Да будет тень. Чародеи. Курс пятый

В общем, дорога до дома прошла спокойно, если не считать мелких бюрократических проволочек, и того, что в замкнутом пространстве вагона Мимика вдруг стала жаловаться, что от вунов пахнет псиной.

По сути, если не считать неплохой заварушки на ночной крыше – каникулы были испорчены. А ведь я так мечтал походить по морям и предаться праздному безделью. Но нет худа без добра. Ещё в Дарвазе порадовала Яшма. Она проверила свой банковский вексель, и даже взвизгнула: предоплата нашего поиска осталась при нас. Она тут же перевела мне половину, обогатив меня на сто двадцать пять тысяч.

- Надо написать письмо Императору, - предложил я, - и потребовать с него остаток, как компенсацию морального ущерба и упущенной выгоды.

Яшма эту идею всецело поддержала.

В Зами́ни Самандар никто не знаком с вунами - ну, или почти никто. Так что никто на нас косо не смотрел, когда мы с ними проходили через Хакмат, скорее просто проявляли любопытство при виде невиданного зверя.

Пока мы в школе определяли для нежити место в подвале, тренер поднялся в парафисрий, а когда вернулся, уже был в гражданской одежде.

- Ну что, господин магистр, - обратился Маздут к Асафу, - я предлагаю отметить успех нашей операции и возвращение домой. Приглашаю к себе.

- А я бы сейчас тоже выпила, - поддержала Яшма.

- И я, - пискнула Мимика.

- А ты малая ещё, - возмутился я.

- Да, госпожа, - безропотно согласилась она.

- Да ладно, - я потрепал её по распущенным волосам, - капелюшку можно.

Яшма за моей спиной тайком показала Мимике размер капелюшки.

- Тогда пошли ко мне, - оживился Маздут.

- Нет, лучше ко мне, в Хошияр-Лог, - возразил Асаф. – Ну, куда мы такой толпой к тебе? Согласись, в моём доме и места побольше и свободных комнат полно.

Маздут чуть нахмурил брови.

- Тренер, - с иронией протянул я, - у Вас дома кошечка?

- Так давайте возьмём с собой и Полинет, - сообразила Яшма. – Асаф, ты же не против?

Некромант не был против.

Мы поймали экипаж. Ну, как экипаж? Удачно подвернувшуюся повозку с возницей, что направлялся в Хошияр-Лог. Прихватили по пути Полинет - она кстати, страшно стеснялась и всю дорогу алела пунцом нам на потеху. Все знают, особенно я, что она целый год штурмовала неприступную цитадель по имени тренер Маздут, а тут чего-то раскраснелась вся, боясь к нему даже приблизиться.

Но позже, в Хошияр-Логе после пары бокалов расслабилась и почти весь вечер провела у тренера на коленях, всё пыталась вытянуть из того подробности нашего похода.

Стол у нас получился знатным. Подвалы Асафа полны хорошего вина, как к мясу, так и к рыбе, так что в таверне мы закупились только закусками. Наша кошка-девочка пищала от восторга при виде запечённой рыбы, фаршированной икрой из грибов и водорослей. Рыба - что-то вроде осетра - великолепно смотрелась на серебряном блюде в окружении тонких ломтиков лимона и сладкого соуса на основе лесных ягод. Источала пьянящий аромат и манила запечённым до золотистой корочки бочком, лоснящимся маслом. Для любителей мяса мы взяли язык, обильно сдобренный специями, и свиные рульки, аппетитно благоухающие зазывным чесночным ароматом. А ещё были сыры, фаршированные паштетами овощи, расстегаи с разными начинками, фрукты и сладости. Короче, мы устроили пир по множеству поводов.

Глава 87. Безумству храбрых

На правах пятикурсников мы обеспечивали безопасность на Острове телепорта, где проводилось ежегодное и традиционное испытание будущих первокурсников. Третий курс старался изо всех сил, чиня препятствия, мы же следили, дабы чего не вышло. Это не боджали, где от всякого «если что» хранят защитные амулеты, так что, должность соглядатаев очень даже ответственная.

После подлечивали молодёжь, вспоминая, как пять лет назад, вот так же сидели вдоль борта на палубе школьного корабля, потирая синяки и ссадины.

Потом было знакомство с новыми девчонками в гинекее, первая ночная посиделка и, конечно же, рассказы о школе и знакомство с её порядками.

В этом году девчонок и парней поровну, так что на нашем этаже прибыло, но кто-то всё равно успел предупредить, чтобы в мой с Яшмой угол особо не селились.

