Дочь Врага

Может, конечно, она выдумала всё это, — хотя…

Нет. Она мне правда доверяла, а сейчас её понесло не из-за того, что я ей про её розовые очки сказала. Она разозлилась на то, что я не считаю Данила идеальным. — Смешно!

Вообще не понимаю её вот этого пунктика. Другая бы, наоборот, радовалась, что на предмет её обожания не покушаются, а она злится на то, что я его критикую. Бред какой-то!

Когда я вышла на крыльцо нашего университета, от Агаты пришло сообщение. Я не хотела читать, но взгляд всё же мазнул по строчкам: «Я перегнула палк…» Не читаю. Удаляю сообщение. Номер подруги, теперь уже бывшей подруги. Хочу заблакировать даже, но почему-то этого не делаю. По детски это всё.

С меня хватит. Больше на эти грабли я не наступлю. Агата права. Я не ровня таким, как она. Не в смысле того, что мне в самом деле лучше переключиться на Макеева, но с мажорами я завязываю. С меня точно хватит, и плевать, что обо мне подумает Костя.

— Всё сама, Мирослава. Всё сама!

Я это повторяю себе с самого детства. Никто мне ничего не должен! «Я сама, всё сама». Заработаю себе имя, деньги, положение в обществе, и никто тогда не посмеет сказать мне нечто подобное.

— Чёрт… — усмехаюсь. Всё-таки, как бы я ни пыталась мысленно отрицать, Агата меня порядком задела.

Ступая по тротуарной, местами отколотой плитке, смотрю себе под ноги. Серое, плотно затянутое серыми тучами небо говорит о том, что вот-вот начнётся дождь, а значит, мои ноги не просто промокнут, а ещё и замёрзнут, а кроссовки ещё более грязными станут.

Мне нужно где-то спрятаться, переждать, а лучше переночевать. — Твою мать. Ну вот почему я такая невезучая?

— Мирослава? — резко поворачиваю голову на голос незнакомого мне мужчины.

— Да, — седовласый дяденька, лет пятидесяти, одетый в серый строгий костюм, невысокий, немного сутулый, с отросшими взлохмаченными волосами, бодрым шагом приближается ко мне.

— Здравствуйте, Мирослава! Прошу меня извинить, вашего отчества мне не подсказали.

— Сергеевна я, но можно просто Мирослава, — стою, туплю взгляд. Ничего не понимаю, но надеюсь, мне объяснят сейчас, чего от меня нужно.

Из внутреннего кармана мужчина достаёт серый конверт и передаёт его мне. Принимаю его больше на автомате.

— Что это?

— Чаевые, — моё лицо в момент становится хмурым.

— Что? В каком смысле?

— У моего босса вчера не оказалось наличности, но он очень хотел вас отблагодарить.

— Радион Петрович?

— Павлович.

— Ой, — прикусываю язык. — Простите…

— Ничего страшного! — мужчина, видя мою растерянность, усмехается.

— Вы не переживайте, и лишнего себе не надумайте, деточка. Мой босс — человек щедрый. Он просил вам передать. Пусть сумма вас не пугает, — говорит мужчина совершенно серьёзным, даже, можно сказать, деловым тоном. — Вчера вы работали внеурочно, и он успел разобраться с важными документами, и благодаря вашему кофе не заснул. С утра он заключил очень выгодную сделку на довольно серьёзную сумму. И это его благодарность вам.

— А? – всё ещё потеряна я.

— Всего доброго.

— Ага…

Хлопая глазами, наблюдаю за тем, как мужчина, что так и не представился мне, разворачивается и идёт обратно к своей машине. Впрочем, вряд ли своей. Думаю, он просто шофёр Калинина или же работает на какой-то другой должности.

Мужчина садится за руль мерседеса премиум-класса и быстро уезжает. Только сейчас я перевожу взгляд на конверт, который по-прежнему держу в руке.

11 Глава

Руслан.

Какого хуя я ничего не знал о том, что в спонсируемом мною вузе учится дочь ублюдка, который в один день уничтожил всю нашу семью. Причём блядь, не просто в вузе учится, в одной группе с моей племянницей и твою мать, они ещё и дружат!

Это пиздец какой-то!

Когда мне позвонил Глеб и доложил, что Агата притащила в дом с собой подружку, я напрягся.

