Вызов Альфам

– Ладно, детка. Сделай так, чтобы я тобой гордилась. И если кто-то попытается тебя унизить, покажи им, на что способны ребята из гетто, – сказала Нэнси, пытаясь сохранить свой обычный жёсткий тон, но её голос слегка дрогнул.

Вайолет улыбнулась, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.

– Я буду скучать.

– Я тоже, Вайолет. Я тоже, – ответила Нэнси напряжённым голосом, сдерживая подступающие слёзы.

На мгновение они замерли, обнимая друг друга так, словно никогда не отпустят. Однако пронзительный гудок поезда прервал этот момент, сигнализируя о посадке. Вайолет отстранилась и схватила сумку.

– Увидимся, наверное, когда закончится семестр, – сказала она, пытаясь звучать небрежно, хотя тревога от того, что она уезжает одна, быстро нарастала.

Нэнси отмахнулась.

– Не, когда семестр закончится, иди гуляй с друзьями, исследуй города, веселись. – И добавила себе под нос: – А мне дай снова насладиться свободой.

Вайолет фыркнула, закатив глаза. Теперь, когда её не будет рядом, мать, вероятно, будет водить в трейлер столько мужчин, сколько захочет. Вайолет сморщила нос, надеясь, что они не перенесут свои дела в её постель. В то же время она осознала, на какие жертвы Нэнси шла ради неё все эти годы – ради той, кто даже не был её родной дочерью.

– Спасибо тебе, Нэнси, – произнесла она это так, будто действительно это имела в виду.

– Пожалуйста, детка. А теперь иди, пока твою задницу не оставили позади, – она махнула ей рукой, и в её глазах промелькнула тень грусти.

Вайолет помахала в ответ и повернулась к поезду. Она сделала всего несколько шагов, когда Нэнси крикнула:

– И не забывай, чему я тебя учила, детка! Когда станет туго, просто хорошенько отсоси!

Боже, нет. Вайолет застыла на месте, униженная тем, что головы повернулись в её сторону, а осуждающие взгляды людей перескакивали с неё на Нэнси. Она бросила через плечо яростный взгляд, показав матери средний палец, а Нэнси разразилась смехом, совершенно не смущаясь устроенной ею сценой.

– Поверь мне, ещё спасибо скажешь, – донёсся до неё смех Нэнси.

На этот раз Вайолет проигнорировала её и поспешила в поезд, пылая щеками и избегая всеобщих взглядов, мечтая провалиться сквозь землю. Ну конечно, только её мать могла найти способ так её унизить.

Найдя своё место, она бросила сумку и рухнула на сиденье, уставившись в окно. Люди всё ещё садились в вагоны, но скоро поезд тронется, и её путешествие в Город Астер – и в Академию Лунарис – начнётся.

5 Невозможно укротить зверя

Новенькие встали в конец очереди за завтраком, болтая и смеясь, в блаженном неведении о хищнике, что наблюдал за ними.

Лишь когда одна из девушек ощутила испепеляющую силу взгляда, она обернулась. Улыбка всё ещё играла на её губах, но тут же дрогнула, стоило ей встретиться глазами с Эшером Найтшейдом.

А точнее, с его тенью. Кто знает, что бы с ней уже случилось, будь это его настоящие глаза?

Она была одной из новых стипендиаток. Как и другие, она слышала шёпот о его зловещей репутации. Её подруга, стоявшая рядом, всё ещё не замечала резкой перемены в её поведении и была поглощена разговором, пока девушка не тронула её. В тот же миг, как подруга подняла взгляд и встретилась с глазами Эшера, свет в её собственных глазах тоже угас.

Их разговор тут же затих, и они отвернулись, уставившись вперёд. Несколько студентов поблизости заметили внезапную тишину и обернулись, но тут же отвели взгляд, поняв, что это Эшер Найтшейд.

Никто из них не знал, почему он смотрит на них так, будто может прожечь дыру в их черепах, но они и не хотели этого выяснять. Никто в здравом уме не желал оказываться в центре его внимания.

Никто.

Эшер вздохнул и провёл рукой по своим иссиня-чёрным волосам, таким тёмным, что, казалось, они отталкивали свет. По бокам волосы были коротко выстрижены, а сверху – длиннее, и часто спадали на глаза. Раньше они были ещё длиннее – завеса, за которой он прятал свои проклятые глаза. Но когда он поступил в эту школу, ему пришлось полагаться на тень, и это заставило его подстричься короче.