Соблюдая все школьные традиции первой ночи, сразу после полуночи мы повели девчонок на первый этаж к парням-пятикурсникам. Там у них уже всё в самом разгаре, да и мокрицы скоро появятся со своим пойлом. Ну, а что? Первокурсник в день определения должен страдать похмельем или найти того, кто поправит ему здоровье.

Шли тихонько, вроде как скрываясь, хотя прекрасно знаем, что парни Маздута в эту ночь закроют глаза на нарушение распорядка. Рассказывали, что парни-пятикурсники оттого и живут на первом этаже, что являются первым оплотом нашей обороны, что встанут на защиту школы при нападении. Хотя, сколько нахожусь в стенах нашей школы - столько времени все ворота нараспашку, и на нападение даже намёка не случалось.

Передав девчонок пацанам, где уже ходили разговоры о наборе новой «яблочной команды», я поманил Яшму на Арго.

Уже когда мы поднимались на борт, нас окликнули:

- Простите, госпожа,.. – молоденькая эльфа явно забыла моё имя.

- Сирена, - отозвался я.

- Да, госпожа Сирена, - поправилась она. – Простите, можно задать Вам пару вопросов?

- Давай на «ты», - предложил я.

- Давайте.

Сопровождающая её тёмная эльфа кивнула, соглашаясь.

- Меня зовут Татти, а это моя подруга Лу́на, - указала на тёмную. - А это правда, ваш корабль?

- Наш, - ответила за меня Яшма.

- А это правда, что про вас говорят, ну… ну, что вы…

- Джохад-гири́? – понял я суть их вопроса.

Эльфа кивнула, и отчего-то застеснялась, отводя глаза.

- Да, - ответила Яшма. – А что?

- Дело в том… - эльфа прикусила губу, - что я и Лу́на… мы тоже несколько больше, чем подруги.

- И в чём проблема? – спросил я, желая поскорее избавиться от девчонок.

На Арго я шёл с конкретной целью – уединиться с Яшмой, и этот детский сад, как-бы в мои планы не входил.

- А как на ваши отношения реагируют студенты и учителя? – спросила Лу́на.

- А вы из какого мира? – поинтересовался я.

- Тисра Сияра, - ответила тёмная, и я немного напрягся.

- Не из Империи? – поддержала моё беспокойство Яшма.

- Нет, мы из карликового королевства, почти на самом севере, - ответила светлая.

- Первые собственные маги за последние двести лет, - добавила тёмная.

- Никак не относятся, - вспомнил про вопрос девчонок. – Не осуждают, но и поддержки и понимания особо не ждите.

- Если только со стороны мокриц, - рассмеялась Яшма. – У них это в порядке вещей: на весь мир всего шесть мужчин.

- А определение - это страшно? Я вот очень волнуюсь, - поделилась переживанием Татти. – так волнуюсь, что алкоголь не берёт. А Лу́на, вон, ничего.

Темная эльфа действительно казалась более захмелевшей.

- Не страшно и не больно, - успокоила Яшма. – Девчонки, поднимайтесь на борт.

Ох уж эта моя Яшмочка и её человеколюбие. Что ж, я тоже сделал пригласительный жест.

- Только, девчонки, - окликнул я, - у нас тут Холодок. Он, как бы это сказать… обыщет вас.

Девчонки, естественно, напряглись, а потом и вовсе сжались в комочек, когда с бака на корму, весело раскидывая щупальца, устремился Холодок. Осьминожка аккуратно оплёл девичьи ножки, беспардонно нацеливаясь проверить, что скрывается под подолами их сарафанов.

- Ему очень важно понимать, с кем он имеет дело, - пояснила Яшма, - с мужчинами или с женщинами. Не бойтесь, он вас не испортит, - хихикнула она.

Холодок провёл все необходимые изыскания, заставив девчонок и поморщиться и улыбнуться одновременно, и с чувством выполненного долга уполз обратно на бак, тащить службу.

Девчонки посидели у нас недолго, так - с часок. Поговорили о том о сём. Вопросов у них было, конечно же, много. Тут, и где живёт моя нежить, и удивление, что я участвовала в её поднятии в первые же дни своего обучения. И как так вышло, что я ученица сразу двух факультетов, и не тяжело ли это. Но больше их заботило, не разлучат ли их, если завтрашнее определение разделит их по разным направлениям.

