер судорожно выдохнул и позволил себе опуститься прямо на пол. Ерардэр же привалился к косяку, закрывая глаза. Лицо его расслабилось. Всё это время оба находились в таком внутреннем напряжении, что теперь готовы были упасть от усталости. Каждый взгляд, каждый жест, всё было под их контролем, но они выстояли, и теперь дом Морзано может надеяться на возрождение.

- Конечно, если Ерардэру удастся вернуться, – мысленно добавил Керлиндер, но тут же в уме отогнал эту идею куда подальше.

- Наконец-то это закончилось, – проворчал наместник, разваливаясь на полу, – я под конец уж решил, что придётся ещё и с Адриином дуэль устраивать.

- Благо Амирия ещё имеет над ним власть и смогла увести его, – старший Морзано дошёл до ближайшего кресла и бесцеремонно развалился в нём, – ну, по крайней мере, кроме Круотера меня никто не пытался свергнуть.

- Лиха беда начало, – ответил Керлиндер, – не думаю, что Совет будет столь же рад твоему возвращению, как наша семья.

- Да, – задумчиво усмехнулся Ерардэр, – с ними придётся повозиться.

- Но сегодня у нас всё получилось, а, значит, разберёмся и с Советом, – беззаботно рассмеялся наместник, как в далёком детстве, словно через мгновение ему не придётся снова бороться вместе с братом за судьбу своей семьи.

- Меня беспокоит Адриин, – помрачнел Ерардэр, задумчиво глядя перед собой, – что с ним происходит?

- Периодические помутнения рассудка, – ровно ответил Керлиндер, – из-за вспышек гнева и выбросов эмоций младший Редоме даже не может удержать оружие средней силы. Он всё гасит, что бы ни попадало на его пути. И Адриин не хочет бороться, боюсь, что Амирия запросто может потерять и его, если он растеряет последние крупицы своего сознания.

- И что можно сделать? – спросил Король.

- Нам ничего, – фыркнул Керлиндер, очевидно, что и ему самому не нравилась эта ситуация, – как бы сильны мы не были, мы не можем повлиять на его волю. Все выборы он делает сам. Амрия может, конечно, настучать ему по голове, но глядя на него сегодня, не думаю, что это даст какой-либо эффект.

- Какой парадокс, – грустно улыбнулся Ерардэр, – свобода выбора даёт нам столько возможностей, и в то же время может обернуться страшным проклятием

- Да, – согласился Керлиндер, – это действительно так. Чтобы получить помощь, нужно сначала захотеть измениться, а потом попытаться идти выбранным путём, даже если кажется, что это невозможно. Если ты устремлён, то ничто не сможет тебя остановить и всё будет способствовать и помогать тебе на этом пути.

- Как нам, – улыбнулся Ерардэр.

- Как нам, – кивнул его брат, – по крайней мере, Амирия и Тапеллания высказали тебе своё почтение, а Крамбеор, по-моему, вообще в восторге от этой ситуации. У нас неплохие союзники. Конечно, это не много, но если костяк дома Морзано будет таким, нам нечего опасаться, по крайней мере в собственной семье.

- Есть ещё Круотер, – слегка усмехнулся старший Морзано, – не знаю, что ожидать от этого подростка. Он отравлен злобой, причём злобой на Ристофера, так же, как и я когда-то, – проговорил Ерардэр, поднимая взгляд, – Круотер хотел получить трон не для того, чтобы насолить мне, а чтобы отомстить отцу.

- Но ты же справился с этим, – улыбнулся наместник, – сумел преодолеть эту злобу.

- Справился, – глубоко выдохнул глава дома, – но это был долгий и непростой путь, и вряд ли кому-нибудь я пожелаю пройти его.

- К сожалению, наши желания редко спрашивают, – спокойно продолжил младший Морзано, – и Круотер уже вступил на этот путь. Не спорю, что в любой момент он может сорваться, но мы не можем пройти его путь за него самого. Максимум, что мы можем сделать, что ты можешь сделать как его брат и человек, прошедший подобный путь, это поддержать его и помочь разобраться в себе, поделиться своим видением пути и, возможно, открыть ему глаза на то, что на самом деле происходит с ним.

- Но как мне с ним разговаривать! – воскликнул Ерардэр. – Он же не станет меня слушать!

