Тейина. Надежда на счастье: а в чём счастье?

Милон поспешно накрывал стол.

– Мы прибудем на место завтра. Остановимся на Внешнем кольце, потому что нужно будет дооформить тебе документы. А дальше домой. И надо будет заглянуть в Бюро, подтвердить брак. Он заключён, но поскольку это сделано за пределами Тейины, нужно заверение. – Оникс кивнула. – А потом, боюсь, придётся тебе пройти через тестирование.

– Какое? – испугалась девушка.

Мужчина помедлил, прежде чем ответить:

– Тестирование ины. Видишь ли, способности маи далеко не всегда можно проверить, только если возникает отзвук с обладателем ины, тогда уж всё очевидно. Проверять методом «примет планета или нет» никто не станет, это может быть вредно для женского здоровья. А вот установить у тебя способность к управлению иной можно. И это даст безоговорочное право пребывания на поверхности планеты.

– А отзвук важен?

– Вообще да. Он даёт возможности обладателю ины, обычно это мужчина, установить контакт с женщиной-маи. А такой контакт позволяет свободно развивать ину и становиться настоящим мастером своего дела. Неважно, какую специализацию выбрал мужчина. Маи даёт ему огромные возможности.

– О… А что значит «маи»?

– Это от перводревнего «мати», то есть «мать». Женщина, способная подарить жизнь – не только ребёнку, но и в принципе. Источник новой жизни. Понимаешь?

– Как красиво, – прошептала Оникс. Глаза у неё немного затуманились. – Наверное, для тебя такой отзвук очень важен.

– Мне важна ты, милая. – Он прикоснулся губами к её виску.

– Но если б у нас случился отзвук…

– Ну… Если бы случился отзвук, было бы, конечно, чудесно, но… Милая! Ты плачешь?

– Я тебя разочаровала.

– Оникс! Нет, ты меня… Ты меня осчастливила, о чём ты говоришь?! Никакого разочарования! Да я предпочту быть счастливым, чем крутым инженером! Ну в самом деле! – Он прижал её к себе изо всех сил, но девушка никак не могла успокоиться. – Ну чего ты?!

Она с ужасом понимала, что так восхитивший её, совершенно идеальный мужчина, конечно, в конце концов уйдёт к той, которая сможет подарить ему надежду на карьеру. Ведь у тейинцев, вроде, нет многожёнства. Значит. Её ждёт неизбежный развод.

Нет! Нет, ни за что!!! Она только нашла свою удачу – и что же, сразу от неё отказываться?

Повернула голову к нему и, уткнувшись в плечо, разрыдалась горько, безнадёжно. Мужчина растерянно гладил её, покачивал, целовал, но успокоиться всё не получалось. Было слишком тяжело, и даже мысль, что мужу ни в коем случае нельзя демонстрировать что-то, напоминающее истерику, не способна была остановить.

– Девочка моя, – растерянно твердил он. – Ну что, в самом деле! Ну неужели для тебя это так важно?

– Да! Да!

– Но… Ты же и сама владеешь иной. Значит, в свою очередь можешь попытаться установить со мной отзвук. Теоретически. Ну что ты волнуешься? Мы приземлимся, познакомимся с разными тренажёрами и, может, найдём способ решить эту проблему, раз уж она для тебя проблема. Для меня – уж поверь! – нет!

Последнего Оникс попросту не услышала. А вот первое, про «самостоятельно установить отзвук» – очень даже поняла. Раз все происходящие с нею чудеса реальны, то, значит, и осуществить волшебство, которое убедит мужа остаться с нею навсегда – нужно! Как? Она будет думать об этом днём и ночью и сумеет найти способ.

Потянулась к Милону, словно проверяя, есть ли у неё возможность хоть на какое-то время овладеть его вниманием и получить запас времени – и, встретив податливость с его стороны, успокоилась. Есть. Ох, как же с ним хорошо!