Агата, девочка у нас непростая. Сложно сходиться с людьми, и мне бы порадоваться за неё, что наконец не одна. Нашёлся кто-то, кто её понимает, а судя по тому, что Агата ещё и в дом её привела, значит доверять начала, ну хоть кому-то.

С другой стороны, чужой в доме — это серьёзно. Отдал приказ нарыть полную информацию. Кто, что, чем дышит?

Несмотря на принятые меры безопасности, я всё-таки попытался заранее настроить себя, — если сейчас выяснится, что там какая нибудь шалупонь, тупо из-за бабла и связей, хуй с ним, с ней вернее. Не буду препятствовать, лишь бы Агата хоть немного раскрылась, пришла в себя.

Это только со стороны кажется, что Агата обыкновенная мажорка. В меру смелая, открытая — ага, не тут то было!

Любая тусовка, любой поход в клуб или длительный шопинг заканчивался, какой-нибудь трешевой хернёй.

В детстве всё равно было проще. Врачи все наперебой говорили, мол, со временем пройдёт. Пережитый стресс очень сильно сказался, но она ребёнок, всё забудет, всё пройдёт.

Нихуя, блядь, не забыла!

Впрочем, может и забыла, но кошмары снятся ей до сих пор, и это не просто кошмары. Она дико орёт по ночам, так что волосы дыбом встают. Вернее, ещё недавно орала.

Ситуация немного улучшилась после того, как Агата поступила в вуз. Где-то через месяца три, четыре я заметил, что племянница не только спокойнее стала. Агата стала со мной говорить на ерундовые темы. Без фанатизма, само собой, но всё же.

Например, однажды, придя после вуза, зашла на кухню где я обедал, и с ходу рассказала мне историю про то, как её одногруппник разбил любимую вазу преподавательницы, и пытаясь убедить её в том, что двигали им неведомые силы и купит он ей две такие же, жестикулируя снёс ещё и картину со стены, что профессорши тоже подарил горячо любимый хер с горы.

Я завис с чашкой чая в руках и смотрел на уже совсем повзрослевшую племянницу, как на инопланетянку.

Как же она хохотала, когда рассказывала мне всю ту муть, из которой я нихуя не понял. И тогда это было впервые, чтобы вот так, сплошным искренним потоком из неё лился смех.

Я первым делом позвонил лечащему врачу Агаты и попросил приехать.

После нескольких тестов выяснилось, что произошёл резкий скачок. Мы уже ни на что не надеялись, но врач заявила — смена обстановки, общение со сверстниками, новые друзья. Всё это очень положительно повлияло на неё и ведь действительно стало значительно лучше. Перепады настроения всё ещё бывают, но не так часто, как раньше, а бессонные ночи и вовсе сошли на нет.

Бля, да я выдохнул в коем-то веке. Вышел на европейские и восточные рынки. Всего за год бизнес развернул до целой империи. Как и мечтал к своим миллионам, наконец прибавил ещё три ноля.

Не то чтобы у меня был некий пункт по этому поводу. Вовсе нет, но чем ты богаче, тем в большей безопасности ты чувствуешь себя.

На Агату в своё время деньги отлетали пачками. По несколько лямов за месяц, не считая питания, проживания.

Бизнес тогда развивал брат с отцом, я ещё учился, но старался уже тогда активно вникать в дела компании.

После трагедии, свидетелем которой стала Агата, мы мотались по заграницам в надежде исправить положение. Ребёнок в прямом смысле помутился рассудком и горем убитый брат никак не мог прийти в себя. За считанные месяцы у него появилась седина, и выглядеть стал брат старше своего возраста. Впрочем, это было тогда. Сейчас уже стало значительно лучше.

Возраста брату, в данный момент, разве что всё те же пару седин прибавляют, а в целом он весь в спорте и не питается фастфудом. Впрочем как и я, только я как брат на правильном питании не помешен. Иногда позволяю себе отдых с алкоголем и другими вредностями. Я сейчас про еду само-собой.

Несмотря на то, что бизнес уже в те годы уверенно шёл в гору, лечение Агаты было настолько дорогим, что один хер, зачастую приходилось ужиматься.

Мы искали разные ходы, варианты для того, чтобы увеличить доходы, но выше головы не прыгнешь. Законным путём, так точно.

