"Погребок". Грибное счастье попаданки

Ольга, конечно, не могла стерпеть такого хамства, снова становясь всеми любимой Лёлькой.

- Надумали! Только мы не прислуга! Вот она хозяйка, а я её сестра!

- А так сразу и не подумаешь, - хмыкнул мужик.

- Траур у меня. Муж недавно в солдатах погиб.

- Ах вона оно чего. Ну тогда извиняйте, я ж не со зла! Мы же тоже, это, с понятием! Но, пошла, родимая! - подстегнул он лошадку.

В окнах домов мелькнули удивлённые лица, только сейчас я подумала, а кто они, живущие здесь люди? Скорее всего – слуги, что когда-то служили в усадьбе, иначе какой смысл им селиться тут, на отшибе.

У особняка не было никаких ворот и уж тем более забора. Словно в насмешку, вдоль подъездной аллеи стояли два ряда серебристых тополей.

Я думала, что место окажется давно заброшенным, но к моему удивлению, трава вокруг была аккуратно обкошена, а в нескольких уцелевших клумбах даже росли цветы. Белые.

Дом когда-то был белый с голубым. Краска местами облупилась, но он ещё не потерял былого величия. Крыльцо обступили четыре колонны, которые венчал небольшой открытый балкон. Первый этаж оштукатурен и покрашен, а вот второй лишь оббит деревянной доской.

Окна, украшенные голубыми ставнями, черепичная крыша и несколько дымоходов. Прямо идиллическая картинка.

Извозчик остановился возле крыльца, сгрузил наш багаж и получив плату сразу уехал. Спешил в город до наступления темноты. А мы ещё некоторое время стояли, рассматривая наше новое жилище.

- Миленько, - выдала Лёлька своё вердикт, - доставай уже ключ, а то скоро совсем стемнеет!

При этом она красноречиво покосилась в сторону серебристого леса. Кто знает, что там за деревьями водиться!

Открыв саквояж, я достала ключ, что был в свёртке со всеми моими документами. В голове мелькнула запоздалая мысль, а что, если мы всё же ошиблись и этот дом не наш?

Вставила ключ в замочную скважину. Вот он момент истины.

Ключ легко провернулся, словно замок совсем недавно смазывали. Дверь отворилась. Шагнув внутрь, я ожидала увидеть многолетнюю пыль и паутину, но тут было довольно чисто. А это означает только одно – за домом всё это время кто- то присматривал.

Позади послышалось какое-то пыхтение, обернувшись, увидела, как Лёлька пытается втащить по ступенькам один из наших сундуком.

- Подожди, помогу!

- Мне кажется, там кто-то есть, - она мотнула головой в сторону леса, - давай поскорее!

Я проследила взглядом указанное ею направление и мне показалось что там что-то мелькнуло, ветки кустов качнулись. Это придало мне ускорения, хотя если подумать, раз нет заборов, то и опасности особой быть не должно. Может это птица или зверёк какой.

- Ага, волк! – нашёптывало мне моё богатое воображение.

Спустя несколько минут сундуки оказались внутри, а дверь была закрыта на толстый деревяный засов.

- Как думаешь, тут есть ещё одна дверь, - Ольга зябко обхватила свои плечи руками.

- Думаю, должна быть, - кивнула я.

Ещё бы свечу найти… - Ольга понизила голос до шёпота.

Она права ещё немного и совсем стемнеет, а нам нужно ещё найти место для ночлега. Не на ощупь же…

Тишина в пустом доме пугала, мы невольно держались ближе друг к другу, прислушиваясь к каждому шороху.

И тем громче показался раздавшийся от двери стук.

Мы с сестрой крепко схватились за руки.

- Кто там, - просипела я чуть слышно, голос отчего-то сразу пропал.

Не удавшееся на вокзале похищение всё же оставило в наших сердцах свой след, давая понять, что окружающий мир сильно отличается от комнат богатого дома с личными горничными, дворецким и кучером. Тогда мы были под защитой семьи, а сейчас как бы сами по себе.

Прокашлявшись, повторила чуть громче:

- Кто там?

- Прокопий, управляющий я!

Мы с сестрой переглянулись, хотя в темноте уже почти ничего не видно. Открывать дверь было очень страшно.