– Милая, давай ты всё-таки поешь, – изменившимся голосом проговорил он. – Ну не могу я так обращаться с женщиной: даже не кормить, не поить, а только любить!

– А ты покушаешь? – Ласково изгибаясь, Оникс понесла на стол поддончик с обедом. – Мужчинам нужно больше кушать.

– Сомневаешься во мне, женщина?! – с притворной грозностью вопросил Милон, ловко сооружая для себя многоэтажный бутерброд с горячим тушёным мясом и заливая его подливкой. – Я тебе сейчас покажу небо в алмазах!

– Ох, мой тигр, ты уже заставил меня мурчать от восторга!

– Точно?! Ну смотри мне! А ну кушай!

И огладил её таким влюблённым взглядом, что и подумать о том, будто он может быть действительно сердит, не получалось. Шутит, конечно. Шутливо обозначает, кто тут главный. Так и надо, всё правильно – иначе она реально и не поняла бы.

Оникс с удовольствием затолкала в себя еду и отправилась проверять, не валяется ли что-нибудь из вещей по углам. А может, в санузле что-то не убрано? Или, может, какие-то предметы не закреплены и не подготовлены к посадке? А ещё хорошо запланировать ужин. Ну да… Действительно, муж ведь ей показывал, как следует работать с кухонной техникой. На ужин будет мясное рагу, овощная закуска, сыр и творог с фруктами. Подумала, не стоит ли синтезировать пиво, но сообразила, что на космическом корабле, пожалуй, от алкоголя лучше воздержаться, если только супруг не выскажет ей иного желания чётко и определённо.

Проверила, как начищена посуда. Оценила, готово ли свежее постельное бельё. И полотенца. И сорочка для мужа, да и ей тоже не помешает. Собраны ли все его инструменты? Ещё следовало проследить, чтоб боты не распихали отвёртки и плоскогубцы куда попало, нужно строго так, как Милон привык. Пару раз Оникс разозлилась на них настолько, что даже пнула в корпус. Первый же пинок убедил её, что не стоит так делать, боты жёсткие, и девушка начала их пинать в колёса. Совсем другое дело – резиновое, податливое.

Когда ужин был готов и сервирован, она осторожно заглянула в рубку. Муж сидел перед шестью экранами разом и ругался. Сперва сердце просто оборвалось – показалось, что ругается из-за неё. Но спустя несколько мгновений поняла – явно о чём-то другом. К ней не имеющим отношения. В основном какие-то рваные фразы, совершенно непонятные.

– О, твоя супруга! – воскликнул один из собеседников, уставившись на Оникс. Она испуганно покраснела, а Милон поспешно обернулся. – Моё почтение, сударыня.

– Не смущай её, Рад! – гаркнул Милон. – Мы через день будет на Тейине, там и познакомишься.

– Я счастлив, что всё сложилось, – сказал ещё один собеседник. И смотрел он слишком внимательно, как-то испытующе, что ли. – Вы оба молодцы, что сказать. Мил, поговорим при встрече, действительно. Только об отчёте в штаб не забудь.

– Я помню, хватит по мозгам ездить! – рыкнул Милон. – Драг, ты будешь на Тейине?

– Буду, – обещал уже знакомый девушке пилот на крайнем слева экране. – Добрый день, Оникс! Рад буду видеть. И рад буду познакомить с супругой. Прошу прощения, отключаюсь.

Его экран погас. Следом растаяли и остальные экраны. Милон развернулся к девушке, и она втянула голову в плечи. Но гром не грянул. Наоборот – мужчина подхватил её в объятия, утопил нос в шевелюре.

– Моя милая…

– Я пришла позвать на ужин.

– Спасибо, дорогая, спасибо. Я действительно увлёкся. Тут просто дело такое… Знаешь – важная задача, но я не уверен, что можно о ней рассказывать…

Оникс решительно выставила перед собой ладонь, всею собой показывая, что меньше знаешь – крепче спишь:

– Я поняла! Поняла. Нельзя – значит нельзя. Просто пойдём ужинать.