Девчонки кое-что уже умеют. Мелочи из бытовой магии и немного лечат синяки и царапины. Вполне возможно, что угодят во врачеватели.

А вообще они прикольные. Жмутся друг к другу, за ручки держатся. Правда, от кого, а от эльфов такого не ожидал. Хотя, может, они и не чистокровные, а как моя Мимика.

А потом началась нормальная учёба: парты, конспекты, вечера в библиотеке и «ОК Джин».

Лу́на и Татти, вопреки нашим предположениям, на один факультет не попали, впрочем, для первого курса это абсолютно не важно. Татти угодила во врачеватели, Лу́на - на факультет химерологов. Яшма их порадовала, сказала, что это столь близкие факультеты, что до четвёртого курса у них даже уроки будут совместные, и только потом им придётся расставаться на короткое время из-за разницы в расписании занятий.

Девчонки принялись набиваться в подруги, даже переехали на коечки ближе к нам, но оставили дистанцию.

В первый же выходной я заманил Яшму к Асафу. Заманил, тут самое подходящее слово, ибо ей предстояло почти двое суток провести без сознания, и, зная подругу, уверен: добровольно она бы не согласилась.

С Асафом я уже успел пошушукаться заранее, и даже передал ему рожок моллюска, так что, можно сказать, когда мы пришли - операционная была готова. Вообще, Серенти поначалу оказал сопротивление и даже рекомендовал обратиться к директору или Озомене, но я верил в своего наставника. Мало того, что он был для меня непререкаемым авторитетом в некромантии, так к этому добавлялись ещё и некоторые наблюдения, которые я вынес с Сойян.

Всё дело в том, что бой с Эго я видел краем глаза и лишь пару секунд, но всё равно, успел заметить, что Асаф практически не атаковал. Его магия, как бы это правильно сказать… даже не защитная была, а как бы сдерживающая. Да и задним числом, по тому, как после битвы выглядел Асаф, понимаю, что слова Эго по поводу превосходства – пустая бравада. А вот нихера некромант не слабее! Да и Маздут, как-то в разговоре обмолвился, что можно было и не дожидаться появления Ганди, дескать: Асаф был в своём праве.

Так что, исходя из всех своих соображений, я не задумываясь доверил судьбу подруги в крепкие руки некроманта.

- Яшмочка! – позвал Асаф, когда мы хитростью заманили ту в подвал, якобы нуждаясь в её помощи.

- Что, Асафчик, - бодро отозвалась она, поддерживая его игру.

- А дай-ка я взгляну в твои ясны очи, - он развернул её к себе, и она даже пискнуть не успела. – Ты устала и хочешь спать, - голос некроманта стал тихим, немного утробным. – Ты будешь спать крепко и долго.

Он подхватил её на руки, когда она обмякла перед ним.

- Тебе помощь моя нужна? – спросил, помогая уложить подругу на стол.

- Да, но не сейчас. Сейчас просто можешь понаблюдать – это вообще-то интересно. Немного похоже на вживление жала, только работа в теменной доле мозга. А помогать будешь потом. Через какое-то время наша Яшма обязательно сходит под себя, вот тогда…

- Не продолжай, - перебил я, - поняла.

- Нет, Яшма у нас ящерица очень привлекательная, я могу и сам…

- Да поняла я – поняла, - рассмеялся я. – Хватит с вас пьяных выходок на диване.

А потом была привычная мне хирургия, с которой мы неоднократно сталкивались в морге. Правда, теперь перед нами был не мёртвый человек и даже не нежить, а моя подруга.

Асаф сделал небольшой надрез на шее ящерки, при помощи магии ввёл рожок до нужной области головного мозга.

- Кстати, всё хотел спросить, где ты его взяла? - он совершенно не отвлекался от процесса. - Это же редкость, которую достают на заказ. Да и стоит он немыслимое количество маки.

- Во время обучения на Лаамтанай, - напомнил я. – Помнишь, рассказывала, как меня несколько дней мотало на плоту по океану? Ночью на плот поднялся местный житель, ну знаешь, глубоководные эндемики-осьминоги, - Асаф кивнул, - вот, он-то и дал мне рог моллюска. Я тогда его прибрала, а после и забыла. Но случай с Яшмой заставил вспомнить. Не хочу, чтобы кто-то снова шарил в голове у подруги.

- А Мимика?

- А что Мимика? Подрастёт ещё чуть-чуть – выдам замуж.

- Рабовладелица, - усмехнулся Асаф.