- Приходите утром! – пискнула Ольга.

- Как скажете, госпожа!

За дверью ещё немного пошуршало, а потом мы услышали шум удаляющихся шагов.

- Ушёл? – прошептала Лёлька.

- Вроде да…

Только сейчас я заметила, что сестра что есть силы вцепилась в мою ладонь, так что мне даже стало больно.

- Почему он не спросил, кто мы? – задала она резонный вопрос. – Вдруг в дом забрались воры?

- Наверное, подумал, что раз у нас есть ключ, значит, не чужие. Да и приехали мы, не скрываясь, у всех на виду.

Самый очевидный ответ – что управляющий просто остановил проезжающего мимо извозчика, обо всём его расспросив, в тот момент просто не пришёл нам в голову.

- Темнеет, нужно найти свечу, - Ольга так и не отпустила моей руки, куда только делась вся её храбрость.

- Давай посмотрим возле камина, - предложила я.

Свечу мы не нашли, зато я нащупала на каминной полке большую коробочку со спичками, а рядом в корзине лежало несколько поленьев. Переложив пару полешек в камин, я развела огонь.

Сухие дрова занялись, чуть потрескивая, трепеща рыжими язычками пламени. В комнате сразу стало немного светлее и как-то уютнее, словно этот огонь отогнал наши сомнения и страхи.

- Есть хочется…

Ольга уселась в стоящее возле камина кресло, стараясь не выходить за пределы освещённого круга.

- Там, кажется, что-то оставалось.

Заглянула в саквояж, доставая завернутый в тряпицу кусок хлеба и немного сыра. Ещё бы воды найти.

Я осмотрелась, комната, в которой мы находились, явно была гостиной. В отблесках огня можно было рассмотреть пару диванов и несколько кресел. Слева от камина виднелась дверь, чуть правее лестница, а за ней ещё одна дверь.

Помня, что лестницу обычно располагают рядом с кухней, над комнатами слуг, я направилась в ту сторону.

- Ты куда? – Ольга повернула ко мне голову.

- Сиди, я быстро!

Спичечную коробку я прихватила с собой. Каминные спички больше походили на маленькие факелы, они горели долго, давая ровный желтоватый свет. Мне хватило двух, чтобы найти столовую и кухню.

Увы, воды там не было, зато в одном из чуланов я отыскала отхожее место. Тоже неплохо, не придётся ночью выходить на улицу.

Вернувшись, я рассказала Лёльке о своих находках. Та протянула мне остаток хлеба и небольшой, с грецкий орех, комочек сыра.

- Не хочу, - мотнула я головой, - аппетита не было, проведённая в дороге ночь, сон, сидя, урывками, давали о себе знать.

- Давай лучше устраиваться на ночлег. Тут есть два дивана, ляжем сегодня на них, а завтра уже будем думать, что делать дальше.

Ольга кивнула, но перед тем, как лечь спать, подбросила в камин ещё несколько поленьев. А ведь раньше я не замечала, чтобы она боялась темноты, чего только стоит ночная вылазка в кабинет её отца, на которую она меня подбила.

Диван был немного жестковат, но всё лучше набитых соломой матрасов из придорожного постоялого двора. Память сразу подкинула воспоминания о живущих в них клопах, так что меня даже передёрнуло и сразу захотелось помыться.

Надеюсь, мы не подхватили парочку с собой. Хорошо, что хоть сундуки с вещами оставались в дорожном дилижансе.

Я пообещала себе на будущее всегда тщательно следить за чистотой дома и особенно постельных принадлежностей, а уж полынь везде найдётся.

Именно с такими мыслями я провалилась в глубокий сон. Рядом, на соседнем диванчике, мерно посапывала сестрица.

Глава 9

Утро началось с нахального солнечного лучика, так и норовившего пробраться мне под ресницы.

- Аннушка, прикрой шторы, - буркнула я, подзывая горничную и резко повернувшись чуть не свалилась прямо на пол.

Диванчик оказался очень узким, не то, что моя кровать в доме дядюшки, да и услужливой горничной тут не было. Пришлось самой вставай и идти к окну, ведь Ольга ещё спала и мне хотелось дать сестрице чуть дольше понежиться, ведь утренний сон самый сладкий.

