Да будет тень. Чародеи. Курс пятый

Вокруг них крутились несколько раненых вунов и настоящие смерчи чистой необузданной магии.

Как бы вам описать, что такое битва двух магистров, которую, кстати, я тоже вижу впервые?

Они не кричат «ахалай-махалай», не машут руками и волшебными палочками, у них даже посохов нет. Но зато вокруг них творится истинный ад. Они словно в эпицентре ядерного взрыва, где воздух кипит и пузырится, трещит, словно у вас в руках взбесившийся счётчик Гейгера. Их магия готова вскипятить вам кровь, вывернуть наизнанку и разорвать на атомы. Рядом с ними - невыносимый жар, а чуть отойди - лютая стужа, вызванная откатом мощных потоков магии.

И это не разовая акция, не обмен ударами, и нихера не благородная дуэль. Это постоянное напряжение. Постоянная, почти перманентная атака и столь же непрерывная и одновременная оборона.

И я до сих пор не понимаю, как во всё это месиво кинулся Маздут.

Его доспехи заискрили и засветились, пошли какой-то рябью, становясь почти прозрачными. А может, то мне просто показалось издалека.

В любом случае, Асаф и Маздут начали теснить Эго обратно в просеку, а мы подались в указанном тренером направлении. Откат докатился и до нас, и по спине пробежал неприятный озноб.

Идти пришлось долго, и не потому, что шли далеко, хотя и не без этого, а потому что ночью в лесу в принципе идти невозможно. Но мы пёрлись, спотыкаясь о корни и цепляясь за ветви кустов. Дважды натыкались на хищную сосну, но пронесло.

Овраг обнаружился, когда уже светало. Я наконец-то достал из ларя обвязку и ятаганы Яшмы – отдал их владелице.

- Всё девчонки – пришли, - провозгласил я. – Яшма, надеюсь, ты никаких фокусов не выкинешь? Ты продолжай восхвалять Императора, я даже с тобой соглашаться буду, только, пожалуйста, побудь ещё в моей команде.

Та пофыркала, поругалась одними губами, сделала обиженный вид, но через пятнадцать минут уже снова говорила о том, что Император решил бы все наши проблемы.

- Решил бы, решил бы, - согласился я. – Наруби лапника на крышу.

За это время я успел натаскать несколько жердей и смастерил из них подобие навеса. Мимика изрядно замёрзла. Хорошо, что Маздут дал нам время одеться, а то, так бы и попёрлись в пижамах. Тут на Сойян голыми не поспишь особо.

Пока Яшма отвлеклась, я занялся Мимикой. Виниться перед ней было ещё рано, а вот заняться её распухшей губой стоило. Немного магии - и припухлость уменьшилась прямо на глазах.

Мы доделали наш скромный шалаш, и я попросил Яшму организовать огонь. Не очаг, а именно магический. Ей, как магу огня, такое чудо давалось почти без затрат. Магический огонь можно же отрегулировать как угодно магу: он может светить, но не греть, или наоборот - давать тепло, но почти не излучать света. К тому же, он не дымит, что увеличивает нашу скрытность. Да, маг может почувствовать применение магии и пойти как по маяку, но… сколько их, магов-то? Единицы. А вот охотников, идущих по следу, может оказаться не одна сотня. Да, согласен, мы немало наследили в лесу, Самандари вон вообще шла напролом, но зачем давать лишний ориентир в виде дыма, если этого можно не делать.

- Ты побудь с девчонками, - попросил я. – Скоро рассвет, кушать уже хочется, так что я пойду поохочусь.

- Давай я, - предложила Яшма.

- Ты, если хочешь, можешь змей призвать. Давно, кстати, не готовили. Вон смотри, как Самандари облизывается.

- Сирена, - схватила меня за руку Яшма, - пообещай, что подумаешь над предложением Хадрата.

- Душа моя, не поверишь, я постоянно о нём думаю.

- Осторожнее в лесу.

- Слушаюсь!

Охотиться вблизи поселения охотников – это прям затея затей. Чтобы найти достойную дичь, нужно уходить на юг на пару дневных переходов, так что, я попробовал прислушаться ко всему живому, что могло обитать в округе. Обнаружил пару змей, где-то совсем недалеко под корнями хищной сосны. Несколько птиц в дуплах, и кроличье семейство в норе. Последних было жаль.

Побрёл в сторону, противоположную от тракта, туда, где в небольшом распадке стелился туман. И чем ближе подходил, тем сильнее ощущал присутствие крупного зверя.

