Принцесса и Ко

Поглощённая возникшими проблемами, я совершенно позабыла про Мяу, а тот уже удобно устроился на верхнем из поставленных друг на друга стульев. Поджав передние лапки под себя, он довольно щурился оттуда, и такая у него была умиротворенная мордочка, что я рассмеялась.

— Ну хоть кто-то здесь доволен!

Что ж, и правда, все не так уж скверно, как показалось с первого взгляда. Жаль только, что не удастся открыть магазин к концу недели.

Перво-наперво я перетащила вещи в заднюю комнату. Переоделась в рабочее платье из плотного, недорогого льна коричневого цвета и закрутила косу на макушке, чтобы не мела по пыли. Тряпку соорудила из старой латаной кофточки и принялась за дело.

К тому времени, как Джемми Аскот снова показался на пороге, стекла витрины и двери уже сияли зеркальным блеском. Пол и стены были чисты, а от пыли и паутины, благодаря обновленному бытовому заклинанию, не осталось и следа. Недостаток освещения компенсировали яркие световые шары под потолком, который, к слову сказать, был весьма высоким, что я сочла большим плюсом. Голубоватый дымок вился над ароматической свечой моего изготовления. Запахи запустения и сырости постепенно вытеснялись легким ароматом листвы цитруса, который ассоциируется у меня со свежестью и чистотой.

Один из колченогих стульев я прислонила к стене и с блокнотом в руках составляла список необходимых вещей. Пунктов было столько, что, когда закончу, придется их пересмотреть и вычеркнуть то, что может хоть немного подождать.

13

Мой добровольный помощник явился не с пустыми руками. В одной Джемми держал большой бумажный пакет, источающий ароматы выпечки, в другой — неуклюжий громыхающий ящик с инструментами. В следующие полчаса молодой человек тщательно осматривал каждый стул и выносил ему приговор. В результате было отобрано три стула для мастерской и одно полукресло для торгового зала, остальные должны послужить источником недостающих ножек и сидений.

Также решено было оставить один из столов. Длинный и узкий, он как раз становился поперек торгового зала. Потертую столешницу можно прикрыть моей шелковой шалью, и использовать стол, как стенд для выкладки товара. На первых порах можно не ставить прилавок, отгораживающий продавца. Я живо представила, как это будет выглядеть со стороны. Покупатель войдет в светлое, сияющее чистотой помещение и вместо привычной доски, перегораживающей зал, увидит выставленный прямо перед ним товар. По-моему, неплохая идея.

Еще за год до окончания школы я начала обдумывать, как размещать товар, чтобы покупатель мог сам отыскать то, что ему нужно, и, возможно, по пути наткнуться на что-то новенькое и интересное. В большинстве лавочек вы скучаете у прилавка, пока приказчица роется в шкафах с таинственным содержимым, отыскивая требуемый товар, затем платите и уходите. А нужно, чтобы покупатель задерживался и получал информацию о других товарах. Моя задача — добиться этого без назойливой и кричащей рекламы, которая, скорее, отталкивает, чем привлекает.

Джемми — неистощимый источник сведений о городе и рынке. Оказывается, здесь имеются и привычные мне торговые ряды. Место при въезде на рынок, где крестьяне продают овощи мелким оптом, а также скотину и птицу, действительно выглядит словно стихийное торжище. Но дальше по улице Музыкантов располагаются стационарные торговые ряды с самыми разными товарами. Меня, конечно, интересовали ингредиенты, но в первую очередь — прямо завтра — необходимо договориться со стеклодувом насчет фиалов и склянок для кремов и масок.

Мы с Джемми перекусили булочками из кондитерской, располагающейся в переулке за углом, и продолжили ремонт. В задней комнате или, как я уже стала называть ее — в мастерской, уже образовалась огромная куча негодного хлама, и я потихоньку выносила его на специальный мусоросжигательный помост во внутреннем дворике, куда выходили задние двери всех лавок. Темнело, у соседей зажигался свет, и я невольно подсматривала в чужие окна. Убогая обстановка служебных комнат наводила тоску. Нужно будет внести в список штору или жалюзи и поскорее сделать рабочую комнатку как можно более уютной. Я буду проводить там достаточно много времени, особенно после того, как прибудет моя подруга Кэрри.