Он со вздохом вцепился в неё ещё крепче.

– Ты знаешь… Я тебя просто обожаю. Просто обожаю. И уж поверь – сумею это доказать. Пойдём кушать, моя милая…

10

На Тейине Оникс очень понравилось, причём сразу же. На таможенном пункте Внешнего кольца она ждала суровой реакции на свою особу: жена там или не жена, а всё-таки документы такие себе, да и гражданства нет. Но работники таможни вели себя с девушкой отменно вежливо, чуть ли не с почтением. И даже отсутствие нормально оформленных бумаг их не смутило. Важнее всего оказался факт зафиксированного в посольстве брака с тейинцем.

Хотя Милону и пришлось задержаться, обсуждая с ними, каков будет порядок оформления нужных актов, где и насколько быстро это предстоит сделать. После чего вернулся с Оникс на свой корабль, и дальше уже не надо было напрягаться – системы сами вели частный катер положенным маршрутом на орбитальную стоянку.

– Я не стал морочиться с тем, чтоб получать разрешение на низкоорбитальную стоянку, – рассказывал Милон, движением головы показывая супруге в сторону экрана. – Да и зачем. Оттуда бесплатный транспорт доставит на поверхность планеты, в порт, где у меня припаркован флай. Интересная система, да? Новейшая. На самом деле, она пока пущена в обиход в тестовом режиме, контролируется диспетчерами. Но уже сейчас видно, что безусловно будет принята. Кстати, мой друг над ней работал.

– Здорово. – Девушка с любопытством крутила головой. Было видно, что их судно движется в потоке не одно, по обе стороны шли ещё два катера, а чуть дальше – огромный пассажирский лайнер. – Мы так близко к тому кораблю… А не страшно, что врежемся?

– Нет, – улыбнулся он. – У тебя же есть ина. Попробуй посмотреть на происходящее с её помощью. Помочь?

– Я сперва сама попробую, – оживилась Оникс и напряглась.

Муж поднялся с кресла и встал у неё за спиной. Положил обе ладони ей на плечи. Начал мягко поглаживать.

– Нет-нет. Не стоит так налегать. Крепатура только помешает. Расслабься, прикрой глаза, а потом, не спеша их открывай, взгляни из-под ресниц, как бы рассеянно, несфокусированно. А теперь дай себе волю, действуй по интуиции.

Она выдохнула и приоткрыла глаза. Мир был расцвечен множеством линий, сложнейшим переплетением в разных оттенках, и сперва всё это казалось хоть и красивым, но беспорядочным трёхмерным кружевом. Но потом логика проявилась словно бы сама собой, и в один миг схема стала объёмной, да ещё и более красивой за счёт этой самой логичности. Оказывается, каждый корабль плыл по своему каналу, плотно ограниченному и окружённому светящимися нитями, цепочками искр, витками и даже росчерками.

– Круто!

– Видишь?

– Ага. – Она перевела взгляд на супруга – и вдруг поняла, что он имел в виду под «попробуй ощутить мой отзвук». Не смогла бы объяснить словами, что конкретно осознала, но зато в точности ощутила: вот его энергия, а вот её. И вот так можно коснуться её, и вот есть ответ, приятная дрожь его эмоций, его жизненной сущности: – О-ох!

У Милона округлились глаза, мужчина смотрел на жену с таким счастливым изумлением, что она мигом догадалась – видимо, он тоже чувствует, а значит, вышло как надо. Потянулась ещё – и в ответ на её прикосновение ина мужа заиграла всеми оттенками, какие только бывают на свете.

Он осторожно, но крепко обнял её за плечи, уткнулся носом в волосы.

– Давай немного подождём, моя родная, – пробормотал, касаясь губами её ушка. – Нам ещё приземляться, потом до дома добираться. Я же не выдержу!

