Создатели Монстров

- Есть две новости. Одна неплохая, вторая так себе. – сказал дядя вместо приветствия. – какую сначала?

- Неплохую.

- Последний вариант Хамелеопендры отлично зашел на Биржу. Бродяги Стурра купили двадцать копий, и еще полтора десятка взяли Золотые сотни.

- Ого! – восхитился Крис. – сразу столько!

- Не обольщайся. – Старшина поморщился. – покупателей привлекла фамилия мастера-бестиолога. Валье всегда были эталоном качества… В любом случае, поздравляю тебя с первыми заработанными тобой деньгами – заберешь в кассе Биржи. Ну а теперь к новости плохой. Ты в глубокой жопе, дорогой племянник. Потому что отчитываться ты будешь не перед Мастером Ясенем, а перед самим Светозаром Бурьяном!

Вскоре после феерической победы Копуши над Тигроконем, дядя буквально затащил Криса в свой кабинет, и за пять минут объяснил ему, в какую … ситуацию он попал. Бог с ним с монструшей – проиграл бы бой, потерпел бы шутки и глумление пару недель, а потом следующий бедолага попал бы в передрягу, и о младшем Валье мгновенно бы забыли. А теперь ситуация была гораздо опасней – создание существ без ведения лабораторного журнала и «печати качества» Наставника каралось строго, вплоть до пожизненного отчисления с запретом работать в дисциплине. То есть, после такого «волчьего билета» он смог бы устроиться разве что помощником алхимика, мыть склянки.

К счастью, у юноши был дядя. План Теодора Старшины был прост как палка, и поэтому надежен. В липовых лабораторных записях вдобавок к основному рецепту был вписан «туманный камень». Этот коварный минерал вел себя как капризная и ветреная девица – он ежеминутно менял свои свойства в крайне широком диапазоне. Его иногда использовали бестиологи, склонные к интуитивным решениям, или те, кто оказался в творческом тупике, но случалось это редко – «туманный камень» был очень дорогим ингредиентом. Изредка использование туманника приводило к поразительным результатам, но чаще всего порождало удивительно бесполезных монструш.

Они готовились к отчету, репетировали реплики и готовили ответы на самые каверзные вопросы. Франц Ясень был молодым мастером, с большим уважением относящийся к Теодору Старшине, поэтому серьезных проблем не ожидалось – Крис планировал кратко обрисовать ситуацию, пообещать впредь быть внимательней, и… все. Пара формальных вопросов, и он свободен. Но «лить кашу в уши» Архимастеру Светозару Бурьяну, одному из сильнейших бестиологов современности…

- Придерживаемся прежнего плана.– дядя боднул племянника тяжелым взглядом. – ты готов?

- Готов. – полной уверенности у Криса не было, но хотя бы голос у него не дрожал.

- Пусть так и будет. – пристально посмотрев на Криса, дядя открыл массивную дверь из самшита и они зашли в приемную, где суровая секретарша Агнесса Дудняк ледяным взглядом указала им на кабинет декана. И если дядю можно было с утра до ночи обстреливать такими взглядами, он бы и не почесался, то племянника пробрал озноб.

Кабинет декана Сфинкса сразу настраивал на деловой лад – в нем не было вычурной роскоши, богатой инкрустации, лепнины и позолоты. Круглое помещение с высоким куполообразным потолком, стрельчатые окна в медной оплетке, кедровые панели по стенам, ипростой дубовый стол. Сев на неудобный стул, Крис постарался успокоиться, глядя, как глава Сфинксов что-то быстро пишет в небольшой книге с зеленой обложкой.

Светозар Бурьян был немолод – в прошлом году он отметил двухсотлетний юбилей. Достижения алхимии и собственный дар позволяли ему выглядеть на сорок лет, и в его густой, всклокоченной «гриве» было только несколько серебристых прядей. Но во взгляде серых, глубоко посаженных глаз таилось столько силы, ума и опыта, что Кристофер невольно подумал, что их с дядей план, возможно, не такой уж и безупречный.

- Теодор, Кристофер. – голос Архимастера звучал глубоко и низко. – я рад, что Валье по-прежнему не оскудевают талантами.