Потянулась рукой к шторе, машинально глянув за стекло и испуганно отшатнулась. С той стороны на меня смотрела симпатичная молодая девушка в длинной серой юбке и белоснежной, украшенной вышивкой блузе.

Увидев меня, девица низко поклонилась, и я поняла, что пришла пора знакомится с местными.

Стоило мне только убрать засов и приоткрыть дверь, как тут же услышала:

- Здраве, будьте, госпожа!

Да так звонко, что я невольно тут же шикнула, оглядываясь не разбудила ли она Лёльку. Думаю, лучше продолжить наше знакомство на крыльце.

Девица как ни в чём ни бывало продолжила:

- Меня батька послал, сказал, господам помощь потребуется. Я и горничной могу и кухаркой. Но ежели не по нраву приду, так у меня сестрица есть. Младшая. Оксанка.

- А тебя-то как зовут, - вздохнула я, разглядывая чересчур жизнерадостную барышню.

Сама я такой радости не испытывала, во-первых – плохо выспалась, к тому же хотелось есть и ещё по нужде.

- Алёнкой кличут! – заулыбалась девица. – Так чего делать надобно?

Тут я вспомнила про всё ускользающую мысль, что всё это время звенела назойливым комариком.

- А откуда вы узнали, что я хозяйка?

- Так батя вчера возницу кликнул, тот и рассказал, мол, хозяйка приехала белявенькая такая, а та что тёмненькая – сестрица еёйная. И что хозяйка вдовая упомянул, неужто правда? Молодая такая…

- Всё верно, муж мой солдатом был, да от полученных в бою ран скончался. Зовут меня госпожа Натали, а сестру мою - госпожа Ольга. После смерти мужа я приняла наследство и буду теперь жить здесь.

Алёна внимательно меня слушала, да ещё кивала через слово. На вид было ей лет семнадцать, симпатичная, чуть курносая, с щедрой россыпью веснушек на румяном лице. Две каштановые, чуть рыжеватые косы свисают из-под косынки до самого пояса. Сама она сбитая, плотная, видно, что к работе тяжёлой привычная.

- А скажи мне Алёна, где воды здесь набрать?

Пить хотелось ещё с вечера, да и умыться не помешало бы.

- Так колодец там, за домом, - она мотнула головой в сторону. – Ой, чего это я, разболталася, давайте я вас завтраком накормлю, маменька тут всего понемногу собрала, - она показала мне на накрытую полотенцем корзину, что всё это время так и держала в руках.

Я открыла дверь, собираясь войти в дом и чуть не стукнула ей по лбу сонной, щурящейся от ярких солнечных лучей Ольги.

- Кто это? – зевнула она, прикрывая рот ладошкой.

- Алёна, наша горничная, - пояснила я, отходя в сторону, пропуская девицу.

Та, услышав, что её назвали горничной, тут же счастливо заулыбалась, видимо ей было очень важно получить это место при господах. Потом уже, разоткровенничавшись, она пояснила, что лучше прибираться в доме, чем доить коз и работать на огороде.

- Сейчас, сейчас, я быстренько воды натаскаю и стол к завтраку накрою! – она уверенно направилась в сторону кухни.

- Видимо, уже не раз тут бывала, – подумалось мне.

Пока мы с Ольгой, по очереди, посещали кабинет задумчивости, Алёна уже управилась. Разожгла чугунную плиту, плюхнув на неё блестевший серебристым боком чайник и выложила на стол содержимое своей корзинки.

На завтрак нам досталось по сваренному вкрутую яйцу, куску хлеба и стакану молока. Алёна болтала без умолку, обещая к обеду приготовить что-нибудь посущественнее.

Когда вода в чайнике закипела мы наконец смогли умыться. Сытый желудок и ощущение свежести вернули нам отличное расположение духа, и я решила, что пора осмотреться, тем более, Алёна обещала, что её отец подойдёт ближе к обеду, давая нам время освоиться. Деликатный какой!

Кухня была довольно большая, помимо чугунной плиты на изогнутых ножках, которая топилась дровами, была тут и обычная печь.

