— Тогда кто же? — спросила Юля.
— Кто-то явно покрупнее, — медленно произнёс Ратибор, внимательно слушая окружающую тишину. — Но не медведь. Ох, не нравится мне всё это.
Где-то со стороны послышался какой-то шорох. Звук постепенно нарастал. Видимо, кто-то быстро приближался к поляне. Неожиданно из-за деревьев к мёртвом оленю прыгнул тёмный силуэт. Сверкнули жёлтые хищные глаза и луна озарила появившееся существо. Оно было похоже на волка, только он стоял, опираясь на мощные задние лапы, а передние заканчивались когтистыми лапами, отдалённо напоминавшими человеческие кисти рук. Зверь стоял немного поддавшись вперёд, но даже так он достигал более двух метров в высоту. Зверь приоткрыл пасть, обнажая огромные клыки и, выдохнув струю горячего воздуха, издал хриплый рык.
— Что ж, наша экскурсия временно приостановлена на неограниченное время и продолжится если мы выживем, — сказал Ратибор.
— Кто это? — тихо спросил Игорь, доставая пистолет.
— А это, друг мой, один из мутантов тайги. Нас он заметил, так что бежать не получится, будем воевать.
Но мутант не нападал. Он стоял и выжидающе смотрел на людей. Видимо с мутацией к нему перешли и человеческие садистские наклонности, когда даёшь жертве ложную надежду на спасение и с наслаждением смотришь в глаза, в которых застыло отчаяние и в которых угасает жизнь. Вот только порой хищник сам может стать жертвой.
Юля попятилась назад и, споткнувшись, повалилась в снег. От неожиданности она вскрикнула и это послужило сигналом к действию. Мутант встрепенулся и ринулся вперёд, однако тут же заревел, наткнувшись на лезвие «резака». Ратибор вытащил своё оружие и тут же нанёс рубящий дар сверху вниз по передней левой лапе мутанта. Зверь взвыл и мощным ударом наотмашь отбросил «лешего» от себя.
В этот момент раздались выстрелы — Игорь не остался в стороне. Медленно, словно демонстрируя насколько жалки потуги человека причинить ему вред, мутант повернулся к парню и пинком отправил того в ближайший сугроб. Издав протяжный рык, зверь двинулся к застывшей в ужасе Юле, которая так и осталась лежать на снегу, с таким же белым лицом.
Но дойти до следующей жертвы зверю не дали. На спину к нему прыгнул Ратибор и что есть сил вонзил в жёсткую плоть «резак» и стал просовывать его всё глубже. Клинок медленно, но верно вскрывал стальные мышцы мутанта, разрывал кровеносные сосуда и пронзал внутренние органы. Для пущего эффекта «леший» начал дёргать клинок опуская его то ниже, то выше так, чтобы сталь прорезала зверя вертикально по всему телу.
Мутант, в свою очередь, прыгал, крутился и всячески пытался сбросить с себя человека. В какой-то момент от безысходности он ударил Ратибора спиной о дерево, отчего тот обмяк и отпустил меч. Но дело уже было сделано. Даже когда «леший» лежал на снегу и корчился от боли, зверь истекал целыми фонтанами крови. Острый клинок сделал что нужно и сейчас внутренние органы мутанта были порублены в капусту и сильно кровоточили. Наконец, пошатнувшись и издав хриплый предсмертный вой, мутант рухнул навзничь и из раскрытой пасти потекла струйка крови.
Игорь наконец вылез из сугроба и пошатываясь подошёл к Юле — та всё ещё лежала в снегу. Парень помог ей встать и затем осмотрел округу. Ратибора видно не было. Снег был перемешан с кровью и клочками шерсти, от чего складывалось ощущение, что здесь проходил не бой с одним мутантом, а поляна являлась обителем какого-нибудь кровожадного маньяка.
Внезапно сугроб под надломанным деревом начал осыпаться. Разбрасывая во все стороны шерсть и кровавый снег, из него выбрался «леший». Увидев мёртвого зверя, он подошёл ближе и перевернул того на живот. Из зияющей раны на спине мутанта торчала рукоять «резака». Ухватившись за рукоятку покрепче, Ратибор, не без усилий, выдернул меч из мёртвого тела.