Кристофер в первый раз попал в кабинет декана, и очень сильно надеялся, что это посещение будет последним. Бурьян внимательно посмотрел на юношу, отчего у него ощутимо задрожали колени. Возникло ощущение, что Архимастер видит его насквозь – вместе с его страхами, комплексами и чувством вины. И, разумеется, вместе с его лживой историей про «туманник».

- Расскажи-ка мне, Старший Школяр… - в этот момент в дверь деликатно постучали. – очень вовремя, это твои преподаватели. Думаю, ты будешь рад рассказать им о своих успехах. – Входите!

Крис был бы очень рад оказаться очень далеко отсюда, но выбора у него не было. В кабинет зашли высоченный и широкоплечий, как цирковой атлет, Мастер Аэрн Горностай, Наставник Алхимии, а также Мастер Георгий Луковица, седой как снег Наставник Трансмутаций.

Уважаемые Наставники выглядели очень сурово. Они устроили своему подопечному форменный допрос, задавая десятки каверзных вопросов. Крис отвечал по существу, понимая, что на кону стоит не только его карьера, но и репутация дяди. Как смешивал, с чем, в какую фазу луны? Любая пауза или заминка сопровождалась понимающими взглядами и поднятием бровей. Через четверть часа Архимастер Бурьян поднял ладонь, останавливая «беседу».

- Спасибо, Кристофер. Жаль, что пока такую многообещающую бестию не получится пустить в серию… ты бы вписал новые строки в летопись славного рода Валье. Хотя… - декан смотрел с каким-то пронзительным прищуром. – я думаю, ты удивишь нас в самое ближайшее время.

Последние слова он явно выделил интонацией, давая понять – беседа окончена. Аэрн и Георгий переглянулись так, словно обменивались мыслями.

- Мастер, Архимастер, Декан…. – Теодор обменялся со всеми крепкими рукопожатиями, а Крис не решился, поэтому просто кивнул всем и торопливо последовал за дядей, который размашистым шагом направился к выходу. Идя по полупустым коридорам, Подмастерье думал о том, что разговор прошел очень странно.

Несмотря на то, что Наставники задали множество вопросов, во всем чувствовалось второе дно. Словно уважаемые бестиологи играли спектакль, в котором нужно было проговорить определенные реплики, но сама суть была скрыта в чем-то другом. А вот в чем?

- Ну что, дядя? – Крис благоразумно воздержался от вопросов, пока они не вышли из монументальных дверей центрального здания Факультета. – как думаешь, все прошло нормально?

Дядя хмыкнул с непонятным выражением лица, и показал бровью в сторону величественной Арки Спящего Монструши, за которым начиналась темная громада Старого Парка. Брови у Теодора Старшины были мощными, кустистыми, а потому и жест получился внушительным – не у каждого так рукой получится. Племянник без вопросов последовал за дядей.

Они прошли мимо строящегося купола Гранд Арены – это гигантское сооружение должно было вместить в себя сотни тренировочных залов и десятки боевых, лаборатории Призыва и алхимические, библиотеки и еще многое другое – открытие планировалось уже через пару недель, и сотни Цепких Паукомангустов под присмотром двоих Подмастерий доводили до ума фасад здания.

«Эх, вот бы здесь арендовать лабораторию! Сразу с Тренировочным залом и алхимическим хранилищем!» Крис прекрасно понимал, что до такой роскоши, как собственная Лаборатория, он дорастет не раньше, чем в ранге Старшего Подмастерья, но помечтать то можно было?

Дядя сумрачно молчал, и племянник решился к нему обратиться лишь тогда, когда они оказались под густой сенью величественных дубов, грабов и златолистов.

- Теперь можно? –Крис очень надеялся, что Старшина не планирует его прикопать где-нибудь в гуще леса, подальше от любопытных глаз. -или нужно дойти до Зубов Мантикоры?

- Подожди.

Из-под ближайшей древесной кроны вылетела небольшая тварь, похожая на летучую мышь. Она суматошно махала крыльями и тонко пищала. От обычной летучей мыши ее отличали фантастических размеров уши и тошнотворный бледно-коричневый цвет. Это была одна из многочисленных тварей дяди – Ушастый Дальнослух. Великолепный разведчик, диверсант и охранник, он был способен услышать треск ветки под ногой человека за несколько морских миль.