Уже некоторое время за мной по пятам, путаясь в ногах, носился Мяу. Гладить по-прежнему не давался, но и не отставал и назойливо заглядывал в лицо полными укора горящими глазищами. Каюсь, не сразу, но я догадалась, что животина требует еды. Однако, кусочек сдобной булочки был брезгливо обнюхан, после чего меня просто облили презрением.

— Колбасы у меня нет, извини. Подумаю, что можно сделать, но сперва нужно закончить с уборкой. Ну, потерпи немного, Мяу.

— С кем это вы говорите, Тера? — поинтересовался Джемми, выглядывая из торгового зала.

М-м-м, в самом деле трудно объясниться, когда тебя застают сидящей на корточках посреди комнаты и разговаривающей с пустотой о колбасе.

— Н-неважно, давайте вынесем этот хлам и можно будет уже начать хоть что-то готовить.

Мы с Джемми подхватили изувеченный стол, единственная уцелевшая ножка которого, пошла на ремонт другого стола, и поволокли во двор. Полюбовавшись огромной горой на возвышении для сжигания мусора, покрытом ржавым листом металла, я сотворила бытовое заклинание уничтожения мусора [1]. Деревяшки и металлические части отправились в Тюремное измерение в неизменном виде, а пакля и ткани превратились в золу и серым дымком развеялись в вечерних сумерках.

— Вы сильный маг, Тера, — задумчиво пробормотал Джемми. — На такую гору мне потребовалось бы не одно заклинание. Мне досталось лишь немного стихии огня. Едва хватает на то, чтобы поддерживать пламя в очаге. Не повезло. У моего отца кузня, а я к этому делу оказался не способен. Не то что братья. Вот и пришлось к барышнику наниматься.

— Уверена, Джемми, вы скоро найдете дело по душе.

В нашем мире, без магии и особого таланта трудно пробиться, а парень хороший. Нужно бы ему помочь, как сам Аскот помогает мне.

Мы замолчали, думая каждый о своем. И тут до нас долетело неясное жужжание голосов и один из них я сразу узнала — говорил мэтр Маню! Вскоре он замолчал, слушая оживленную тираду собеседницы. Любопытно, о чем у них речь? Не сговариваясь, мы с Джемми приникли к стене, чтобы нас не было видно. А потом я прошептала заклинание «Aeri conti», и подувший свежий ветерок донес до нас разговор, происходящий в задней комнате одной из лавок:

«… косметикой. Эта наглая девчонка перехватила у меня помещение!»

О, значит, там также и лейра тэ’Чан! Голос владелицы галантереи был подобен уксусной кислоте и столь же едок. И говорят обо мне!

«Справедливости ради, она первая забронировала его, лейра тэ’Чан», — вклинился в ее тираду домовладелец.

«На кой мне ваша справедливость? — взвизгнула галантерейщица. — На нее перчатки не разложишь! Мне товар выставлять некуда!»

«На вашем месте, лейра, я просто подождал бы, — вмешался новый голос — несомненно, мужской, но какой-то излишне слащавый. — Если эта особа юна и неопытна, она скоро сама поймет, что у нее нет шансов для соперничества с «Небесным ароматом». Девица неизбежно разорится и вскоре, когда ее имущество опишут за долги, вы спокойно займете помещение».

Мы с Джемми мрачно переглянулись. У меня сжались кулаки. Значит, «Небесный аромат»? Я запомню.

«Как? Господин Колон, вы потерпите конкурентку под боком и ничего не предпримете?» — удивилась тэ’Чан.

«Ну почему же сразу ничего, лейра? Это не первый конкурент, которого подселяет сюда наш любезный домовладелец. Не так ли, мэтр?»

Неясное бульканье послужило ответом, после чего галантерейщица попросила парфюмера прикрыть дверь, потому что снаружи тянет холодом. Мы с Джемми поспешили скрыться, пока нас не заметили.

______________________________________

[1] В мире Андор давно и кардинально решена проблема с мусором. Местными мудрецами еще в древности открыто особое измерение, куда забрасывается ненужный хлам и прочая гадость. Простое заклинание относится к бытовым и доступно всем, у кого есть магия. Позже обитатели Андора столкнулись с переполнением мусорного измерения, однако вскоре было найдено блестящее решение. Светлые головы додумались ссылать туда преступников. Заключенные, отбывая срок, по колено в грязи день и ночь сортируют мусор и производят полезные продукты переработки, которые потом возвращаются на Андор. Поэтому теперь мусорное измерение называют Тюремным.

