Возвращение к себе. Остаться до рассвета

- Вам нужна королевская канцелярия? Идёмте, я проведу вас короткой дорогой. Идёмте, идёмте! - нетерпеливо позвала дама и тряхнула головой.

И потянула за собой в неприметный глазу переход.

Вспыхнувшая было паника улеглась как по волшебству: обмана и угрозы от этой милой леди Элге совершенно не ощущала, а улыбка так и располагала к себе.

Статус незнакомки, упорно не называющей себя, определить не удавалось: знатного происхождения, и всё, на этом определение заканчивалось. Она могла быть и фрейлиной королевы, и одной из придворных дам. Немного выше Элге, затянутая в простое по крою платье, ладно облегающее сверху и красивыми складками расходящееся от талии, к заострённым мыскам шёлковых туфелек. Но за этой простотой стояла элегантность, граничащая с изысканностью: дорогая, переливающаяся от матовой к блеску, ткань, безупречные линии, подчёркивающие весьма женственную фигуру, умеренное декольте, открывающее стройную шею и округлые плечи. Отсутствие украшений. Молодое лицо – на вид не старше Виррис, миловидное, привлекательное, на котором выделялись просто огромные глаза. Копна длинных, рассыпавшихся по плечам и спине волос, русых с насыщенным медовым блеском. Если эти кудри и впрямь натуральные, тяжело, должно быть, владелице за ними ухаживать. Пока шли по мерцающим лиловым и пурпурным каменным плитам, удивительным образом гасящим звуки шагов, Элге украдкой посмотрела на её руки: красивые, холёные, с гладкой кожей, тонкими запястьями и пальцами художника или музыканта.

- Не сочтите моё любопытство неуместным, но зачем вам в канцелярию? – между тем поинтересовалась незнакомка.

На полных, не тронутых краской губах играла самая располагающая улыбка, большие глаза так и лучились неподдельным участием. Элге моргнула, мимолётно удивляясь собственной реакции на женщину: ей хотелось рассказать всё без утайки. В глубине этих внимательных глаз зажглись янтарные огоньки, и подозрительность Элге истаяла, как снежинка на ладони.

Она колебалась самую малость, не понимая своей реакции – слепое доверие ничем не оправдать, но доверие было почти осязаемым.

- Мне нужно завизировать там один документ и узнать сроки его рассмотрения.

- Сюда, пожалуйста, - пригласила дама, указав на расположенную за арочным проёмом лестницу.

Обе, элегантно прихватив юбки, начали подъём по широким ступеням, натёртым до блеска, но ничуть не скользким. Стоявшие возле лестницы стражники почтительно склонили головы, на что Элге, занятая своим волнением, не обратила внимания.

- Вот как? Вы говорили, прибыли на приём в числе приглашённых. А вы по делу?

- Совмещаю приятное с необходимым, - грустно улыбнулась ей Элге.

Пара стражей в парадных мундирах, дежуривших на лестнице этажом выше, с не меньшей почтительностью кивнули им обеим, или одной из них – кто их разберёт.

- Я в самом деле приехала с мужем и его родителями, - пояснила она в ответ на вопросительный взгляд. – Но мне необходимо лично отдать документ секретарю Его Величества, мне сказали, он принимает просителей, несмотря на праздник. В иное время и самостоятельно я во дворец не попаду, придётся записываться на приём на недели вперед, а мне невыносимо ожидание. И так рассмотрение моего прошения займёт не один день, я понимаю… Мне вряд ли позволят приехать сюда ещё раз и без сопровождения, и … я очень хотела бы, чтобы всё изучили как можно скорее.

- Что за прошение?..

Желание поделиться перерастало в настоятельную потребность; нечаянная помощница вся как есть излучала безграничное доверие, и заражала им Элге.

- Первый поворот налево, прошу вас.

Элге вздохнула, сдаваясь всепоглощающей симпатии и… изложила суть вопроса, не переставая удивляться самому звуку собственного голоса, помимо её воли рассказывающего о личном впервые увиденной женщине. О том, что касалось лично их с Мадом. Женщина слушала с искренним сочувствием, отражавшимся в янтарно-карих глазах.