Но сейчас всё это не имело значения, ведь у него были проблемы посерьёзнее. Новенькая всё ещё не появилась. И под «новенькой» он подразумевал Вайолет Пурпл. Эшер знал это, потому что пристально следил за её ситуацией.

С того самого момента, как Джеймсон отправил письмо о зачислении, Эшер был начеку, ожидая, что она появится на следующий же день, готовая упасть в его объятия – объятия, которые были более чем готовы её принять. Вот только этого не происходило.

Прошла неделя, а от неё всё ещё не было ответа. Он даже отправил повторное письмо на случай, если она не получила первое, но по-прежнему – ничего. Он пошёл ещё дальше и велел Джеймсону позвонить в её школу, чтобы выяснить, почему она не приняла предложение, но там не смогли ничего ответить. И это начинало сводить его с ума.

Эшер знал, что по правилам Вайолет уже должна была лишиться права на стипендию, но этому не бывать. Он и был правилом. Он решал, какие люди поступят в школу, и Вайолет определённо была одной из них.

Он невольно задумался, знает ли Вайолет. Понимает ли она, что хищник ждёт, чтобы поглотить её целиком? Эшеру хотелось верить, что Вайолет делает это нарочно, играет с ним. Он представлял, что, закончив его дразнить, она наконец-то появится.

Он искренне на это надеялся, потому что Вайолет стала его новой одержимостью, наркотиком, на который он подсел, едва уловив её запах. И он намеревался вскоре её распробовать. От одной только мысли об этом определённая часть его тела напряглась, и он с тревогой забарабанил ногой по полу.

Одно было ясно: если Вайолет не появится на этой неделе, он вытащит её из любого уголка земли, где бы она ни пряталась. Его терпению был предел. Никто не бросал ему вызов и не уходил безнаказанным. Они должны сыграть в игру.

– Привет, братец, – раздался голос, и чья-то рука обвила шею Эшера, вырывая его из раздумий.

Даже не глядя и не уловив запаха, Эшер точно знал, кто это. Лишь один человек осмеливался так вторгаться в его личное пространство.

Наконец он обернулся, подтверждая свои догадки.

Роман Дрейвен.

Один из его так называемых «кардинальных братьев», как их все называли. Хотя на самом деле они не были родственниками ни в малейшей степени.

От слова «брат» он сморщил нос. У него не было братьев. Все они были соперниками, борющимися за титул будущего Короля Альф. Но если среди них и был тот, кого он мог «терпеть», так это Роман, и на то была веская причина.

Роман был самым общительным из кардинальных альф, обаятельный, озорной и известный ловелас. Нетрудно было понять, почему женщины слетались к нему.

Они обожали ямочки, которые появлялись, когда он смеялся, его растрёпанные волосы, по которым он проводил рукой, словно пытаясь соблазнить всех своим непринуждённым обаянием, и те самые завораживающие зелёные глаза, способные влюбить в себя кого угодно.

Его лёгкий характер и острый ум делали его популярным среди сверстников. Но за этим беззаботным фасадом скрывалась более хитрая сторона. Роман был по-своему искусным манипулятором.

Хотя он и казался самым безобидным из четверых, в нём была тьма, доказывая, что внешность бывает обманчива. И всё же, несмотря на своё плутовское поведение, он был яростно предан тем, кто был ему дорог, и не так поверхностен, как казался. Возможно, поэтому Эшер и позволял ему быть рядом. Потому что даже ему нужен был лучик света, чтобы уравновесить его тьму.

Роман без спроса плюхнулся рядом с ним и, наклонившись, с озорной ухмылкой поддразнил: «Я смотрю, ты разглядываешь свежее мясо».

Как бы не так. Эшер даже не допускал такой мысли. Он не был похож на кобеля, сидящего рядом с ним. Да, он был привлекателен – чертовски привлекателен, – но никто никогда не принимал его за прекрасного принца. И девушки, казалось, тоже это понимали, потому что держались на расстоянии, чувствуя исходящую от него опасность.

Лишь немногие осмеливались шагнуть в его тьму. И даже те, кто побывал в его постели, всегда совершали одну и ту же ошибку. Они думали, что смогут его приручить. Они так и не поняли, что зверя приручить невозможно, пока не становилось слишком поздно.