— Ну что, готовы к дальнейшему пути? — с улыбкой спросил «леший».
— Да, думаю, лучше поскорее убраться отсюда, а то ещё кто-нибудь прибежит, — ответил Игорь.
***
— Это что, мы дошли что ли? — растерянно спросила Юля.
— Не думаю, — ответил Ратибор. — нам нужно немного дальше, а вот что это здесь делает — понятия не имею.
— «Леший», мог ли кто-либо возвести здесь постройку без твоего ведома? — задал вопрос Игорь, серьёзно смотря на объект перед ними.
— Нет, иначе это будет противоречить Всемирному Закону.
— Тогда что это?
— Сейчас разберёмся.
Перед ними раскинулась чёрная стена высотой около трёх метров. За ней высились охранные вышки, какие-то столбы и крыши строений. Сама стена была обтянута колючей проволокой, явно под напряжением. Вот только всё равно вокруг было тихо. Даже слишком.
Ратибор шагнул вперёд. Снег скрипнул под ногами, разрывая на миг тишину, но ничего не произошло. Осторожно переставляя ногами, «леший» приближался к стене. Когда до неё оставалось несколько метров, недалеко вдруг что-то скрипнуло. Моментально по периметру зажглись прожектора и все как один направили свои лучи на Ратибора.
— Ни с места! — раздалось откуда-то сверху. — Назовись, иначе мы имеем полное право открыть огонь без предупреждения!
— Нет слов, одни эмоции, — негромко произнёс Ратибор.
— У тебя минута! — голос начинал раздражать.
— Я что-то не понял, вы решили угрожать «лешему»? Построили тут невесть что без моего ведома, да ещё и меня расстрелять вздумали!
— Ты…«леший»? — говорящий явно был растерян из-за такого напора претензий.
— А кто же ещё? — Ратибор вскинул руку с большим жетоном, на котором была изображена ель, рядом «резак», а сверху земной шар. Под изображением была надпись: «Ратибор — „леший“ тайги».
Видимо говорящий совсем смутился, потому как долго молчал, видимо, обдумывая как лучше помириться с неожиданным гостем. Наконец все прожектора, кроме одного погасли и где-то заскрипели ворота.
— Прошу пройти на территорию базы, вам всё объяснят.
— Эй, я веду двух археологов, они должны пойти со мной.
— Ваши спутники могут пройти.
— Спасибо.
Ратибор махнул Юле с Игорем рукой и все они проследовали в сторону ворот, столь неприметных на фоне большой чёрной стены. Интересно всё-таки, как смогли построить здесь эти здания настолько быстро и незаметно, что даже у «лешего» не возникло подозрений. Хотя уже возникает вопрос в компетентности самого «лешего», если он не сумел обнаружить подобные строения.
Однако вины Ратибора здесь особо-то и не было. Не так давно здесь жил ещё один «леший». Только вот ему всё надоело и он сбежал из тайги. Нового, конечно ещё не назначили, а в обязанности Ратибора не входит осмотр не закреплённых за ним территорий. Но он имеет на это полное право.
При мыслях об отсутствии «лешего» на данном участке, Ратибор тяжело вздохнул. Работа эта была опасная и далеко не каждый мог выдержать постоянное напряжение. Тем более одиночество, которым сопровождается вся деятельность «лешего». Лишь те немногие гости, которые изредка захаживают за картами скрашивают серые дни, почти бессмысленного бытия.
Иногда Ратибор задумывался, для чего вообще нужны «лешие». Раньше им наверняка уделялось особое внимание, а вот теперь… После наступления постапокалиптического мира прошло уже довольно много времени. Изначально все «лешие» были обычными одиночками-искателями хоть чего-то уцелевшего в новом мире. Они рисовали карты территорий на которых вели поиски, со всеми обозначениями опасных мест и того, что могло иметь отношение к старому миру. Подобные карты расходились по высокой цене среди различных группировок.
Однако со временем люди адаптировались к новому миру и стали восстанавливать города, которые более или менее сохранили своё состояние. Постепенно острая необходимость в «леших» пропала, но не исчезла до конца. Отправляясь на территорию, полную опасностей, каждый человек, кто ещё находится в здравом уме, спешит разыскать «лешего» этой местности. Так можно получить и карту, и дельный совет, и новости о происходящем вокруг. Только вот люди пока не особо разгуливают по Диким территориям.