- …и ещё мой свёкор. Он опасается, что наш развод с его сыном запятнает его репутацию, а он только недавно получил высокую должность…

- Лорд Тивис? Ерунда какая! О нём не думайте, дорогая леди Форриль! Ваше решение, ваше право.

Они остановились перед тёмными строгими дверями, створки плавно поехали в стороны.

- Мне очень жаль, леди. Вам чудовищно не повезло в браке. И повезло, если это можно считать везением, с тем, что канцелярия в этот час работает и все нужные люди на своих местах. Я не сторонница разводов, должна признаться, но ещё больше я не терплю супружеских измен. И Его королевское величество тоже, смею вас уверить. Должна вас предупредить: последствия вашего решения, к сожалению, не будут безоговорочно и благожелательно приняты вашим кругом. Вероятно, кто-то от вас отвернётся, осудит. Если вас это не останавливает… Точнее, пусть это вас не пугает. Проходите, я…попробую оказать вам содействие в скорейшем рассмотрении вашего дела.

Элге неверяще хлопнула ресницами и во все глаза уставилась на даму.

- Но…каким образом?

- Доверьте это неблагодарное дело мне, - заговорщицки подмигнула женщина, вперёд Элге просачиваясь в просторную приемную. – Присядьте на диванчик, я приглашу секретаря. Вы всё успеете, не волнуйтесь.

В её мягком обволакивающем голосе проскочили такие нотки, что девушка непроизвольно выполнила распоряжение, аккуратно расправив шуршащие складки платья. Волнение перешло в стадию острого нетерпения и опасения, что с момента её ухода из бальной залы прошло слишком много времени, и Мад ринулся на поиски, что вот сейчас он ворвётся следом за ней в высокие двери, схватит за руку и потащит прочь, а после, по возвращении домой, сам, без участия ледяного Тивиса, запрёт в четырех стенах, приставит охрану и усилит контроль. Правильный сын правильной матери, заботящейся о репутации семьи и внешнем лоске. И старший лорд эти меры предосторожности только одобрит. Старший ещё сильнее, чем Мад, надеется, что затея с представлением невестки как последней из Сайттенов выгорит.

Им неважно, что титул будет ненаследуемый, им неважно, что сама Элге относится ко всему скептически. У неё то самое пятно – и с его помощью Тивис и Мадвик мечтают открыть себе двери в сияющий воздушный замок. Они - то не сомневаются, что его величество признает её. Незнакомка меж тем проскользнула в другую, внутреннюю дверь, и девушка услышала её звонкое щебетание, но ни единого слова не разобрала. В приёмную вышел мужчина средних лет, в строгом костюме с минимальной отделкой и аккуратно причёсанными пепельными волосами, убранными в хвост с завитком на конце.

- Добрый вечер, леди Форриль. Я – личный секретарь Его Величества, Бастиана Лигарта.

Элге торопливо поднялась и присела в неглубоком реверансе – не должна была, но от волнения тело само воспроизвело это движение. Вышедшая следом кудрявая незнакомка мило и понимающе улыбнулась.

- Я ввела Вейда в курс дела, вам будет оказано полное содействие и самое внимательное рассмотрение вашего вопроса, в самые короткие сроки. Не переживайте, дорогая Элге, я возьму его под личный контроль. Выше голову. Если у вас возникнут трудности, любые – обращайтесь ко мне; думаю, я сумею вам помочь. Вейд, выдайте леди Форриль мой личный пропуск во дворец… Пожалуй, первого уровня дайте. Элге, господин Вейд разъяснит вам, как его использовать, при необходимости. Рада была знакомству с вами, пусть и при таких печальных обстоятельствах. Увидимся на балу.

Молодая женщина подмигнула потрясённой Элге озорно и подбадривающе, коснулась пальцами своего лба, словно напоминая об исчезнувшей проблеме, и исчезла за дверями канцелярии.

- Кто это?..

Секретарь поднял вверх уголки тонких губ:

- Самая невероятная женщина этого дворца, леди. Вы несказанно везучи, раз сумели заручиться её поддержкой. Давайте вашу бумагу, я должен ознакомиться, завизировать и подготовить прошение на рассмотрение.

В абсолютном неверии глядя на закрывшиеся за женщиной двери, Элге растерянно выудила свёрнутый в трубочку лист. В голову приходил только один вариант, совершенно невозможный – и такой простой, как прогулка по длинному дворцовому переходу.