Теперь Эшер поймал себя на мысли, будет ли Вайолет другой. Сможет ли она с ним справиться или, как и другие, трусливо сбежит? Он надеялся, что нет. У него было на неё столько планов, и мысль о том, чтобы наконец начать, вызвала в нём зловещий трепет.

Раз уж речь зашла о девушках, Эшер невольно начал их разглядывать, его взгляд был острым, но лишённым похоти. Скорее, он сравнивал их со своим мысленным образом Вайолет.

К её заявлению была прикреплена лишь фотография паспортного размера, на которой было видно только лицо Вайолет. Эшер мог бы с лёгкостью копнуть глубже и узнать о ней больше, но не стал. Ему нравились предвкушение и тайна.

Он хотел увидеть, будет ли настоящая Вайолет соответствовать тому образу, что он создал в своём воображении. И мысль о том, что она окажется всем, о чём он мечтал, снова вызвала у него возбуждение. Проклятые боги. Он даже не видел её вживую, а она уже преследовала его.

– Пожалуй, я выберу вон ту, – небрежно сказал Роман, кивая в сторону девушки с большой грудью, беззаботно болтавшей с подругами.

Эшер сдержал желание закатить глаза. Типичный Роман. Его брат всегда был падок на сиськи – чем больше, тем лучше.

– Не интересно, – проворчал Эшер.

– Много теряешь, – пожал плечами Роман, и его взгляд снова вернулся к девушке, пожирая её глазами.

«Извращенец», – подумал Эшер. Но чем он лучше? Он уже зациклился на девушке, которую даже не встречал. С другой стороны, никто из них не был нормальным. Не после того, через что они прошли.

– Так когда мы будем приветствовать новеньких? – спросил Роман, возвращая внимание Эшера. Он облизнулся, как хищник, высматривающий добычу. – Не могу дождаться, чтобы сделать свой выбор.

У них было посвящение для новых студентов – традиция, с которой согласились все кардинальные Альфы, что являлось редким случаем, когда они выступали единым фронтом, а не соревновались друг с другом.

Кто-то мог бы назвать это дедовщиной, но для Эшера это был способ просветить свежую кровь насчёт того, кто правит академией и кому они подчиняются. Академия Лунарис принадлежала им, и эту иерархию следовало понимать и уважать.

Вайолет скоро узнает своё место. И это место – рядом с ним. Он вылепит из неё свою королеву, выкованную из пепла, незапятнанную и несокрушимую. Но, как и золото, сначала ей придётся пройти через огонь. Эшер мог лишь надеяться, что его королева окажется достаточно сильной, чтобы пережить это пламя.

– Скоро, – ответил Эшер, и в его глазах мелькнуло что-то глубокое. – Очень скоро.

Роман вскинул бровь, изучая его лицо. «Когда ты так говоришь, я могу только догадываться, что творится у тебя в голове. Что ты замышляешь, кукловод?» – поддразнил он, используя прозвище Эшера.

Медленная, злая ухмылка тронула губы Эшера. «Не волнуйся, тебе это понравится, Лис», – парировал он, поддразнивая Романа его собственным прозвищем.

Они обменялись многозначительными взглядами, и тёмные ухмылки скривили их губы, словно они понимали друг друга без слов.

– Раз ты так говоришь, не могу дождаться, чтобы насладиться этим. – Роман откинулся на спинку стула, заметно расслабившись.

– О, ты насладишься, – добавил Эшер с блеском в глазах. – Будет хаос. Кстати, я придумал небольшую шалость, которую ты мог бы провернуть с Гриффином в этот раз.

При упоминании другого кардинального Альфы глаза Романа загорелись. Все знали, что Роман был проказником, обожавшим розыгрыши, особенно за счёт Гриффина, и часто использовавшим юмор, чтобы разрядить напряжение между ними.

– Выкладывай, – с нетерпением наклонился вперёд Роман. – Что мне сделать, чтобы взъерошить ему пёрышки в этот раз?

Глаза Эшера сверкнули. «Я разузнал, где он спрятал ожерелье своей матери…»

6 Добро пожаловать в Академию Лунарис

Как только Вайолет сошла с поезда, её тут же поразили невероятные размеры Города Астер. Он был всем, что она себе представляла, и даже больше. Если сравнивать его с её районом, то можно было с уверенностью сказать, что всю свою жизнь она прожила под камнем.