Артур сделал всё скрытно. Отстранил нас с отцом от основных дел. Сделал нам отдельные направления и каждого наделил властью, сам же ушёл в криминал.

Я поддержал. Поддержал, потому что понимал, если и Агату не вытащить, мы потеряем Артура. — Отец…

Отец, он пытался понять, но он до мозга костей был правильным, религиозным человеком. Сам жил честно, по справедливости, и нас этому же учил.

Он переживал всё внутри себя и ушёл в иной мир рано. Мать практически вслед за ним.

В какой-то момент мы с братом начали въёбывать. Это нам помогало отвлечься, не думать о том что произошло и меньше переживать за Агату. По первости я пытался влезть к нему. — По молодости жутко интересно было, стрелки, разборки. Манило как-то это меня. Но брат смог объяснить всю важность того, что я в тылу нужен. Если его загребут, то с конфискацией, поэтому все отмытые деньги шли на расширения моего легального бизнеса.

Артур как в воду глядел. Его не подвела интуиция, и два года назад его закрыли. Всё это едва ли не формальность, конечно же. Камера с чистыми стенами, уютной кроватью, телевизором и интернетом. Если нужно на волю, есть и такая возможность, но понятное дело, это если слишком сильно надо.

На момент, когда мне отчёт прислали о «подруге» племянницы, я находился в пяти тысячах километрах от дома. Я едва зубы себе не переломал, до такой степени от злости их стиснул. Плюнул на всё и помчался в аэропорт. В аккурат успел на нужный мне рейс и уже утром был дома.

Образ Мирославы Зайцевой, дочери человека, который в один день превратил нашу жизнь в сущий ад, рисовался мне не особо-то привлекательным.

Некая хабалка, с повадками гопника. Неопрятная, грязная, прилипучая. Сейчас наверняка пока спит Агата, шарит по комнатам в надежде поживиться чем-нибудь ценным.

Я понимал, это всё бред, и наверняка всё не до такой степени страшно, но никак не получалось отделаться от этих мыслей. И вот это нечто, сейчас находилось рядом с моей чистой племяшкой.

Переступив порог собственного дома, первое что подметил, не только атмосфера изменилась в нём, запах стал другим. Едва уловимые нотки цветочных духов. Или не духов. Что-то очень приятное, тёплое, что ли?!

В общем, хуйня какая-то.

Домработница, что вышла ко мне навстречу, сообщила о том, что «девочки проспали, но уже спешат поскорее собраться в институт».

По тому как Сара говорила, я уже понял — девчонка не совсем такая, какой я нарисовал её в своём воображении.

Домработница у меня со стажем, работает на нас около восьми лет, и я знаю как она говорит, когда кто-то из гостей ей не нравится. Например, Линда. Иногда я привожу её на ночь, и Сара с ней всегда почтительна, вежлива, невероятно сдержанна. Настолько, что аж зубы скрежет порой. Тогда я бросаю на домработницу упреждающие взгляды.

Сейчас же Сара совершенно ровным, ничем не выделяющим тоном говорит о том, что девочки проспали. — Девочки, а не Агата и её гостья.

Окей, посмотрим, что за гостья. Кивком головы показал Саре, что она может быть свободна, и поворачиваю голову в сторону лестницы.

Какого хрена, спрашивается?

Первая мысль была, — мои спецы напутали чего-то. Ну а как ещё объяснить то, что вместо кривоногой прыщавой уродки, навстречу мне спускается фарфоровая кукла, причём ни хрена не сделанная. Даже полные, ярко-розовые, аккуратные губы, и те свои!

Пиздец, блядь! Их, оказывается, отличать от силиконовых вообще несложно.

Едва преодолев последние ступеньки, девчонка наконец замечает меня.

Снимаю пиджак, кладу на спинку дивана. Душно.

Растерянный взгляд больших, едва ли не на пол лица глаз смотрят на меня. Ухмыляюсь и в своей привычно неспешной манере подхожу чуть ближе. Хер знает зачем, но хочу рассмотреть поближе дочь твари, что уже давно заживо сгнить должен был, но всё равно какого-то хуя ещё дышит.

— Здравствуйте! — ух, воспитанные мы какие, — подмечаю я не без сарказма. Хлопая густыми, длинными ресницами, девушка краснеет.