14

Первое, что бросилось в глаза, когда мы вернулись в магазин, был несчастный вид Мяу. У него даже ушки поникли, особенно то, что кем-то обкусано.

— Джемми, а где здесь можно поужинать? — спросила я с улыбкой, и ушки существа немедленно воспрянули. — Что-то очень недорогое, но, чтобы потом не мучиться желудком.

Если оборотень и был удивлен, что я думаю о еде в ту минуту, когда противники строят козни, то вида не подал.

— Я сам часто забегаю в таверну «У мамушки Гоблин». Это недалеко, только площадь перейти. У мамушки все всегда с пылу с жару, и хулиганов она не любит. Там можно спокойно поесть и поговорить.

— Отлично! То, что нужно. Приглашаю вас на ужин, господин Аскот.

Я отвесила шутливый церемонный поклон и рассмеялась. Оборотень начал возражать, что сам заплатит, но я была непреклонна.

— Без вас я наверняка пропала бы еще на рынке, когда экипаж продавала. А помощь с мебелью вообще неоценима. Пойдемте, устроим небольшую пирушку по случаю рождения моего торгового дома.

Когда у Джемми закончились возражения, мы заперли лавку на ключ и отправились в таверну. Впереди, задрав пушистый хвост, бодро рысил Мяу. На улице уже зажглись фонари, в их тусклом свете безлюдная в этот поздний час площадь казалась бескрайней. Мы бесстрашно сошли с тротуара и углубились в темноту. Прохладный осенний ветер подхватил полы моего плаща, и я обрадовалась, что, подгоняемая взглядами голодного питомца, не выскочила на улицу в одном платье.

Случайно подняла глаза к затянувшим небо темно-серым тучам и вздрогнула. Несколько крылатых теней кружили над площадью.

— Что это за отряд, Джемми?

Там, где я жила, всадники на вердах — крылатых ящерах — встречались редко, разве что, когда пограничные патрули ловили нарушителей границы. Стэво ведь расположен рядом с границей Иллирии, где правят могущественные ледяные драконы. В соседней стране, говорят, одни льды да горы, потому ее жители давно точат зубы на наш цветущий Ильс. Оттого мне всегда тревожно, когда я вижу мчащийся по небу отряд. Вот и сейчас сердце застучало. Здесь, в Винсенте, ведь тоже близка граница, и притом не с цивилизованной страной, а с южной Орочей степью. А ну как дикие орды нападут на мирный, спящий город?

Ящеры распластали длинные кожистые крылья на полнеба и парили над прозрачным куполом. В свете фонарей тускло поблескивало железо на подпругах седел. Всадников нам снизу видно не было.

Оборотень равнодушно проследил за полетом вердов.

— Кто его знает? Может, пограничный патруль или отряд из замка герцога.

И тут над площадью показался еще один верд, такой огромный, что сперва я приняла его за дракона.

— А вот и сам его светлость, — почему-то шепотом прокомментировал мой приятель.

Я затаила дыхание. А вот и мой настоящий враг. Еще не время, но я непременно поквитаюсь с тобой за моего отца, светлость.

Мощное тело гигантского ездового ящера тускло поблескивало чешуйками. Если бы не купол, нас бы, наверное, смело взмахами этих мощных крыльев. Мне даже показалось, что порывы ветра усилились. Надеюсь, его светлость герцог Винсент подхватит чудовищный насморк от сквозняка, который он тут поднял.

Мяу нетерпеливо сверкал глазищами из темноты, словно угольками. Я запахнула плащ плотнее и зашагала быстрей. Вскоре мы подошли к кирпичному дому с широким крыльцом и крутой лестницей. Возле дверей висела вывеска «У мамушки Гоблин». Надпись была незатейливо выведена разноцветным мелом. Под названием значился список блюд. Я едва успела прочесть первые два: «Запечённая печенка арода с горошком» и «Тушеное мясо ханна с грибами и травами в горшочке», как вдруг тяжелая деревянная дверь распахнулась, и на крыльцо, спиной вперед, вылетело чье-то тело. А следом показалась грузная женщина с красным лицом.