Будучи столицей, он кипел энергией, был полон возвышающихся зданий, толп людей и хаотичной смеси звуков, разносившихся эхом по воздуху. И всё же, несмотря на это ошеломляющее величие, казалось, никто её не замечал.

Девушка с необычными фиолетовыми волосами и спортивной сумкой прошла незамеченной сквозь толпу. В её районе она всегда привлекала взгляды, шёпот следовал за ней повсюду, но здесь? Здесь она была лишь очередным лицом в человеческом море. Эта реальность была одновременно и освобождающей, и тревожной.

Однако по-настоящему Вайолет поразило разнообразие окружающих её людей. Даже среди людей было столько разных рас, национальностей и стилей, смешавшихся воедино. Но это были не только люди. Впервые в жизни Вайолет оказалась достаточно близко к оборотням – существам, о которых она лишь читала в учебниках или слышала в историях, рассказанных шёпотом.

Вайолет достаточно изучила их, чтобы узнать по манере держаться: сильные, властные, источающие некую первобытную энергию, которую невозможно было игнорировать. Её мать не преувеличивала. Эти создания были потрясающе красивы, почти до жути. Высокие, мускулистые и невероятно привлекательные, они излучали непринуждённое доминирование, из-за которого было трудно отвести взгляд.

Но Вайолет знала, что не может провести весь день, пялясь по сторонам. Это была незнакомая территория, и какой бы захватывающей она ни была, она была и опасной. В таком месте могло случиться всё что угодно. Её могли ограбить, обмануть или, что ещё хуже, похитить. Её инстинкты, отточенные годами осторожной жизни, сработали, и она подошла к нескольким людям, которые казались дружелюбными.

– Ты направляешься в Академию Лунарис? – мужчина, которого она спросила, – он представился как Карлос, – окинул её взглядом, который она не смогла до конца расшифровать. В его выражении лица было что-то тревожное, словно жалость смешивалась с беспокойством.

– Да, – ответила она.

– Прямого автобуса до Академии Лунарис нет, – наконец сказал он голосом с сильным акцентом, который она не смогла определить. – Тебе придётся взять такси.

У Вайолет всё внутри оборвалось. Такси? О боже, нет.

В её районе никто не ездил на такси. Это было слишком дорого, а у неё было мало свободных денег. Вайолет оказалась в тупике, не зная, что делать дальше. Нэнси дала ей всё, что смогла выделить, и она не могла потратить это на поездку в такси.

Карлос, должно быть, почувствовал её отчаяние, потому что добавил: «Следуй за мной».

Интуиция Вайолет не кричала об опасности, но она всё равно была осторожна. Они дошли до ближайшей парковки, и Карлос подошёл к мужчине в машине. После короткого, оживлённого разговора Карлос помахал ей рукой.

– Это мой двоюродный брат, Амило, – сказал Карлос, указывая на своего брата, который в этот момент пытался развернуться. – Я с ним поговорил. Он отвезёт тебя за полцены. Можешь ему доверять.

Грудь Вайолет наполнило облегчение. «Спасибо», – пробормотала она, испытывая искреннюю благодарность.

– Не за что, – ответил Карлос, хотя его тон помрачнел. – Только будь осторожна в этой проклятой школе. Наши считают, что это привилегия, но от этих мохнатых уродов добра не жди. Они все до одного Пожиратели. И я поражаюсь, почему люди так слепы и не видят этого.

Его сильный акцент сделал предупреждение ещё более зловещим, но Вайолет отмахнулась от него, отгоняя страх. Не то чтобы у неё был большой выбор. Но она запомнила его слова. На всякий случай.

Затем она взглянула на Амило, который уже ждал её.

– Залезай, Фиолетовая Голова, – крикнул Амило. От этого прозвища она едва не ощетинилась, но в его голосе не было злобы, поэтому она пропустила это мимо ушей.

В отличие от своего тихого кузена Карлоса, Амило был болтуном. Как только они выехали на дорогу, он засыпал её вопросами о её имени, о том, откуда она, и сделал комплимент её волосам, предположив, что они крашеные. Вайолет не стала его поправлять. Ей не нужно было, чтобы он слишком глубоко лез в её жизнь.

Но Амило, казалось, совершенно не умел чувствовать атмосферу.

– Вайолет, да? Поэтому ты и покрасила волосы в фиолетовый? – спросил Амило с дразнящей улыбкой. – Пытаешься сделать заявление родителям или что-то в этом роде?