- Королева? – одними губами ошеломлённо выдохнула Элге.

Мужчина поднял на неё серо-зелёные глаза и просто улыбнулся, отчего в уголках его глаз разбежались морщинки.

Светлое Небо!

А она вот так запросто, как приятельнице, выболтала всё самое личное! Не говоря уже о недопустимом обращении!

- Что вы так побледнели, леди? Её величество не настолько строга, чтобы наказывать за то, что её не узнали вблизи, - успокоил секретарь. – Ах, да, пропуск. Давайте-ка начнём с него, пока не забыл.

Он вытащил откуда-то плоскую коробочку, перо и маленький квадратик бумаги, на нём красовалась подпись королевы.

- Впишите сюда ваше имя, леди.

Элге дрожащей рукой вывела несколько букв на тонком листке. Мужчина вытащил из коробочки простой тоненький браслет-цепочку, поднёс к нему листочек и тот вспыхнул золотыми буквами на тёмном, цвета шоколада, фоне. И исчез, осыпавшись на браслет. На мгновение замерцал металл. Элге смотрела во все глаза.

- Это ваше, леди Форриль. Можете надеть или спрятать в сумочку. При визите во дворец наденьте на руку и покажите охране, они знают, что дальше делать. При экстренной необходимости сожмите пальцами замочек браслета – вам смогут помочь на расстоянии.

- Но…это слишком…

Вейд усмехнулся:

- Поверьте, леди, Её Величество просто так такой милости не оказывает. Чем-то вы заслужили её расположение. А теперь к делу. Мне сказали, у вас мало времени.

Секретарь подвинул поближе к себе письменные принадлежности, раскрыл какие-то папки, реестры. Сделав положенные записи, поднял на притихшую девушку внимательный взгляд.

- Есть три варианта бракоразводного процесса: очень быстрый, быстрый и стандартный.

И объяснил, в чём суть.

- Быстрый, - решила Элге не без сожаления. – Очень быстрый мне не подойдёт: муж и его родители здесь, как только они узнают, что брак расторгнут…страшно предугадать их реакцию. Нет, к сожалению, нет. Я не успею так быстро уехать.

- У вас есть возможность укрыться во дворце: вы слышали обещание Её Величества королевы Теоны помочь вам.

- Нет-нет, не хочу злоупотреблять её помощью! Я справлюсь… Пусть будет быстрый вариант, этого достаточно.

Ускоренный процесс расторжения брака включал визирование прошения истца, к которому прилагались обвинения и претензии, а также требования по разделу имущества, содержанию и прочие материальные вопросы. В случае необходимости сбор доказательств, подтверждающих обвинения истца, последующее их изучение судьёй, и дальнейший вызов ответчика, где его знакомили с требованиями истца и предъявляли доказательства, а так же, при необходимости, проводили считывание памяти, для подтверждения либо опровержения обвинений. Вместе с ответчиком предъявитель прошения мог быть вызван повторно. Выслушав обе стороны, получив все необходимые подтверждения, опровержения, уточнения и новые требования, судья брал время для рассмотрения материалов дела, занимавшее от одной до трёх недель, и далее выносил решение. Всё вместе могло занять от трёх недель до полутора месяцев. Действительно, быстро: Бьорд Зоратт ожидал свободы от брачных уз более полугода.

Элге, бледнея, неуверенно кивнула.

- Только я не знаю, удастся ли мне повторно явиться сюда с мужем. Если я задержусь, не уеду сразу, он не допустит моей поездки в канцелярию…

Вейд покачал головой.

- Любите вы, женщины, всё усложнять. Надо переждать гнев мужа – дворец к вашим услугам, королева предложила этот вариант. Уж куда проще! И отсюда никакой муж вас не изымет.

Элге, упрямо смотрела на свои руки. Во дворце королевская семья. Бастиан Лигарт. Если он каким-то образом узнает о ней правду – а Тивис, поняв, что птичка ускользает из клетки, может наплевать на предосторожности и рассказать при всех – вся её затея пойдёт прахом. И будет ли королева Теона в этом случае на её стороне? Избавление от головной боли слишком незначительная услуга, чтобы пользоваться милостью монаршей особы.