Оникс ласково поглаживала его руку. Ей казалось, они оба искрятся – два таких клубка ярких нитей, потихоньку переплетающихся между собой. И как это остановить, она всё равно не представляла. Да и что конкретно происходит, понимала лишь отдалённо. Наверное, вот так и выглядит отзвук? Кстати, очень приятно. Девушке казалось, что внутри неё словно весёлые пузырьки лопаются, мило и чуть-чуть щекотно. И к мужчине тянуло до безумия: погрузить пальцы в его коротко стриженые волосы, огладить кожу, прикоснуться губами… А ещё бурлила энергия, хотелось схватиться за какое-нибудь дело, срочно сотворить что-нибудь полезное или даже освоить новое занятие.

Она с трудом заставила себя сидеть спокойно. Милон тоже вернулся в кресло, тяжело дыша, а через время и получил разрешение на посадку. Он всё делал очень медленно, с соблюдением правил, но когда отправил двигателю сигнал на остановку, кинулся к жене и смял её губы таким ярым поцелуем, что сразу стало понятно – борт они покинут лишь спустя время. Может быть, даже довольно продолжительное.

– Ох, – выдохнула девушка спустя час. – Теперь надо будет тут прибираться, да?

– Вот ещё, – фыркнул мужчина. – Боты приберут. Оставляй как есть. Прихвачу только твою сумку. Если что забыла, всегда можно вернуться. Аренда ещё действует. Не волнуйся, тут сообщение свободное… Кстати, если нужно, по дороге завернём в магазин, купим всё нужное. Что скажешь?

Слегка ошалевшая в недоумении Оникс промолчала, не зная, что сказать, и, должно быть, муж решил, что супруге всё-таки требуется шопинг. Так что из линейного транспорта он высадил её в огромном ТЦ, где тут же отыскал подходящий закуток. А уж там продавцы моментально взяли растерянную девушку в оборот.

В считанные минуты ей были подобраны бельё, домашние платья и удобные мягкие костюмы, брюки и носочки, блузки и свитера, из соседней торговой точки притащили платья, потом ещё и обувь, и сумочки, и заколки для волос, и прочие аксессуары. Разглядывая всё это, она даже как-то не верила, что всё это ей. И ещё было приятно, что продавцы, похоже, получали такое же удовольствие, подбирая ей гардероб, как и она, наблюдая за их усилиями.

– Пока будет достаточно? – с осторожностью уточнил Милон, расплачиваясь за покупку.

– Конечно! Спасибо!

– Ну и отлично. Домой?

Оникс робко кивнула.

– А ваша… твоя матушка сейчас тоже там?

– Нет. Я же говорил – в Лимиеле. Она, конечно, прилетит вместе с кем-то из отцов, чтоб задать мне головомойку.

Девушка съёжилась.

– Из-за меня?

– Конечно. – Милон бестревожно отмахнулся и затянул на себе ремни безопасности. Потянулся проверить, как пристёгнута жена. – Что свадьбу нормальную не устроил. Ну, и что тебя не обеспечил всем чем положено.

– Но ты же обеспечил!

– Спорим, она найдёт с сотню недочётов? Я даже не сомневаюсь и заранее готовлюсь подставлять уши.

Она не удержалась – фыркнула. И хотя встреча со свекровью пугала её чуть ли не до икоты, как-то расслабилась, что ли. Что ж, любой девушке, выходящей замуж, приходится тяжко, подстраиваясь под матушку мужа. Это просто надо пережить.

Женщину ведь тоже можно понять – взялась девка незнамо откуда, ни приданого, ни добрых родственных связей, только проблемы налицо…

Милон, как выяснилось, обитал в небольшой квартирке с удобной гостиной, тесной спальней и кухней, где можно было худо-бедно расположиться у стола втроём. Ещё имелась небольшая терраса, вроде балкона, где вполне разместились стол и два уличных плетёных кресла. Мебели самый минимум, зато в гостиной гордо высился очень крутой комп, и по тому, как продуманно его разместили и чем обставили, легко было догадаться, что это не какая-то игрушка, а рабочее место: всё идеально, всё под рукой.