Когда вся группа оказалась на территории столь неприметной военной базы, ворота почти бесшумно закрылись, а со стены уже спускался какой-то солдат. Судя по блеску маленьких звёздочек на погонах, явно кто-то их главных на посту. Ратибор пристально рассматривал его, насколько, конечно позволяла ночь. Чёрная металлическая каска, лёгкий бронежилет с разгрузкой, на шее болтается автомат с глушителем и штык-ножом, из кобуры на поясе виднеется рукоятка пистолета.
Подбежав ближе солдат остановился, отдал честь и представился.
— Здравия желаю, начальник караула прапорщик Карзов.
— Доброй ночи, — ответил Ратибор, — где начальство?
— Изволят отдыхать в офицерской казарме.
— Это где?
— Вон то здание, — прапорщик указал рукой в тёмный силуэт небольшого строения. — Только они это, не спят, боятся.
— Чего? — Ратибор нахмурил брови, стараясь припомнить, что в этой местности может быть опасным настолько, что напугает солдат.
— Вой какой-то недавно слышался. Причём такой, многоголосый и вовсе не оттуда, откуда пришли вы.
— Так чего же тут бояться, вы за стенами, при оружии и технике, пара тройка мутантов вам не страшна.
— Да знаете, тут начальники… скажем, не самые опытные. Осмелюсь предположить, что они и мутантов видели только на фотографиях. А так-то у нас все бойцы уже бывалые, не раз зачищали логова этих тварей.
— Что ж, тогда не стану вас более задерживать. Попрошу лишь распорядиться разместить на часик где-нибудь моих спутников. Недавно с мутантом сразились, а они люди гражданские. У них шок, да и в снегу выкачались. Их бы обогреть да обсушить одежду.
— Не проблема, всё сделаем.
— Благодарю.
И Ратибор зашагал в сторону офицерской казармы. Обсуждать начальство считается неправильным, однако любой солдат вовсе непрочь поговорить с другим о начальнике у того за спиной. Что ж, пора взглянуть на этих не нюхавших пороху «начальников».
***
Несмотря на небольшие габариты снаружи, внутри помещение оказалось довольно просторным. И тёплым. У стен слева от входной двери в рядок располагались три не слишком аккуратно заправленные кровати. На самой дальней из них лежал в военной форме немолодой мужчина и храпел на всю комнату. «Боятся. Ага, как же,» — подумал Ратибор. Видимо этот уже изрядно выпил и никакие мутанты не могли его побеспокоить.
В центре комнаты был расположен широкий стол с разбросанными по нему картами. Причём часть колоды была придавлена недопитой бутылкой водки. Тут же, уткнувшись красными от выпитого алкоголя носами в карты, сидели двое сослуживцев храпящего. Несмотря на топот при обивании снега с валенок и негромкий хлопок подмёрзшей двери, никто из игроков и не подумал взглянуть на «лешего», стоявшего в дверном проёме.
— Что за хрень вы тут устроили? — спросил Ратибор, подходя ближе к пьяным офицерам.
Те вздрогнув от неожиданно громкого голоса «лешего» соизволили наконец поднять головы и посмотреть на незваного гостя. На их лицах читалось удивление вперемешку с пьяным любопытством.
— А ты, *ик*, собственно, кто такой и по какому праву? — спросил первый. Он был среднего возраста, чернявый и с каким-то слегка искривлённым носом. Орлиным. На плечах поблёскивали малыми звёздами погоны капитана.
— Ратибор, один из леших тайги. А здесь я по праву лешего, на чьей территории вы устроили свои военные игры. И пока солдаты честно несут службу, чтобы не пропустить никакую кровожадную тварь на территорию периметра, вы сидите тут и откровенно бухаете.
— А-а, *ик*, леший, — капитан словно и не слышал упрёка со стороны Ратибора. — Это вы, *ик* извиняюсь, те гады, что людей в лесу за нос водите. Знаем мы таких. Ну мы вам всем ещё покажем!