- На зиму, - пояснила Алёна, которая сопровождала нас в этой небольшой экскурсии.

К кухне примыкала крошечная столовая, с буфетом, за стеклом которого пылились фарфоровые чашки и тарелки. Овальный стол, шесть стульев с высокими спинками – мило и уютно.

С другой стороны кухни уборная и ванная комната, которую местные называют помывочной, с большим, выходящим в сад окном. Ванна стояла прямо посреди комнаты, поначалу это казалось немного непривычным, хотя, если место позволяет, почему бы и нет?

Гостиную я уже видела, но при свете дня она показалась мне ещё симпатичнее. Я заметила, что весь интерьер в осмотренных комнатах напоминает прованский стиль: много дерева и цветочных мотивов. Светлые пастельные тона, выступающие под потолком балки, милые безделушки, салфетки-статуэтки. Видно, что те, кто тут жил, относились к этому месту с большой любовью.

Помимо всего на первом этаже ещё располагался хозяйский кабинет. Вот он разительно отличался по своему убранству: на стенах тёмные деревянные панели, массивная мебель, малиновые бархатные шторы. Сразу видно – это мужская обитель.

Прикрыв дверь, я решила вернуться в эту комнату позже и как следует всё тут осмотреть. Возможно, найду что-то оставшееся от прежних хозяев. Хочется узнать о них больше.

Мы все вместе, дружно, поднялись на второй этаж, тут было всего четыре комнаты.

- Хозяйские покои, - назвала их Алёна.

Обычные спальни, хотя, одна из них явно когда-то была детской. Я сразу решила выбрать для себя ту, что выходила окнами в сад, единственное место в округе, где росли деревья с зелёными листьями. Видимо, поэтому их и спрятали за домом, чтобы не нарушать задуманную композицию.

Узенькая деревянная лестница вела выше, на мансардный этаж. Там было всего две комнатки, в которых полагалось жить слугам, да чулан, где хранились старые, никому не нужные вещи.

От Алёны мы узнали, что помимо сада за домом располагается колодец, крытая беседка, амбар и каретный сарай.

Она же подтвердила мои догадки, что в тех домах у дороги живут слуги. Помимо управляющего, конюх, кухарка, садовник и лесник.

Семья управляющего традиционно присматривала за хозяйским домом, все эти годы мать Алёны, носившая гордое звание экономки, следила тут за чистотой и порядком, а дочери ей помогали. Вот почему в доме так прибрано!

Время неуклонно близилось к обеду.

- Нам нужно переодеться, - заявила Ольга, - слуги сразу должны понять, кто здесь хозяин!

Выяснив, что ей больше ничего не угрожает, сестрица сразу повеселела и даже про этикет вспомнила. В чём-то она права, переодеться нам действительно нужно. После нескольких дней в дороге наши вещи, мягко говоря, выглядели совсем не очень.

Поднять сундуки на второй этаж мы не смогли, пришлось открывать их прямо в гостиной. Я выбрала самое скоромное платье, потемней, у меня ведь вроде как траур. А вот Лёлька видимо решила всех поразить, вытащив из сундука что-то нежно розовое, с пеной кружев.

Прихватив с собой шпильки и щётку для волос, мы поднялись в облюбованные нами комнаты, помогая друг другу избавиться от грязной одежды, расстёгивая десятки мелких пуговичек.

Какие же они не удобные, все эти ленты, крючки, пуговки! Ни резинок, ни тем более замочков-молний тут ещё не придумали.

Волосы заплели в косы и красиво уложив их на затылке, закололи шпильками. Правда, Ольга аккуратно выдернула из причёски несколько обрамлявших лицо прядей, намотала на палец и оставила свисать задорными спиральками.

В этом розовом платье она была чудо как хороша и очень вписывалась в интерьер дома со всей этой изящной мебелью, выцветшей и ставшей на несколько тонов светлее оббивкой стен, белёными потолочными балками.

Я же в своём тёмно-синем платье казалась немного старше своего возраста, как раз, то что мне нужно.

- Подожди ка, - покопавшись в ворохе разноцветных лент, сестра вытащила невесть как туда затесавшийся кусок чёрного кружева. – Это с похорон тётушки Луизы осталось, - пояснила она, - ты тогда болела, и мы ездили на погост без тебя.