А ещё девушку удивил порядок. Нет, идеально вылизанным жильё не выглядело – и кружка на тумбе у кровати имелась, и виар-листы брошены как попало на подоконнике, и рубашка наброшена на спинку кресла. Но всё же заметно, что это лишь черты, намекающие, что тут живут и всем этим активно пользуются. Пол был чистым, поверхности без следов пыли, дверцы шкафов плотно, аккуратно закрыты, да и лишнего нигде не раскидано, всё более чем в рамках.

Оникс с недоумением огляделась по сторонам.

– Понимаю, тесновато, – заоправдывался мужчина. – Но мы скоро подберём что-нибудь попросторнее.

– Зачем же? Здесь очень уютно. Мило.

– Слишком мало места.

– Я буду тебя стеснять?

– Ты меня бы не стесняла даже в землянке, родная! – Он поспешно её обнял. – Но женщине нужно пространство и на свои наряды, и на безделушки, и на рукоделие. Тем более потом появятся другие мужья.

– Какие «другие мужья»? – испугалась девушка.

– Ну как же… – Он осторожно подбирал слова. – Я ведь тебе рассказывал, у нас тут принято многомужество.

– Меня заставят?

– Избави Силы Вселенной! Нет, конечно! Я же говорил. Никто тебя ни к чему принуждать не станет. Но на Тейине так принято, и ты наверняка рано или поздно встретишь того, кто будет тебе приятен.

Оникс вздохнула и, потупив глаза в пол, качнула головой.

– Неужели ты бы этого хотел?

– Поверь мне, родная, и ты скоро в этом убедишься: я хочу лишь одного – чтоб ты была счастлива.

– Да?.. Тогда давай хотя бы первое время поживём тут. Мне очень нравится.

– Если нравится, то конечно, поживём. Все задачи будем решать по ходу дела.

– М-м… А к тебе сюда ходит какая-то женщина?

– С чего ты взяла? – удивился Милон. Он отошёл к стационарному коммуникатору и что-то там нажимал.

– Так чисто, аккуратно.

– Спасибо, родная… У меня тут хороший бот поддерживает порядок, да и я сам предпочитаю, чтоб все вещи были на своих местах. Мне так проще. Да и привык – сперва в общежитии института, потом в казармах на учениях и интенсивах.

– О… Учту.

– Милая, не волнуйся. Вещей у меня немного, и я сам за ними присмотрю, чтоб они тебе не мешались. – Он заглянул в один шкаф, в другой… – Вот, здесь есть место, давай тут разложим твои вещи, хорошо? Я заказал нам ужин, скоро принесут из соседнего ресторана. А свежие полотенчики, всякие расходники – вот за этой дверью. Если что-нибудь будет нужно, говори, заказать легко. А вот ванная комната. Тебе ведь нужно?

– Да, я… Но зачем же заказывать еду? Я могу приготовить.

– Если захочешь готовить, покажу тебе здешнюю технику, завтра сходим в магазин за продуктами. Но вообще это не обязательно, тут современный бот, в памяти больше пяти тысяч рецептов, что хочешь выбирай и уточняй параметры.

Девушка с сомнением покачала головой.

– Как-то странно у вас тут устроено… А зачем же тогда вашим мужчинам нужна жена?

– Э-эм… Для радости? Для любви? – Милон вдруг рассмеялся и запустил пальцы обеих рук в короткие волосы. – Ну ты что, родная?! Неужели же близкий человек нужен только затем, чтоб готовить, стирать, пыль убирать или подметать?

– Мда… Ты прав. – Она сама подошла, ткнулась ему носом в грудь. – Глупость какую-то сказала. Привыкла так думать, понимаешь…

– Догадался. Что – твой отец твоей матери говорил, мол, чего это я должен сам себе еду класть в тарелку, зачем мне тогда жена?