Протиснулся под поваленным стволом и обозрел пространство.

Тонкий ручеёк с подёрнутыми инеем краями беззвучно струился куда-то на юг, иногда подхватывая палые листья и хвою. Из него, изредка поднимая голову и принюхиваясь, лакал студёную воду рыжий, в чёрных пятнах дрази. Если сравнивать с земными животными - это карликовая гиена. Обитает только в южном полушарии. На севере мы таких не встречали, но нам о них рассказывали.

Захват разума существа сразу не поддался. Зверю не нравился зов, ведь ради него нужно было покинуть ручей, а его мучила жажда. Наконец он поддался и с неохотой подошёл ко мне.

Старый уже, плохо видит, путает запахи, лапы держат плохо, да и былой силы уже нет. Долгое время живёт один, охотясь на всякую мелочь, правда - не всегда успешно. Несколько дней уже не было удачной охоты. Голодный.

И вот что в такой ситуации будет милосердием? Накормить или предотвратить неизбежные муки и голодную смерть?

- Ты хоть съедобный? – спросил я, и дрази проскулил в ответ.

Я положил руку ему на загривок. Животное спокойно задышало, прикрыв глаза с вертикальными зрачками, улеглось и засопело. Через минуту выдохнуло в последний раз, и сердце его перестало биться.

- Ступай к предкам, - прошептал я, - туда, где всегда хорошая охота.

Вообще, подобный ритуал необязательный – это я про страну удачной охоты. Когда мы рубились с вунами, подобных мыслей в моей голове даже и не возникало. Так что, это просто минутная слабость с моей стороны. Мир хищников: не сожрёшь ты - сожрут тебя.

Тащить с собой тушу целиком я не хотел. В дрази, правда, и весу-то не больше двадцати килограмм, но всё равно. Я попробовал освежевать и уже активировал меч, как… позор на мою рыжую голову. Меня за запястье схватил Маздут. И как он так подобрался, что ни единого шороха?

Рефлексы сработали как по учебнику – перчатка тут же выстрелила острыми шипами, тело моё покрылось мелкими элементами магической брони. Я постарался уйти в перекат, но высвободить запястье не удалось. У виска уже сгущался воздух, чтобы через секунду превратиться в тончайший стремительный поток, пробивающий не хуже самых острых стрел.

- Тише-тише, - улыбнулся тренер. – Свои.

Я осмотрелся, снимая с себя защиту.

- Между прочим, это очень больно, - он продемонстрировал ладонь, на которой распухал синяк.

Его боевая перчатка спасла ему руку от увечий, которые могли бы нанести шипы.

- Зачем вы подкрадываетесь так, тренер? – недовольно спросил я.

- Привычка, - отшутился он. – Нож есть или ты собралась свежевать тушу мечом?

Ножа у меня, конечно же, не было, и тогда за истинно мужское дело взялся Маздут.

- А где Асаф? – спросил я и сам услышал, как мой голос дрогнул. – Это ведь он бился с Эго?

- Жив твой Асаф, - тренер лукаво мне подмигнул. – Он сейчас уже в овраге. Наверняка даже и морок с девчонок снял. Мы сразу разделились, когда я твои следы обнаружил.

- Что, так заметно?

- Заметнее были бы только указатели.

На обратном пути Маздут категорически отказывался мне что-либо рассказывать, справедливо полагая, что рассказывать одному, потом второму да третьему - напрасная трата времени. При этом я заметил, что мы особо не скрываемся. Это натолкнуло меня на мысль о победе. Но, разве нас не должны преследовать?

Пришлось терпеть молчание до импровизированного лагеря.

Приближение к нашему оврагу я почуял издалека. Именно почуял, уловив запах дыма. Значит, там развели настоящий живой огонь, и это подтверждало мою догадку, что мы больше не укрываемся. Или… у нас такие стальные яйца, что мы возомнили себя бессмертными.

Однако дело было не в бессмертии, а в том, что нас действительно никто не собирался преследовать. Ятаганы Яшмы были прибраны в обвязку, Асаф спокойно ходил по округе, собирая хворост, а Мимика бросилась мне на шею с визгом и словами радости и благодарности. Асаф уже снял с них морок, так что это были те самые – мои девчонки.

Яшма только дулась немного. Кажется, ей было стыдно.

Как думаете, что я сделал в лагере в первую очередь? Я матерился, вспоминая магию по матери, даже невзирая на то, что Маздут славил меня, как охотницу.