- Бди. – едва слышно сказал дядя, и существо, утвердительно пискнув, улетело обратно в листву. – теперь можно поговорить, не опасаясь за лишние уши.

Дядя сумрачно смотрел на племянника, катая желваки и шевеля бровями. Выглядел он при этом не угрожающе, как обычно, а скорее… если бы это не был грозный Теодор Старшина, Крис назвал бы это состояние тягостным недоумением.

- Слушай сюда, племянник. Обвинений тебе не предъявили, а значит, вопрос закрыт. – Крис облегченно выдохнул. – но что-то тут нечисто. Бурьян опять же – ни одного вопроса не задал, а он ревнитель правил каких поискать… Есть тут что-то еще, а что – пока непонятно.

Дядя сделал пару шагов, шурша опавшими листьями. Где-то вдалеке «скрипнул» Дальнослух – судя по всему, никого поблизости не было. Ветер усилился, и кроны дубов шумели, как штормовой океан.

- Пока я не разберусь, сиди тихо. – дядя хмуро посмотрел на нерадивого племянника. – отдохни, подумай, как будешь работать с Мастером Яшмой... Он отличный бестиолог, один из моих лучших учеников. Алхимик великолепный, трансмутатор еще лучше. А вот в Арканах никогда не блистал – тут вы друг друга дополните.

Закапал мелкий, моросливый дождик, Дальнослух печально заухал где-то в кроне огромного златолиста – маленькой твари явно не нравилось мокнуть. Дядя стоял, как каменный столб, напряженно о чем-то думая. Хотя почему «о чем-то»? Он явно размышлял, как еще озадачить своего племянника.

- Этим двум олигофренам, твоим приятелям. – он помахал крупными пальцами в воздухе, изображая Руди и Малкольма. – ничего не рассказывай. Мозгов у них, как у колибри, могут тебя подставить, потом не разгребешь. Помалкивай! – дядя внезапно рявкнул, отчего Крис сломал хворостину, которую до этого крутил в руках. – молчи, слушай, учись. И еще… Поаккуратней с рыжей.

- Почему…

- По кочану! – Старшина задумчиво хмыкнул. – ладно, племянник. Рот на замок, ушки на макушку и работать.

***

Рита пришла, опоздав почти на час – Крис уже успел одолеть половину монографии Петра Осины. Этот талантливый бестиолог очень подробно разбирал свои необычные ислледования на стыке бестиологии, алхимии, и, как это ни странно, некромантии. Несмотря на почти полный запрет «кладбищенского искусства», выкладки у Осины были настолько интересными, что юноша даже забыл, ради чего он сюда пришел.

Когда девушка, вооруженная стопкой альбомов, шумно упала на стул перед ним, Крис даже немного опешил. Рита выглядела так, словно с трудом вырвалась из клетки с катрибскими пустынными тиграми. Правая рука висела на перевязи, на шее, уходя под рубашку, синел здоровенный кровоподтек, и поперек лба тянулась глубокая царапина, заклеенная лечебной полупрозрачной слизью. Она вывалила перед юношей бумаги и откинулась на спинку стула, переводя дух. Отвечая на невысказанный вопрос Криса, она криво ухмыльнулась:

- Ну что, красотка, а? Не обращай внимания, небольшие неприятности на работе.

- Ты кем работаешь?! Укротителем бешеных мантикор!?

- Какая тебе разница?! – неожиданно вспыхнула Рита. – я же не спрашиваю, кем ты работаешь? Хотя о чем это я, у тебя же есть дядя, знаменитый Теодор Старшина. Вряд ли ты когда-нибудь задумывался о том, что лучше – поесть и поспать под деревом, или голодной переночевать в ночлежке?

После этой вспышки девушка замолчала, перебирая бумаги на столе. Крис тоже молчал, думая о том, стоит ли ему тоже рассердиться, или лучше постараться сгладить ситуацию. В поведении девушек он почти не разбирался, поэтому оба варианта казались ему глупыми.

- Ладно, извини, Кристофер…

- Лучше просто Крис.

- Крис… неа, тебе не подходит. – уже с нормальной улыбкой Рита оглядела юношу. – ты весь такой домашний, воспитанный мальчик с «золотой монетой в кармане». Тебе только очков не хватает и будет вылитый «безупречный студент».