Вопрос задел её за живое, и настроение Вайолет испортилось. Она нечасто говорила о своих неизвестных родителях, и напоминание об этом было болезненным. Амило, должно быть, почувствовал перемену в её настроении, потому что не стал настаивать, а вместо этого сделал радио погромче и начал во весь голос распевать слова играющей песни.

У него был неплохой голос, но Вайолет не собиралась делать ему комплименты. Особенно когда она была благодарна за то, что он отвлёк её от своих назойливых вопросов.

Примерно через тридцать минут езды по двухполосной дороге, окружённой густыми, дикими зарослями, голос Амило нарушил ровный гул мотора. «Приехали», – объявил он.

Вайолет с недоумением выглянула в окно. Всё, что она видела, – это ещё больше деревьев, ничего, кроме густого леса, простирающегося во все стороны.

Она нахмурилась. «Послушайте, здесь же ничего, кроме…» – её слова оборвались, когда Амило завернул за поворот, и внезапно от открывшегося вида у неё перехватило дыхание.

– Вау… – прошептала она, и её глаза расширились от изумления.

Академия выглядела так, словно сошла со страниц сказки. Расположенная в огромном поместье, в окружении пышных лесов и пологих зелёных холмов, она представляла собой захватывающее и одновременно величественное зрелище. Деревья раскинулись над дорогой, их ветви сплетались, образуя естественный свод, который покрывал путь пятнами мерцающего света.

Когда они приблизились, перед ней выросли парадные ворота: большая арочная металлическая вывеска, украшенная сверху затейливым гербом, а под ним жирными заглавными буквами – слова «АКАДЕМИЯ ЛУНАРИС».

Сами ворота поддерживались двумя прочными кирпичными столбами, увенчанными белым камнем, – элегантными и в то же время грозными. Окружающие стены, казалось, тянулись бесконечно, обозначая границы престижной территории. По периметру росли аккуратно подстриженные кусты, а вокруг них были расставлены небольшие прожекторы, которые, вероятно, освещали величественное строение ночью.

Несмотря на то, что мир лежал в руинах, и технологии были редкой привилегией, ворота оказались на удивление автоматическими и плавно разъехались в стороны при их приближении. Их встретил небольшой охранный пункт, откуда вышел охранник, держа в руке изящное электронное устройство, которое тут же привлекло внимание Вайолет.

– Имя? – спросил он тоном, который был скорее официальным, чем резким.

– Вайолет Пурпл, – ответила она неожиданно тихим голосом, осознав всю значимость момента.

При упоминании её имени суровое лицо охранника смягчилось и расплылось в приветливой улыбке.

– Добро пожаловать в Академию Лунарис, Мисс Пёрпл, – сказал он, подав знак своему напарнику в будке охраны. Шлагбаум поднялся, и пока их машина катилась вперёд, Вайолет заметила, как охранник что-то быстро набирает на своём устройстве.

На мгновение в её сознании мелькнуло подозрение, но она отмахнулась от него. Вероятно, он просто регистрировал её прибытие. Хотя у Вайолет не было телефона, она была достаточно знакома с основами технологий благодаря медиацентру в её старой школе. Она надеялась, что Академия Лунарис предложит лучшие ресурсы, и ей не придётся заранее бронировать время, чтобы ими воспользоваться.

Пока Амило ехал по безупречно чистой бетонной подъездной дороге, Вайолет восхищалась открывшимся перед ней видом. Территория академии была обширной, гораздо больше, чем она себе представляла. Вдоль дороги росли высокие, величественные деревья, их ветви мягко покачивались на ветру. По обеим сторонам простирались широкие, ухоженные газоны, усеянные каменными фонтанами, вода в которых сверкала в лучах послеполуденного солнца. Вокруг них цвели яркие сады, каждый лепесток был аккуратно расположен, что свидетельствовало о тщательном уходе за территорией академии.

Затем они подъехали к самой академии.

Главное здание, внушительное каменное сооружение, раскинулось вширь и ввысь. Его архитектура представляла собой смесь величия старого мира и современной элегантности.

Но что действительно привлекло внимание Вайолет, так это статуи.

Вдоль крыши, злобно взирая на мир внизу, расположились свирепые каменные волки с обнажёнными острыми клыками и глазами, сверкающими вечной бдительностью. Казалось, они охраняли академию, добавляя ей таинственности и намекая на первобытную силу, что таилась в её стенах.