С этими словами капитан залпом выпил рюмку водки и, уткнувшись лицом в стол, вскоре захрапел. Ну, с этим всё ясно, бак заполнен и информации от него не добиться.
— Прости нас, леший — подал голос его собутыльник, видимо более трезвый, что позволяло ему хоть немного соображать.
Он был высоким худощавым блондином, с голубыми глазами, которые ну никак не подходили для пьяного офицера. Как и все здесь, он был в тёмно-зелёной рубахе с ещё более тёмным галстуком. И при этом, видимо, самым молодым и низшим по званию. На плечах блестели лейтенантские погоны. На вид этому офицеру было не больше двадцати пяти. «Неужто только из училища?» — удивился Ратибор.
— За что именно ты извиняешься? — спросил «леший».
— Да хотелось бы за всё. И за наш вид, и за то, что мы тут построили. Дело срочное было, вот начальство и организовало здесь блокпост.
— А что за спешка-то?
— Прораб, знаток истории, рассказывал, что раньше здесь было какое-то древнее капище. Так вот, недавно именно с той стороны, где оно было расположено, начались набеги мутантов, причину мы пока не нашли, но начальству ж невтерпёж, надо мол, блокпост организовать, чтобы нечисть поганую отстреливать. Вот и построили тут то, что ты сейчас видишь.
— И что же, никаких продвижений в плане поиска источника такой сплочённости мутантов?
— Вообще никаких, мы посылали в том направлении несколько разведывательных групп, но до сих пор ни одна не вернулась.
— Что ж, я как раз иду в ту сторону, поэтому, конечно, не обещаю, но попробую найти ваших солдат. Правда, скорее всего они уже мертвы.
— В таком случае нам необходимо будет хотя бы доставить тела убитых обратно на их родину. Можешь пока отдохнуть здесь, мне уже доложили, что разместили твоих спутников в тепле.
— Хорошо, в таком случае разбуди меня через час.
Последние слова Ратибор произнёс уже укладываясь на кровать. Едва голова его коснулась подушки, как веки сразу же сомкнулись, а сознание провалилось куда-то глубоко в мир грёз.
Ратибору снилось, будто он бежит босиком по снегу, но отчего или от кого думать было некогда. В затылок словно вонзились тысячи холодных иголок, предупреждая о смертельной опасности. Мороз сковал лёгкие болью, но останавливаться было некогда. Вот он вдруг споткнулся и упал в очередной сугроб. Но ветер словно был на стороне «лешего». Он подхватил его и снова поднял на ноги, да ещё и подтолкнул в спину, на короткий момент придавая ускорение. Наконец Ратибор решил обернуться и понял отчего он так бежит.
Позади расстилалось зеленоватое марево ходячей аномалии. Это было то явление, от которого каждый старался поскорее укрыться, едва завидев его на горизонте. Явление смертельно опасное и не щадящее никого.
Ратибор петляет между деревьями, чуть ли не кувырком преодолевает сугробы, однако аномалия всё ближе и ближе подползает к нему. Внезапно ветер стихает и «леший» валится в снег, не в силах больше подняться. Единственное, что он теперь может, так это повернуться и бессмысленно смотреть на приближающуюся смерть.
Теперь аномалия совсем уже рядом. Но она больше не движется, а просто стоит на месте. Вдруг на фоне зелени проступает человеческий силуэт и из марева к Ратибору тянется морщинистая бледная рука.
— Смерть — моя богиня! — доносится из аномалии.
Ратибор открыл глаза. Над ним стоял лейтенант и тряс его за плечо.
— Вставай, леший, — сказал он — твои спутники ждут тебя. Думаю, время отправляться.
Ратибор сел на кровати и обвёл комнату взглядом. Всё осталось прежним, разве что возле заснувшего за столом капитана теперь сидели Юля с Игорем.
— Спасибо, что распорядился дать нам отдохнуть, — произнесла девушка, глядя на «лешего».
— Не стоит благодарности, — отозвался тот. — Я не должен водить физически уставших.
***
По лагерю было довольно легко передвигаться, благо дороги были расчищены и утрамбованы. Ратибор пристально рассматривал укрепление и обустройство блокпоста. Казармы и склад находились в самом центре, чуть южнее, то есть ближе к воротам, откуда пришёл «леший» со спутниками находился штаб и радиорубка. Рядом со штабом было расположено здание столовой и ангар со спецтехникой.