Я же собрался покурить, но с ужасом обнаружил, что в горячечном экстазе эпичных битв на ночной крыше, чуть не лишился своей поясной сумки. Чей-то клинок вспорол её, и благо, что трубка оказалась цела, но в кисете не было ни единой табачинки.

Мы собрались вокруг очага. Мимика что-то мурлыкала про то, что она ничего не знала, что виновата, и что не обижается на слова о рабыне, ибо по факту так и есть. Яшма молчала, только поправляла прутиком угли в костре. Маздут, который перед этим сходил куда-то вниз по оврагу и вернулся с рюкзаком, перебирал свои ножи и осматривал элементы брони, иногда покрякивал, понимая: что если бы не она, то была бы сейчас в боку дырочка. Я занимался платьем Самандари. Когда из её объятий вырывалась Яшма, серьёзно пострадала ткань. Яшма выдрала несколько лоскутов, да и по лесным кустам мы знатно подрали подол. Бытовая магия, первый курс – отличный способ вспомнить азы.

Иногда я бросал вороватые взгляды в сторону Асафа. Однако, как понимал, в моих глазах он видел внутренний взгляд Сирены, а мои с ней вопросы совсем не совпадали. Быть может если только один: «Какими судьбами?»

Асаф, как единственный представитель кри, в чьих кулинарных традициях преобладает мясо, именно им и занимался. Он не делил тушу на куски, а просто удерживал её над жаром, медленно проворачивая. Вот за что я люблю магию, так это не за взрывы и работу по площадям, а вот за такие мелочи. Зачем тебе вертел, если тушку можно удерживать силой мысли?

Благодаря рюкзаку Маздута у нас появилась соль, немного специй, котелок и несколько кукурузных лепёшек.

Жир мерно капал на угли, наполняя дымок костра ароматом запекаемого мяса, в котелке всплывали пузырьки, кружа чаинки, что уже принялись окрашивать воду. Пахло прелой хвоей, папоротником и кедровыми шишками. Первые лучи Роши словно световые клинки рассекали затуманенный лесной воздух, наполняя его холодным серебром далёкого светила.

Долго бы ещё продлилось это коллективное молчание, если бы Мимика не поднялась из оврага полюбоваться утренней красотой. Вот только вместо восторженных охов и ахов раздался истошный визг, и она кубарем покатилась обратно. Уже обморочную её успела подхватить Яшма.

- Асаф, твою магию! – выругался Маздут. – Ты их не упокоил?

С двух сторон оврага показались морды вунов. Рука потянулась к эфесу, но я вовремя осёкся, видя невозмутимость мага и тренера.

Реакция Мимики понятна. Она никогда вунов не видела, только слышала пару раз от нас, вот и выбрала самый надёжный способ защиты – брык в несознанку.

На самом деле, огромный ящероподобный примат - совсем не то, что рассчитываешь встретить в лесу. Так что, я её понимаю.

- Успеем, упокоим, - ответил некромант. – Полезные зверюги, хоть и неприятные внешне. Вон, Мимику на них перевозить будем, раз у неё такая сложная душевная организация. Или с собой заберу - будут у меня морг охранять.

- От кого? - рассмеялся Маздут.

- Или себе забери. Будешь их на своих школьников травить.

- Сомнительно это.

- С химерами биться не сомнительно?

Налопавшись мяса с чаем и кукурузными лепёшками, Мимика стала первой, кто заклевал носом. Мы дополнительно накрыли наш шалаш магическим лёгким куполом, удерживающим тепло костра, соорудили из мягких кедровых лап подстилку, и она вскоре засопела носиком. Страшные вуны её больше не беспокоили. Одному Асаф велел спуститься, и она его даже осмелилась погладить. Позже Асаф позволил мне перехватить подчинение над разумным зверем.

- Асафчик, а нет ли у тебя табачку? – вдруг вспомнил я.

- Есть, а что мне за это будет?

- А за это я тебе глаз на жопу не натяну, - включил я внутреннюю Сирену, отлично уже зная все её ходы и уловки. – Между прочим, - я надул губки, прищурился, и для пущей суровости подбоченился, - знаешь, как я переживала, когда ты дрался с Эго?

- Прям так и переживала? – рассмеялся Асаф, протягивая руки к рюкзаку.

- А как?! Во-первых, тебе меня ещё год учить, во-вторых, я всё-таки рассчитываю на фамилию Серенти.