- Не вечно же мне прятаться за юбкой Её Величества! Да и…мне есть куда уехать…

- Хорошо. Можно сделать так: я зову помощника судьи, и он прямо сейчас проводит процедуру считывания вашей памяти. Судье нужны доказательства ваших обвинений в адрес мужа. Самый быстрый способ их получить – такой. Это займёт всего несколько минут. Слепок вашей памяти приложат к материалам дела. Повторного вызова в канцелярию не потребуется: через две недели пригласят вашего супруга, ознакомят заявлением, побеседуют с ним, посмотрят его память на предмет подтверждения либо опровержения. Далее всё по ускоренной процедуре, а о результатах решения судьи вы узнаете по распознавателю личности: информация поступит на него. Бумагу же о расторжении брака вы сможете получить как в королевской канцелярии, так и в леаворской Ратуше. Либо в любом ином городе нашего королевства, достаточно обратиться в местную канцелярию. Подходит вам такой вариант?

Элге не колебалась ни мгновения.

Секретарь кивнул и взялся за кристалл связи.

Она смотрела на часы, пока ждала помощника судьи. Время было. Волнение то утихало, то разгоралось по новой. Неужели получится?..

Слепки памяти сняли действительно быстро. Несколько неприятных мгновений, красные от стыда скулы, когда посторонние люди видят её глазами ту спальню, кровать Мада и его самого, в обществе «кузины» Литты. Помощник судьи остался невозмутим, Вейд прищёлкнул языком, но промолчал. Алый матовый кристалл-накопитель отправился в папку с её прошением. Немного кружилась голова, мутило. Ей дали воды.

- Скоро пройдёт, леди Форриль. Сожалею…

Она написала расписку, что решение её твёрдо и окончательно, она не передумает, не отступит. И отдельно прописали, что она хочет вернуть свою фамилию. Теперь у неё две недели, чтобы успеть уехать от Форрилей. Через две недели к судье вызовут Мада, времени должно хватить.

- Вот и всё, леди.

- Благодарю вас, господин Вейд.

Она встала.

- Мне жаль, что вы приняли именно такое решение, леди Форриль. Вы так молоды, недурны собой, без поддержки семьи… Вам будет трудно жить в обществе разведённой женщиной.

- Разводы разрешены уже лет двадцать, - напомнила она, поглядывая на часы.

Минут пятнадцать до разрушения иллюзорных чар.

- Разводы разрешены, а сознание людей меняется куда медленнее. Гораздо проще и терпимее смотрят на то, когда супруги просто разъезжаются по разным домам.

- Ещё раз благодарю вас за оказанное содействие, господин Вейд.

Он усмехнулся краешком губ.

- Да хранит вас Светлое Небо, дитя. За дверью вас ожидает фрейлина Её Величества, ей велено проводить вас назад.

Элге так удивилась, что не нашлась с ответом.

***

Глава 8

Фрейлина провела девушку теми же неприметными лестницами и переходами и вывела к портретному залу.

- Пройдёте насквозь – и слева двери в бальную залу. Не ошибётесь.

Элге от души поблагодарила.

Время ещё оставалось: можно замедлить шаг, выдохнуть, распустив туго стянутый нервный узел, что не давал нормально дышать с момента выхода из сверкающей бальной залы. Элге оказалась перед висящими в ряд портретами королевской семьи. В картинной галерее, она слышала, висят живые портреты, а здесь собраны не парадные, выполненные в старой технике, масляными красками, по нескольку картин кисти одного художника, жившего в ту или иную эпоху. Все Орсанды, занявшие обширный участок стены без окон, взирали на спешащих мимо с самыми разными выражениями лиц: надменными и властными, холодными, любознательными и открытыми, нерешительными и затравленными.

Девушка медленно пошла вдоль стены, от портрета к портрету, от лица к лицу. Его величество Шакхерт Орсанд, прадед нынешнего короля. По воле художника, или на самом деле, он выглядел неуверенным и нерешительным, даже улыбка вышла извиняющейся; глаза, яркие, синие, взирали на мир непривычно мягко. Ни в одном источнике информации не называлась причины смерти этого правителя, а в народе шептались, что срок его жизни определил сын. Элге глянула на соседний портрет, и кивнула сама себе: Тадхен мог, и ни закон, ни наказание за смерть особы королевской крови – смертная казнь – не могли бы ему помешать. Несчастные случаи случаются со всеми.