Она была одета, как крестьянка — в закрытое темное платье и белый накрахмаленный фартук, волосы не покрыты и стянуты в аккуратную кичку на затылке. Черты лица грубые, но приятные — такие бывают у потомков от браков людей с орками. Единственный недостаток — большая бородавка на щеке. В остальном природа не обделила мамушку Гоблин ни ростом, ни силой. Малый, которого она на наших глазах выбросила из таверны за дурное поведение, оказался дюжим грузчиком с рынка.

— В следующий раз будешь вести себя как паинька, Пэт Гроули. А сейчас, полетай! — С этими словами грозная трактирщица слегка толкнула буйного клиента в грудь. Пересчитав ступени, бедолага отряхнулся и печально побрел в темноту площади. А хозяйка, тут же приветственно просияла нам навстречу: — Ну, что же вы стоите на холоде, мои хорошие? Милости просим, мастер Джемми и прекрасная сьерра.

Мы прошли в зал. Здесь было шумно, но веселье не принимало характера разнузданного буйства. Преобладали аппетитные запахи с кухни. Мамушка Гоблин указала на свободный стол в дальнем углу, и мы с Джемми отправились через весь зал. За деревянными столами сидели в основном неплохо одетые мужчины — по виду торговцы, мелкие чиновники и ремесленники. К моему облегчению, женщины так же присутствовали. Как молодые, так и в годах. Все вполне приличные, вероятно, из купеческого и ремесленного сословий. Несколько молодых парней кивнули оборотню, многие провожали меня любопытными взглядами.

«Эй, Джемми, что за красотку ты подцепил, везунчик? Краля как будто бы из благородных. У вас свидание?» — выкрикнул нам в спину кто-то, но на него тут же зашикали. Аскот покраснел, словно томат, а я сделала вид, что не слышала.

Жаркое в горшочке оказалось восхитительным, как и горячий травяной отвар, поданный в глазурованном глиняном чайничке. Вообще, вся посуда в таверне была из глазурованной керамики ручной работы с изумительной красоты росписью. Мяу устроился рядом со мной на лавке и лакомился сливками из блюдца, которое я заказала, удивив хозяйку и Джемми. Но мамушка, видимо, привыкла к причудам гостей, потому без лишних слов принесла блюдце, полное густых сливок. Мне удалось чем-то отвлечь своего приятеля и отправить угощение страдающему животному, которое, кажется, было уже готово кромсать когтями деревянную лавку. Также тайком я скормила страдальцу несколько кусочков тушеного мяса.

Завтра нужно будет запастись мясом на рынке, ходить в таверну с невидимым голодным существом опасно. Кто-нибудь непременно заметит, как я кладу еду на лавку, а она постепенно исчезает. Тем более что моя особа и так привлекает повышенное внимание. Видимо, не каждый день здесь появляются новички.

В тот момент, когда мы с Джемми, покончив с жарким, приступили к обсуждению подслушанного у конкурентов, в таверну ввалилась группа рослых воинов. Мамушка Гоблин расторопно бросилась к самому высокому из них:

— Мой лорд герцог, пожалуйте сюда! — она проворно метнулась к компании молодых приказчиков по соседству с нами, и, повинуясь грозному шевелению бровей мамушки, те поспешили освободить стол.

15

Первым побуждением было уйти. Мне вдруг показалось, что я не вынесу ни минуты в присутствии герцога, не смогу дышать одним воздухом. Горечь подступила к горлу. Этот человек отнял у моего отца все, чем тот владел. Опустившийся и жалкий, папа умер через несколько лет, так и не сумев доказать, что герцог Винсент — лжец и вор. Это сделаю я, Этерра ди’Гиз. И непременно верну свое семейное достояние — поместье «Гизетт», вместе с землей, в недрах которой таятся залежи чудесной глины.

Однако я заставила себя сидеть спокойно и даже не особенно пялилась на его светлость. Нужно хорошенько изучить врага, только тогда есть шанс нанести серьезный удар. Бежать — удел слабаков, пускай от ненависти горчит травяной отвар с медом.

Новоприбывшая компания уселась через проход от нас. Четверо сопровождающих его светлость воинов явно не были простолюдинами и запросто обращались к своему предводителю. Красивый, на удивление молодо выглядящий герцог Винсент ожег меня заинтересованным взглядом, однако вскоре отвлекся на беседу с друзьями. Но даже обрывков разговора мы не слышали — вероятно, знатные господа отсекли свой стол «Стеной тишины».