– Нет, что ты, отцу и так мама и мачеха подносили и еду, и напитки! Они нам, дочерям, об этом напоминали. Учили нас быть хорошими жёнами.

– У нас на Тейине так говорят иммигранткам: достоинства хорошей супруги ничем не отличаются от достоинств хорошего мужа – это честность, заботливость, умение оказать поддержку и желание любить. А там уж как получится.

Она снова прижалась к нему.

– Это слишком для меня.

– С чего бы вдруг?

– Я не заслуживаю…

– Ну что за ерунда! Любой человек заслуживает быть счастливым, а со мной, я надеюсь, ты будешь счастлива. – Он отвлёкся на звуковой сигнал. – О, ужин подоспел. Сейчас накрою.

– Как можно! Давай я!

– Милая, ты ведь пока не знаешь, где у меня тут что, какая посуда, какие бокалы. Позволь мне, прошу.

Звучало логично – Оникс уступила.

Её поразило изобилие блюд, которые муж заказал для них: и зелёный салат, и фаршированные артишоки, и моллюски, поданные на льду, и закуска из едва солёной рыбы, и огромный стейк на косточке, и ассорти из овощей, и грибные шляпки в масле, а отдельно – спаржа с горошком и беконом. Можно было подумать, что Милон задался целью выгрести из меню всё самое дорогое и роскошное, но в ответ на её осторожные вопросы он лишь мотнул головой и заявил, что не велел подать ни краба, ни лобстера, ни осетровой икры. Ну не любит он это всё в ресторанном исполнении. Вот на берегу моря да у костра – другое дело!

Он обязательно её угостит как-нибудь.

Даже сервировать стол и резать мясо жену не пустил – всё сделал сам. Разлил охлаждённое вино по бокалам, подал блюдо с хлебом и нежно улыбнулся.

– Кушай, моя хорошая. Если мама ещё и за то, что не кормлю тебя, возьмётся меня чехвостить, я вообще не переживу… Нет, ты не думай, что кормлю только потому, что маму боюсь!

– Но маму боишься тоже! – расхохоталась она, перетягивая себе на тарелку артишок – в жизни никогда их не пробовала, а было интересно. Оказывается, их нафаршировали мелко нарезанной домашней колбаской, двумя видами сыра, яйцом и какой-то зеленью.

– Так, знаешь… Трепещу.

– А я-то как боюсь, – вздохнула она, пробуя угощение. Оказывается, артишок – это вкусно…

Мужчина посмотрел на неё удивлённо.

– Тебе-то чего бояться? Ты же девушка.

– Но я же невестка, а ты – сын.

– В маме всегда взыграет женская солидарность. Уж не сомневайся.

Но Оникс лишь криво усмехнулась. Она, конечно, не верила.

11

Свекровь появилась на пороге квартирки через пару дней. За это время девушка едва успела освоиться с квартирой, магазинами, расположенными на первом этаже жилого комплекса, кухонной техникой и шкафчиками в жилище. С посудой пока не разобралась, потому что Милон с упорством барана сам сервировал и подавал еду на стол, а потом убирал всё и педантично загружал посудомоечную машину. И заказывал ужины тоже сам, а также настаивал, чтоб завтраки готовил бот, потому что по утрам положено поваляться лишние минуты в кровати, и это не обсуждается.

Так что растерянной Оникс в распоряжение достались только обеды.

Но тут муж её не разочаровал: и «пахарский суп», и «пла» с креветками и томатом, и все варианты лукового с бараниной он поглощал с огромным удовольствием да только нахваливал, будто и в самом деле ничего подобного в жизни не кушал. Девушка даже краснела от таких пылких похвал. А ведь мужчина определённо очень хорошо умел готовить. Может, он просто хотел сделать ей приятное, но разве можно устоять перед таким стремлением супруга?