- С чего ты взял? – переспросил Керлиндер, прищурившись. – Возможно некоторое время назад он не дал бы тебе и слова вставить, но сейчас этот ребёнок сломлен, его идеалы разрушены. Максимум что Круотер будет делать, это фыркать и огрызаться, пытаясь хоть как-то почувствовать себя в безопасности. Не мне тебя учить, что нужно объяснить ему, чтобы он понял, что подобная защита не выход из положения, что есть другие пути, гораздо более сильные и действенные.

Ерардэр рассмеялся.

- Мне объяснять ему?! Мне, недоучке, вечно скитавшемуся по стране. По-моему, ты мне льстишь, я не тот человек, который способен научить.

- Но рано или поздно тебе придётся учиться этому. Учить своих детей, учить желающих, а после учить в храме. Будучи воином, всю свою жизнь тебе предстоит быть учителем, продолжая являться учеником. Это не страшно, что ты чего-то не знаешь, страшно не желать узнать после обнаружения незнания. У тебя впереди целая жизнь, чтобы выяснить это. Тебе просто нужно идти и чувствовать своё сердце. Ты поймёшь, когда нужно будет говорить, а когда пройти мимо бессмысленного ждущего разговора. Когда можно быть категоричным, а когда осторожным в своих суждениях. Для этого нет готового рецепта, этому ты, как и все мы, будешь учиться всю жизнь и, вполне вероятно, будешь ошибаться. Но не ошибается тот, кто ничего не делает, и с каждым разом твоё восприятие будет совершенствоваться, и ты почувствуешь, когда нужно сделать тот или иной шаг.

Ерардэр невольно улыбнулся и посмотрел на брата.

- По-моему ты и так превосходный учитель.

- Да брось, – фыркнул Керлиндер, – моя роль обязывает учить Короля дома, вправлять ему сознание, когда это необходимо, поэтому мне тоже придётся учиться чувствовать окружение, чтобы вовремя дать тебе совет или предостережение. Такова моя роль, может поэтому мне проще даётся это искусство. У тебя же это лишь часть пути, включающем ещё путь воина, правителя и хранителя, значения и суть этих ролей тебе придётся искать самому, тут я тебе уже не помощник.

Ерардэр задумался. Множество ролей, обязанностей, ответственностей... Путь, выбранный им, пролегал по очень крутой и извилистой дорожке, и идти по ней вслепую не представлялось возможным. Поэтому ему нужны были знания – вот и последнее подтверждение правильности его выбора.

- Когда ты вернёшься из Иль-де-Нарса, – неожиданно начал Керлиндер, – если сможешь, то расскажи мне про то, что узнал там. Устрой себе практику как учителя, – он поднял взгляд и Ерардэр понял, что его брат тоже осознаёт страшную реальность. У них ничего не осталось, их знания крохи, и в глазах великого Керлиндера на мгновение вспыхнула беспомощность от неуверенности в своих внутренних силах. Если бы на то была его воля, он бы тоже отправился вместе с ними, но кто-то должен остаться здесь и наместник дома Морзано смиренно принимает свой долг.

Двое всадников двигались прочь от неприступных стен цитадели Морзано. Путь их лежал на восток, в пустынные земли, откуда каждое утро выглядывали первые лучи, освещающие все грани Амбэральских земель. Чёрный конь скакал во весь опор, разбивая копытами землю, неся на себе такого же тёмного всадника, скрывающегося под чёрным походным плащом. Ветер то и дело пытался сорвать капюшон, надеясь увидеть лицо наглеца, посмевшего обогнать его в его же степях, но снова и снова терпел неудачу, невольно подчиняясь силе воина, идущего по пути судьбы. Второй, белый конь не отставал от своего спутника, но двигался гораздо мягче, хоть и с той же стремительностью и отвагой. Белый всадник даже не пытался надеть капюшон, и светлые волосы уже вовсю находились во власти ветра и солнца. Владыка ветров улыбнулся им и пустился следом, сопровождая их в дальнюю дорогу в те края, где даже ему не ведомы все тайны...

Глава 3. Лиана

За окном раздался грохот надвигающейся грозы, но девушка даже не подала виду, задумчиво глядя в огонь. Чёрный замок со своим скромным убранством создавал ощущение защищённости, но порой ничто не может защитить от собственной судьбы. Вот и сегодня ей не спалось. В детстве в такие минуты она убегала в главный ритуальный зал. Там, у самого Сердца дома, как ей казалось, никто и ничто не сможет причинить ей боль. Но годы шли и реальность маленькой девочки всё больше и больше покрывалась тёмными пятнами очевидности. Нет, она не потеряла веру в лучшее, просто научилась жить в новом мире, играя по его законам, но при этом не давая никому посягнуть на свои собственные принципы.