- Она сама признала долговое рабство. Лучше уж пусть так пока, не на улицу же её выгонять.

- Сейчас выдай, она уж невеста совсем.

- Да ты чего? Не. Она ещё мала, в моём понимании.

Стоило помянуть любопытную - как вот она. Спустилась в подвал. Увидала на столе Яшму, и прямёхонько нацелилась в обморок. Хорошо, Самандари опять оказалась рядом и успела подхватить да уложить на кушетку.

Вскоре асаф, как истинный хирург, поднял руки кверху. Велел залечить надрез и напомнил, чтобы я не забыла раздеть подругу, если не хочу потом и платье отстирывать.

- Вообще, мы молодцы. Ты отлично сдерживала кровь. Ни единого пёрышка Яшме не испачкали. Чистые простыни в шкафу, в общем, знаешь где. Заканчивай тут и поднимайся, я приготовлю нам на стол, - сказал он.

- А я уже всё приготовила, - отозвалась из угла, не добравшаяся до обморока Мимика. – Спустилась – а тут вы… А что вы с Яшмой сделали?

- Апгрейд у неё, - отшутился я, зная, что Мимика примет это за корабельную лексику.

Асаф нахмурил брови. Он сам из флотских, и теперь наверняка думал, чего же такого я ляпнул.

Два дня я провёл в доме Асафа, ухаживая за Яшмой. Даже разговаривал с ней, просил прощения, что пришлось так поступить. Ну не было у меня иного выбора - просто мне известно, как подруга относится к подобного рода вмешательству.

На исходе второго дня она пришла в себя уже на диване в гостиной. Мы заранее её одели и перенесли.

- Да что ж такое? – возмутилась она, потирая затылок. – Надо меньше пить. Ещё снится всякая дрянь.

- Да? – деланно удивился я. – И чего снилось?

- Да муть всякая. Не то лаборатория школьная, не то морг. А есть чего пожрать?

- Да, - ответил Асаф. – Мимика на стол накрывает, ужинать скоро будем.

После ужина некромант проверил, прижился ли рожок:

Мимика, что смиренно сидела между ног у Яшмы, и с закрытыми глазами растекалась в блаженстве, словно тающее мороженое, оттого что ящерица расчёсывала ей волосы, вдруг встала. Вышла на середину комнаты, исполнила ласточку и, довольная собой, вернулась обратно. Яшма лишь немного встряхнула головой.

- Знаете, а я тоже так хотела сделать, - усмехнулась она.

Асаф чуть заметно кивнул мне – прижилось.

После мы ходили гулять. Даже я нарядился в платье – знаю Асафу это нравится. Бродили по набережной возле пансионата госпожи Атлантиды и в порту. Сидели на кнехтах, покуривая трубки. Внутренняя Сирена почти мурлыкала в моменте, но ваш покорный слуга стойко держал дистанцию. Самандари гоняла наглых чаек, Яшма и Мимика ели сладости - что-то вроде кукурузных палочек в карамели. Гуляли долго, пока на небе не показался Чанан.

- Знаешь, почему они залипают на луну? – спросил у некроманта, намекая на нежитей.

Асаф подошёл сзади и очень осторожно положил свои руки мне на плечи и талию. Я не стал отстраняться, ощутив внутренний трепет Сирены. Ради такого можно и потерпеть. Уж не знаю, как там Сирена - возможно, просто истосковалась по мужской ласке, но некромант-то её точно любит.

- Знаю, - ответил тот, обдав ухо горячим дыханием. – Ты как-то уже говорила, что они думают, что это Роши от которой не слепит глаза.

На уроке по призыву - а по сути, по захвату чужого сознания, что пока даётся далеко не всем, а кому-то не поддастся сия наука и вовсе, по причине уровня дара - меня и Яшму истад Озомена сразу задвинула в дальний угол. Меня по понятным причинам – нет смысла ковырять туман вместо сознания, а вот Яшму - за оказанное сопротивление. И не то, чтобы архимаг не сумела бы взломать защиту, просто она сразу сообразила, в чём дело. Вживлённый рожок - штука сильная, но и он не вечен. Это как плотина перед потоком воды – она держит, держит долго, но истончается, и в один непрекрасный момент сдаётся под натиском стихии.