Элге с неприятным холодком разглядывала породистое волевое лицо. Молодой Тадхен смотрел в самое нутро, и взгляд его синих глаз выворачивал, побуждал отвернуться; удивительно, что за эту достоверность изображения он не повелел уничтожить неудавшиеся портреты. Хотя…неудавшиеся ли? На живых картинах этот привлекательный, с правильными чертами мужчина был такой же.

Глаза почти у всех Орсандов насыщенно-синие. Высокий тяжёлый трон занимали разные правители, и разные по силе духа избранницы стояли за их плечом, поддерживая в решениях, либо стараясь как можно меньше попадаться на глаза.

Элге приблизилась к следующему портрету, семейному: его величество Тадхен с королевой и сыновьями. С картины смотрели два прелестных мальчика и двое взрослых, находящихся рядом, но даже стороннему случайному наблюдателю понятно, сколь глубока была пропасть между ними. Четверо Орсандов, такие похожие – и такие чужие друг другу, и тяжёлая, давящая аура короля, заметная даже в неподвижном изображении. Человек, погубивший её прабабку. При нём исчез почти весь род Сайттенов – вероятно, из каких-то нелепых опасений, что те немыслимым, невозможным образом займут престол...

Семейство позировало в тронном зале. Тадхен обзавёлся семьёй поздно, но сохранил стройность и осанку: Орсанды стареют медленно. У облачённого в дорогие узорные одежды по моде тех лет мужчины во взгляде появилась безуминка, и даже от неподвижного полотна так и тянуло отвернуться.

Детский портрет Бастиана Лигарта демонстрировал круглые щёчки, искрящиеся любопытством глазёнки в обрамлении длинных густых ресниц, пухлые губы, как у девчонки. Маленький Бастиан стоял возле матери, а младший принц, по виду не старше трёх-четырёх лет, прижимался к ноге отца. Королеву изобразили сидящей на троне, и выглядела она так, словно сидит на этом самом троне впервые. Красивая женщина с волосами цвета спелой пшеницы, убранными в пышную причёску, к которой аккуратно прикрепили корону, усыпанную алыми камнями, и кровавый цвет этих рубинов удивительно не сочетался ни с её волосами, ни с оттенком её кожи. Элге подошла ещё ближе. Не просто усталое, а бесконечно печальное лицо, выражение которого безвестный живописец передал удивительно точно, его не стирала даже чуть тронувшая губы улыбка. По контрасту со светлыми локонами глаза королевы были тёмными, возможно, шоколадно-карими – Элге не могла рассмотреть, мешали блики на полотне.

Такого же цвета волосы были и у младшего принца, хорошенького, как все маленькие дети, с ясными сапфировыми глазёнками и капризно изогнутым ртом. Этот малыш, чьё имя она запамятовала, внешне походил и на короля, и на королеву. До вступления его величества Бастиана Лигарта на престол на членов королевской семьи было совершено покушение, младший принц трагически погиб в один день с отцом, оставив старшего брата, в то время двадцатишестилетнего, один на один с утратой и страной, задыхающейся от правления тирана-параноика. Королева умерла за год до этого события.

Ещё одно полотно, запечатлевшее уже повзрослевших принцев, стоят рядом, неуловимо похожие, но так по-разному смотрят. Бастиан Лигарт унаследовал отцовские черты, только у отца они надменнее, презрительнее, и губы тоньше. В остальном – те же глаза, те же волосы, тёмно-каштановые, лёгкими волнами спадающие ниже плеч, тот же овал лица, форма носа и бровей. Портреты взрослого Бастиана показывали привлекательного и уверенного в себе человека, без намёка на высокомерие и тадхеновскую безуминку.

Светловолосый ребёнок на семейном портрете вышел милым и очаровательным, похожим, несмотря на детскую округлость щёчек и ручек, на утончённого эльфёнка. Молодой человек с соседнего портрета эльфийскую хрупкость и милоту утратил полностью. Вид имел здоровый и цветущий, плечи – широкие, меч держал весьма уверенно, в колючих глазах отражались превосходство и подозрительность, чётко очерченные губы кривились в брезгливой пародии на улыбку. Но цвет глаз типично орсандовский, сапфирово-синий. Элге поискала гравировку на нижней части рамы: большинство портретов указывали имена изображённых, но здесь никакой подписи не оказалось. Как же звали младшего принца?.. Провела подушечками пальцев по резному краю багета, словно не веря, что гравировка отсутствует. Её не было.