Мощёные булыжником дорожки расходились в разные стороны, ведя к другим строениям, которые она ещё не могла разглядеть, но каждое из них выглядело таким же величественным, как и предыдущее.

Амило остановил машину и присвистнул, явно впечатлённый. – Ты и вправду будешь учиться в этой школе, Фиолетовая Голова?

– Очевидно, – сухо ответила Вайолет, выходя из машины и вытаскивая за собой тяжёлую спортивную сумку. Она подошла к окну со стороны водителя и протянула ему плату за проезд.

Амило принял деньги с ухмылкой, от которой она могла бы покраснеть, если бы ей нравились обаятельные мужчины постарше. – Можно твой номер, Фиолетовая Голова? – спросил он, подмигнув.

Вайолет едва не закатила глаза, но сумела сохранить самообладание. «У меня нет телефона», – ровным тоном сказала она, и впервые была по-настоящему этому рада.

Амило не стал настаивать. Телефоны были дорогой роскошью, и он, вероятно, и не ожидал, что у кого-то в её возрасте он будет.

Амило пожал плечами, ничуть не смутившись. – Ну, если тебе когда-нибудь понадобится подвезти или ещё что-то, ищи меня или моего брата, когда будешь в городе.

Его кузену Карлосу, да – она была ему обязана. А этому? Не особо. Хотя она и была благодарна за поездку.

– Конечно, – она неопределённо кивнула, мечтая, чтобы он поскорее уехал.

Амило снова улыбнулся, слишком довольный собой, словно одержал какую-то победу. – Прощай, Фиолетовая Голова, – крикнул он, прежде чем уехать, и его машина скрылась на извилистой дороге.

Как только он уехал, Вайолет выдохнула, сама не заметив, что затаила дыхание. Она повернулась к возвышающимся дверям Академии Лунарис. Здание стояло перед ней, словно крепость, и в то же время манило её вперёд. Она крепче сжала ручку своей сумки, чувствуя, как в животе трепещут нервы.

И с чего, чёрт возьми, ей теперь начинать?

7 Пёрпл цветок

Прохладный воздух касался её кожи, а величие академии заставляло её чувствовать себя крошечной. Вайолет крепко сжимала сумку, и грубая ткань впивалась в ладонь, пока она смотрела на каменные ступени, ведущие к главному зданию академии.

Она уже собиралась шагнуть вперёд, когда раздался голос: «Здравствуйте».

Вздрогнув, она обернулась и увидела хорошо одетого мужчину в сшитом на заказ костюме, который шёл ей навстречу. С его отточенной уверенностью он выглядел так, будто был здесь своим. И хотя Вайолет следовало бы насторожиться, в его улыбке было что-то странно обезоруживающее, словно он специально репетировал её, чтобы располагать к себе людей.

– Должно быть, вы Вайолет Пурпл? – его ровный голос застал её врасплох.

Вайолет моргнула. Откуда он знает её имя? Затем она вспомнила охранника, который ранее вбивал её данные в своё устройство. Ну конечно. В академии, должно быть, эффективная система связи. Информация здесь распространяется очень быстро.

– А вы кто? – спросила она, стараясь, чтобы её тон звучал вежливо, но с ноткой подозрения. Жизнь в гетто научила её никому не доверять на слово.

Улыбка мужчины стала шире, словно её настороженность его забавляла. – Я Майкл, сотрудник этого заведения.

«Ого, у них даже персонал отлично одевается», – подумала Вайолет.

– Мне поручено отнести ваши вещи в вашу комнату. – его взгляд метнулся к её сумке, и улыбка слегка дрогнула, когда он оценил её скромные размеры. – Это… всё?

Вайолет уловила в его взгляде мелькнувшее неодобрение и впервые почувствовала себя неловко. Она не особо задумывалась о том, сколько вещей должны привозить студенты, но не удивилась бы, если бы в академию для элиты, богатых и привилегированных, другие приезжали с гардеробами, достойными членов королевской семьи. Но она не собиралась позволить незнакомцу заставить её чувствовать себя неполноценной.

Вайолет выпрямила спину и встретила его взгляд в упор. – Да, это всё, – твёрдо ответила она, сжав губы в тонкую линию.

Майкл поднял бровь, очевидно, прочитав её настроение. Он тут же пошёл на попятную, и его тон стал извиняющимся. – Прошу прощения. Просто… ну, мы привыкли, что студенты приезжают с большим количеством вещей.