Она красиво собрала кружево в складки и с помощью шпилек разместила у меня на голове, довершая вдовий образ. Я подумала, что это, пожалуй, лучший выход, чем надевать чёрный платок, тем более у меня его и не было.

Управляющий, как и обещал, пришёл ближе к обеду. Судя по нарядному сюртуку, он тоже готовился к этой встрече.

Вместе с ним явилась и его супруга, исполняющая в поместье роль экономки. На вскидку я дала бы ей лет пятьдесят, не смотря на возраст, лицо женщины ещё хранило остатки былой красоты. Нина была крепко сбитая, чуть полноватая и такая же улыбчивая, как и её дочь.

Надо сказать, что родители поступили мудро, послав вперёд себя Алёнку, ведь мы были с ней примерно одного возраста, потому и общаться с ней было проще.

Знакомство состоялось как раз в тот момент, как мы с сестрой спустились вниз по лестнице, тут нас уже дожидались. Поздоровавшись, оба тут же раскланялись, после чего Прокопий всё же спросил, есть ли у меня с собой документы. Молодец! Не стал верить на слово. Сразу видно – хороший хозяйственник.

- Пройдёмте в кабинет, - позвала я его

Во мне вдруг заговорил прежний бухгалтер, ведь у меня тоже было немало вопросов. И первый: кто за всё это платит? Я имею ввиду – содержание дома. Как бы я не была добра к людям, но вот в альтруизм верится с трудом.

Ольга с экономкой остались в гостиной, думаю, им есть о чём поговорить, ведь сестрица уже включила режим строгой хозяйки.

В кабинете я сразу прошла к стоящему у стола креслу, незаметно доставая из потайного кармана свиток с документами.

- Вот, - положила бумаги на стол, - тут завещание, свидетельство о рождении, а это свидетельство о браке.

Я передавала ему по одному документу, и только после того, как он их возвращал, протягивала следующий.

- А свидетельство о смерти супруга? Я так понял, вы вдова?

- Так и есть, мой муж был солдатом, он не вернулся с последнего задания, - кивнула я. – А свидетельство о смерти… – я впервые подумала, что оно ведь действительно должно быть, - я не получала его. Мне как-то было не до этого…

- Но без этого документа вы не сможете вступить в права наследования за вашим супругом.

- Я не претендую на имущество супруга, - качнула головой, - наш брак был очень недолог, детей, как вы видите, у нас не случилось, потому будет справедливо оставить всё его родственникам.

- И всё же, вам следует озаботиться получением этого документа. Ведь пока статус вдовы не подтверждён, вы не сможете воспользоваться положенными вам привилегиями. Я могу взять это на себя, и послать запрос.

- Буду вам премного благодарна, - я благосклонно кивнула. – А теперь, когда вы убедились, что я действительно хозяйка этой усадьбы, хотелось поговорить о делах насущных. Я вижу, за домом хорошо присматривали.

Моя похвала явно пришлась Прокопию по душе, да и после изучения моих документов он заметно расслабился. Было видно, что скрывать ему нечего, вверенное ему имущество действительно содержалось в образцовом порядке.

Из дальнейшего разговора выяснилось, что прежние хозяева, дедушка и бабушка Натали, отписавшие свой дом внучке, заранее обо всём позаботились.

В банке был открыт специальный счёт, ежемесячно управляющий получал с него определённую сумму денег, из которых затем платил жалование остальным слугам.

Всё было чётко рассчитано и расписано вплоть до моего совершеннолетия, которое случиться совсем скоро, почти сразу после новогодья. И тогда все тяготы по содержанию поместья должна буду взять на себя я.

Таким образом у меня в запасе есть целых полгода. Шесть месяцев, чтобы разобраться в управлении поместьем, с сидящим во мне бухгалтером это совсем не сложно. Сложнее другое: вместе со свалившейся на меня свободой я ещё получила ответственность за этот дом и живущих тут людей.

И тут выяснилась ещё одна подробность: со счёта оплачивалось только жалование слугам, а вот питание и всё остальное я должна приобретать уже за собственные средства, которых у меня почти не было.