Крис хотел было что-то возмущенно сказать, но Рита вскинула руки:

- Погоди, да я же не в упрек… Ты нормальный, просто немного тюфяк. Я потому и разозлилась, что ты просто не представляешь, каково в Академии нам, обычным ребятам из Хрустальных факультетов. Всем тем тысячам «коняшек» и «козликов», которым потолок определен – старшим продавцом в алхимической лавке, или сержантом в Легионах…

Девушка посмотрела чуть в сторону, и Крис еще раз поразился ее самообладанию – фиолетово-черный кровоподтек на шее должен болеть просто адски, но Рита вела себя совершенно свободно – по крайней мере, физически. И еще раз отметил – она была красива. Странной красотой, сочетанием несочетаемого. Мягкие, полные губы и рваный шрам над бровью, большие зеленые глаза… и пристальный, даже жесткий иногда взгляд.

- Я иногда подрабатываю «мясным шариком». Иногда… - Рита усмехнулась невесело. Было видно, что откровенность далась ей нелегко. – потому что вредное очень занятие, как видишь.

- Ааа…ть! - Крис был настолько поражен, что никаких слов, кроме матерных, у него не нашлось. – как ты до такого додумалась?!

«Мясными шариками» в просторечии называли тех, кто проверял готовность бестий к запуску в серию. Разумеется, проверял непосредственно – личным участием. Потому что никакие «болванчики» и даже куда более сильные твари, не могли сравниться с человеком по изобретательности и нестандартным приемам. Поэтому работа Испытателей очень хорошо оплачивалась… но считалась уделом крепких и тертых жизнью мужиков. Представить себе довольно изящную Риту под ударами той же Хамелеопендры Крис не мог при всем желании.

- Давай не будем, а? – Рита уже вернулась обратно, к ироничному защитному тону. – эту забавную историю я оставлю на потом. Кушать очень хотелось… и вариантов было не много. Этот – поверь, был самым приемлемым.

Девушка аккуратно потерла лицо руками, стараясь не задевать поврежденные места. Несмотря на круги под глазами и побледневшую кожу, она выглядела удивительно энергичной и готовой учиться. Крис невольно позавидовал ее упорству – он сам был, по словам Архимастера Крапивы, «самым талантливым лентяем на свете». Почти все учебные предметы он схватывал очень легко, но всерьез заняться теми же арканами или трансмутацией… Что говорить – он знал около дюжины однокурсников, которые на выпуске уже имели по десять-пятнадцать успешных тварей, с суммарным тиражом в полторы-две тысячи! А он только к концу четвертого курса создал первую тварь, которую не стыдно выставить на Биржу.

- Ну что, ты вроде обещал помочь? – Рита выразительно подняла неповрежденную бровь. – так давай приступим.

Крис согласно кивнул, и они склонились над разрисованными листами. Полтора часа он объяснял, спорил, убеждал и снова объяснял. У девушки был быстрый, острый ум, но в знаниях обнаружились ужасающие пробелы. Особенно критично это было для смежных дисциплин.

- Послушай, я не понимаю. – Крис почесал голову и потер глаза, в которых пересечения и узлы уже начали расплываться. – Базовые энергии, Трансфигурация… как ты их вообще сдала? Так, погоди, не злись, я же для дела спрашиваю!

После нескольких минут рассерженного «фырканья», выяснилось, что на факультете Пегаса за все предметы кроме Алхимии, Укрепления и Базового Управления надо было платить. И платить прилично – за полный курс основных предметов в месяц надо было отдавать три-четыре золотых!

- …поэтому я и работаю где только можно! – резко взмахнула рукой девушка. – за любую возможность хватаюсь, чтобы вылезти из…

- …общей массы.

- Вроде того. И ты тоже теперь такая возможность. – Рита сердито посмотрела в глаза Крису. – да, и не надо морщиться. Я такая, какая есть. Циничная, злая и расчетливая. Ты хорошо разбираешься в бестиологии, и вообще умник. Я тоже могу быть полезной… вот только не надо этого телячьего взгляда – тут тебе точно не перепадет!

Она замолчала, прищурив глаза. Крис тоже помалкивал – он не знал, что в такой ситуации можно сказать, и не без оснований опасался, что последует новый эмоциональный взрыв. Поддержать? Извиниться? Он часто слышал, что в любой непонятной ситуации с девушками самое безопасное, это попросить прощения, но вроде было не за что. Да и не хотелось еще раз услышать, что он тюфяк.