Вскоре таверна загудела так же, как и до неожиданного вторжения. Я тоже постаралась отвлечься от мрачных мыслей и улыбнулась оборотню. Пора обсудить подслушанную беседу неприятелей.

— Вот, не успела даже торговлю открыть, а соседи уже строят планы, как бы разорить да выжить меня.

Джемми соболезнующе кивнул.

— Это действительно очень плохо, Тера. Духи «Небесный аромат» пользуются спросом у местных девушек. Если этот прощелыга Колон начнет распространять сплетни о вашем предприятии, это не послужит к успеху. Надо же так случиться, что именно сейчас галантерея тэ’Чан вздумала расширяться. Два года помещение на углу пустовало и никому не было нужно.

— Да, неудачно. Но посмотрим, кто кого. В эту игру можно играть вдвоем. Магия воздуха не такая уж безобидная. И хотя я не боевой маг, но кое-чему научилась.

Тут я заметила взгляд герцога, устремленный на место рядом со мной. Мяу, к счастью, куда-то убежал. Мужчина удивленно разглядывал пустое блюдце, стоящее на скамье, а затем поднял взгляд на меня. Прошелся по подчеркивающему фигуру рабочему платью, скользнул к лицу, благосклонно пробежал по светлым волосам, выбившимся из косы. Я раздраженно отвернулась.

— Мне нравится ваш настрой, Тера. — Джемми хмурился, поднося к губам кружку пенного. — Если что услышу на рынке, обещаю вступиться. Этот Колон может нанять кого-нибудь, чтобы ругали ваши товары.

Перспектива лихоимства такого размаха мне в голову не приходила. А ведь верно, здесь замешан коммерческий интерес. Возможно, это первое, что сделает конкурент.

— Понюхать бы его духи. Что там за запахи?

— Сладкие, аж в горле першит. Фу!

Джемми забавно сморщился. Я рассмеялась и снова почувствовала теплую тяжесть взгляда герцога. Словно мужская рука легла на плечи. Я передернула плечами, что вполне органично вписалось в нашу беседу.

— Я могу стащить флакончик у сестры, если надо, — предложил оборотень.

— О, я была бы очень признательна. Изготовление духов — дело хлопотное и затратное, и мне бы не хотелось этим заниматься прямо сейчас. Но, если парфюмер и в самом деле начнет доставать, придется принять вызов.

Мысленно я вносила дополнительные пункты в список того, что необходимо. Если все куплю, то на прибыль удастся выйти только к концу пятого года. Я тяжело вздохнула и покачала головой, отгоняя призрак неминуемого разорения.

— Нет, духи пока не потяну. Нужно ведь еще вывеску заказать художнику, да и стеклодув обойдется в копеечку. Завтра пойду искать мастера подешевле.

— Стеклодув у нас в городе, к сожалению, один. Господин Олле — хороший человек, хоть и гном. У него мастерская недалеко от рынка, на улице Храма.

Я разочарованно застонала. Единственный мастер, да еще и гном!

— Жаль, цену снизить не удастся. А художника, где посоветуете искать?

— Это народ известный. На рынке есть ряд, где продают картины и разный хлам. Вот там-то спрашивайте хоть у каждого. Все они малюют картины, сляпают и вывеску.

— Отлично.

— Если не секрет, как назовете ваш магазинчик?

— Не секрет. «Принцесса и Компания», — я отсалютовала кружкой с остывающим отваром.

Брови моего приятеля полезли на лоб, а потом он рассмеялся. Я нисколько не обиделась, напротив, с довольной улыбкой смотрела на оборотня.

— Извините, Тера. Необычное название вы выбрали. Но оно очень идет вам. Я, как увидел впервые, решил, что вы графиня, которой по внезапной прихоти захотелось править каретой.

Я рассмеялась.

— Удачно, что у королевской четы Ильса нет дочерей. Иначе меня обвинили бы в неуважении к королевской особе. Просто в школе, едва я только туда прибыла, мне дали глупое прозвище «Принцесса», и оно приклеилось на целых шесть лет. С ним я научилась всему, что знаю, вот и хочу, чтобы оно стало названием моей фирмы. «Принцесса и Ко».

— А что кроется под словом «Компания»?