Чистая девочка, зуб даю, ещё целка! На лбу у цыплёнка так прям и написано…

Чистая кожа, без единого изъяна. Маленькая, но довольно выразительная родинка на щеке. Нервно языком проводит по уголку верхней губы и тут же прикусывает нижнюю.

Да, мать твою! Этого мне только не хватало.

Делаю медленный, глубокий вдох, не помогает. Ещё и глаза опустились на упругую девичью грудь уверенного третьего размера. На хрупкой фигурке смотрится она нихера как шикарно.

Хуй в один момент колом встал и больно сейчас в ширинку мне впивается. Ну твою ж нахуй, блядь!

Злюсь. Девчонка не замечает этого, но я очень зол, только вот не пойму на себя, за то что при виде смазливой мордашки мой член колом встал, или на неё, за то, что не оказалась жабой в резиновых калошах?!

— Что тебе нужно от моей племянницы? — задаю вопрос, изо всех сил стараясь не утонуть в глубине этих карих глаз.

— В каком смысле? — да ну нахер, блядь, серьёзно? Нет, милая. Ты либо актриса, каких поискать, либо… да без либо! Тоже мне, нашлась скромница. — Мы учимся вместе и дружим. — ух ты…

— Дочь уголовника учится на юридическом? Очень интересн! – девчонка моментально бледнеет. Глазки забегали — Узнала. И я в этот самый момент узнал, вернее, вспомнил. Маленькая, забитая, сидящая в угол старенького дивана, девчушка. Бледная как сама смерть, и зарёванная вся. Я сам тогда, считай пацаном был.

— Это был несчастный случай, — с трудом удаётся расслышать старую песню семьи Зайцевых. Весь судебный процесс, едва ли не наперебой, — несчастный случай. Понять и простить. — Ага, сейчас же. Вот так взять и простить смерть двух малышей, просто потому, что твой папаша был бухой как свинота паршивая, и не заметил их.

— Сегодня же найдёшь предлог и свалишь из моего дома! — вздрагивает от тембра моего голоса. — И не смей ничего говорить Агате!

12 Глава

Всё к херам пошло по пизде! Я стараюсь полностью погрузиться в дела, уйти в поглощения сторонних фирм с головой, но, блядь, эта самая голова какого-то хуя занята одной, очень охуительно шикарной особой, что выплясывает сейчас на танцполе. Вертит задом так искусно, будто рождена для этого. Изгибы её тела сносят крышу напрочь.

Заказываю крепкий алкоголь, потом ещё и ещё — не берёт, сука!

Бля, ну почему именно она? С мыслями об этой девочке я засыпаю, и с ними же просыпаюсь.

Линда уже практически каждую ночь со мной. Старается как может, заглатывает мой далеко не маленький член по самые яйца, а я думаю о другой в этот момент.

Женщина, с которой я уже на протяжении полугода периодически трахаюсь — дочь влиятельного человека. С ним больше Артур пересекается, не я, но мне интересна его дочь не поэтому.

Достаточно умелая женщина. Знает, как удержать мужика за яйца.

Если не справляется упругим стройным телом и тугой киской, которую она явно время от времени подтягивает при помощи пластики, то высосет ртом всё до последней капли.

Вчера я впервые отказался от неё. Тупо не захотел, и всё.

Я уже как параноик искать ходы начал, как вытравить Зайцеву из своей головы, но пока что хуйня получается.

Не в моих правилах ныть и жаловаться, но буквально вчера вечером набрал брату, рассказал всё как на духу и предложил бредовый план, как ударить по нервам Сергея Зайцева, которого в последнее время сильно что-то оберегать стали.

Наиболее значимый вес за Артуром, конечно, но если объявить войну, по нам с Агатой может отрикошетить, и достаточно серьёзно.

Мне-то наплевать, само собой. Но куда бы мы ни спрятали Агату, её найдут рано или поздно. Ну или нас с Артуром, если всё-таки хлопнут, а это вполне возможно, Агата, она не выживет без нас. Вот буквально несколько недель как, опять замкнулась в себе, компанию сменила почти полностью.

Рад ли я этому? Да хуй знает! Нет. Скорее нет, потому что не доверяю этой Дашковой, как я понял, новой подружке моей племянницы.