Сигнал вызова прозвучал как раз к концу обеда. Когда Оникс выскочила в коридор следом за Милоном, того немолодая, но всё ещё привлекательная женщина уверенно держала за пуговицу рубашки. Где-то на уровне живота. И говорила угрожающе:

– Милон Эвкте Агим, тебе есть что мне рассказать?

– Матушка, я бы хотел познакомить тебя, да…

– Познакомить он меня хотел! – взревела дама, едва не оторвав пуговку. Аж на месте подпрыгнула от негодования. – Наглец малолетний, штаны по коленки! Какого чёрта я узнаю о твоей свадьбе позже всех?!

– Не позже всех, мам… Матушка, не пугай мою жену, пожалуйста.

– Ты меня не учи жить! Что это такое, а? Ты даже не счёл нужным мне позвонить! Писульку свою хилую, которую мне кинул с барского плеча, в зад себе можешь заткнуть, свинья!

– Дорогая, – примирительно пробасил один из двух мужчин, сопровождавших даму. – Родная, пожалуйста!

– А ты не лезь! Я тебе говорила: воспитывать надо сыновей как следует! Чтоб маму держали в курсе дел! Господи, я понимаю поехать в отпуск, поменять работу, даже поступить в университет – но жениться и при этом не сообщить?! Как так?!

– Я ведь сообщил.

– Когда уже прибыл на планету?! Гадёныш!

– Мама!

– У-у, глаза б мои на тебя… – Женщина решительно переключилась на Оникс, и та едва не присела под её тяжёлым взглядом. – Здравствуй, моя милая… Та-ак… Так, деточка бледная, тощенькая, на цыплёнка похожая!.. Ты вообще её кормишь?! Какие витамины даёшь? На какой день назначена операция? – Свекровь ласково прошлась пальцем по шрамам на лице невестки. Глаза Оникс округлились, а в следующий момент её схватили и решительно, хоть и бережно ощупали со всех сторон, едва ли не всю целиком. Дама решительно двигала руками и качала головой. – Просто чудовищно. Не удивлюсь, если тут и болезни обнаружатся. Бедная деточка… Что говорят врачи?.. Э-эй, Милон Эвкте Агим, что врачи сказали?! Где рекомендации?! Говори, пока наизнанку не вывернула!

– Да я пока не водил… к врачам.

Тейинка набычилась, сделала глубокий вдох и начала орать:

– Что-о?! Не отвёл к врачу?! Ты дебил или кто?! Ты привёз израненную девчонку незнамо откуда и даже врачу не показал, живодёр?!

– Мама! – взревел Милон, но на его матушку гнев сына явно действия не произвёл.

– Я так давно мама, что ты и не помнишь! Ты привёз девочку невесть откуда, а лечения на неё пожалел?! Тебя что, орангутанги воспитывали? Хашар!

– Родная, успокойся, – прогудел всё тот же мужчина. Второй, поддерживавший женщину с другой стороны, по-прежнему хранил терпеливое молчание. – Не надо так.

– А как надо?! Это ты его научил над девочками издеваться?!

– Дорогая, не надо утрировать.

– Это я, значит, утрирую?! А он привёз бедняжку из Иллияни, всю поломанную, и даже медикам не показал! А мало ли какие там последствия побоев! Что если опасные травмы, я тебя спрашиваю?!

– Я из Картаи, – испуганно пискнула Оникс.

– Не знаю таких краёв. Но и что? Сразу видно, что у вас там девочек по полной программе обижают. Я слышала, что мой сын метнулся куда-то девочку спасать. Хорошо спасение! – Едва подуспокоившись, дама снова начала распаляться. Да как! – Сперва спасти, а потом бросить без помощи и даже не позвать врача! Ещё бы сам ногами попинал вдогонку.

– Мама! Какого чёрта ты такое обо мне говоришь?! Да ещё при жене!

– А что я должна говорить? Ах, молодец, мол, мальчик, забил на девочку, делай так и дальше?

– Да не забил я!

– Ваш сын – очень хороший человек! – охнула Оникс, искренне обидевшись за мужа.