- Хорошо. – Крис успокаивающе поднял ладони. – давай так. Я помогу тебе с Арканами и Базовыми энергиями, а ты научишь меня рисовать? Урок за урок. Чего ты так смотришь, я серьезно. У меня часто бывает, промелькнет мысль, а через полчаса уже не помню. А если научусь, как ты, зарисовывать потоки, точки фокуса и прочее, то хорошие идеи пропадать не будут.

- Ладно. – Рита смотрела пристально и подозрительно, как судейский пристав. – урок за урок. И чтобы старался, а то получишь у меня, понял?

- Понял, понял. – Крис примирительно улыбнулся. – давай разберем основу классического аркана Северный Ветер…

Глава 4. Мастер из Железной Гильдии.

Крис задумчиво смотрел на Средний Стол Призыва, в центре которого медленно переливался оттенками бирюзового Аркан Северного ветра. Это был классический, стандартный аркан, входящий в «золотую пятерку» - Северный Ветер, Одинокая Скала, Запретный Лес, Бездонный колодец и Клинок Рассвета.

Северным Ветром проверяли знания и умения студентов, проводили калибровку более сложных арканов, определяли чистоту алхимических реагентов, и многое другое. Для Криса построение этого аркана не составляло никакого труда – своей первый Северный Ветер он создал еще на первом курсе, когда большинство его сокурсников только-только зажгли свой Атум.

Эхх… Крис подумал о том, сколько же времени он потратил, по сути, на ерунду. Да, он очень много читал, проводя в библиотеке, порой, по пять-шесть часов в день. Но как же мало он претворял свои знания в практические работы за Столом! Он наперечет знал не только все существующие Арканы, но даже придумал два новых – Лезвие Дождя и Черная Волна, но превратить их хотя бы в добротную тварь он так и не удосужился!

- Превосходно. – Флоранс Яшма заинтересованно посмотрел на своего студента. – Архимастер Яков Крапива и Мастер Теодор Старшина рекомендовали тебя для прохождения практики. Крапива сказал мне, что в построении арканов ты неплох. – Мастер ухмыльнулся. – это меня впечатлило, поскольку мои успехи в создании арканов, он оценивал как «чуть лучше слоновьего дерьма».

Флоранс весело рассмеялся, глядя на удивленное лицо Криса. Он вообще был очень веселым и легким – невысокий и худощавый, с копной вьющихся ярко-рыжих волос, мечтательным взглядом пронзительно-голубых глаз. Уроженец туманных островов Эйрине, он стал самым юным Мастером за последние десять лет. Ах, да. Еще он был любимым учеником Теодора Старшины, поэтому без вопросов согласился взять в ассистенты его единственного племянника.

- Архимастер Крапива меня похвалил?! Честно говоря, я от него ничего, кроме окриков, не слышал.

Преподаватель Арканологии, Архимастер Яков Крапива был общеизвестен во всей Академии, как самый склочный и вредный старикан, доводящий студентов до обмороков и неконтролируемой рвоты. Его легендарные «свинорылые собаки» и «обосранные бегемоты» давно ушли в «золотой фонд» и использовались большей частью преподавательского состава для придания остроты процессу обучения. Крис, несмотря на свой несомненный талант при создании арканов, до сих пор вздрагивал, услышав от кого-нибудь «чертов мозгоклюй» или «удавы корявые».

К счастью, учиться у Крапивы больше не придется – пятый курс Академии был посвящен практической работе непосредственно по бестиологии. Пятикурсников прикрепляли к Наставникам – чаще всего это были Подмастерья и Старшие Подмастерья. Иногда (особенно у тех студентов, чьи дяди были выдающимися Бестиологами) Наставниками становились Мастера.

На пятый курс поступало не более четверти студентов – и почти все из них были из Алмазных факультетов Дракона и Сфинкса. Топазовые: Мантикоры и Василиски, поступали на пятый не каждый год, а из Хрустальных: Пегасов, Кентавров и Минотавров, за всю историю Академии порог четвертого курса преодолели лишь трое студентов.