Ва-банк так ва-банк. И если уж строить из себя возмущённую Сирену, то ни в чём себе не отказывать. Табачок вскоре появился, и я принялся набивать трубку.

- А теперь, мужчины, - я деловито выпустил дым кольцом, а после пронзил его дымной стрелой, чуть подправив магией, - нет ли у вас желания рассказать, как вы здесь оказались? То, как мы в это вляпались, вопрос закрытый – бабы дуры, но вы-то откуда в этой глуши?

И вот тренер начал с самого начала – с того момента, как его вызвал директор. После был шутливый рассказ про уговоры Серенти, который говорил, что знать не знает Сирену Тарасову, и вообще, ему в морге милее, теплее и суше. Асаф на это бровью не повёл, чем, почему-то, ещё больше повеселил тренера.

Дальше рассказ был более серьёзным.

Маздут уже был подготовлен, а Асаф… а что Асаф? Он магистр и, считай, как пионер - всегда готов.

Переправившись на Сойян, они сошли с поезда загодя. Специально углубились на юг, чтобы достичь тех мест, где можно наткнуться на молодые прайды вунов. Маздут чинил расправу над хищниками, а Асаф поднимал самых сильных особей. Так они продвигались пешком через лес к усадьбе Монсан, стараясь обходить деляны и лагеря охотников. Потому и понадобилось столько времени.

Здесь они остановились лагерем, как раз в этом овраге. Тракт отсюда далеко, а охотники в эту сторону не ходят.

Несколько дней Асаф наблюдал за усадьбой и посёлком глазами совы, изучая местность и обстановку.

Атаку они спланировали на ночь - сразу после ухода охотников в очередной рейд. Почти шестьдесят мёртвых вунов стали очень серьёзной угрозой для поселкового гарнизона. Но труднее всего было настроить вунов так, чтобы те больше вносили смуту, страх и ужас, и не убили никого. Асаф справился, хоть без серьёзных травм и не обошлось. Маздут тоже справился. А потом был бой с Эго.

- А как вы справились с Эго? – спросила Яшма. – Что с ним?

- Он говорил, что намного сильнее тебя, Асаф, - добавил я. – Говорил, что тебе пред ним не выстоять.

- Эго вообще много разговаривает, - уголками губ ухмыльнулся некромант. - У него должность такая – советчик.

- Да не победили мы его, - пояснил Маздут, чем вызвал наше удивление. – Вмешался господин Ганди. Как всегда - появился эффектно. Ну, знаешь, как он любит: нос к небу, губа вперёд, строит из себя образцового эльфа. В общем, наш уважаемый Ганди растолковал суть вещей. Не стоит Эго и его императору пробовать, где кончаются пределы дозволенного. И если господа не поймут, то даже суда Гильдии не будет. Всё решат архимаги.

- Муссабад, Ганди и Озомена, - предположил вслух я.

- Ага, - согласился тренер. – Их троих хватит, чтобы все миры в прах превратить, не то что какую-то империю.

- Это я во всём виновата, - протянула Яшма, - это из-за меня мы заигрались с Императором.

- Точно, - в шутку согласился я, - ты сразу говорила, что Император офигенный.

В овраге мы просидели целые сутки. Мужчинам нужно было отдохнуть после тяжёлой ночи, да и нам, собственно, тоже.

Пока маг и магический спецназ дрыхли, мы с Яшмой несли караул – так, на всякий случай. Нужды особой в нём, правда, не было: вуны с этой задачей справлялись на отлично, но мы всё равно бдели. В большей степени для самопорядка, ну, и ещё чтобы показать, какие мы молодцы-девочки.

Яшма за день призвала столько змей, что свежий люля-кебаб у нас был и на ужин, и на последующий завтрак.

Ну, а потом состоялся наш исход. Девочки шли налегке, не считая Самандари. Та, как обычно, несла наш рюкзачок, а вместительный рюкзак мужчин был закреплен на вверенном мне вуне. Два других занимались передовым дозором и тыловым охранением.

- Ты как, справляешься? – поинтересовался у меня Асаф, намекая на нового подопечного.

Вуны, они хоть и разумные, но всё же животные: постоянно нуждаются в команде и задачах, это я понял ещё тогда – на севере. Чуть маленько расслабляешься – всё, вуны начинают что-то вынюхивать, искать. В общем, полностью поддаются инстинктам.

- Так-то я целым отрядом руководила, - напомнил я, - когда на нас вуны напали. С одним-то точно совладаю.

Асаф продемонстрировал четыре раскрытые ладони.