Самым счастливым семейством Орсандов, пожалуй, изобразили жену и сына нынешнего короля, даже краски на холсте подобраны так, что подчёркивают смеющиеся глаза и лукавые смешинки в уголках губ. Очень, очень приятная картина, от неё так и веет настоящим счастьем и покоем. Маленькую принцессу Эрейн запечатлели на руках матери позже, на другом полотне: она родилась, когда наследный принц Дастьен был уже взрослым.

Элге вглядывалась в лица, пыталась представить себя частью этой семьи – и не могла. Совсем чужие.

Девушка горько усмехнулась, тряхнула головой, отгоняя мрачные воспоминания чужого прошлого. Пора вернуться на бал, и хорошо бы успеть до появления венценосного семейства. С этой мыслью Элге решительно развернулась – и едва не врезалась в близко стоящего мужчину. Вскрикнула от неожиданности: шагов за спиной она не слышала. Как давно он стоял здесь?

- Простите, если напугал вас, - незнакомец уверенно положил руки ей на плечи и аккуратно отодвинул от себя. – Что вы искали на том портрете, милая леди?

В его глазах плясали лукавые искорки: некоторые люди умеют улыбаться глазами, хотя уголки губ слегка подрагивали в попытке сохранить серьёзное выражение лица.

- Напугали, очень! Лорд… Как я могу к вам обращаться?

Мужчина едва заметно пожал плечом и приподнял бровь в вежливом недоумении, и в этот момент она его узнала.

Ростом и фигурой он напоминал Мадвика: высокий, стройный, широкоплечий, в безупречно подогнанном дорогом костюме, белом, расшитом золотой нитью. Материя и искусный узор, пуговицы – всё вместе кричало о неприличной роскоши, но смотрелось на нём уместно. Королевский бал требует самых изысканных тканей и украшений. Строгие правильные черты лица – не такие чувственные, как у его отца, но сходство очевидно. Высокий лоб, карие глаза тёплого оттенка, по краю почти янтарные – такие, как у матери, красиво очерченный рот, решительный подбородок – вся их порода удивительно привлекательна. Вьющиеся каштановые волосы тщательно уложены в продуманном беспорядке. Элге перевела взгляд на его руки и не сдержала улыбки: в длинных сильных пальцах мужчина небрежно крутил тонкий золотой обруч, скромно украшенный драгоценными камнями. Под её взглядом он медленно нахлобучил обруч на голову и вздохнул.

- Простите, Ваше Высочество, я не узнала Вас.

Наследный принц Дастьен мягко перехватил Элге под локти, едва она начала опускаться в подобающем случаю реверансе.

- Не нужно, леди. Так что вы хотели найти, так внимательно разглядывая этот портрет?

Его голос напоминал шоколад. Даже у обольстителя-Мадвика не водилось настолько мягких бархатных ноток! И его взгляд – шоколад с мягкой карамелью. Коридор с вереницей изображений королевских лиц был пуст, двери в бальную залу – в паре десятков шагов, но присутствие бесшумно подкравшегося принца вызывало у Элге неловкость.

- Я хотела найти всего лишь подпись. Почему… портрет младшего принца не подписан?

- Его величество распорядился свести её. Мы и так знаем, чьё изображение перед нами. Если не узнали, охотно подскажу: это мой дядя Лиан, младший брат его величества. Как вы, должно быть, знаете, он умер совсем молодым. Однако в этот день я не хотел бы касаться столь печальной темы, тем более в обществе столь прелестной дамы. Вы прекрасно выглядите, леди.

… Лиан?

- Благодарю Вас. – Элге всё же присела в почтительном реверансе. - Мне нужно пройти к гостям, до того, как в зал войдут члены королевской фамилии

Час ещё не истёк. Она успевает.

- Мне так жаль, что я не могу сопроводить вас в зал. Я бы очень этого хотел, но этикет, чтоб его! Я должен войти вместе с семьёй, простите меня за это.