Её папаша — хитрожопая тварь, ищущая всегда и везде свою выгоду. В целом понятно. В мире, где крутятся огромные бабки, по-другому просто нельзя, но везде есть границы, которые необходимо соблюдать, иначе рано или поздно найдётся тот, кому это слишком сильно не понравится, и огромная вероятность того, что в этом случае тебя сокрушат.

Агата сейчас дружит как раз таки с Камилой. Дочерью Дашкова. Не знаю, в отца она или нет, но мне крайне не нравится. Что-то очень сильно смущает в ней.

— Приведи мне её, Руслан! — сказал брат, когда я о дочери Зайцева ему рассказал. — Хочу посмотреть на создание, которое мозги тебе отравила.

— Ты согласен на мой план?

— Просто приведи её. Любопытно.

Я сам пока не понимаю, что происходит. Себя не узнаю, и от этого злюсь на девчонку, хотя и понимаю, её вины ни в чём нет. Головой понимаю, душой на части порвать готов.

Брат человек рассудительный. Крайне редко делает что-то наспех. Всегда обдумывает решения и смотрит на несколько шагов вперёд. Меня часто тормозит, если я начинаю лезть на рожон.

— Хорошо.

— Ну чего напряжённый такой? — молчу, признаться стыдно, но брат как облупленного меня знает. — Мы посмотрим на неё сначала. Нужно понять, насколько она может быть опасна. В первую очередь для Агаты.

— В том-то и дело, со стороны выглядело всё так, что действительно дружат. Я общался кое с кем из их группы. Никто из них не заметил ничего подозрительного. Вообще странно, брат, на эту самую Зайцеву пиздец какая положительная характеристика. Учится на отлично. Рассудительная, достаточно общительная. Работает в кофейне Симоны уже полтора года и без нареканий.

— Симона Браун, которая? Та, у которой уже сеть по городу?

— Да, она.

— Не трогай пока девчонку. Давай ещё понаблюдаем, и на следующей неделе я вас жду.

Сегодня заключил очередную удачную сделку, но в клуб попёрся не отмечать. Просто отвлечься захотелось. Решил, раз на Линду не привстал, стоит найти свежую плоть, а тут на тебе — сюрприз.

Выхватил Мирославу взглядом из целой толпы почти моментально, и вот уже на протяжении целого вечера, куда бы она ни переместилась, везде нахожу её. Просто с ходу, и это притом, что одета она не особо примечательно. Коктейльное платьице, как и у многих, не слишком короткое, но всё же стройные ноги выглядят потрясно. Аппетитная грудь скрыта под тонким кружевом. Дешёвое платье, но на ней смотрится дорого.

Опрокидываю в себя ещё один стакан коньяка и выдвигаюсь в сторону танцпола.

Парни то и дело трутся вокруг Мирославы, пристраиваются рядом, но тут она не одна. С ней какой-то полуоблезлый перец. Старательно делает вид, что представляет из себя что-то, но на лбу написано — задрот! В принципе, вряд ли это видит Зайцева. На лицо смазливый парень, а девушки таких любят.

Судя по взгляду, который на меня бросил парень в момент моего приблежения, он знает меня, и достаточно хорошо. Ухмыляюсь, когда вижу, он делает шаг назад, хотя и понимает, я пришёл за его девушкой.

Не уверен, поняла ли это Зайцева. Бросив на меня испуганный взгляд, она посмотрела на парня и попыталась вырвать локоть из моего захвата, но куда ей.

Всё как в замедленной съёмке, и в то же время урывками. Я не чувствую сопротивлений девчонки, но вижу, как она трепыхается.

Глупая! Она же только заводит меня этим.

13 Глава

Месяц был просто мегапозитивным.

Во-первых, помимо того, что в конверте была действительно приличная сумма, мне на работе ещё и премию выписали. Вроде как Калинин где-то в знатных кругах похвалил нашу кофейню, и Симона Генриховна на радостях прямо-таки расщедрилась.

Несколько дней, пока до конца проветривалась моя комната, я провела у нашей старосты, Екатерины. Её родители, геологи, уехали в очередную экспедицию, и мы с ней, как истинные заучки, углубились с головой в подготовку к сессии и, как результат, сдали её на отлично.

Горечь о том, что мы с Агатой больше не общаемся, пока что не отпускает. Может быть, потому, что я вижу, как сильно она сожалеет о том, что наговорила мне? Только вот попросить прощения ей, видимо, гордыня не позволяет. Да я и не уверена, что мне нужны её извинения.