— Моя подруга Кэрри. Она закончит школу через пару месяцев и присоединится ко мне. Кэр — помощник лекаря и хорошо разбирается в полезных и вредных свойствах трав. Так что с ее приездом расширим линейку лечебной косметики. — Я злорадно усмехнулась. — А еще вместе будет веселей стоять против конкурентов.

— Тогда скорей бы она приехала. Вам явно понадобится помощь, Тера. Вон сколько всего еще нужно сделать! А где вы остановились? Уже почти ночь на дворе.

Я замерла, удивленно глядя на молодого оборотня. Вот так так! Все время крутилось в голове, что о чем-то позабыла. Теперь ясно о чем.

16

Когда начинаешь дело всей жизни, думать о комфорте некогда! Я пренебрежительно махнула рукой.

— Поищу что-нибудь завтра, а сегодня переночую в мастерской на стульях.

Оборотень нахмурился.

— Э, нет, Тера, так не пойдёт! Представьте, какой разбитой вы будете наутро после ночи на жестких, неудобных стульях.

Я представила. Да, глупость сморозила. Что же делать?

— Наверное, здесь есть постоялый двор поблизости?

— Есть, конечно. Только порядочной девушке там делать нечего, — мрачно изрек Джемми таким тоном, что я сразу поверила.

Тут к нашему столу подошла мамушка с подносом, чтобы забрать пустую посуду.

— Ну как сливочки, дитя? Свеженькие, я всегда беру у знакомого фермера.

— Спасибо, госпожа, — смущенно пробормотала я, ставя на поднос вылизанное до блеска блюдечко. — Прекрасные сливки.

Джемми сделал вид, что ничего странного не замечает, и обратился к хозяйке:

— Мамушка, нет ли у вас комнаты для госпожи Эдденби? Она только что приехала в Винсент и не успела позаботиться о ночлеге. Не к Хромому же Джеку ей идти, сами понимаете.

— Да уж, не в бардак к Джеку, это точно! — громогласно согласилась хозяйка. — Найду комнатку, отчего ж. О цене сговоримся, барышня. Коль надолго приехала и благонравного поведения, так живи, много не возьму. По шесть золотых в месяц, это недорого. В меблирашках, что держит госпожа Дорэ, берут по десять, а то и по двенадцать.

— Цена меня вполне устраивает, уважаемая хозяйка, — улыбнулась я. И тут же, наученная горьким опытом, добавила: — Но сперва я хотела бы осмотреть комнату.

— Разговора нет — идем, покажу.

Мы поднялись. Пока мы с мамушкой разговаривали, воины во главе с герцогом покинули таверну. На столе красовалась горка золотых монет. Я тоже оставила один лей — хорошая цена с чаевыми за прекрасный ужин на двоих, но больше шиковать не стану. Мысленно я дополнила любимую поговорку нашей школьной поварихи: много есть вредно… и дорого. Я люблю мясо, но в обычные дни легко обойдусь и овощами.

Мы снова прошли через зал, затем поднялись по узкой лесенке на второй этаж. Здесь тянулся полутемный коридор с рядом одинаковых дверей. На некоторых красовались карточки с именами жильцов. Мамушка подвела меня к одной из дверей без опознавательных знаков.

— Купальня одна на этаже, уж не обессудь, красавица. Вон там, в торце. А вот и комната. — И она распахнула дверь. — Осматривайся.

Я прошла в небольшую комнату с одним окном, выходящим на рыночную площадь. У двери помещался шкаф, ближе к окну — узкая кровать и небольшой стол со стулом. Минимум мебели, зато просторно. Возможно, когда Кэрри приедет, здесь можно будет поставить еще одну кровать и таким образом сэкономить. Чистенько и уютно, на кровати упругий матрас и свежее постельное белье. Что еще нужно?

Довольная комнатой, я осмотрела еще и купальню. То, что она общая с остальными жильцами, меня нисколько не смутило. Я ведь только что из школы, где на целый этаж общежития приходилось всего две купальни. Здесь жильцов немного, бытовые заклинания очищения исправно работают. Так что я немедленно отсчитала мамушке шесть золотых за первый месяц проживания. За дополнительные два лея договорилась о завтраках и ужинах. Сразу предупредила, что, скорее всего, буду возвращаться из лавки поздно, но мамушка заверила меня, что дверь трактира никогда не закрывается, и вручила мне ключ от комнаты.