- Представь себе, даже Яков Крапива иногда способен похвалить кого-то. – Флоранс еще раз полюбовался на Северный Ветер. – кстати, как поживают твои приятели, Малкольм и Руди? Я преподавал им факультативы на втором и третьем курсе.

- В целом неплохо. – Крис примостился на крохотной табуретке, непонятно как попавшей в лабораторию. – оба закончили четвертый курс. Собираются в Озерные Королевства – там снова разгорается война между союзом Четырех и Каганатом, так что два Младших Школяра пригодятся. Были у них мысли насчет Школы Стали, но почитав контракт, они быстро передумали.

Школу Стали можно было с натяжкой назвать одним из факультетов Академии, хотя она ей и не являлась. В нее можно было попасть, начиная со второго курса – и многие уходили туда как можно раньше, особенно, если не тянули сложные предметы вроде Арканов.

Готовили там военных специалистов с развитыми умениями Погонщиков и Наездников. Очень часто «стальные» добивались высоких постов – к примеру, один из полемархов Восточной Империи двадцать лет назад выпустился именно оттуда…

Разумеется, были и «примечания мелким шрифтом». Двухлетнее обучение в Школе Стали стоило семьсот золотых империалов. И две трети своего жалованья выпускник отдавал своей «альма матер» до тех пор, пока долг не был закрыт полностью. Как правило, это означало пять-семь лет службы «за гроши», что никак не могло обрадовать Руди и Малкольма, чьи амбиции простирались намного дальше…

- Жаль, что Рудольф не продолжил обучение алхимии – у него удивительный, прирожденный дар и великолепная память. А у Малкольма выдающийся талант Трансмутатора, он мог бы за счет него вырасти в Подмастерье…

- Серьезно?! – Крис был несказанно удивлен – он считал, что его приятели в Искусстве совсем не блещут. – у них средний выпускной балл С-!

- Абсолютно серьезно, Кристофер. – Флоранс в задумчивости облокотился об Стол. Обычная полуулыбка сменилась серьезным, даже строгим выражением лица. – знаешь, мы забронзовели, застыли в тысячелетних традициях и правилах. Талантливые ребята из Глиняных и Медных гильдий не могут подняться выше потолка, а он низенький – Яшма показал от пола примерно полметра. – нам нужна свежая кровь, новые решения. Среди «старых семей» такие таланты, как ты, появляются все реже, все больше хорошо обученных посредственностей…

Флоранс прошелся по лаборатории быстрым, нервным шагом. Было видно, что эта тема очень глубоко его задевает.

- Знаешь почему Рудольф получил по Алхимии С вместо А+? Потому что он родился в Глиняной гильдии, и учился на факультете Пегаса. Любой Дракон или Сфинкс получили бы высший балл. А Малкольму я поставил А++ по Трансмутации, но Аттестационный Совет понизил его до В.

- Но почему?! – Крис никогда не задумывался над такими вопросами. – неужели Совету не нужны таланты?

- Совету нужны таланты, но только таланты правильные – из нужных семей, с хорошей родословной. Вот для них – прямая дорога, с которой заботливо убраны все камни и поваленные деревья. Для всех остальных это темный лес с дикими зверьми и разбойниками за каждым углом.

- А вы, Мастер? – Крис знал, что родители Флоранса из Железной гильдии, жонглеры из странствующей труппы. – как вы смогли пробиться?

- Удача. – печально улыбнулся Яшма. – Теодор Старшина заметил мой дар, когда я, полуголодный мальчишка, развлекал зрителей жонглированием и трюками на центральной площади Предполья.

Флоранс с силой потер лицо, словно стирая невеселые воспоминания. Прошелся по лаборатории, пробежался пальцами по корешкам книг на полке. Когда он повернулся к Крису, на его лице снова была знакомая беззаботная полуулыбка. Но теперь юноша знал, чего она стоила мальчику из низов.

- Ладно. – Мастер хлопнул в ладоши. – хватит болтовни, давай займемся делом. Я работаю над созданием нового чудовища – в потенциале В или даже В+. Рабочее название – Иглометный Грифослон. Поступил заказ от Первого Бронеконного полка Восточной Империи на мобильное и хорошо защищенное чудовище, способное атаковать тяжелобронированную пехоту или разрушать полевые укрепления на большой дистанции.