На объятых ночной мглой стенах стояли, поблёскивая оружием в свете звёзд солдаты. Обычные военнослужащие, далёкие от политики люди, подготовленные только для одного — воевать. И погибнуть, если этого потребует Родина, став при этом очередным героем для простого народа и маленьким кирпичиком в лестнице политической карьеры определённого правителя.
Война — это продолжение политики, только это самое страшное её проявление. Здесь не остаётся ничего кроме голых фактов тысяч смертей, причём зачастую, даже не солдат, а простых гражданских. И все эти люди — и военнослужащие, и гражданские — погибают в интересах своей страны.
— А разве ты не должен был предупредить их о ходячей аномалии? — поинтересовалась Юля, когда они вышли за пределы блокпоста.
Ратибор мельком глянул на исчезающую в ночной мгле укреплённую стену и, тяжело вздохнув, произнёс.
— Они нарушили третий пункт Всемирного Закона, согласно которому запрещено строить какие-либо укрепления на Диких территориях без соответствующего разрешения лешего. Особенно если построен подобный блокпост. Если же на данной территории лешего нет, то необходимо разрешение лешего с соседней территории. В противном случае леший на той местности, где построен данный объект и лешие-соседи не должны сообщать жителям этой застройки об опасности, которая может появиться вблизи этих строений.
Девушка нахмурила брови и слегка поморщилась, силясь разобрать то, что ей рассказал Ратибор. Всемирный Закон потому и Всемирный, что все обязаны неуклонно и беспрекословно соблюдать его. Никто из «городских» не знал его не то что наизусть — даже приблизительно не владел его содержанием, ведь карманный вариант можно было приобрести на каждом углу и при необходимости найти нужную информацию.
В отличии от «леших». Раз получив его, они заучивали документ наизусть, слово в слово и в любой момент могли воспроизвести содержание необходимой статьи.
— Как-то всё слишком сложно, — задумчиво произнёс Игорь. — Человечеству итак несладко пришлось, а с таким законом мы и вовсе вымрем. За что такое наказание-то?
— Если люди настолько осмелели, что решили, не консультируясь с лешими, забрести на Дикие территории, то смысл им тогда помогать какой-то информацией? Они видимо итак всё хорошо знают, раз даже не спрашивают где и что им лучше построить, — немного сердито ответил Ратибор.
— То есть вы не помогаете им только из-за того, что их самовольное обоснование в Диких территориях задевает вашу гордость? — девушка наконец поняла смысл сказанного. — С каких пор вы стали считать себя правителями этой земли? Почему люди обязаны считаться с вашим мнением?
— Я не хочу с вами ссорится, поэтому не обижайтесь на то что я говорю, — начал Ратибор. — Лешие первыми появились на Диких территориях, их карты и огромный опыт выживания здесь сыграли значительную роль в возвращении человечества к цивилизации. Они продолжали трудится в одиночестве, лишь бы всё было на благо человечества. Я считаю, что лешие имеют право диктовать свои условия при деятельности человека на Диких территориях, конечно, в разумных пределах и если это не противоречит Всемирному Закону.
— Ладно, а кто создал Всемирный Закон, — спросил Игорь, — а то как-то мы пропустили этот момент.
— Представители всех оставшихся общин после хоть какого-то возрождения человечества, собрались вместе — не знаю как, но как-то они это сделали — и создали Первый постапокалиптический свод правил возрождённого человечества, который впоследствии был переименован во Всемирную Конституцию, а после внесения изменений и дополнений данный документ назвали Всемирным Законом, — Ратибор словно по бумажке зачитал давно забытое название самого главного мирового нормативного правового акта.
— Ладно, а с миром-то что случилось? Почему он такой? — не унимался Игорь.
— Слушай, я не ходячая энциклопедия. Я попросту не могу знать большинство вещей, которые известны вам, городским, — Ратибор пожал плечами. — Это же вы изучаете подобное в учреждениях образования. Мы отвечаем за изучение и развитие Диких территорий.
— И всё же хотелось бы узнать твою точку зрения.