В наш же угол отсадили Фоума и Агелая, и меня назначили главным узурпатором их сознаний. Уровень мой настолько низок, что мои попытки воздействовать на их волю будут ощутимы - а главное, не столь сильны, чтобы им нельзя было противостоять. Почему я? Да всё просто: наличие косвенного опыта. Первое, что происходит при подъёме нежити, - это захват её крошечного сознания, давление авторитетом, и у меня, как у некроманта, уже накоплен какой-никакой багаж этого самого опыта. Это была первая причина. Вторая - я не смогу навредить защите Яшмы, но моего ментального воздействия хватит, чтобы та научилась выстраивать собственные блоки сопротивления. В общем, все в шоколаде. Озомена лишь глянула на меня, переведя взгляд с Яшмы, и буквально прочла в моих глазах просьбу не озвучивать, что она обнаружила в студентке.

Остальной же класс исправно исполнял всякие глупости под лёгким нажимом истад.

Ближе к концу пары в аудитории появился директор Муссабад, и мы притихли.

- Ну, что, господа будущие маги, - привлёк он наше внимание, – не вы ли изъявляли желание посетить полосу препятствий школы Квадим Ахад?

Наша тишина стала гуще.

- Преподавателям понравилась эта затея, и они приглашают вас. Дело добровольное. Учтите, это не боджали, и защитных амулетов не будет. Убивать вас никто не намеревается, но всё будет, как по-настоящему. Рекомендую хорошо подумать и сформировать две команды, примерно, равные по силам. Отправление в протос апотелесма. А теперь всё – продолжайте заниматься, - закончил он своё короткое выступление.

Ну вот, сбылась мечта идиотов. Хотели попробовать свои силы на испытаниях школы магистров – получили такую возможность.

Самое лучшее место, где мог бы собраться весь курс, - это не библиотека, и даже не столовая. Вечером мы собрались за школьной полосой препятствий. Естественно, без стакана разобраться не смогли. Настойки от наших зельеваров и фрукты из столовой настроили на конструктивный лад, и дело пошло веселее.

Мы почти ничего не знали о Долине Отшельника, но благодаря Джину выяснили, что испытания там максимально приближены к реальности. Боль и муки будут вполне ощутимы. Буквально всё – и флора, и фауна - будет стремиться нанести нам серьёзные увечья. Наша задача - достичь центра долины, где в старом замке нас встретит тот самый отшельник.

Обсуждали долго, до самого отбоя, и обсуждали бы ещё, если бы нас не разогнали парни Маздута. Как итог – добрая треть курса отказалась, ссылаясь на то, что затея эта исходила от магов боевого факультета, а они - маги мирных профессий, и как-нибудь переживут отсутствие стальных яиц.

Пользуясь практикой в морге Асафа, решил спросить у бывалого, что ему известно о Долине Отшельника. По большому счёту не узнал ничего нового. Быть всегда начеку – в долине совсем не фигура речи. О ней никто толком не может ничего рассказать, по причине того, что для всех она разная. Даже для одного и того же человека. Она меняется практически мгновенно и буквально дышит магией. За долиной всегда кто-то должен присматривать.

- А Отшельник, кто он? – спросил я.

- Да кто же знает. С виду обычный старец. Высокий и сухопарый. Седой весь, включая усы и бороду. Борода длинная, - он указал на уровень пояса.

- Говорят, там всё как в жизни.

- Говорят, - согласился Асаф. – Ты главное не верь ничему – даже тому, что видишь.

- Морок меня не берёт, - попробовал горделиво возразить я.

- Дело не в мороке. Я думаю, там иное измерение или какая-то иная реальность, судя по рассказам.

- Ты ведь там не был? – уточнил я.

- Нет, не был.

К середине декады мы наконец-то разделились на две почти равносильные команды. Костяком стали боевые маги – у нас я и Яшма, во второй – Фоум и Агелай. Сестёр-врачевателей делить не стали, все три присоединились к команде парней, но в качестве компенсации у нас было на одного зельевара больше.

Таким образом нам удалось укомплектовать оба состава магами всех факультетов, что, как единый командный организм, приравнивало нас к студенту Квадим Ахад. Сверхзадач мы не страшились: долина не даёт невыполнимых заданий, и если мы будем держаться вместе, то у нас есть все шансы пройти очень даже далеко.

На вопрос, что нам необходимо иметь в своей экипировке, учителя лишь улыбались и отвечали однозначно - магию. При этом собрать походные рюкзаки нам никто не запрещал.