На самом деле, положа руку на сердце, я даже не заметила, как привязалась к ней, но в то же время сейчас я только ещё больше убедилась в том, что «Гусь свинье не товарищ», и как бы это ни звучало со стороны, мораль совершенно верна!

К счастью, учёба и налаживание собственного быта всё же меня отвлекали.

Комнату в коммуналке, которую мне сдала наша историчка, мне удалось привести в порядок. Спасибо соседям, конечно же. У Нины и Михаила Кох после ремонта остались обои, краска и штукатурка. Михаил Михайлович даже помог мне выровнять стены и поклеить обои — пусть на каждой стене у меня обои с разным рисунком, но смотрится всё равно хорошо, чисто и уютно.

А ещё мне крупно подфартило с мебелью. В доме напротив был магазин, который не то разорился, не то объявил себя банкротом, в общем, я сильно не углублялась, главное, что успела урвать по дешёвке себе диван, прикроватную тумбу и комод, а письменный стол мне достался от Лизы — старшей дочери Нины и Михаила. Она в этом году окончила школу и поступила учиться в другой город.

Второй курс окончен, и у нас перерыв в учёбе почти два месяца.

Лето, начало отпусков, а это значит, что я начала брать подработки, и у меня снова появились деньги. Конечно, следовало ещё кое-что прикупить, например, посуду, а то у меня одна кастрюля на все случаи жизни и пластиковая тарелка, но я всё равно решила повременить, потому как лето летом, но что-то выдалось оно прохладным, и мне следовало всё же приодеться. К тому же на осень всё разом покупать слишком накладно выйдет, а так потихоньку, кажется, и ничего.

Вообще, хлопот было масса, но вместе с тем настроение с каждым днём взлетало только вверх, и мне безумно хотелось петь и танцевать, поэтому, когда Костя предложил сходить с ним в ночной клуб, я сразу же согласилась. Ну а что? Парень он высокий, спортивный, если будет рядом, то никто приставать ко мне не станет. — Ага, как же! Наивная идиотка.

Я ещё и не поскупилась, купила себе обалденное коктейльное платье с кружевом, которое супер идеально подчёркивало мою фигуру, и несмотря на то, что за счёт прозрачных тонких узоров руки, ключицы и значительная часть груди были видны, платье не было пошлым.

Хотя, возможно, это только мне так казалось. Ко мне то и дело во время даже самых ритмичных танцев пристраивались молодые люди. Пару раз на вид даже очень молодые, хотя я и понимаю, что в клуб могут попасть только совершеннолетние.

Морозов отлично справлялся с ролью телохранителя. Как только ко мне приближался кто-то из парней, Костя тут же оттеснял его, чтобы я без стеснения могла двигаться в танце.

— Я слышал, и не раз, что ты хорошо танцуешь, но чтобы настолько!.. — улыбаюсь Косте.

— Спасибо! — благодарю за комплимент, сильно напрягая голос, чтобы перекричать музыку.

— Училась где-то?!

— Нет! Просто с детства очень люблю танцевать!

— Ясно!

Морозов смотрит поверх моей головы и замирает. Я не сразу поняла, что произошло, поздновато спохватилась. Только когда Костя испуганно, мельком на меня посмотрел и сделал шаг назад, я повернула голову и впала в ступор.

Руслана Акиева несмотря на мерцающие блики светомузыки я узнала сразу. Высокий, с чуть отросшей щетиной, он выглядел зловеще, устрашающе. Сейчас он был одет в брендовую белую футболку и джинсы. И стоило ему подойти ко мне вплотную, как дурманящий запах хвои и цитрусов ударил мне в ноздри.

Я понять ничего не успела. Сильный захват за локоть, и вот я уже против своей воли, едва ли не галопом бегу через весь танцпол, периодически сталкиваясь с танцующими людьми.

— Пусти! — кричу, но вряд ли он слышит меня сквозь громкую музыку. Дёргаюсь изо всех сил, хочу вырваться из захвата, только сопротивления моего Акиев не замечает.

Пара ступенек вниз, и меня тащат куда-то влево. Узкий коридор с чуть тускловатым освещением и поворот направо. Вроде как тут VIP-комнаты для особых гостей, насколько я слышала.