— Не знаю. В некоторых местах сильный треск счётчиков указывает на повышенный радиационный фон, что может быть вызвано чем-то на подобии ядерной войны. Вот только осталось слишком много уцелевших зданий. Да, погибло огромное множество людей, часть зданий разрушена, а религии искаверканы. Может и была какая-то война, однако применялось другой оружие.
— Вакуумная бомба? — спросила Юля.
— Может быть и она, — «леший» неопределённо мотнул головой. — Вот только смущает радиационный фон.
— Могу точно сказать, что ты не прав насчёт религии, — сменил тему Игорь. — Религия как была, так и осталась. Просто лишь три верования стали преобладающими, а остальные стали относится к религиозным сектам.
— Что ж, вам, городским виднее. Кстати, похоже, мы дошли.
***
За разговором сразу и не заметно было, как вдали выросли какие-то строения. Четыре продолговатых невысоких здания, напоминающих сараи, стояли обращённые дверными проёмами друг к другу, образуя неполный крест. И в центре этого креста стояла башня. Просто обычная башня, какую можно встретить в городе — трёхэтажное строение с хорошим обзором наверху.
Но вот первое что бросалось в глаза — практически на всей территории старой застройки снег был отнюдь не белым. Он был алым от крови. Что здесь произошло или происходит и поныне — неизвестно.
— Что-то это не слишком уж похоже на остатки древнего капища, — негромко произнёс Игорь.
Ратибор был полностью с этим согласен, как, впрочем, и Юля. Он попросту не знал было ли известно прошлому «лешему» о застройках здесь. Увы, тот ушёл, не сообщив никому ничего о всех объектах на строительство которых давал добро и ли же которые были построены без его ведома.
Неожиданно из сигнальных установок башни раздался довольно громкий, даже на приличном расстоянии, звон колокола. Это была хорошо сделанная запись, так как разместить в башне колокол и тем более периодически пользоваться им было попросту невозможно.
Под шум колокола из окружавшего строения леса стали выбегать мутанты. Их было несколько десятков и все, как один, были изначально волками, наподобие того, с которым пришлось столкнуться «лешему» с двумя молодыми археологами. Мутанты мельком глянули на незваных гостей и бросились к сараям. Когда последний из них влез внутрь, двери зданий автоматически опустились.
— Надо же, как тут всё устроено, — хмыкнул Ратибор, — и мутанты дрессированные, и двери автоматические, и отличная запись колокола в динамиках. А ведь всем этим явно нужно управлять.
— Значит, где-то в башне сидит управляющий. Она здесь явно стоит не только для подачи сигналов, — сказала Юля.
— Ну что ж, пошли что ли, — предложил Игорь. — В любом случае, оставаться на открытом месте, когда рядом столько мутантов — не самая лучшая идея.
Они начали осторожно приближаться к опасному месту. По мере их приближения, из динамиков стали доноситься какие-то нечленораздельные звуки, которые постепенно стали усиливаться. Неожиданно начало клонить в сон. Хотелось просто лечь на снег, прямо здесь, и, не смотря на всю опасность соседства с мутантами, уснуть. Просто уснуть и ничего более.
— Гипноз, — прошептал Ратибор. Сказать более громко не хватало сил, тело не хотело слушаться, а звуки стали перерастать в слова.
Ты дай мне жизнь свою,
Давай, засни же поскорей.
Тебе я вечность подарю,
А тело брось для упырей.
Юля неожиданно выпрямилась и ровным шагом направилась к башне. Действия были точны настолько, что казалось, будто это и не человек вовсе, робот.
Что жизнь, что смерть — одно и тоже
И обе связаны со мной
Ложись на земляное ложе
И отправляйся на покой.
Голос был мягким, спокойным и убаюкивающим. Он заставлял душу трепетать в восторге при каждом новом слове и подзывал, манил к башне невидимой рукой.
Я — Искушение земное, Мир крутится вокруг тебя. Ложись на ложе земляное, Тебе бессмертие дам я!Юля внезапно остановилась и послушно улеглась прямо на кровавый снег. Ратибор ещё боролся с вмешательством в его разум, но вот Игорь начал слабеть и вскоре тоже опустился на алое снежное покрывало.