Через несколько часов мы вышли на тракт, ведущий к железной дороге.

- Сомневаюсь, что нас с такими попутчиками возьмут в обоз, - выразил сомнение тренер.

- Предложение? – отозвался некромант, демонстрируя недвусмысленный жест по горлу.

- А какие варианты?

- Ты скажи сразу, возьмёшь вунов, как учебное пособие или нет?

- Да взял бы, думаю, директор не будет против.

- Тогда идём на станцию. Там поводки, намордники, а главное - я сделаю амулеты подчинения и регистрационные документы.

- Как у вас всё серьёзно, - рассмеялся Маздут.

Пройдя пару километров в относительной тишине, мы встали, повинуясь примеру старшего нашего отряда.

- А ведь нам нельзя с обозом, - рассудил Маздут. – Пока этот тракт- единственная дорога между станцией и Монсан. Все караваны с юга будут проходить через это поселение, а мы там славно пошумели.

- Это да, - согласился некромант. – Наверняка оставили после себя раненых, не говоря уже о том бардаке, какой учинили вуны.

- Идём через лес? – вмешался я.

- Это Вам не морем ходить, капитан Сирена, - улыбнулся Маздут. – Прямая – не всегда кратчайшее расстояние. Нет, пойдём по тракту. Тут у нас и скорость быстрее, и шансов ноги переломать меньше. Ну-ка, девочка, иди сюда, - позвал он Мимику.

Усадил ту на спину моего вуна. Оба выразили недовольство, но возражать тренеру постеснялись.

- Вот. Держись за рюкзак. Так ещё быстрее пойдём.

Осмотрел остальных.

- Асаф прав - нашумели знатно. Так что, в Монсан, наверняка, есть те, кто на нас, мягко говоря сердит. Во избежание ненужных конфликтов при приближении каравана уходим в лес. С нашими темпами за два дня будем на железной дороге, - объявил стратегию тренер.

Под железной дорогой он имел в виду небольшой городок меж холмов. Место там не очень удобное для серьёзного поселения, но как железнодорожная развязка почти стратегическое. Там и товарная станция большая. Люд в основном рабочий, что трудится при станции и железной дороге.

По почти нескончаемому тракту, ближе к вечеру следующего дня, мы вышли к распадку, надёжно вычищенному от скорорастущего леса. В нос тут же ударил тяжелый, густой коктейль из угольного дыма, канифоли и перегретого металла. От железной дороги пахло ржавчиной и креозотом. Я вдохнул этот воздух, поморщился и улыбнулся одновременно: после девственной хвои Сойян местная атмосфера казалась вязкой. Но мне нравился этот индустриальный запах. Почти так же пахло в портах, разве что там вместо креозота пахло просмолёнными досками.

Город зажал железную дорогу в тиски между трёх холмов. Где-то в центре между ними виднелась мутная от древесной пыли, но когда-то прозрачная крыша пассажирского вокзала. Я её помню с тех пор, когда мы сюда прибывали из столицы. Слева нависал Гарнизонный холм — суровое нагромождение серого камня, больше похожее на классический средневековый замок – единственный городской квартал, обнесённый собственной стеной. Прямо со стен гарнизона, словно стрелы, на соседние холмы брошены длинные пешеходные мосты. Их ажурные кованые фермы опираются на тонкие металлические опоры и зависают над линиями железнодорожных путей.

Справа раскинулся Зажиточный квартал: там добротные бревенчатые терема с высокой резьбой теснились за коваными заборами. Кое-где в окнах уже зажигались магические светильники, бросая тёплый лимонный свет на мощёные дорожки. Чуть дальше, на третьем холме, квартал для люда попроще. Там и дома скромнее, да и стоят куда кучнее - приземистые избы с посеревшими от копоти крышами.

— Нам туда, — негромко указал Асаф в сторону мастерских, кои жались в нестройный рядок между железной дорогой и подножием холма.

Мы начали спуск к подножию, где несмотря на скорый вечер, ещё вовсю кипела работа. Гудела жаром магическая печь местной кузни, вдалеке завывали пилорамы, разбрасывая по сторонам опилки, стружку и мелкую щепу. Чумазые углежоги пересекли дорогу, оставив после себя стойкий амбре угольной пыли и креозота. У самой станции два гигантских голема толкали в тупик вагон, гружёный свежеспиленным кедром. Скрипел тросами кран, подающий душистые паллеты калиброванного кругляка и бруса. Штабели досок подсыхали под навесами, насыщая воздух запахами древесины и смолы. Простучал по стыкам маленький маневровый, под управлением старого гнома, скрипнул на стрелке, покатил куда-то за холм.