Проще говоря – у меня была кухарка, но не из чего было готовить!

Глава 10

Управляющий оказался очень деятельным дядькой, хотя может он просто хотел выслужиться перед новой хозяйкой, но тем не менее, Прокопий тут же переписал данные с моих документов, пообещав сегодня же отправиться в городскую мэрию и отправить запрос на признание меня вдовой.

- Заодно на рынок заскочу, припасы пополню. Вы с женой моей обсудите что вам закупить надобно.

Вот и первые траты.

А ведь живя на всём готовом, я почти ничего не знаю о ценах на продукты, ведь в доме дяди всем этим занимались слуги. Единственный ориентир – покупки во время нашего путешествия.

Ладно, сегодня положусь на советы экономки, но мне срочно нужно посетить местный рынок!

Нина тут же принялась перечислять, что понадобиться для нашего пропитания: мука, масло, крупы и всё мешками, словно она разом торопилась забить все пустующие в доме кладовки.

Экономка сразу поинтересовалась каким блюдам мы с сестрой отдаём предпочтение, и кто будет составлять меню на день.

Вот этому нас учили – составлять меню. Уроки домоводства предполагали, что хозяйка дома может сама спланировать что подать на стол в будний день, а что к празднику.

Отвечать за меню вызвалась Ольга, ей не терпелось показать свою самостоятельность. Ладно, одной заботой меньше.

Сестрица тут же уселась за стол и с важным видом принялась надиктовывать список покупок. Когда экономка озвучила примерную сумму, которую следует на них выделить, я чуть не присвистнула, это ведь половина всех моих наличных!

Да, деньги у меня были. Дядя и тётя дарили нам с Лёлькой по праздникам не только приятные мелочи, но и звонкую монету. Кое-что удавалось сэкономить после прогулок по городу или поездок в театр. На такие мероприятия нам выдавались небольшие карманные деньги - вдруг захочется выпить лимонаду или дать на чай услужливому официанту.

Правда, в этот раз расставаться с наличностью мне не пришлось, Ольга выдала деньги на покупки из собственных сбережений. Не знаю, сколько она взяла с собой в дорогу, но боюсь такими темпами быстро всё разбазарит.

Экономка взяла список, монеты и раскланявшись, пообещала заняться этим сегодня же, напомнив, что к вечеру у нас назначено знакомство со всеми обитателями усадьбы.

Родители Алёны ушли, а девица занялась приготовлением нашего обеда. Она принесла с собой крупы, яйца, даже тушку ощипанного цыплёнка, но я даже не сомневалась, что её матушка вычтет стоимость продуктов из тех денег, что только что получила.

Пока Ольга разбирала свои вещи, благо Прокопий поднял сундуки в наши комнаты, я решила порасспросить служанку об усадьбе и её жителях.

Сама того не осознавая, она выболтала много всего интересного. Например, что Алёнка очень рада попасть к нам в горничные, ведь это дополнительные деньги в семью, а ей приданное собирать нужно! Потому родители и послали её с утра пораньше, пока другие не спохватились.

Так я узнала, что горничной я должна платить сама, помимо того, что управляющий получает в банке, ведь этой должности в штате не числилось.

Бывшие хозяева и тут всё продумали, оставив плату только для тех, без кого усадьба действительно не могла обойтись. А раз в доме никто не жил, то и горничная никому не нужна.

Благодаря Алёне я заочно ознакомилась со всеми жителями этого маленького лесного хутора. Пять семей и каждая держалась за свою работу, ведь они гарантированно получали плату за не слишком обременительный труд, больше занимаясь своими подворьями.

Кстати, а кому принадлежать эти пять домов?

Наш разговор с управляющим получился не слишком информативным, зато сейчас в уме наметилось сразу несколько вопросов и один из них – как добраться в город.

В документах числился каретный сарай, а вот про конюшню не было ни слова. Возможно, родственники Натали посчитали, что пока в доме никто не живёт, то и лошади не нужны, так же, как и горничная.

Ситуация не из приятных, вроде до города рукой подать, но не отправишься же туда пешком? Получается, мы сейчас в вынужденной изоляции и случись что, никто даже не узнает.