В назначенный день и час мы ждали стандартного путешествия, собравшись у школьного причала, однако были серьёзно удивлены расслабленностью команды моряков. Их вообще никто не поставил в известность по поводу нашего отправления. Всё разрешилось, когда пришли Муссабад и Озомена. Они велели нам разделиться на наши команды. Кажется, директор даже успел оценить получившееся в них равновесие, а потом, без всякого предупреждения, мы перенеслись к месту нашего испытания.

На склоне стояла только наша команда и истад Озомена. Она пожелала нам удачи и исчезла.

Мы находились в предгорье, и, насколько хватало глаз, в обе стороны уходила высокая горная гряда. Саму долину, куда нам предстояло спуститься, разглядеть мы не могли: мешала буйная растительность раскидистых деревьев. Пахло сырой землёй, прелыми листьями и какими-то цветами. Где-то щебетали птицы, и, кажется, неподалёку журчал ручей.

Уже собрались идти, как нас остановил негромкий кашель человека, стремящегося привлечь внимание. Мы обернулись.

На сером камне сидел седовласый старец с синим проницательным взглядом.

Рукою с узловатыми пальцами он провёл по длинной седой бороде, и произнёс хрустким, чуть надломленным голосом:

- Очень хорошо, - помедлил и повторил: – Очень хорошо. Это будет интересный опыт. А теперь ступайте в долину. Вас ожидает несколько дней увлекательного пути и испытаний, прежде чем вы достигнете цели, но… - он затих на несколько секунд, - будьте осторожны.

Он указал нам направление, заставляя обернуться. Пред нами была узкая тропа, которой минуту назад не существовало. Я решил ещё раз взглянуть на старца, но его уже не было. Только узкие лучи Роши, пробившиеся сквозь кроны деревьев, касались камня, на котором он только что сидел.

- Ну, так и что, мы идём или нет? – привела всех в чувство Яшма.

Мы оживились, и уже несколько из нас намеревались вступить на тропу, как меня словно дёрнуло что-то, и я едва успел схватить Рама за руку.

- А давайте пойдём вдоль тропы, - предложил я. – Слишком учтивый старец, доброжелательность прямо через край.

На меня посмотрели с непониманием, но возражать не стали.

- Я первый, - сообщил Агамемнон, отстраняя меня, - я вырос в предгорьях и прекрасно знаю, сколь обманчив здесь ландшафт. Адиль, подскажи направление к ручью, ты лучше всех чувствуешь воду.

- А тут нет ручья, - возразил он.

Что ж, игра началась с места в карьер: звук ручья есть – самого ручья нет. Будет очень интересно.

Примерно минут через десять мы добрались до высокого гольца - такого, метров пять, не меньше, - встретив упорное сопротивление местного подлеска. Кусты и папоротники активно препятствовали перемещению, подсовывая в шаг свои ветви.

Камень, на который мы все с изумлением смотрели, издавал те самые звуки текущей воды. Впрочем, когда-то тут действительно текла вода, оставившая характерные следы. Симпатичный, наверное, был водопадец.

Первая же попытка подойти к камню окончилась ожогами сразу двоих членов нашей команды. Причём ожоги они получили не от камня, а от лучей Роши.

В ход сразу пошла магия, избавляя пострадавших от мучений: ожоги лица - это крайне неприятно.

- Это что ж, нам теперь и на свет не выйти? – спросил Ид, отнимая руки от лица обожжённого.

- А сейчас узнаем, - Яшма смело вышла на свет.

Вокруг неё на мгновение дрогнул воздух – сработала магическая броня, после чего она её сняла, немного кривясь.

- Жжётся, но терпеть можно, - заключила маг огня.

Я создал плотный воздушный щит и вышел под него. Пекло как в бане, что даже испарина выступила почти мгновенно, но терпеть действительно было можно.

- Открытые участки пройдём под щитами, - предложил я.

Через пять минут от ожогов не осталось и следа. Ид, довольный результатом, убрал руки.

- Ну, как вы? – спросил кто-то из наших.

- Терпимо, - довольно бодро прозвучало в ответ.

- Шрамов не будет?

- Обижаешь, - улыбнулся Ид . – Сделал лучше, чем было.

- Интересно, - вслух проговорила Яшма, - даже никакого намёка на откат.

- Будет ещё откат, - припомнил я слова Асафа. – Судя по всему, это только цветочки.

Дальше мы шли исключительно под деревьями, сторонясь пробивающихся сквозь листву лучей. Обходили валуны и крутые уступы, пока не услышали отборную брань Адиля. Впереди нас ждала густая поросль тех самых кустов, с коими он столкнулся ещё в первый день своего появления в школе.