- Сначала сюда, - Асаф указал на кожевенную мастерскую.

Проворный рыжий анубис встретил нас почти восторженно, и это под конец-то рабочего дня. Впрочем, прыть его оказалась недолгой, как только тот сообразил, кого так крепко держит за шкуру кри.

- Я маг-некромант, - попробовал успокоить Асаф. – Вы не бойтесь, он уже нежить. Мы отловили несколько особей на заказ для одного зверинца. Сами знаете, приручить вуна невозможно, а нежитью он будет очень даже смирно сидеть в клетке.

- Замечательно, - согласился анубис. – А при чём здесь я?

- Мне необходимо изготовить поводки и намордники. Тут вопрос деликатный, в простом магазине для нежити такого не приобрести.

- Возможно, Вам стоит обратиться сразу к кузнецу?

- Нет, вполне достаточно крепкой кожи, главное, чтобы выглядело повнушительнее. К тому же, кузнец – это долго, а мы бы ещё хотели попасть на вечерний поезд в столицу.

- Ну, повнушительнее так повнушительнее, - согласился мастер. – Раз грубая работа Вас устроит, я попробую уложиться за час. Вот только на вечерний поезд вы никак не попадёте.

На улице раздался чей-то испуганный визг.

- Почему? – уточнил Асаф, не обращая внимания на уличные звуки.

- А сегодня вообще нет составов в столицу, - пояснил анубис. – Вам бы лучше снаружи подождать.

- Да-да, - согласился Асаф. – Зайду через час. Три намордника, три ошейника с поводками.

Как только он вышел на улицу, визг повторился. Испуганная эльфийка стояла бледная, как фаянс, и только и могла, что визжать, чем немало веселила Мимику, восседающую на вуне.

- Вы не бойтесь, - сказал некромант, - они ручные.

- Ей пофиг, - прокомментировал я, - у неё режим паники

- Нам вообще желательно убраться с улицы, - справедливо подметил Асаф. – Намордники будут готовы через час, да и поезда на столицу сегодня не будет.

- Тогда нам нужно озаботиться ужином и ночлегом, - рассудил тренер.

Мы ушли с дороги, укрывшись за штабелями брёвен.

- Предлагаю ночевать под навесом, во-о-н там, - я указал рукой. – Совсем не хуже, чем в лесу.

- А под нормальной крышей никак? – пикнула Мимика.

- Нас бывало и с Самандари-то не везде пускали, а с этими зубастиками и к порогу не подпустят, - я потрепал вуна по загривку.

- Госпожа Сирена, можно мне слезть? Я попу отсидела, - вполголоса пожаловалась наша малявка.

Маздут ловким движением ссадил её с зверя.

- Готовьте тогда место, навес - отличная идея, - согласился он. – А я с Яшмой в трактир – пора уже поужинать как следует.

Через час Асаф забрал заказ, а из трактира вернулись Маздут и Яшма с двумя корзинами снеди. Их приближение мы почувствовали издалека. Запах свежей выпечки и их довольные лица сулили сытный ужин и крепкий сон.

Утром, пока девчонки грели чай и раскладывали на импровизированную скатерть остатки вчерашнего пиршества, я и Асаф смастерили три амулета подчинения. Он вчера под это дело специально выпросил клочки шкур из обрезков. Получилось вполне сносно.

Один из амулетов отдали Маздуту, так что он теперь тоже стал обладателем персонального вуна.

В качестве разрешительного документа сгодились бирки, которые за три грамма маки за штуку нам изготовил местный кузнец. Выгравировал на них «Вун ручной» и приклепал на ошейники. Позже, мы заверили эти бирки магической печатью магистра - своей-то я пока не имею.

С поездом вышел, как бы это сказать красивее… а вот – афронт случился с поездом. Ну никак нас не соглашались пускать в вагоны с вунами, несмотря на все соблюдённые формальности. Пришлось договариваться с местным представительством «Министерства Путей Сообщений» и фрахтовать крытый товарный вагон. Впрочем, и в этом нашлись плюсы: товарняки ходят чаще, да и на станциях почти не стоят.

Присутствие в нашей компании магистра решило часть бюрократических проблем, мы запаслись продуктами для себя и нежити, для последних пришлось купить целую оленью тушу, упаковались в свой товарный вагон, подцепленный к первому же грузовому составу, и покатили в Дарам.